Читать книгу Искра вечного пламени - Группа авторов - Страница 9

– Лили! – закричал мужчина.

Его паника полоснула меня, словно скальпелем. Девушка повалилась на пол, и он прижал ладонь к ее затылку.

– Ей плохо. Помоги ей! Пожалуйста!

Я что-то упустила. Что-то важное.

Мир для меня затих. Звуки исчезли, свет поблек, пространство утонуло во мраке. Я не видела ничего, кроме девушки, лежащей передо мной без сознания.

Я опустилась на колени, мои руки двигались словно сами собой. Раз, и я оттолкнула мужчину, вырвала принцессу из его оберегающих объятий, проверила пульс, глаза, послушала дыхание. Мои ладони скользили по ее одежде, лихорадочно нащупывая повреждения.

И тут я его увидела.

Под поясницей у Лили собиралась большая багровая лужа. Она была скрыта ее телом, плотная ткань темно-синего платья незаметно впитывала жидкость все это время.

Я вытащила кинжал из ножен и распарывала одежду Лили, пока она не упала с ее тела. Протестующие крики я едва слышала: казалось, они звучат за много миль от меня.

Из спины Лили торчал витой металлический обломок, отвалившийся от упавшей люстры. Боль в руке наверняка была невыносимой, раз принцесса не чувствовала настолько сильную рану.

Много, слишком много крови уже вытекло на пол. Я вытащила из сумки банку и сунула Лили под язык мерную ложку снадобья, молясь всем возможным богам, чтобы снадобье, останавливающее кровь, усвоилось достаточно быстро и помогло.

Сделав резкий вдох, я выдернула крупный обломок из спины Лили. Вылез он с отвратительным влажным хлюпаньем. Из раны тотчас хлынула алая река. Я вытащила из рюкзака марлю и зажала ею рану, с обостренным вниманием наблюдая, как быстро белая ткань становится розовой, потом красной, потом темно-бордовой. Пришлось прижать к ране больше марли, потому что повязка пропиталась кровью насквозь.

Потом снова. Снова. Снова. Слишком много крови.

Я немного повернула Лили, чтобы глянуть на ее лицо. Губы принцессы посинели, кожа стала бледной и липкой.

– Давай, Лили! – прорычала я сквозь зубы.

Я должна была заметить неладное. Я же слишком увлеклась собственными мыслями и пропустила симптомы, пока невинная девушка истекала кровью.

Я подумала о Теллере, о том, как горели его глаза, когда он говорил о Лили.

«Она очень милая», – сказал он. В нашем паршивом мире Теллер немногих назвал бы милыми. Если она умрет у меня на руках…

Нет, я не допущу этого!

Я плотнее зажала рану и наклонилась ниже, коснувшись уха Лили губами. Я подумала о голосе, беззвучные команды которого последние недели постоянно звучали у меня в мыслях.

– Борись! – потребовала я, вкладывая в приказ всю свою волю до последнего. – Лили, ты должна бороться, твое время еще не пришло.

«Борись!» – эхом повторил голос внутри меня. Руки задрожали от ощущения лютого холода и сильного жара одновременно. Оно было почти болезненным, но отстраниться я не посмела.

От пропитанной кровью марли у меня под ладонями полился неяркий свет. Поддавшись непонятному порыву, я склонилась ниже, чтобы его скрыть.

Так проявлялась магия Потомков, которой владела Лили? Наверняка дело в ней.

– Да, – шепнула я. – Борись, Лили, борись!

Свет у меня под ладонью ослепительно вспыхнул – серебром, как луна.

Глаза Лили распахнулись. Она натужно вдохнула и вдруг резко села. Губы у Лили были на диво розовыми, сапфировые глаза сияли.

Какое-то время мы смотрели друг на друга, хлопая глазами и не говоря ни слова. Когда окружающий мир проявился снова, я остро почувствовала, что все присутствующие глядят на меня.

Я опустила взгляд на рану и осторожно убрала марлю.

У меня глаза на лоб полезли.

Рана исчезла. Не закрылась, не зажила.

Исчезла.

Будто ее и не было.

Я полностью сняла повязку, но под ней ничего не оказалось. Ни единой царапины.

Толком не понимая зачем, я снова прижала марлю к пояснице Лили, чтобы спрятать чистую кожу.

– К-как ты себя чувствуешь? – промямлила я, запинаясь.

Ошеломленным выражением лица Лили ничуть не отличалась от меня.

– Кажется, хорошо. Что… что случилось?

– У тебя текла кровь. Но все… все хорошо. Все уже хорошо.

Вокруг нас толпились Потомки. Они наперебой тянулись к Лили, гладили ее по голове, говорили что-то ободряющее и недоуменно переговаривались. Я отстранилась, сбитая с толку и оглушенная.

Взгляд упал на залитые алым руки. Рана была реальной, а крови вытекло столько, что в глубине души я понимала: металлический осколок задел что-то жизненно важное, а с таким повреждением не справится ни один смертный целитель. Неужели способность Потомков к исцелению настолько сильна?

Потомки загомонили еще громче, вознося хвалу своей богине-родоначальнице. Я кое-как поднялась на ноги и пятилась, пока не врезалась в крепкое тело. Резко развернувшись, я встретилась взглядом с Эльриком.

– Это было потрясающе! – с восторгом выпалил он, глядя на меня с таким благоговением, словно это я спасла Лили. – Так ты…

– Можно где-нибудь вымыть руки? – прохрипела я. Воздух с трудом попадал в легкие, тело едва справлялось с бурей противоречивых эмоций.

При виде моих дрожащих, окровавленных рук Эльрик отшатнулся.

– О… да, конечно. – Он вывел меня в коридор и показал. – Последняя дверь направо.

Судорожно кивнув, я заковыляла вперед. Дворец дико кружился перед глазами. На полпути колени задрожали, грозя подогнуться. Я привалилась к ближайшей стене и закрыла глаза.

Я чувствовала себя отвратительно невесомой – словно мой желудок раз за разом проваливался куда-то вниз. Призрачное покалывание в ладонях не прошло, я ощущала серебристый свет, одновременно холодный и горячий, словно лед и пламя. Отзвуки голоса до сих пор звучали у меня в мыслях, будоража кровь.

После нескольких мучительно долгих минут к ногам вернулся вес. Дыхание восстановилось, пульс больше не зашкаливал.

Я оторвалась от стены и повернула к умывальной, когда огромная сила притянула меня к себе. Твердая рука стиснула мой локоть и дернула назад, так что я оказалась лицом к лицу с таинственным мужчиной, опекавшим Лили.

– Куда ты идешь? – настойчиво спросил он.

С минуту я не могла пошевелиться. Он оказался куда ближе ко мне, чем прежде. Так близко, что я рассмотрела квадратный подбородок, скулы, похожие на отвесные скалы; нос, острый, как лезвие тесака. Я вдохнула кедр и кожу его лесного мускуса. И заметила, что его льдистые глаза, яркие на фоне загорелой кожи, не статично синие – они мерцали, подсвеченные кружащимися вспышками света и прожилками тени.

Боги, до чего он красив!

От таких предательских мыслей я нахмурилась и взглянула на руку, стиснувшую меня. Его кожа казалась обжигающей.

– Если вам дорога ваша рука, уберите ее с моего предплечья, – предупредила я.

Взгляд брюнета прошелся по мне. Я практически слышала его мысли, пока он критически оценивал меня – рост, телосложение, кинжалы, – решив в итоге, что серьезной опасности я не представляю. Гордые мужчины и прежде меня недооценивали – неизменно себе на погибель.

– Руку прочь! – рявкнула я и наклонилась так, чтобы незаметно подобраться ладонью к кинжалу.

Несколько напряженных секунд он удерживал мой взгляд, потом наконец отпустил меня.

– Как ты это сделала с Лили? – спросил он с обманчивой мягкостью.

– Я целительница. Это моя работа.

Он шагнул вперед, а я отступила.

– Твои глаза…

– Я не Потомок, – перебила я, прекрасно понимая, к чему все идет. Отрепетированный ответ я отчеканила чуть ли не механически. – Я родилась с карими глазами. Радужка потеряла цвет из-за болезни. Многие жители города могут это подтвердить.

– У тебя под ладонями появился свет…

– Это все Лили. Я тут ни при чем. Я смертная.

Мои слова его не убедили – он внимательно оглядывал мое лицо, высматривая ответы, которые я дать не могла.

Передо мной стоял Потомок, которого я разыскивала месяцами. Я уже открыла рот, чтобы спросить его про мою мать, но какой-то инстинкт велел прикусить язык.

Я не могла избавиться от мысли, что, впустив этого типа в свою жизнь, открою дверь, которую потом не закроешь. И судя по резкому тону и удушающей энергии, погружать его в свой мир не стоило. Раз он был готов убить мою мать, чтобы заставить ее замолчать, то что сделает с остальной моей семьей, если решит, что мы тоже знаем его секреты?

Он глянул через плечо на пустой коридор, затем понизил голос до шепота:

– Если ты смертная наполовину…

– Нет!

Его лоб прорезала морщина.

– Твой отец… он родом из Фортоса?

Мысли закружились в бешеном водовороте: «Откуда он?.. Он имеет в виду командира или?.. Неужели он?..»

Похоже, выражение моего лица ответило на его вопрос.

Он возвел глаза к потолку и буркнул:

– Замечательно.

– Что… Как вы?..

– Тебе нельзя здесь находиться. – Мужчина кивком показал на мои кинжалы. – Смертным не разрешается носить оружие во дворце. – Слово «смертным» он растянул, словно за ним крылась какая-то сальная шуточка для своих.

Меня снова бросило в ярость. Потомкам убить нас – раз плюнуть. Но разве мы для них угроза?

– В чем проблема? – огрызнулась я. – Боитесь маленькой смертной женщины?

– Это вряд ли, – ответил он без эмоций. – Смертная или нет, ты умрешь, не успев даже вытащить кинжал из ножен.

На одно глупое мгновение мне захотелось проверить, подействует ли его угроза.

– Тогда в чем проблема? Я думала, оружием смертных вашу кожу не проткнуть.

– Так и есть, но дети – исключение. – Лицо Потомка тотчас напряглось, словно он тут же пожалел о сказанном.

– Думаете, я бы ранила ребенка? – прошипела я.

Он открыл рот, чтобы ответить, но замолчал, потому что я подалась вперед, остановившись, только когда наши лица оказались вплотную друг к другу и его дыхание согрело мне губы. Я ткнула окровавленным пальцем в крепкую грудь и с удовольствием заметила, как глаза мужчины расширились от удивления.

– Если бы я хотела навредить тем детям, я оставила бы вашу драгоценную принцессу Лилиан умирать от кровопотери. Мы, смертные, могли бы остаться у себя и бросить всех троих на произвол судьбы. Вместо этого мы спасли их, и вот так вы нас благодарите?

Челюсть Потомка напряглась, но он промолчал.

Я скривила губы:

– Если позволите, мне нужно вымыть руки. Похоже, я испачкалась, спасая ваших людей. – Я резко развернулась и зашагала прочь.

И лишь оказавшись в умывальной и услышав тихий щелчок замка, я тяжело опустилась на пол и разрыдалась.