Читать книгу Лабиринты Разума - Группа авторов - Страница 4

– Как думаете, что сейчас нас ждет? – Калеб нервно подпрыгивал от предвкушения.

– Не знаю, наверное, что-то нехорошее. Например, выберут самого разговорчивого представителя мужского пола для принесения в жертву высшим демонам!

– Генри, юмор у тебя так себе, – скривив лицо, ответил собеседник.

Толпа ребят вышла сначала на узенькую лестницу, потом плавно перетекла в более широкий коридор и, наконец, добралась до огромного зала, который представлял собой холл Академии. Генри никогда еще не видел такого убранства: гигантских размеров площадка, с нанесенным поверх дорогой плитки единым узором четырехконечной звезды. Массивная лестница, которая, казалось, простиралась до самого потолка. Самый верх зала утопал в полутьме. Но то тут, то там вспыхивали рассыпанные щедрой рукой самоцветы-звезды. Что удивительно, было светло: магический огонь на стенах давал достаточно освещения. Напротив лестницы располагались огромные ворота, величиной чуть меньше портала.

Казалось, что местные архитекторы были либо великанами, либо страдали манией больших размеров. И еще они должны были быть с севера, либо очень любить прохладу: в холле было значительно свежее, чем в спальном блоке. Все это давило на разум и одновременно вселяло воодушевление от предстоящей лекции.

На удивление, пошли они боковым ходом, огибая лестницу. Опять длинный коридор, и вот уже толпа входит в зал, напоминающий деревянный амфитеатр. Десяток сидячих рядов уходил все дальше от главной сцены с доской. Здесь стоял терпкий аромат старой древесины, надежно вобравшей в себя вековую мудрость проводимых лекций. В зале не было окон, но это не мешало магам создать под потолком множество статичных светляков: после коридоров академии даже немного слепило глаза.

Почти все помещение уже было занято другими людьми. Волей случая Ллойд заметил в толпе Элис, которая неистово махала им руками. Взобравшись на предпоследний ряд, они крепко обнялись со своей подругой.

– Ты как? – Генри отпрянул и посмотрел ей прямо в глаза, пытаясь найти ответ до того, как она сама его скажет.

– Опять твои мозговитые причуды? – отстранилась девушка. – Ничего ты там не увидишь. Я в норме. Уже нашла себе подруг, – Элис показала в сторону группы девочек, которые демонстративно отвернулись от неё. – Как видите, я прекрасно уживаюсь с новыми людьми.

– Умеешь ты находить общий язык, – ухмыльнулся Генри. – Ты вообще где расположилась? Наши спальни в подвальных помещениях, как мне кажется.

– В смысле? У нас просто забрали вещи, покормили и привели сюда. Уже битый час тут торчу, – гримаса негодования исказила её лицо. Элис вообще не любила долго ждать, тем более в одиночестве.

– Ребята, вы куда?! Я за вами угнаться не успел даже! – послышался запыхавшийся голос.

– Элис, знакомься, это Калеб, наш новый знакомый, – вступил в разговор здоровяк.

Лишь только Калеб отдышался и поднял взгляд на девушку, как его глаза округлились и он ошарашенно произнес:

– Мое искренне почтение такой прекрасной девушке, как вы, Элис, – последовал галантный полупоклон.

– Ага, привет, привет, – инфантильно, даже не повернувшись на звук, произнесла девушка.

– У тебя нет шансов, друг мой, – по-дружески улыбнулся Ллойд и хлопнул покрасневшего Калеба по плечу. Тот ничего не ответил и сел на ряд ниже.

– Ладно, давайте хоть рассядемся, вон, уже заходит руководство, – Генри повадил смешок и указал рукой на вход.

Действительно, когда в зале улеглась первая волна возбужденных разговоров, сменившись трепетным ожиданием неизвестного, в двери зашли четыре статные фигуры явно высокоуважаемых магов. Их одеяния кардинально отличались друг от друга: иссиня-черные у высокого мужчины лет сорока; белоснежные пластинчатые доспехи, отливающие золотом, у крепкого на вид пятидесятилетнего воина; четырехцветная роба у налысо обритого молодого монаха и серая ряса у человека, чей возраст сложно было точно оценить. Внешний вид последнего привлек внимание Генриха больше всего. Как будто завораживал, притягивал взгляд, но не давал зацепиться за какую-то конкретную деталь. Начавшийся было поток мыслей прервал голос мага в белом.

– Полнейшая тишина в зале! – выкрикнул “пижон” в белом. Дождавшись, пока все замолчат, продолжил. – Представляю вам магистров нашей Великой Магической Академии!

Среди студиозусов раздались нестройные хлопки, которые спустя пару мгновений перешли в ритмичные аплодисменты. Дождавшись окончания и перебив уже открывшего рот мага в белом, вперед вышел воин в доспехах. Грудь колесом, прямая спина, гордый взгляд: его образ как будто списывали с книжных полководцев древности. Правда, его до блеска начищенные доспехи были вдоль и поперек изъедены царапинами и вмятинами, недвусмысленно намекая на богатый боевой опыт владельца.

– Благодарим Вас, юные дамы и господа! От лица всех магистров, надеюсь они простят меня за проявленную инициативу, хочу поприветствовать вас еще раз! Вы – новая кровь Академии! Вы – те новички, которые продолжат наши традиции и заменит нас, стариков, на этих постах! Учитесь прилежно и будьте верны своему долгу. Слава Академии!

Аплодисменты стали заметно сильнее. Народ одобрительно принял речь воина. Однако, Генрих заметил, как мужчина в черном неодобрительно скорчил гримасу и что-то пробурчал себе под нос.

– Вы тоже видите, что у них не все друг друга жалуют? – тихо прошептала Элис.

– Ага, слушай дальше.

Следующим был магистр в черном. Если речь первого была звучной, мощной, вселяющей уверенность и силу, то голос второго напоминал ползущую змею, которая не жалит тебя только потому, что пока ещё играет с тобой.

– Ученики, вы здесь только ради одной цели – получения знаний. Оставьте любовь, ненависть, гордыню, семью и все что вас тянет на дно никому не нужными обязанностями и хлопотами за порогом Академии. Здесь место только тем, кто живет прогрессом, кто готов ради него на все, – не дожидаясь реакции зала, он вернулся на своё место.

– Сурово, однако… – прошептал Калеб. В его голосе сквозило удивление.

Далее пошла очередь бритого монаха. Он был спокоен, как ледяной ручей, протекающий в горной местности. Голос его был тих, но тверд, а глаза смотрели куда-то вдаль. Создавалось впечатление, как будто этот молодой, относительно своих коллег, магистр умудрился познать гармонию с окружающим миром. При этом от него веяло мощью.

– В Академии правит закон сильнейшего, – тихо, еле слышно начал он. – Нет никаких других правил, кроме права сильного. Только ваша внутренняя энергия и умение её использовать определяют каких целей вы добьетесь и высот достигните, – глаза магистра на мгновение вспыхнули холодным огнем и также быстро погасли. Как будто огромная прорва силы, заключенная в хрупкую темницу телесной оболочки решила вырваться на свободу, но была возвращена под контроль своим тюремщиком. Но может быть это так разыгралось воображение?

Как только магистр отступил назад в зале повисла гробовая тишина. Сердце пропустило десяток ударов, после чего произошла очень странная ситуация.

«Приветствую тебя, юный неофит», – раздалось у Генриха в голове.

Он начал дико озираться вокруг. Ллойд и Элис точно также крутили головами. Их непонимающий взгляд немного успокаивал: он не сумасшедший. По крайней мере, не останется один на один с психическими проблемами. Постепенно вся аудитория начала нервно оглядываться и перешептываться. Но в следующий миг наступила кромешная тишина.

«Да, знаю, сейчас тебе кажется, что происходит что-то из ряда вон выходящее. Я объясню: магия делится не только на зримую часть, но и на ментальную. Мне не нужно эффектно взмахивать руками и произносить пафосные речи, чтобы поговорить с вами. С каждым из вас. Такова сила ментала».

– Это кто сейчас залез ко мне в голову и шепчет там? – Калеб нервно сглотнул. – Да ещё и всей аудитории сразу? – но ему никто не ответил: мужчина в серой рясе поднял руку над головой. Он стоял чуть в стороне, спокойно обводя аудиторию взглядом. При этом издалека казалось, что уголки его губ немного приподняты в улыбке.

«Как вы понимаете, мы, магистры своих дисциплин, сейчас представляем вам моральные ценности каждого направления. То, чем будет жить каждый из вас, кто поступит на определенный факультет. В ментальной дисциплине нет ни правил, ни фанатизма, ни силы. Только ваш дух определяет, чего вы сможете добиться. Встретимся на занятиях», – и голос, который был обычным, самым заурядным голосом на свете, замолк.

В аудитории повисло гробовое молчание. Внезапно раздалось одинокое похлопывание, потом ещё одно и уже через секунду гвалт аплодисментов зазвучал в зале.

Темный и Светлый магистры недовольно поморщились, одновременно посмотрев в сторону мужчины в серой рясе. Тот лишь обернулся к ним, улыбнулся и пожал плечами.

– Больше не смеем вас задерживать, достопочтенные магистры. Дальше продолжит один из наших преподавателей, – маг-пижон-выскочка-белый плащ крикнул на новичков и побежал вслед за уходящими. Ближе всего он держался к магистру Светлого Братства. Создавалось впечатление, что собачонка бежит за своим дрессировщиком. Однако, он просто проводил их до двери и вернулся назад на свое место в первом ряду.

Магистры, не прощаясь, вышли из зала, а им на замену из угла вышел сердобольный старик в потертой временем хламиде. Он излучал доброту и открытость: как будто ему можно было доверить самое сокровенное, что есть у тебя на душе.

– Добрый всем день, – дрожащим от старости голосом сказал он. – Рад вас приветствовать в наших стенах.

– Из него песок сыплется уже, как он стоит? – Калеб в недоумении покачал головой.

– Меня зовут Арчибальд. Я являюсь архивариусом нашей Великой Академии, – немножко тянущиеся слова вгоняли в сон. – Сейчас мы немного поговорим о том, что же вы услышали и что вас ждет дальше.

– Поскорее бы, а то скука жуткая, – кто-то из зала в дальнем ряду демонстративно потянулся.

– Не дерзи профессору, малявка! – маг в белой робе аж подскочил со своего места.

– Спокойно, Лукреций, спокойно. Не надо нервничать, – старик успокаивающе поводил рукой в воздухе. – Ох, и вправду, деточка, скука жуткая. Давайте поменяем формат.

В этот момент в воздухе вокруг старика начали сгущаться потоки воздуха. Белые всполохи с зелеными жгутиками окутали его фигуру, приподняли над подиумом, где до этого стояли магистры, и создали некое подобие стула с прозрачной доской позади него.

– Так будет лучше, – абсолютно здоровым и звучным голосом заговорил старик. – Годы берут свое, а делать так постоянно уже нет ни сил, ни желания.

Ребята смотрели на преобразование профессора с выпученными глазами. Это было даже эффектнее, чем все речи магистров вместе взятые.

– Стоп, что за недоуменные взгляды? Никто не слышал про взаимосвязь магических школ? – удивленно спросил Арчибальд. – Ну ладно, начнем с этого. Сейчас, соединив базовые знания из школ Ветра, Природы и Целительства я временно укрепил свое тело и использовал скрытые резервы своего организма. Часто так делать нельзя, но раз в год, посвящая таких юных птенчиков как вы, старик может немного побаловаться, – искренне улыбнулся дедушка.

Генри в шоке смотрел на происходящее. Старик оставался в своем теле, но это была как будто простая марионетка. Вокруг него вырисовывался нечеткий ореол другого мужчины: сильного, мускулистого и очень могущественного. Занимательно, что, спросив сидящую рядом Элис, видит ли она то же самое, получил лишь вопросительный взгляд в ответ.

– Итак, начнем с того, что по традиции новый набор учеников встречают главные магистры своих дисциплин. Их вы сейчас видели, они же дали вам первый урок: каждая из дисциплин пропитана своими нравами и укладами. Выбрав не ту стезю, которая подходит вам по душе, вы рискуете не только провалить вступительное испытание, но и самими вашими жизнями! – на последней ноте голос Арчибальда заполонил все пространство аудитории. – Школы магии не терпят противоположные потоки. Если в вашей семье были потомственные целители или даже паладины, то, пойдя на темные искусства, вас может растерзать магия смерти. А теперь давайте по порядку.

Сзади профессора на воздушной доске стали проявляться слова, четко поделенные на свои столбики и графы.

– Существует всего 4 дисциплины или, можно для простоты назвать, факультета. В каждом содержится по четыре школы магии. Четыре, четыре. Логично, запомнили? – вопрос адресовался группке девочек, сидящих слева внизу.

– Д-да, профессор, – боязливо проговорила одна.

– Хорошо, – Арчибальд продолжил. – Первый факультет Элементальный. Как вы можете догадаться, сюда входят… – не договорив, профессор Арчибальд указал рукой в сторону зала.

– Земля, Вода, Огонь и Воздух! – выкрикнул кто-то со средних рядов.

– Верно! Элементальные дисциплины воспринимают только силу. Грубую, необузданную! Однако маги, связанные с этими школами, в первую очередь учатся контролю. Так что первые годы вы будете обуревать свою ярость, чтобы вы управляли ей, а не наоборот.

Неожиданно Элис вскинула руку.

– Профессор, можно вопрос?

– Да, конечно, спрашивай.

– Если мы так долго должны учиться контролю, то почему магистр этой дисциплины такой молодой?

– Хороший вопрос, – задумчиво покачавшись на своем воздушном стуле, архивариус ответил. – У Малека был очень сильный потенциал: его уровень владения энергией превосходил на голову всех, кого я знал. Стихии приняли его как родного, подчинялись ему и давали заглянуть в их тайны. Начав со стихии огня, он за полгода получил специализацию и уже почти через год стал архимагом! Это безумные темпы роста, чтобы вы понимали. Я сейчас нахожусь на ранге архимага и шел к этому более восьмидесяти лет!

– А сколько вам сейчас, простите за бестактность, – Элис не отреагировала на осудительный взгляд Ллойда.

– Больше ста лет, девочка. Больше ста лет. Я так хорошо сохранился, потому что изучал подходящие дисциплины, – и, подмигнув Элис, продолжил. – Вторым факультетом в нашем списке будет Ментал или Ментальные дисциплины. В их чисто входят также четыре школы: Разум, Пространство, Время и Прорицание. Все возможности адептов этого факультета я не могу представить даже в самых безумных фантазиях. Думаю, магистр Псионики, так еще называют школу Разума, уже успел показать вам малую часть её возможностей.

Генри про себя подумал, что это была одна из самых лучших магических возможностей: общаться с человеком внутри его головы. Также можно очень сильно воздействовать на него. А какие ещё тайны хранятся на этом факультете? Эта мысль отвлекла от лекции, и он прослушал следующий вопрос из зала.

– … Я не знаю, – профессор почесал затылок, – но точно могу сказать, что в открытом бою победит тот, кто больше сроднился со своей дисциплиной. Нельзя сравнивать бои на Арене и в реальной схватке. Там, где Маг огня может испепелить своего соперника, а паладин просто примет весь удар на себя, химеролог создаст армию существ, которые разорвут на части противника. Псионик же просто подчинит себе врага и заставит его самого убить себя. Это все приходит с опытом, но магистру одной дисциплины незачем пользоваться дарами другой.

– Спасибо, профессор! – выкрикнул щупленький парень в очках с первых рядов. Видимо, вопрос явно был насущным, так как он повернулся к знакомому бугаю из столовой и провел пальцем по горлу. Выглядело это очень комично: даже профессор улыбнулся в бороду.

– Итак, продолжим. Следующей дисциплиной идут Темные искусства. И совсем не зря они носят такое интересное название: темные – это люди с необузданной фантазией, желанием творить, как сказал магистр, деятели прогресса! Правда, они не стесняются применять самые радикальные способы достижения целей, начиная от обычного убийства с последующим расчленением, так и кровавыми жертвоприношениями или истязанием духа жертвы.

В зале стало заметно тише. Даже шепотки прекратились, а в воздухе сгустился холодок.

– Соответственно, – продолжил Арчибальд, нисколько не смутившись, – она включает в себя также четыре школы: Некромантия или, ещё называют Энтропия, Химерология, Кровь и, кажется, работа с Душами. Честно, подзабыл название последней. Она относительно новая школа, пришла на смену треклятой демонологии, будь она не ладна, – Арчибальд разве что не сплюнул на пол. – Слава Великому, очередной прорыв в исследованиях действующего магистра Темных дал нам новый виток развития. А ему высшую степень и руководящую должность. Очень умный и талантливый человек, к слову.

Генри начал отвлекаться: большой поток информации уже плохо усваивался. Обернулся к Ллойду, который внимательно слушал профессора. Посмотрел на Элис, на мгновение заставив оторвать ее взгляд от старика. Та лишь бросила вопросительный взгляд и отвернулась. На Калеба, который сейчас сидел с чуть приоткрытым ртом. И попытался найти Линду. Он, к своему стыду, потерял ее в толпе еще на входе.

В это время лектор, закончив отвечать на очередной вопрос, прокашлялся, взял небольшую паузу и продолжил.

– И последний факультет в нашем списке – это Светлое Братство. У них всего два направления, но, зато, огромных: это Целительство и Боевой Орден. Первые готовят лекарей и магов поддержки, а вторые – боевых магов против всякой нечисти и паладинов. Действующий магистр как раз является действующим паладином Ордена! Огромная честь, которой удостаиваются лишь единицы! – важно потрясся пальцем, проговорил профессор. – Вы хотели что-то спросить?

– Да, профессор! – в очередной раз задал вопрос мальчик-заучка с первого ряда. – Хотел уточнить: вы сказали, что в каждой из четырех дисциплин есть по четыре школы магии. Но сейчас говорите, что в Светлом Братстве всего два направления. Как такое возможно? Неужто вы ошиблись? – заметно осмелев спросил мальчик с ехидными нотками в голосе.

– Юноша, если бы вы внимательно слушали, – с доброй улыбкой начал Арчибальд, – вы бы услышали ответ на свой вопрос. Слушать и слышать, – его голос стал серьезным, – это разные вещи. Повторю еще раз: у Светлого Братства школы носят относительный характер, больше приобретая значение направлений. В целительстве вы можете стать лекарями или магами поддержки, а в ордене – боевыми магами или воинами света. Паладинами. Так понятнее, мои дорогие? – обратился он ко всей аудитории разом.

– Да, профессор! – большая часть ребят была вовлечена в процесс и разом откликнулась.

– Что еще рассказать-то такого? – Арчибальд задумался, почесал затылок и, как будто бы вспомнив важную деталь, потряс пальцев в воздухе. – Они любят помпезность, поэтому каждого нового члена своего общества проводят через процедуру помазания. Друг за друга они стоят горой и выступают единым целым с четкой иерархией и своими локальными законами. Даже корпус у них находится отдельно, в другом измерении.

– О каких измерениях идет речь, профессор? – раздался недоуменный возглас одного из учеников.

– Ох, вы же ещё совсем юны и неопытны, совсем забыл, – Арчибальд глубоко вздохнул, на пару секунд нерешительно остановился. Было видно, как тяжело ему развивать эту тему. Но спустя пару мгновений, кивнув своим мыслям, продолжил. – Тогда слушайте: наш мир не был таким пару сотен лет назад. Вообще, доподлинно никто не знает каким он был, не осталось живых свидетелей тех времен, но ходят легенды про единую, соединенную планету, – в зале раздались удивленные вздохи.

– Быть такого не может, – прошептал Калеб и повернул голову к Элис. – Это получается, я мог бы жить с такой красоткой в одном мире?

– Под небом моего мира есть место только для одного из нас, – прошипела Элис. – Точнее для одной. Сгинь, – и махнула на него рукой.

– Зачем ты с ним так грубо, – улыбнулся сидячий рядом Генри, – он же старается.

– Ты действительно думаешь, что у него есть шансы против таких красавчиков? – вопросительно подняла она бровь и серьезно посмотрела сначала на Ллойда, потом на Генри. При этом ее губы были карикатурно вытянуты трубочкой, а глаза она свела к переносице. После чего они тихо засмеялись. На половину аудитории.

Некоторые ученики неодобрительно покосились на них, кто-то просто мазнул взглядом, а Арчибальд лишь покачал головой и осудительно посмотрел в их сторону.

– Итак, если все уже посмеялись, то продолжим. В хрониках, которые до сих пор хранятся в нашей библиотеке, написано следующее: произошел глобальный катаклизм, расколовший мир на множество осколков. Сейчас самые большие из них связаны сетью порталов. Собственно, это и есть ваши родные миры. Наша Академия находится на центральном осколке, вокруг которого вращаются остальные. Технически, все осколки летают в необъятном космосе, поэтому при переходе вы могли видеть кометы и заметить характерные фиолетовые росчерки.

– То есть, мы сейчас плывем в космосе? Реально? – раздался выкрик из аудитории.

– Да, молодой человек, все именно так. Но у каждого осколка есть своя оболочка, которая защищает его от холода и пустоты космоса. А еще есть притяжение к более массивным объектам, таким как солнце, например. Не буду вдаваться в подробности, но магистры темных разработали специальные устройства, связывающие оставшиеся осколки не только портальной сетью, но и особыми магическими нитями, которые нивелируют гравитацию иных космических тел.

– Профессор, вот сейчас я не понял от слова совсем, – бугай из столовой вклинился в разговор.

– Да-да, действительно. Все это кажется сложным, но на занятиях по истории вам расскажут более подробно, что привело нас к такому исходу, – Арчибальд запнулся, окинул аудиторию взглядом, покачал головой и, цокнув языком, продолжил. – Пока просто помните, что вы – часть большой системы нашего мироздания. Так, что я вам ещё важного не рассказал? Ах да, точно! Про звания магов и как их получать.

– Может сделаем небольшой перерыв? Уже совсем ничего не запоминается, – начали ныть в аудитории.

– Да, перерывчик бы не помешал, – поддакнул Калеб, держась за голову, при этом натягивая ладонями кожу на лице к ушам.

– Хорошо, пять минут отдыхаем и продолжаем нашу лекцию, – доска сзади резко очистилась и началась заполняться заново. – А я пока подготовлю вам более детальные образы.

Толпа в лекториуме засуетилась: кто потягивал затекшие конечности, кто спешно пытался записать всю информацию в книжечки. Их же компания смотрела на бедного Калеба, который разминал виски и сетовал на сложную и непонятную жизнь.

Генрих поискал глазами Линду, сидевшую почти в самом начале аудитории и быстро записывавшую всю информацию, что возникала на доске. Заметив, куда он смотрит, Элис легонько кольнула его пальцем в бок.

– А что это мы так откровенно пялимся на девочек, Мортон?

– Я не пялюсь, отстань!

– Как не пялишься? – подключился Ллойд. – Ты же смотришь прямо на свою новую подругу, – он пригляделся и уже громче сказал, – да-да, это точно она! С ней он в столовую заходил!

С нижних рядов к ним начали оборачиваться другие студенты.

– Да потише ты! – Возмутился Генрих. – Чего шум поднимаете. Заходил, да. И что? Не могу на красивых девушек смотреть? – его щеки налились румянцем.

– О, мой друг, кажется, она тебе понравилась! – Элис сверкнула улыбкой и хлопнула его по плечу. – Ты обращайся за советом, как с девушками общаться, а то ты в этом деле так себе.

– С девушками нужно мягко и обходительно, – пробурчал Калеб, который уткнулся в столешницу головой и усиленно водил ею из стороны в сторону. – Галантность нужна, как у меня. Поэтому Элис на меня и запала.

– Ты себя видел, галантный мальчик, – Элис фыркнула. – Я бы лучше с ведром помойным познакомилась, чем с тобой. А еще раз отморозишь что-то в таком духе, яйца в трубочку скручу.

– Так мы уже знакомы, нестыковочка.

– Уважаемые, я вам не мешаю? – профессор четко смотрел в их сторону. – Если у вас есть что сказать, говорите всем.

– Извиняемся, профессор, пропустили начало, – сказал Генри.

– Хорошо, продолжаем. В Академии все измеряется вашим родством со Школой магии. Пока вы новички, вы никто. Магия не знает про вас, только лишь можете пару фокусов показать, что выучили у себя дома. Далее, после двух месяцев подготовки, вы проходите испытание на статус подмастерья. Мы ещё их называем послушники. Можете пройти этот экзамен и раньше, если хватит смелости, но второй попытки не будет. Как только вы стали подмастерьем, вы выбираете себе дисциплину. Она и будет вашим домом на оставшуюся жизнь, поэтому выбирайте с умом. Переводиться и переходить с одного факультета на другой запрещено, так как магия не прощает предательства, но вы спокойно можете изучать темы, которые проходят на других дисциплинах. Если найдете такую информацию или вас пустят на лекции. Каждый факультет располагается в совершенно противоположных частях Академии, никак не связанными между собой. Только на лестнице, которую вы видели, есть порталы, ведущие к конкретному факультету. Соответственно, без разрешения, пройти не в вашу секцию невозможно. Однако, никто не мешает вам на ваш страх и риск искать обходные пути. Это не приветствуется, но, повторю слова магистра Малека: в Академии есть только один закон, закон Силы. Так что дерзайте.

– Получается, мы можем нарушать закон, если готовы нести за это ответственность? – раздался вопрос из аудитории.

– Очень мудрые слова для такого молодого ума, – профессор прокашлялся и продолжил, – однако, ты должен помнить, что любой закон и запрет придумывался не просто так. В Академии важно соблюдать порядок, противостоять хаосу и разрушению. Но это во мне говорит мое нутро. Ваше может искать иного. Академия… допускает подобное, – очень уклончиво закончил Арчибальд.

– Понятно, нарушаем, но не попадаемся, – раздался смешок в правом ряду.

– Будем считать, я ничего не слышал, – было видно, что профессор озорно улыбнулся, но быстро вернул серьезность, – продолжим. После получения статуса подмастерья, вы можете сдать экзамен на мага. Однако перед этим предстоит долгий путь мучительных тренировок, который должен вести вас к вашей истинной цели. Основное различие между подмастерьем и настоящим магом в том, что последний обладает намного большим запасом энергии и знаний для сотворения заклинаний. Маг должен разбираться во всех областях своей дисциплины, знать все базовые заклинания и упереться в потолок своего развития, чтобы перейти на следующую ступень. А там уже будет все намного веселее, – архивариус закхекал и прокашлялся. – Не надоело ещё меня слушать?

– Нет, профессор! – раздался дружный хор голосов.

– Хорошо, тогда продолжаю. Следующая ступень – это маг со специализацией, маг после посвящения. Он выбирает одну школу магии, после чего становится её адептом. Магу необходимо пройти смертельно опасное испытание, на котором определенная магическая школа должна принять своего последователя, либо… безжалостно убить его. Поэтому не советуется идти в те дисциплины, с которыми ты изначально не чувствуешь связь и морально не подходишь под критерии. Например, потомственный маг света, поступивший на темные дисциплины и выбравший некромантию, почти со стопроцентной вероятностью будет убит на испытании, как не прошедший моральный отбор адепт. Некромантия не приемлет свет и не отдаст ему свои тайны. Но можно пойти на Химерогию, там ещё есть шансы выжить.

А вот приведу другой пример в рамках одной дисциплины: маг, которому благоволит огонь, может попытаться стать магом воды, но это просто глупо, так как больше половины твоих сил будут недоступны до получения звания архимага.

Самое главное, что нужно знать: отличие мага от мага с конкретной специализацией в том, что его познания и сила в конкретно этой школе возрастают в разы, а сила применения остальных школ падает. Это некий шаг назад, чтобы сделать множество рывков вперед в узкоспециализированной части.

– Ну Элис у нас точно будет магом огня высшей ступени, – сын кузнеца тепло посмотрел на свою подругу.

– Спасибо, Ллойд, очень приятно, что ты в меня веришь, – Элис мило улыбнулась. – И ты прав: только пламя, только огонь, – в довершение она дернула своими рыжими кудрявыми прядями. Тем временем профессор продолжал вещать.

– Маг жертвует частью себя, чтобы открыть доступ к секретам школы. Так, уже приведенный в пример маг огня должен будет пройти через стену пламени, которая очистит его от всего наносного и даст неимоверную силу. Кожа такого мага будет пожизненно опалена, а о волосах на теле можно будет забыть. Даром огня будет сила, которая позволит создавать огненные штормы и призывать потоки пламени. Можно, конечно, попытаться создать их и без привязки к школе, но сделать это могли только сильнейшие из предков, единицы, о которых слагались легенды.

– Ух, я бы не хотел ходить всю жизнь опаленным и лысым, – Ллойд поежился.

– Ага, я тоже, – чуть сникла Элис.

– Почему никто не спрашивает меня о магистре Элементальщиков? – вдруг задал вопрос Арчибальд. – Никто не заметил странность в его поведении?

– А что мы должны были заметить? – с первых парт донесся тоненький женский голосок.

– Кто заметил, ну?! – по-юношески задорно Арчибальд обвел взглядом аудиторию.

– Он не был опален! – раздался выкрик совсем рядом. Калеб на секунду поднял голову и вернулся к прежнему занятию.

– Верно, молодой человек! Вы совершенно правы! А все дело в том, насколько ты родной для выбранной стихии. Если она принимает тебя полностью, значит не наносит сильного ущерба, только одаряет способностями. Но, если ты идешь напролом и не видишь, что тебе не место в определенной Школе, тогда жди беды. Магия сама попытается тебя отвадить, максимально обезобразит не только тело, но и душу. Или же ты просто отдашь самого себя ради достижения цели. Теми же самыми личами становятся некроманты, которые отдали свое бренное тело ради многих лет жизни во благо прогресса. Но этот путь не для всех. Чтобы избавиться от накладываемых ограничений мага, следует всего лишь, – он показал воздушные кавычки, – перешагнуть на новую ступень – архимага. Это почти вершина магического мира. Архимагов очень мало, ввиду сложности доживания до этого возраста. Однако, есть и достаточно молодые уникумы, которые получают это звание не в старости, но даже немногим после окончания обучения в Академии, как приведенный в пример магистр.

– А в чем, собственно, различие между магом со специализацией и архимагом? – вопрос задала Линда. Она сидела, сложив руки на столе и выпрямив спину. Ее простой и оттого красивый изгиб приковал взгляд Генриха, что не осталось незамеченным его подругой. Толчок в плечо привел его в чувство.

– Основное отличие в том, что архимаг может одинаково хорошо управлять двумя магическими школами, что, соответственно, накладывает ряд существенных ограничений. Так, архимаг Огня и Воздуха может сотворить безумные огненные торнадо, но с Водой и Землей у него будет война: заклинания будут также произноситься, но нужен великолепный контроль, так как стихии норовят убить тебя из ревности к другим школам. А вот в темных дисциплинах все не так: они все выступают заодно, так что архимаг темных искусств может с легкостью применять две школы и остальные в обычном качестве, но сила этих школ будет просто меньше, чем у Элементальщиков. За силу последние платят большую цену, – на этих словах Арчибальд замолчал и задумчиво уставился себе под ноги. Затем, глубоко вздохнув и встряхнувшись, он разогнал повисшую в аудитории тишину. – А еще больше информации о школах магии вы сможете найти на страницах учебника магистра Губиуса Повелителя Стихий, 3 эпоха, Закатный век, который я могу выдать вам в стенах библиотеки.

– Профессор, можно вас перебить и узнать, а где находится библиотека?

– О, это хороший вопрос. Лучше я сразу покажу вам карту.

Доска за спиной магистра раздвоилась и рядом повисло чистое полотно, на котором начали прорисовываться контуры переходов с различными обозначениями.

– Все нужные вам места будут отображаться в ваших дневниках, которые уже ждут вас на ваших кроватях. Там будет указан ближайший путь до цели. А сейчас мы посмотрим основные точки. Например: тут у нас располагается библиотека, тут Арена, а тут Лабиринт, – Арчибальд медленно провел незаметно сотворенной воздушной указкой по нескольким пунктам. – Различные лаборатории и кабинеты показывать не буду, потому что мы и так засиделись. Быстро закончу рассказ об основных моментах, а завтра мы продолжим. На чем я остановился?

– На архимагах.

– Ах да, теперь о магистре – венце магической силы. Магистр магии. Он может в равной степени использовать все школы внутри своей дисциплины, однако все другие школы смотрят на него с ненавистью. Это подобно объявлению войны со стороны магистра: свои меня не трогают и дают величие силы, остальные норовят эту силу уничтожить. Опасно, скажете вы? Это так, но открывающиеся перспективы могут заманить любого мага в свои сети. Так, магистру ментала не нужны слабые заклинания стихий или светлых искусств, так как он может просто силой мысли подчинить себе несколько магов этих школ и использовать их как своих марионеток.

– А зачем магистру темных искусств светлые заклятия? – продолжил свою мысль профессор. – Его армия поднятой нежити, наряду с созданными химерами и усиливающими кровавыми ритуалами даст фору любой дисциплине, только дай время на подготовку. Магистры светлых дисциплин зачастую идут по пути воинов-магов, совмещая лекарскую деятельность и военную мощь. Но тогда они переходят под воспитание корпуса паладинов. К ним относятся с уважением, но без фанатизма – это просто один из путей развития своей личности, путь тела.

Заметив остекленевшие от усталости глаза студентов, профессор громко хлопнул в ладоши, чем испугал ближайших к нему ребят, и закончил свою лекцию.

– Итак, на этом все, господа и дамы! Сегодня расходимся по своим комнатам, вам помогут в этом наши молодые маги, а завтра собираемся здесь же после завтрака! Всем спасибо, до встречи в библиотеке.

5 

Глава. Ночная прогулка

Народ начал собираться, около двери выстроилась очередь.

– Вот же много информации получилось! И как это все запомнить?

– Ну, я, в отличие от тебя, Генриетта, все это разложила по полочкам в глубине своей безууумно глубокой пааамяти, – протянула, кривляясь, подруга.

– Элис, ты всегда начинаешь кривляться, когда устаешь, мне ли это не знать, – улыбнулся в ответ парень.

Подойдя к выходу, он внезапно уловил знакомый аромат полевых цветов. Повернувшись в сторону, заметил Линду.

– Привет! А ты почему ещё не вышла?

– Решила подождать тебя, мои подруги в другом блоке живут, – немного засмущавшись, сказала девушка.

– Хорошо, пойдем с нами, я тебя ещё с Элис не познакомил!

– И не познакомишь нормально: мне в другой блок, – развела руками девушка, при этом по-доброму улыбнувшись собеседнице, – привет, Линда! Мне тут этот молодой человек все уши про тебя прожужжал. Уже хочу стать твоей подругой. Мальчики, пока! – и на этой ноте рыжеволосая бестия скрылась в толпе ребят.

– Как она это делает, ума не приложу, – Ллойд ухмыльнулся. – Сколько лет её знаю, а все еще не привык к такому поведению.

– А мне нравится, я бы познакомился с ней поближе, – Калеб мечтательно зажмурился.

– Она тебе зубы сломает, предупреждаю сразу. А Ллойд добавит.

– Ладно, понял, – Калеб примирительно поднял руки, при этом озорно улыбаясь, – но никто не мешает мне попробовать, верно?

– Твоя жизнь, тебе решать, – сурово посмотрел на него здоровяк, лишь раззадорив светловолосого пройдоху.

Генрих перевел взгляд с этой парочки на все также стоящую рядом девушку, прижимающую к груди толстую тетрадь.

– Линда, ты же все успела записать? Потом дашь посмотреть, если забуду?

– Да, конечно, без проблем, пойдем?

Под такие ничего не значащие разговоры, они дошли до своих комнат. Попрощавшись с девушкой, Генри, Ллойд и Калеб отправились к себе, где на кроватях их ждали личные дневники новичков. Небольшие, толстенькие, в кожаном переплете, они были очень компактными и удобными для ношения. Все они были пусты, только на одной из страниц проявляли небольшую часть карты академии, которая, как ребята решили, была им доступна для посещения. Маги попрощались со всеми, закрыли двери и сказали ориентироваться не по солнечным часам, а по времени, указанному в дневнике. Эта книжка была этакой магической примочкой, включающей в себя сразу большой набор инструментов.

К их большому удивлению, время в дневнике близилось к ночному. Возможно, ход часов здесь отличался от их родного мира, а может быть действительно так быстро пролетели сутки, однако усталость от этого насыщенного дня дала о себе знать.

Прохождение отбора, знакомство с новыми людьми, информация о мирах, лекция и многое другое навалилось из ниоткуда, окутывая неокрепшее подростковое сознание своеобразным барьером, дающим время осознать и принять все услышанное. Теперь они живут в другой реальности, рядом больше нет дома, родных, ты сам по себе. Но рядом есть близкие люди, которые за тебя будут стоять горой, и за которых ты несешь ответственность. Все это сложно, непонятно, но они справятся, они смогут.

Поток философских мыслей был грубо прерван довольно громким вопросом:

– Ребят, будем спать или как? – Калеб лежал на спине, скрестив руки на груди. Глаза его были закрыты.

– Спи уже, – раздалось недовольное бурчание из дальнего угла комнаты.

– Ребяяят, давайте что-то делать!

– Дай поспать! – второй недовольный голос присоединился к первому.

– Ребяяят!..

Некоторое время спустя, Генри не выдержал этого и встал с кровати. По ощущениям шел уже второй час, как они пытались уснуть. Ллойд и ещё один здоровяк, с которым они сидели на кухне, погрузились в беспробудный сон сразу же и начали храпеть наперебой, как будто бы соревнуясь за звание лучшего. Другой постоянно пускал ветры. Третий шелестел своим дневником и что-то рьяно туда записывал. Генри не привык жить с кем-то, поэтому подстроиться под общий ритм комнаты было фирменно невозможно. Решив для себя, что выспаться в помещении с десятью парнями-сожителями он явно не сможет, решил пробежаться по местным достопримечательностям и начать нелегкий путь освоения магического ремесла раньше других.

Выйдя из комнаты, перед ним встал вопрос: куда идти? Налево, в сторону распорядительного зала? Или направо к лестнице? Доверившись судьбе, побрел к залу. Теперь бежать никуда не нужно было, поэтому появилось время рассмотреть поближе коридоры: под потоком находились магические светильники, горящие неярким желто-белым пламенем. Между светильниками небольшой бороздкой шел орнамент, изображающий разных магических созданий. Они были похожи на бесов, единорогов и энтов. То есть тех, кого в природе не существовало, но в сказках они были. “Но существо же было реально”, – подумав об этом, Генри решил дойти до местной библиотеки, чтобы поискать какую-то информацию об этом, а может еще что-то интересное. В общем, это был просто предлог побродить по коридорам академии.

Пройдя множество одинаковых разветвлений, аудиторий и комнат, парень наконец-то вышел к залу с книгой. Она так и стояла на постаменте, окутанная сферой. Попытавшись подойти к ней, Генри наткнулся на непроницаемый барьер, который не пускал его ни к книге, ни к выходу к порталам. Еще пару раз попытавшись войти, он бросил это неблагодарное дело и побрел в другую сторону. Спать не хотелось, заблудиться он не боялся, так как в кармане лежал дневник с нарисованной на первой странице интерактивной картой. Она повторяла его маршрут и показывала обратный, если задать ориентир. Проходя мимо очередного поворота, он заметил неяркое свечение вдали. Посмотрев на карту, Генри захлопал глазами: территория, которая раньше была пустой, сейчас мигала синим светом с подписью “АРЕНА”.

Ускорив шаг в этом направлении, Генрих вскоре вышел к довольно широким воротам, которые были слегка приоткрыты. Вокруг ни души, неизвестность тянет, выбор очевиден. Быстрыми шагами преодолев разделяющее расстояние, он, не оглядываясь, нырнул в нутро ворот. Каково же было его удивление, когда вокруг резко увеличились стены, слева и справа от него возникли огромные трибуны, но самое главное, открылся вид на саму арену поседение внизу. На ней сражались две фигуры, предположительно парня и девушки. Явно бившиеся уже долгое время, их уставшие тела были похожи на измазанных в крови и грязи оборванцев. Вдруг арену сотряс громоподобный взрыв: один из поединщиков кинул в противника большой огненный шар, который, долетев до оппонента, рассыпался мириадой ледяных брызг. Странным было то, что за воротами не было слышно ни звука.

Генри медленно, чтобы не помешать сражающимся, приближался к ним. Он особо не скрывался, но занятая только друг другом парочка не обращала на него внимания: ледяные копья, срывающиеся с вытянутых хрупких рук девушки, таяли на глазах, не пролетев и половину пути в том адском пекле, которое устраивал залившийся в безумном хохоте парень. Камень под ним уже начал плавиться и бурлить, как девушка выплеснула огромный поток льда, разом затопив всю арену и своего противника. Замершая фигура так и застыла в беззвучном хохоте. Через пару мгновений перед Генри, по-дружески обнявшись, стояли два человека во вполне себе опрятном виде.

– Как? – только и смог выдавить из себя он.

– Новичок, да? – перед ним, вальяжно расставив ноги, чуть скособочившись, стоял явно старшекурсник. – А не поздно ли по ночам гулять в первый день? Слышали, вы только что перешли к нам через портал.

– Не спится, – только и выдавил из себя Генрих.

– Дорогой, может утолишь его любопытство? Мне тоже всегда было интересно, как смертоубийственные поединки на этой Арене не приносят вреда участникам. – девушка встряхнула свои белые волосы, которые были пронизаны синими прядями.

– Хах, вот ещё! Ответ нужно заслужить. Потом и кровью, на практике. Если хочешь ответа, валяй на площадку. Не хочешь, мы пошли, а ты посиди, поглазей, – с насмешкой сказал старшекурсник, внимательно наблюдая за реакцией новичка.

– Ты хочешь, чтобы я сражался с тобой? – Генри непроизвольно усмехнулся. – Да ты минимум маг, не иначе! Что я смогу против тебя?

– Ты льстишь ему, какой он маг! Даже подружку свою победить не может! – девушка ущипнула своего приятеля за бок.

– Я поддавался, можешь не бахвалиться! Завтра посмотрим, кто из нас круче!

– Конечно посмотрим. Ну так что, новичок, хочешь ответов? – ей явно хотелось посмотреть на это зрелище.

Сам по себе Генри не был азартен, но, когда речь заходила за получение новых эмоций и знаний, никакие сложности не могли его остановить.

– Была не была! Что от меня нужно?

– Пойдем со мной, все расскажу внутри арены.

Старшекурсник развернулся и пошел прямиком на уже абсолютно гладкий и чистый камень. Генри последовал за ним. Как только они оба ступили на платформу, вокруг них плавно проплыла и погасла полусфера.

– Это защита от нежелательных попаданий в публику, включается автоматически, – показал на пелену собеседник. – Теперь рассказываю правила: Арена дает право выбирать режимы боя. Всего их четыре: дуэльный режим до первой крови, легкие ранения, тяжелые ранения и насмерть. Последний разрешен только с согласия обоих участников и надзирателя со стороны преподавательского состава. Лазейки есть, но сейчас не о них. Эта Арена была построена задолго до нас, до наших прадедов и вообще предков, поэтому магия, работающая на ней, непонятна никому. Даже диссертации защищают по этому поводу.

– Диссер… что?

– Новичок, слушай и не перебивай, – продолжил быстро вещать старшекурсник. – Арена как бы проецирует наши сознания внутрь этой полусферы, а наши тела вводит в продолжительный сон. То есть, мы сражаемся внутри нашей головы, и ты, и я, а тела наши спят снаружи. Зрители видят только проекцию наших сознаний, четко выделенную Ареной, – он на мгновение замолчал, цокнул языком и продолжил. – Не понимаешь, да. Ладно, тогда просто прими это как данность и не забивай голову вопросами.

– Эм, ладно, я постараюсь, – Генрих встряхнулся и продолжил слушать.

– Все это очень похоже на магию пресловутых менталистов, скорее всего это она и есть, такая вот арена. Влиять на наш бой со стороны никак нельзя, только твоя сила против моей. Все понятно?

– На самом деле ничего не понял, – вздохнул парень. – Как можно драться внутри головы? Я же видел сейчас ваш бой?

– И да, и нет. О, Великий, какой же он душный! – Старшекурсник топнул ногой и посмотрел в сторону своей подруги. Та лишь пожала плечами. – В общем, потом все узнаешь. Как драться будем? Тяжелые повреждения готов?

– Давай дуэльную попробуем. Я же вообще первый раз, в школе у нас такого не было.

– Правда? Тогда тебе повезло, что ты встретил именно нас!

– Это да, он прав, – согласилась девушка.

– Мы научим тебя премудростям схватки. Но сначала надерем тебе задницу, – парень хмыкнул. – Итак, деремся как девочки на дуэльном?

– Ладно, давай легкие ранения, – сдался Генри. – Только сильно не бей.

– Вот, это уже другой разговор! – потер руки боец. – Смотри, так как ты новичок, можешь делать со мной все что угодно, я буду подстраиваться. Твоя задача – нанести мне хотя бы один удар. Получится, с меня подарок. Не сможешь… я немного повеселюсь напоследок и отточу пару своих коронных приемов. Больше с тебя нечего брать. Считаю честным. Договор? – он протянул руку.

– Договор, – ладони хлопнули, фиксируя соглашение. – А как и чем мне наносить по тебе удары?

– Магией, чем же ещё? – усмехнулся старшекурсник. – Или ты на мечах, как истинные паладины, будь они неладны, биться будешь?

– Если ты хочешь, можем и на мечах, – повел плечами Генрих, разминаясь. – Немного умею фехтовать. А вот с магией туго.

– Хм, а он интересные вещи предлагает, не правда ли? – скука в голосе сменилась на заинтересованность. – Никогда на мечах не бился.

– Ага, не ожидала от новичка такого. Покажи себя! – зажглась девушка и хлопнула в ладоши.

– Где меч брать?

– У стойки позади тебя.

И правда, невдалеке материализовалась стойка с самым разнообразным оружием. Может, действительно, его случайный оппонент не врал насчет «битвы в голове». Подойдя к оружию, Генри ухмыльнулся: сейчас у него будет хоть какой-то шанс наказать этого пижона. Почему-то тот не понравился ему сразу, стоило только увидеть: «сумасшедший с пламенной башкой». Такое описание ему подходит лучше всего.

За всеми этими рассуждениями Генри не забывал выбирать клинок. Длина от кисти до окончания плеча, в меру легкий, с гардой, все как учил отец. Не зря он с детства увлекался холодным оружием и периодически практиковался на заднем дворе. Выбрав самый простой клинок, чуть укороченной длины, он развернулся к своему сопернику и обомлел: в руках тот держал настоящий пламенный меч.

– Ну что, дружок, пари в силе, – улыбался боец во все тридцать два зуба. – Достанешь меня хоть раз, получишь приз. Иначе, пару глубоких шрамов оставлю тебе уже я. Ты готов?

– Готов, – сглотнув, произнес один очень наивный человек. Но мысль дать деру отсюда крепко впилась в его сознание. «Нужно собраться. Прочь сомнения, встань в стойку, ты тряпка или надерешь ему зад”?

Оппонент резко побежал в сторону Генри, размашисто крутанув меч в руках. От него в разные стороны понеслись искры, что несколько затрудняло обзор, однако на рефлексах удалось принять удар на сильную часть клинка, около гарды. Сноп искр ударил по глазам.

– Ай, как больно, черт бы тебя побрал! – неистово заорал Генрих, потеряв концентрацию и силясь протереть глаза свободной рукой.

– Нехорошо ругаться, особенно на своего соперника, – после этих слов его унизительно шлепнули плашмя огненным клинком по заднему месту. На штанах осталась отметина, а место удара нестерпимо заболело.

– Скотина, ты что делаешь! – закричал Генрих в ярости. Было жаль единственные удобные штаны.

– Учу тебя хорошим манерам, детеныш, – противник вальяжно расхаживал из стороны в сторону, посылая воздушные поцелуи своей спутнице.

– Сейчас я тебя манерам научу.

Генрих собрался с мыслями. Злоба и ненависть к оппоненту начали заполнять его разум. Так происходило всегда перед важной схваткой. Эта злоба давала ему сил. Он просто не успел возненавидеть своего противника в должной мере.

– Ну давай, начинай, малец!

Генрих медленно пошел по кругу. Взгляд его уже был устремлен четко в глаза соперника, ни на миг от них не открываясь.

– Эй, ты чего на меня так смотришь? Я же любя, по-отцовски, – было видно, что старшекурсник немного струхнул. Но он все равно не чувствовал опасности от новичка.

Генрих не отрывался. Он медленно сближал дистанцию, подходя на расстояние выпада. Его соперник не был искушен в фехтовальном мастерстве, не знал азов, поэтому подпустил его для удара. Как только представился момент, Генри змеей вытолкнул свое тело вперед по направлению к противнику и нанес колющий удар в плечо. Старшекурсник аж вскрикнул от боли.

– Что ж, с меня приз, ты удивил меня, малец, – скосив глаза на кровоточащую рану, сказал он, – но бой ещё не окончен. Начинается самое интересное.

Проведя здоровой рукой по месту укола, противник просто прижег рану пальцами. Немного поморщившись, произнес:

– А теперь держись.

После этих слов вокруг соперника начал крутиться огонек, становясь все быстрее и ярче. В какой-то момент он впитался в грудь парня, отчего тот аж вздохнул от удовольствия. Генри успел подумать, что это должен был быть какой-то огненный усилитель, только что он ускоряет было неясно. Ответ пришел через мгновение: противник начал двигаться заметно быстрее.

– Теперь попляшем. Защищайся!

Удары посыпались бешеным вихрем. Парень только и успевал, что ставить блоки, уходить из-под ударов и пытаться выгадать момент, чтобы просто отдышаться. Походило на бой с отцом: в серьезных спаррингах последний не давала ему и шанса провести атаку. Однако, текущий бой намного отличался от привычного: соперник бил неуклюже, замахи были слишком длинные, как будто он держал не изящный меч, а большую дубину. Дубину, попади которая по тебе один раз, не оставит и следа от твоей тушки.

Генрих старался разорвать дистанцию. Его меч стойко принимал все удары, но рука уже дрожала от постоянного напряжения. К жару, исходящему от клинка, он начал потихоньку привыкать, искры, летящие от столкновений их мечей, также уже не досаждали. Осталось лишь дождаться момента, когда соперник откроется сильнее обычного и нанести удар.

И такой момент представился: на очередном неуклюжем ударе противника, Генри просто не стал брать защиту, а резко отпрыгнул назад, пропустив клинок в сантиметрах от своего лица. Инерция от удара повела противника дальше, немного закручивая вокруг своей оси, но этого было достаточно. Генрих сделал резкий выпад в сторону груди противника, и, когда оставались считанные миллиметры до его сердца, картинка мигнула, а они уже стояли около девушки.

– Браво! Это было восхитительно! Где ты научился так орудовать своим мечом? – лукаво улыбнувшись, спросила она.

– У нас в мире больше ценился ручной труд, нежели помощь магией. Поэтому и развлечения были соответствующие, – пожал плечами Генри.

– Ты развлекался с холодным оружием? Псих, – как-то буднично бросил старшекурсник. – Но все же, ты меня проколол. Я уже почувствовал холодное дыхание Смерти рядом с собой. Было страшно до жути. Но я это запомнил, новичок, я это запомнил, – многозначительно протянул он и бросил, – уговор есть уговор, чего ты хочешь?

– Стой, милый, а если я предложу нашему случайному гостю еще один поединок, но уже со мной? Также на мечах, – с энтузиазмом и какой-то маниакальной решимостью завелась девушка. – Если выиграешь, увеличим награду. Но бьемся до тяжелых ранений: сломанная рука, вывихи конечностей и все в таком духе!

– Я, пожалуй, откажусь, – Генри отпрянул. – Ты выглядишь не самой доброй девушкой на свете. Лучше синица в руках, чем журавль в небе.

– Вообще не понял, о чем ты, но ладно. Выбирай награду: предмет или информация? – бывший оппонент протянул в его сторону два зажатых кулака.

– Вот как. Информация какого рода?

– Полезная новичкам и бесполезная подмастерьям. Расскажем тебе, как тут все устроено, что хорошо, что плохо.

– А предмет?

– Дам тебе свое кольцо.

– Милый, это же мой подарок тебе! – взвилась девушка.

– Да, и он заслужил что-то нормальное, разделав меня как капусту! – он грозно посмотрел на свою подругу. – В следующий раз я уже буду готов посерьезнее и воспринимать его буду не как червячка, – взгляд медленно сместился к Генриху. – Ну так что, новичок, кольцо или информация? Большего не скажу.

Генри задумался. С одной стороны, информация – это всегда хорошо. Узнать заранее, где что находится, как это использовать, что можно делать, чего нельзя. С другой, они дадут лишь субъективный взгляд, то, как эти ненормальные видят картину мира, а ему нужно было постичь все самому, своим личным опытом.

– Давай кольцо, если я не обижу этим твою даму.

– Не обидишь, это выбор моего тупоголового идиота. К тебе претензий нет, – бросила девушка равнодушным голосом и отвернулась.

– Держи, – сняв с пальца неприметное колечко, старшекурсник протянул его победителю. – Оно, на самом деле, не сильно помогает в учебе, но в бою немного увеличит твой запас энергии. Лишнее заклинание, чуть большая мощность заряда, ну ты понял. Иногда это может спасти жизнь. Мы пошли, всего доброго тебе, новичок! Еще увидимся!

– Спасибо! – сразу захотелось надеть кольцо. Оно село как влитое, но по остальным ощущениям ничего не поменялось. – Стойте! А вы часто тут бываете?

– Когда как. Мы не хотим следовать расписанию: если найдешь нас, повезло. Нет, значит на то воля Магии, – и с этими словами парочка достаточно интересных личностей вышла из пространства Арены.

На самом деле, только сейчас стало понятно, как же устало тело и разум! Бой дался с большим трудом, отчего колечко еще больше грело самолюбие. “Победить подмастерье, пусть и на мечах. Это круто”. С такими мыслями и мечтами, о героических победах над архимагами и магистрами, Генри вдруг услышал разговор, когда шел назад, ориентируясь по карте, к своей комнате, выбрав самые окольные пути, чтобы посмотреть как можно больше новых маршрутов.

– Я тебе говорю, не надо этого делать! Нас поймают и вышвырнут отсюда. Или, что хуже, магистр первым найдет нас, и тогда мы станем подопытными кроликами в его жутких исследованиях.

– Не дрейфь, Макс, все будет пучком, – резкий и грубый голос был ответом. – Сейчас мы вынесем реагенты у новичков и озолотимся! Я тебе говорю, эти тупоголовые даже не поймут, что это были мы! – он мерзко засмеялся.

– Ш-ш, ты чего, нас же услышат! – в панике запричитал первый.

– Да кому нужно ходить по ночам в этой секции? Тут и людей-то нет. Ничего интересного. Короче, держи свиток, я буду направлять заклинание, а ты читай.

– Почему я? – недоуменно ответил Макс.

– Да потому что я читать не умею, дубина! Начинаем!

Генри осторожно выглянул в коридор. Вдали две фигуры в темных, скрывающих очертания плащах корпели над замочной скважиной одной из дверей, которая выделялась разноцветным мозаичным орнаментом вокруг входа. Держащий свиток начал что-то невнятно бубнить, а другой вдруг резко развернулся и дал ему подзатыльник.

– Внятно читай, мямля! Мы так до вечера простоим! – из-за его резкого движения, с головы слетел капюшон. Взору открылся вид довольно взрослого ученика, коротко подстриженного, с угловатыми чертами лица. Издалека сложно разглядеть, но силуэт большого и уродливого шрама проходил через все лицо бугая.

– Не получается! Нас засекут! – напарником начала овладевать паника.

– Ай, взял дебила на дело! Ладно, черт с ним. Готовься, – после этих слов он со всего маху ударил своим огромным кулаком по мозаичному стеклу. Треск и грохот разнеслись, казалось, по всей Академии.

– Ты что творишь?! – закричал Макс.

– Быстрее, собирай склянки, – попутно открывая дверь с внутренней стороны сказал бугай. – И не вздумай их разбить. А теперь бегом! У нас считанные минуты, пока сюда не прибежит какая-нибудь залетная пташка. Готово!

– Дверь открылась и две фигуры быстро забежали внутрь кабинета. Генри решил подождать развития событий. Он был уверен, что это из ряда вон выходящая ночь, особенно для новичка, который в первые сутки уже успел сразиться на Арене, да ещё и увидеть самый настоящий взлом с проникновением.

Вдруг, с противоположного конца коридора он услышал шаги. Осторожно выглянув, сначала в недоумении проморгался, потом прищурился: зрение с рождения у него не значилось в сильных сторонах, поэтому лица девушки он не разглядел. Но она явно была таким же новичком, как и он.

В этот момент из лаборатории выбежали воришки.

– Сматываемся! Быстрее! – паника у того, который был на подхвате, зашкаливала. – Не надо было этого делать!

– Заткнись и неси! Как же ты меня бесишь! – сзади у каждого висело по мешку с добром, нещадно звеневшее и дребезжащее. – Давай в ту сторону! Черт, это еще кто такая? Вырубай её и побежали.

– Я просто проходила мимо, ничего не видела, ничего не слышала, – знакомый голос резко выдернул Генри из состояния простого наблюдателя. “Линда? Что она тут делает? Они же её сейчас убьют! Черт, черт, черт!”

– Кончай её, Макс. Кинь темную стрелу, сеть, что хочешь, – главный приближался к Линде. – Такую красоточку нам бы с собой забрать для опытов, но времени нет. Ночные пташки засыпают с рассветом.

– Эй вы, босота! Тут не только она вас видела! – Генри выскочил в коридор и помахал им рукой. – Всё видел, от начала и до конца.

Парочка остановилась. Медленно развернувшись, бритый вперил свой черный как смоль взгляд в глаза Генриха. Было видно, как мышцы первого наливаются какой-то черной гадостью.

– Хана тебе, малец. Макс, девчонка на тебе. Я займусь этим зародышем.

Тут уже стало не до геройства: реально большой, сразу было не разглядеть, явно сильный и безжалостный старшекурсник мчится к нему с огромной скоростью. Попытаться развернуться и убежать у Генри не вышло: бритый в последний момент кинул в него какой-то темной субстанцией, которая трансформировалась в сеть и повалила свою жертву на пол. Подскочивший противник со всего маху ударил носком сапога по животу. Нестерпимая боль пронзила тело: казалось, что внутрь вылили адского огня.

Удары продолжали сыпаться один за другим. Послышался хруст: ребро.

Дышать стало нестерпимо больно. Генри глотал воздух в перерывах между ударами, отхаркивая кровь.

– Кен, побежали! Маги тут! – мимо пронесся второй подельник и исчез в неизвестном Генри направлении.

– Черт! АААРРР! – в исступлении ещё пару раз пнув свою жертву, Кен взвалил на себя мешок и припустил за напарником.

Генри не мог нормально дышать. Всё, о чем он сейчас думал, это как ему ещё вдохнуть хоть глоточек воздуха. Болело все: от головы до пяток. Он не чувствовал своего тела, только одну сплошную боль

– Генри? Генри! О, Великий, что он с тобой сделал! – знакомый голос прорвался сквозь пелену забвения.

– У него пробито легкое и множественное сотрясение от ударов. Быстро в лазарет! Сооружаем носилки. К порталу!

– Отключите его сознание, чтобы не помер от боли. Сейчас появятся лекари и они вернут его в строй. Начинайте!

После этих слов, боль начала отступать, а в голове пропорционально нарастало ощущение, что кто-то забрался в его череп и нестерпимо щекочет. “Очень странно, но помогает”, – после этого Генри отключился.