Читать книгу Диалог или жить любовь - - Страница 11

Северные мосты в Краснодаре – это середина моего пути из дома на работу. И, несмотря на обилие разделительных полос, каждое утро уходит двадцать-тридцать минут на преодоление этого участка дороги. Иногда я очень даже радуюсь. Это время для моих рефлексий, изучения нового из подкастов, просмотр вебинаров от коллег или приятное расслабление под песни моей молодости из моего плейлиста, которые заряжают меня не хуже, чем мой вечерний просекко.

Я решила проветриться немного, пока моя семья мирно посапывала в своих кроватях, и, возможно, прикупить что-нибудь вкусненькое им на завтрак. Обожаю за это город, все доступно на каждом шагу.

Что ж, живая женщина… Кто она? И какая она – живая?

Мне сразу пришел образ океана. Безграничная необузданная стихия, которая несет жизнь внутри себя. Поток буйной энергии. Поток самой жизни. Отдельная вселенная, созданная Богом.

Светло-голубая днем купается в лучах, рассыпаясь брызгами мелких бриллиантов в солнечном свете, иссиня-черная – ночью, скрывающая свою усталость, изумрудно-зеленая, когда начинает волноваться, отбивая удары судьбы…

Мягкая и податливая в свете луны, замершая на секунду, восстанавливая свои силы, устрашающая в порывах ветра и гнева… обволакивающая, если погрузиться в глубину. Если дотронуться прям до ее дна, то можно ощутить всю ее боль и увидеть ее всех глубоководных демонов…

Страхи, терзающие ее нежную душу, разглядеть ее самые сильные травмы, шрамами проходящие по всей ее широте, ее зарытые словно клад страдания, о которых она никому не говорит… изредка выливая их самым страшным штормом на поверхность. Моряки знают, женщину кто-то обидел… Это место ее одиночества. Это место ее исцеления. Где она без устали трудится, чтобы в новом дне даровать миру лучшую версию своей тихой глади.

Живая женщина – такая открытая и такая глубокая. И на разной глубине она проживает разные чувства – от безграничной любви до полного смирения. Свои эмоции – от нежного трепета до презрения. Учится принимать свой свет и свою тьму, свое Солнце и свою Луну. Иногда ее может штормить, она же живая… Но большую часть времени она расслаблена и спокойна…

Она – женщина, она – сама природа. Она – сама Жизнь. Она – первое и самое важное чудо света. Она – королева, она – владычица, она – изобилие, она – Луна, она – Солнце.

Я еще никогда в жизни не думала о себе как о живой женщине и тем более в таком ключе. Что-то начало во мне меняться, я это чувствовала сердцем. Несмотря на обилие прочитанных мной книг, такие вещи сложно описать словами, ты просто начинаешь их ощущать, каждой клеточкой своего тела. Каждым сантиметром кожи, каждым волоском.

Да, это страшит, но если отбросить все первородные страхи, ты начинаешь чувствовать себя живой… Так вот что такое живая женщина…

Инсайт больно ударил меня по голове, но, как оказалось, это было лобовое стекло. В своих мыслях я забыла, что за рулем, но какая-то неведомая сила вжала педаль тормоза до упора перед машиной впереди меня. Так, мне надо переключиться на дорогу. Но я уже не могу. Я стала Индианой Джонс, который отправился в новое приключение. И этим новым приключением была я и телеграмма от моей души, больше не от кого.

Совсем вылетело из головы, я же записана к парикмахеру. О боже, я записывалась сама к парикмахеру. Потому что кто-то в зеркале мне сказал, что нельзя руководителю, да что уж тем более женщине, живой женщине, ходить с отросшими корнями. Я не специально, у меня просто в декабре всегда очень-очень много работы, да и детские утренники, покупка подарков.

И сейчас меня ударил второй инсайт: кто мне мешает включить в свое расписание уход за телом, лицом и волосами? Заранее внести все в свой ежедневник и не париться. Получается, я сама себе мешаю. В моменте захотелось дать себе пощечину и собрать себя обратно. Но я понимала, что я становлюсь кем-то другим, другой версией себя, что ли, а я еще никогда не была на другом уровне, значит, нужно относиться бережно и учтиво с новым человеком.

Знаете, почему корни так отрасли? Потому что я потратила пять, мать его, часов, на их покраску в прошлый раз. Пять ценных, ценнейших часов моей жизни на покраску волос. И потом мне просто не хотелось записываться на эту экзекуцию снова. Я всегда старалась ухаживать за собой в любом возрасте, но тратить пять часов на волосы – это слишком. Я понимаю, что быть блондинкой нелегко, но все же.

– Милая, кто тебе запрещал расслабиться в кресле парикмахера и отдохнуть перед очередным рывком?

– Кто, кто, да никто! Это пять часов! За это время можно в космос полететь.

– Радость моя, пять часов разрушающего гнева можно потрать на что-нибудь полезное. Помнишь, у тебя недочитанная книга в машине лежит. На крайний случай можно поработать со списком новых рекламодателей и поздравить с наступающим старых. Им было бы приятно, да и новые контракты не помешают. Просто разреши себе провести время и с собой, ты не тратишь эти пять часов, ты инвестируешь их в свое настроение!

И тут я задумалась о тех рациональных вещах, о которых шептал Голос. Я посещаю парикмахера один раз в целую вечность, и у меня нет времени дочитать книги или просто посмотреть в одну точку на потолке и порефлексировать, да и вообще, пять часов можно инвестировать в обдумывание идей для разработок новых обучений для коллектива и продаж.

А идея-то поистине хороша. И потом от злости у меня вечно сводит челюсть и болит шея. Психосоматика, сто процентов. Можно, и правда, направить гнев в созидательное русло. Я уже начинаю прислушиваться к Голосу, может, он и не так уж плох и бесполезен, как я предполагала.

Я позвонила Игорю и предупредила, что, конечно, забыла о парикмахере и что запись перед Новым годом всегда у мастеров плотная. И если я сейчас к нему не попаду, то Новый год буду встречать как не вполне красивая женщина.

На что самый понимающий и любящий мужчина в мире ответил согласием и сказал, что как раз хотел провести с детьми больше времени в свой выходной, со мной тоже. Но за свою забывчивость мне придется расплатиться вечером, я была очень даже не против понежиться в объятиях лучшего на земле мужчины. Они собирались в парк и позавтракать тем завтраком, который я как раз подумывала привезти им.