Читать книгу Преследуя прошлое: Горящие тени - Группа авторов - Страница 2

Меня парализовало. Откуда она могла знать, что шарф принадлежит мне? Неужели она все видела. А если она замешана в этом? Нет, такое невозможно. В моей голове всплыл образ Каролины. Ее взгляд, было в нем что-то притягивающее и пугающее. Она так внезапно появилась в моей жизни. Но я сам подошел к ней. Я попытался стряхнуть тревожные мысли, сжимая шарф.

“На углу Норд Ист….” – ее голос возник в моей голове. Разрушенный район, практически нежилой, почему ее семья переехала именно туда. Я решил, что определенно схожу туда.

Капли дождя, упавшие на голову, немного отрезвили, вернув меня к реальности. Я поднял взгляд на небо. Ни единого просвета, все заволокло тучами. Внезапно сзади щелкнул замок, и дверь отворилась.

– Ты чего в дверях застрял? – я вздрогнул и обернулся.

– Мам, ты меня напугала.

–Фу, – она поморщилась. – Ты что, курил?

– Нет, – я тяжело выдохнул.

Взгляд мамы скользнул от моих ботинок и до макушки: чем выше он поднимался, тем удивленнее он становился. Я попытался пойти на опережение и виновато улыбнулся. Мама мой жест не оценила. Она сложила руки на груди и подняла бровь, ожидая моих оправданий.

– Я же говорил, что подарю их бездомному, – из меня вырвался смешок.

– В доме поговорим, – она развернулась и ушла вглубь дома. – Заходи, на дворе уже не лето.

Минуя кухню, я сразу прошел в комнату. Хотелось как можно скорее снять с себя грязную одежду и смыть этот день. Капли дождя били по стеклу, отбивая необычный ритм, подходящий под фон моего настроения. Тук-тук, тук-тук. Мое дыхание подстроилось под этот ритм, а я сам начал напевать неизвестную мне мелодию. Жаль, что я не знал нот, так что запечатлеть это творение не получилось.

– Майк, что произошло? – мама поставила на стол большое блюдо с пастой.

– Я просто упал, – мышцы свело от напряжения, а щеки вспыхнули.

– А запах?

– Что за запах? – отец включился в беседу.

– Он заявился домой весь в грязи в придачу с омбре от табака, – она была на пределе.

– Хлоя, он уже взрослый, – отец отпил из банки пиво. – Майк, ты и вправду курил?

– Нет, говорю же, – внутри все сдавливало, как у нашкодившегося ребенка. – Просто стоял рядом.

– Разве ты не видишь, что он врет? – мама бросила вилку и та со звоном ударилась о тарелку.

Повисло молчание. Мама разочарованно посмотрела на меня и повернулась к отцу. Она сверлила его взглядом, выжидая его ответ, но вместо этого отец в абсолютном спокойствии откинулся на спинку стула. Напряжение росло каждую секунду, воздух в комнате становился плотнее, а вокруг стало темнее.

– Ну, и чего ты от меня ждешь? – отец не выдержал ее взгляда.

– Эд, с нашим сыном что-то произошло, – ее голос дрожал от возмущения. – А от тебя никакой реакции не дождешься.

– Мам, – я попытался привлечь ее внимание, но она меня перебила.

– Не сейчас, я разговариваю с отцом.

– А какую реакцию ты ждешь? – папа принялся за еду. – Он взрослый парень, я думаю он сам разберется в своей жизни.

– Я так не думаю! – она покраснела.

– А я – да! – он нарочно стал чавкать. – Не будь наседкой, Хлоя. Даже если он решил покурить, бог с ним. Он хотя бы из дома вышел.

Мама подскочила так быстро, что стул не успел за ней и с грохотом упал. Салфетка, лежавшая на ее коленях, была отправлена в тарелку. Отец отложил приборы и сложил руки на груди, наблюдая за мамой. А я хотел испариться, но, к сожалению, у меня не было такой способности.

– Это я “наседка”? – она сорвалась на крик. – Я переживаю за нашего сына, в отличие от тебя! Ты целыми днями занят своими важными творческими процессами, и тебе абсолютно плевать на то, что происходит с твоим сыном!

– Мне не плевать! – отец встал и оперся руками в стол. – Но я не собираюсь контролировать каждый его шаг. Великая проблема пришел грязный и пахнущий, ему не пять лет, Хлоя!

– Я не контролирую, – ее голос дрожал и резонировал с дрожью оконных рам. – Я забочусь о нашем сыне!

– Мам, пап, вы чего? – я вжался в стул.

– Ничего, все отлично, – мама отправила свою тарелку в мойку. – Приятного аппетита!

– Мам, – я хотел пойти за ней, но отец остановил меня рукой.

– Пусть остынет.

Отец прошел к холодильнику и достал оттуда очередную банку. Он молча вернулся за стол и продолжил есть как ни в чем не бывало. Мне бы его спокойствие.

– Она волнуется за тебя, – щелкнула банка.

– Знаю, но она даже не попыталась выяснить причину, – я ковырял содержимое своей тарелки, аппетит совсем пропал.

– Она и не обязана, – отец строго посмотрел на меня. – И будь так любезен, проветривайся после курева, раз уж начал. Не расстраивай мать.

– Не курил я, – я закатил глаза. – Стоял рядом со знакомой, это она.

– Что за знакомая?

– Да, так, – я вспомнил этот пронзительный взгляд, и по спине пробежался холодок. – Познакомились на групповом занятии в центре.

– Ясно.

Я был благодарен отцу за его отстраненность. Он никогда не был вовлечен в жизнь нашей семьи, скорее был дополнительным приложением к ней. Мама злилась из-за этого, но ничего не могла поделать.

Аппетит так и не вернулся, поэтому я, оставив отца в одиночестве, отправился в свою комнату. Когда я проходил мимо родительской спальни, услышал тихие всхлипы. Это заставило меня остановиться напротив двери, а моя рука, уже занесенная над дверью, остановилась в последний момент. Нет, я не должен был вмешиваться в их отношения, это их работа.

Этот день меня ужасно вымотал и, оказавшись на кровати, я сразу провалился в сон.

“¡Contarméyades todo!” – сухая старческая рука прижала острие кинжала к шее к девушке. Ее измученное лицо источало столько злости и неприязни, а слезы стекали по ее лицу. Рука начала водить кинжалом по тонкой коже без всякого давления, запугивая свою жертву. Белоснежная кожа покрывалась мурашками, хрупкое тело изгибалось, но молчало, поджав губы. Тогда вторая рука схватила пленницу за волосы и подняла голову против ее воли. Жертва зажмурилась то ли от резкой боли, то ли и от страха. Рука не унималась и теребила волосы с такой злостью и нетерпением, что девушка не выдержала, откинула головой руку. Она открыла глаза. Ее пронзительный взгляд заставил руки невольно отпрянуть.

Девушка опустила голову, а через несколько секунд подняла ее и со злобной улыбкой проговорила: “Quanto vos fuyades de vuestra esencia, ella vos alcançará y quemará a tierra.” Пощечины следовали одна за другой, руки били с такой силой, что стены сотрясались. В какой-то момент побои прекратились, и настала мертвая тишина. Прикованная склонила голову, рука снова схватила ее за волосы, подняла голову и сухо проговорила кому-то за спиной: “Prontad todo fasta la mañana.”

Я проснулся в холодном липком поту. Мне понадобилось еще какое-то время, чтобы окончательно прийти в себя и привыкнуть к реальности. Этот сон, пропитанный жестокостью и животным страхом, словно это и не сон вовсе. Меня пробрала дрожь, и я сильнее закутался в свое одеяло. Сердце бешено колотилось, усиливая тремор, а дрожащие от ветра оконные рамы усиливали мою тревогу.

Мои глаза бегали по углам комнаты, выискивая монстра под кроватью, но ничего, кроме теней деревьев не было. Справившись с дрожью, я выполз из своего кокона. Пытаясь отогнать от себя навязчивые идеи и мысли, я попытался встать с кровати. Но как только мои ладони коснулись поверхности кровати, их охватила жгучая боль. От неожиданности я поморщился и одернул руки, рухнув обратно на кровать.

Уже в ванной я осмотрел свои руки: мои ладони были красными. Дотронувшись до раздраженной кожи, ее тут же пронзили микроиглы боли. Наверное, во сне я размахивал руками, поэтому они и горят. Я, конечно, и раньше мог разговаривать во сне, но двигаться – никогда такого не было. Перед глазами мелькнуло лицо девушки из сна, и сердце пропустило пару ударов. Ее глаза, точь-в-точь как у Каролины. Волосы встали дыбом. Я вцепился обеими руками в холодный край раковины, дыхание перехватило. Когда приступ отпустил, я посмотрел на себя в зеркало. Ничего необычного не обнаружил: обычный я, только был очень уставшим. Наверное, просто события дня таким образом отложились в моей голове. По крайней мере, я на это очень надеялся.

Люди считают, что вода смывает весь негатив и позволяет настроиться на позитивный лад. Я не относил себя к адептам магических символов и прочей лабуды, но мысль о душе откликнулась в моем сознании, как нечто необходимое в тот момент. Отрегулировав температуру воды, я какое-то время просто стоял под потоком воды, представляя, как вода, капля за каплей, смывала с меня все накопившееся напряжение.

Пробыв какое-то время в своеобразном медитативном трансе я принялся намыливать свое тело, сначала все шло как обычно, но в какой-то момент я стал тереть активнее и активнее, втирая пену в свою кожу. Я делал это слишком агрессивно и резко: мое лицо обдало жаром, грудная клетка напряглась, и я разрыдался. Я продолжал втирать пену, добавляя все больше и больше геля, а горячие слезы градом стекали по моему лицу. Это были очень странные ощущения, но эта буря внутри меня успокаивалась, и я почувствовал полный штиль.

Время было уже за полночь, но сон окончательно отступил. Я решил занять себя разбором почты, и как раз наткнулся на письмо от своего координатора из университета.

“Добрый день!

Майкл, надеюсь, ваше физическое и ментальное здоровье возвращается к норме.

Я была бы рада отсрочить ваши занятия, но в этом семестре по плану предусмотрена проектная работа в блоке “История”. В связи с этим рекомендую вам возобновить посещение занятий во избежание потери кредитов.

С уважением, профессор и координатор по работе со студентами, Э. Зельтон”

Осенний семестр уже начался, но я так ни разу не был на занятиях. Я хотел взять паузу, но мама настояла на продолжении обучения. Она переживала, что я окончательно потеряю стипендию и не смогу полноценно вернуться к учебе. Выхода не было – иначе бы меня отчислили.

Я закрыл ноутбук и посмотрел в окно. Было уже совсем темно, а из-за тумана свет от фонарей распространялся гораздо хуже. Спать все еще не хотелось, поэтому я решил прогуляться до Норд Ист.