Читать книгу Город снов - Группа авторов - Страница 3

Понедельник 08 июля, вечер

Ночной дежурный

Молодой человек дремал, сидя в офисном кресле за столом в тёмной комнате, сложив голову и руки на раскрытую книгу «Мастер и Маргарита» Булгакова. Несмотря на неудобное для сна положение тела, сон у молодого человека был крепкий и здоровый, выработанный недавними годами лекций в университете. Накануне вечером он зачитался книгой и не заметил, как уснул.

Неожиданно в ночной тишине раздался резкий, громкий хлопок. От внезапного порыва ночного ветра где-то совсем рядом звонко хлопнула створка открытого окна. Наш герой вздрогнул и проснулся. Он непонимающе оглядывался вокруг, пытаясь спросонья понять, что происходит. Наконец его взгляд в темноте сфокусировался на открытом окне.

Окончательно пробудившись, молодой человек вздохнул, поднялся с кресла, и, не включая свет, подошёл к окну. На окне болтались незакрытые жалюзи, и сквозь окно в комнату проникал не особо яркий свет ночного фонаря, освещавшего внутренний двор Старого Дома. Из окна на молодого человека дохнуло влажной прохладой с запахом мокрой пыли. Он быстро закрыл обе створки окна на шпингалеты.

«Точно гроза начинается», – громко и уверенно сказал он сам себе. Бодрый раскат грома за окном незамедлительно подтвердил это утверждение.

Вслух он разговаривал сам с собой потому, что в Старом Доме сейчас он был совершенно один. Когда громко разговариваешь сам с собой – уже не так страшно сидеть по ночам одному в этом несколько жутковатом месте.

Молодой человек вернулся в своё кресло, с удовольствием вытянул ноги и в очередной раз посмотрел на свои новенькие часы «Командирские» с коричневым кожаным ремешком на левой руке. На часы наш герой посмотрел не столько для того, чтобы узнать время, сколько чтобы вновь насладиться видом своей новой игрушки, которую совсем недавно сам себе подарил. Часы довольно громко тикали, а стрелки светились в темноте благодаря люминофору, вызывая у своего владельца настоящий детский восторг. Время было двадцать три сорок пять.

Приближалась полночь, и по-хорошему надо было подняться с удобного кресла, дойти до умывальника, а потом проверить, что показывают камеры видеонаблюдения по периметру Дома. Кроме того, обычно около полуночи молодой человек совершал обход всех комнат и кабинетов в здании. Собственно, в обязанности ночного дежурного это не входило. Вполне достаточно было посмотреть камеры, установленные внутри офиса. Но такие камеры были установлены не по всему офису, и часто они были просто отключены. А самое главное – разглядывать ночные комнаты в монитор почему-то казалось страшнее, чем сходить и посмотреть вживую. Поэтому молодой человек предпочитал делать такой ночной обход лично, чтобы убедиться, что там никого нет. Или ничего нет. После этого сидеть всю ночь одному в пустом Старом Доме уже не так страшно.

Вставать с кресла совсем не хотелось. Стук окна не просто разбудил молодого человека, но и прервал на самом интересном месте его романтический сон. Он снова и снова прокручивает этот сон в голове. Уже не в первый раз в своих снах он видел один и тот же сюжет, как будто посреди ночи в дверях Старого Дома раздаётся тихий стук, молодой человек открывает входную дверь, а там на пороге стоит прекрасная девушка. Лица её он не видит, не знает, кто она, видит только прекрасный силуэт, но знает, что она пришла именно к нему. И на этом месте сон всегда предательски прерывается.

Может быть, это влияние чтения на ночь «Мастера и Маргариты». А возможно, это влияние Старого Дома. Или всё вместе. Молодой человек не знает, но этот сон ему, без сомнения, нравится. Он пробуждает в нём томительное ожидание чего-то нового, таинственного и прекрасного.

Где-то в Доме снова громко хлопнуло окно. Потом ещё раз и ещё. Хлопок громкий, а значит, гремит где-то рядом. Надо набраться сил, подняться, пойти в соседний кабинет и успеть закрыть окно, пока гроза совсем не разыгралась и не начался ливень. Не включая свет, молодой человек нехотя встал с кресла и быстро прошёл через дверь в коридор и далее в соседнюю комнату – кабинет бухгалтерии. Эта комната была значительно больше, в ней было два окна, одно из которых также выходило во двор, а второе – большее по размеру, смотрело на улицу. В кабинете бухгалтерии было гораздо светлее благодаря уличному фонарю, висевшему на столбе, стоявшем на противоположной от Старого Дома стороне улицы. Открытая створка на большом окне болталась от порывов ветра на улице, противно скрипела и иногда громко хлопала. Она так и норовила разбиться вдребезги. Видимо, вечером в конце рабочего дня её просто забыли закрыть.

Молодой человек быстро подошёл к окну и закрыл створку на шпингалет. Стёкла на окне вздрагивали от порывов ветра. На стенах кабинета беззвучно шевелились большие тени от веток деревьев с улицы. Начинался дождь, на стекле и на подоконнике уже блестели капли воды. Гроза приближалась. Гром ударял снова и снова. Ярко сверкала молния, освещая улицу и проникая сквозь окна вглубь Старого Дома.

«…Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город…», – процитировал он фразу из любимой книги.

Уже окончательно проснувшись, молодой человек с восхищением замер у окна, глядя на улицу и наслаждаясь яркой красотой набирающей силу стихии.

Уличный фонарь освещал часть улицы прямо перед фасадом Старого Дома, захватывая часть ворот и дверь с улицы во двор. В свете фонаря и вспышек молний ярко блестели первые лужи, пузырясь от падающих капель дождя.

Ни людей, ни машин на улице видно не было. Время перевалило через полночь. Сейчас все нормальные люди уже давно спали, а редких прохожих и редких ночных водителей разогнала начинающаяся гроза.

Улица, идущая от Главного вокзала, оставалась в темноте – фонари на ней горели только у перекрёстка на углу от Старого Дома. Фонарные столбы вокруг перекрёстка покачивались в такт порывам ветра, и в свете их огней очень хорошо были видны струйки набирающего силу дождя.

Молодой человек стоял у окна и смотрел в сторону перекрёстка. В какой-то момент, несмотря на дождливую темноту, он вдруг заметил вдалеке, как из темноты улицы со стороны вокзала на перекрёсток неожиданно выбежала фигура в оранжевом. Через несколько секунд из темноты выскочили ещё четыре или пять фигур, бегущих вслед за первой. Приглядевшись, молодой человек разглядел, что догоняющие фигуры были все как на подбор с бритыми головами и в характерных тренировочных костюмах с полосками на штанах и на рукавах, ярко блестевшими даже при тусклом свете ночных фонарей.

Первая фигура бежала, явно убегая от преследователей, которые бежали вслед за ней, размахивая руками и что-то крича на ходу. Через окно, ещё и сквозь шум грозы, ничего не было слышно.

На середине перекрёстка первая фигура чуть приостановилась и, быстро оглядевшись, повернула в сторону ворот Старого Дома. Её преследователи повернули вслед за ней. Глядя на их манёвры, молодой человек вдруг отчётливо ощутил, что убегающий человек остро нуждается в помощи и защите. В эти смутные времена в подобные костюмы с блестящими лампасами на штанах обычно наряжалась уличная шпана – гопники, которые точно не стали бы посреди ночи догонять прохожего только ради того, чтобы обсудить последние новости или просто пожелать ему спокойной ночи. Кажется, убегающего человека надо было срочно спасать.

Решение пришло мгновенно. Молодой человек бегом выскочил из кабинета бухгалтерии. В два прыжка преодолев небольшой коридор, он выбежал на лестницу, ведущую на первый этаж, перескакивая сразу через несколько ступенек, буквально слетел вниз через два пролёта лестницы в миниатюрную прихожую Старого Дома. Подбежав к входной двери, выходящей во внутренний дворик Дома, наш герой быстро щёлкнул тумблером на щитке у входа, отключив охранную сигнализацию, прокрутил вертушку замка, отодвинул засов и, открыв дверь, выскочил наружу.

Ночной дворик встретил молодого человека душным влажным теплом, запахом мокрой пыли, раскатами грома, пока ещё мелкими, но частыми каплями дождя, и, как всегда, не вовремя, отключившимся из-за грозы ночным фонарём. Он быстро пробежал через дворик к двери, ведущей со двора на улицу, нажал на кнопку открытия электрического замка, приоткрыл дверь и выглянул на улицу.

По улице к двери Старого Дома подбегала фигура человека в оранжевой ветровке-дождевике с большим капюшоном на голове. Рассмотреть лицо человека в капюшоне сквозь пелену дождя было невозможно. В этот момент он был уже в десятке метров от двери. Позади него бежали преследователи. Вид открытой двери придал ему силы, человек в капюшоне ускорился, рывком преодолел последние метры пути и буквально влетел в открытую дверь. Прошептав слабым хриплым голосом: «Помогите!» – согнувшись пополам, задыхаясь от быстрого бега, беглец остановился посреди двора.

Встречающий молодой человек ещё раз быстро выглянул наружу и едва успел захлопнуть дверь буквально перед самым носом преследователей. С громким щелчком сработал электрический замок, заблокировав дверь.

Секундой позже закрытая дверь задрожала от грубых рывков и ударов снаружи. Дверь дёргали, ожесточённо стучали и пинали. Сквозь дождь на всю улицу разносились матерные ругательства и крики пьяных голосов: «Быстро открывай…, сейчас всех вас тут…!».

Дверь с улицы во двор хотя и была деревянная, из потемневших от времени старинных досок, но усилена мощными железными полосами, и поэтому была достаточно крепкая. Ворота во двор тоже были деревянные, крепкие, очень высокие и надёжно заперты. Забор по высоте не уступал воротам. Но всё же физически крепкий и ловкий человек в трезвом состоянии при желании вполне смог бы перелезть через дверь, ворота или забор. Если бы нападавшие были чуть трезвее, а дверь, ворота и забор чуть менее скользкими от дождя, гопники неминуемо преодолели бы это препятствие.

Поэтому наш герой решил дальше не испытывать судьбу. Прокричав гостю: «Быстро заходим в дом!» – и схватив его за локоть, он бегом потащил гостя к входной двери в дом. Гость не сопротивлялся, хотя и с явным трудом, но тоже поспешил. Подбежав вместе к открытой входной двери, молодой человек быстро втолкнул гостя в тёмную маленькую прихожую и следом заскочил туда сам. Быстро захлопнув за собой дверь, повернул вертушку замка, щёлкнул тумблером включения сигнализации и наконец выдохнул.

Только сейчас он почувствовал, как от бега и возбуждения перехватило дыхание. До этого момента молодой человек даже не задумывался о том, насколько вся эта ситуация была опасной и чревата последствиями – для него, гостя и офиса конторы, которую он, собственно, охраняет, и за который он несёт ответственность. По всем правилам он не должен был вмешиваться в чужие уличные разборки и тем более запускать посторонних ночью в офис. Случись что-то не так, и он бы остался виноватым. Но не прийти на помощь попавшему в беду он искренне считал неправильным. Зато теперь они вместе с гостем были в относительной безопасности.

Молодой человек нащупал выключатель, включил свет тусклой лампы в маленькой прихожей и повернулся к спасённому. Человек в оранжевой ветровке стоял к нему спиной, согнувшись пополам и держась руками за стену, громко и тяжело дышал после бега. В какой-то момент ночной гость наконец разогнулся, двумя руками откинул с головы назад мокрый капюшон и повернул голову в сторону своего спасителя. И перед изумлённым молодым человеком предстала девушка с мокрым испуганным лицом и с растрёпанными мокрыми волосами, всё ещё тяжело дышавшая от бега и от страха, смотревшая на нашего героя перепуганными безумными глазами. Видимо, она сама ещё до конца не понимала, что произошло.

Беглянка

Ночной дежурный внимательно присмотрелся к лицу девушки и удивился ещё больше. Он её узнал! Это была девушка, которую он уже трижды до этого встречал раньше, хотя и не при таких экстремальных обстоятельствах. Причём последний раз встреча происходила здесь, на этом самом месте в прихожей Старого Дома накануне вечером.

«И вот снова она. Прямо-таки реально «девушка-виденье»!» – подумал про себя молодой человек.

Девушка открыла рот, пытаясь что-то сказать, но молодой человек быстро приложил палец к губам. «Замри!» – скомандовал он. Девушка покорно замерла, прислонилась к стене прихожей, продолжая тяжело дышать, и, не отрываясь, смотрела на своего спасителя.

Вдруг над её головой неожиданно резко и громко зазвенел звонок. Глаза девушки от ужаса округлились ещё больше. Она с тихим вскриком отскочила от стены и спряталась за спину молодого человека.

Звонок трезвонил не останавливаясь.

«Не волнуйтесь. Просто эти придурки нашли кнопку звонка у двери с улицы», – постарался успокоить девушку молодой человек. Девушка стояла за его спиной, не смея дышать.

«Через окна на первом этаже они точно не залезут, там железные решётки, хотя могут просто стёкла разбить. Но они могут перебраться через ворота», – тихо прошептал молодой человек, осторожно передвинулся к входной двери и заглянул в дверной глазок. Из-за потухшего во дворе ночного фонаря через глазок ничего не было видно, а из-за громкого шелеста дождя за дверью ничего не было слышно.

«Будем надеяться, что отвалили. Но надо проверить», – сказал и бросился бегом вверх по лестнице, перешагивая через несколько ступенек, на второй этаж. Тяжело дыша, девушка, не говоря ни слова, поспешила за ним.

Поднявшись на второй этаж, молодой человек быстро прошёл по тёмному маленькому коридору к двери напротив его кабинета. Дверь была не заперта. Молодой человек рывком открыл её и быстро вошёл. Следом за ним забежала девушка.

В этом кабинете было темно, но включать свет времени не было. Кабинет освещался снаружи через окно уличными лампами и частыми вспышками молний.

Посреди кабинета на большом столе располагалось оборудование системы видеонаблюдения – мониторы, видеомагнитофоны, разные электронные блоки. Посреди всего этого хозяйства гордо возвышалась местная гордость и достопримечательность – большой дорогой кинескопный монитор фирмы Panasonic диагональю целых двадцать один дюйм, на который выводилось изображение со всех четырёх камер видеонаблюдения, установленных снаружи на Старом Доме.

Запрыгнув на стул рядом с монитором и резко отодвинув стоящую рядом чью-то чашку недопитым кофе, молодой человек щёлкнул переключателем на блоке управления. Монитор переключился на изображение только с одной поворотной камеры, висевшей на углу дома почти над самой дверью во двор. Нажимая на кнопки управления поворотником, наш герой наклонил камеру ниже, чтобы видеть происходящее у входной двери и ворот. Кофе из чашки расплескался по столу. Молодой человек выругался, и, не отрывая взгляда от монитора, достал откуда-то грязную тряпку и промокнул разлитую жижу.

Девушка уже отдышалась, и с широко открытыми от ужаса глазами глядела на экран монитора из-за плеча молодого человека.

Картинка на мониторе с камеры была монохромная, чёрно-белая и из-за дождя довольно мутная. Эта камера была не простая, а особенная – с инфракрасной лампой подсветки, которая помогала хоть что-то разглядеть даже в кромешной темноте. Сейчас камере хорошо помогал уличный фонарь, добавляя света сцене у ворот.

На экране было хорошо видно пять разъярённых пьяных гопников, метавшихся на углу Старого Дома, размахивающих кулаками, по очереди нажимавших на кнопку звонка, долбящихся в дверь, и не оставляющих безуспешных попыток перелезть через скользкие от дождя ворота и забор. Они подтягивались вверх, пытаясь удержаться за деревянные края, но тут же скатывались вниз. Полоски на их штанах и рукавах ярко сверкали, отражаясь в свете уличной лампы. Гопники что-то орали, но эта камера была без микрофона и не передавала звук, поэтому картинка на мониторе напоминала старое чёрно-белое кино.

Звонок снизу продолжал громко звенеть, его звук долетал даже до кабинетов второго этажа.

На этот раз Небеса решили всё-таки подыграть нашим героям. Сверкнула гигантская молния, через долю секунды раздался долгий оглушительный раскат грома, и небо буквально разверзлось. На землю обрушился страшный ливень, настолько сильный, что гопники мгновенно промокли насквозь. Льющий как из ведра дождь, видимо, быстро отрезвил их хмельные головы настолько, что они наконец-то обратили внимание на табличку, прикреплённую к воротам: «Здание охраняется вневедомственной охраной», и смогли разглядеть видеокамеры, висевшие по углам дома.

В этот момент звонок замолчал, и наступила тишина. Скорее всего, кнопку наконец залило дождевой водой, решил про себя молодой человек. Без громких трелей звонка стало заметно спокойнее.

«Сейчас этому фильму не хватает только музыкального сопровождения, – подумал про себя молодой человек. – Девушка уже есть, а рояля нет. Надо в кустах поискать», – чувство юмора у нашего ночного дежурного было несколько своеобразным.

Ночная гостья осторожно присела на стул рядом и не отрываясь, следила за событиями в мониторе. Она упорно продолжала молчать, видимо, ещё не пришла в себя после погони.

Ночной дежурный включил на мониторе изображение со второй камеры, висящей на этом же углу дома, но в обычном состоянии повёрнутой в сторону входной двери дома и следящей за двориком. Внутри дворика было пусто. Нажимая кнопки на пульте управления поворотником второй камеры, молодой человек стал разворачивать в сторону ворот и эту камеру. Он хотел убедиться, что никто из гопников не сумел перелезть через дверь, ворота или забор.

Гопники перестали долбиться в дверь и оставили попытки перелезть вовнутрь. Сейчас они, уже насквозь промокшие, в ярости метались рядом с дверью и воротами, как голодные псы, до которых, наконец, дошло, что они упустили свою добычу. И в этот момент они заметили, что камера, висевшая на стене дома прямо напротив двери на массивном поворотном механизме, медленно и с жужжанием поворотного механизма поворачивается в их сторону.

На монохромном экране монитора перед нашими героями сквозь пелену дождя медленно возникли изображения злых и мокрых физиономий гопников, удивлённо уставившихся сразу на две камеры, глядящими на них сверху своими объективами с красными огоньками лампочек подсветки, ярко светящими им прямо в глаза.

Огоньки напоминали подсветку лазерных прицелов из голливудских фильмов. Казалось, что на гопников навели стволы сразу двух пулемётов, и сейчас по ним откроют ураганный огонь. В этот момент в голове одного из гопников, на вид самого здорового и, видимо, протрезвевшего сильнее остальных, неожиданно возник вполне здравый вопрос: а зачем им вот это всё сейчас надо, и, может, вообще не стоит со всем этим связываться? Он резко замер, перестал долбиться в дверь, перестал выкрикивать угрозы и оглянулся по сторонам. Дождь продолжал хлестать тугими струями изо всех сил и со всех сторон.

«Пацаны, нас застукали, ну её на… эту… бабу, валим отсюда!» – громко заорал он снова, перекрикивая звук дождя. И этот крик его даже смогли услышать наш ночной дежурный и спасённая девушка внутри Дома.

Гопники, как один, не раздумывая, дружно развернулись и, продолжая выкрикивать матерные проклятия и размахивать кулаками, побежали обратно в сторону перекрёстка – подальше от непонятного Дома. Шум дождя заглушил неровный топот по лужам их нетрезвых ног. Мелькание полосатых штанов растворилось вдалеке вместе с их владельцами, на мониторе осталось изображение темноты, разрезаемое наискось следом от струй льющего на улице дождя.

– Ура! «Мы победили, и враг бежит, бежит, бежит»! – радостно пропел молодой человек.

За окном продолжала бушевать гроза: громко шелестел дождь, очередями гремел гром, молнии сверкали ярче уличных фонарей, в крыше Старого Дома завывал ветер. От ударов стихии Дом скрипел сильнее обычного.

На самом деле ночной дежурный тоже хорошенько испугался. В случае если бы гопники продолжили штурм Старого Дома, ночному дежурному бы не поздоровилось. Внутрь Дома они, конечно, бы не прорвались, но разбить окна или камеры они запросто могли. Само собой, молодого человека потом за это по головке бы не погладили.

Сейчас его понемногу отпускало. Тревога начала понемногу отступать, а настроение подниматься. Молодой человек бросил взгляд на свои любимые часы. Циферблат светился в темноте люминофором. Было уже за полночь. Всё происшествие заняло не более пятнадцати-двадцати минут.

Про себя наш герой подумал: это просто чудо, что гопники не смогли перелезть через забор или ворота. Может быть, Старый Дом помог? Незаметно протянув руку, молодой человек погладил ладонью шершавую стену. «Спасибо тебе, старый друг!» – очень тихо проговорил молодой человек. И он мог бы поклясться, что Старый Дом чуть заметно что-то проскрипел в ответ.

Он повернул голову от монитора – девушка в оранжевом дождевике ничего вокруг не замечала. От волнения она поднялась со стула и неподвижно стояла рядом, продолжая внимательно глядеть в экран монитора, на который сейчас было выведено изображения с двух камер. Хотя там уже ничего не происходило, у девушки наступила запоздалая реакция на страх от пережитой опасности. По её щекам беззвучно катились слёзы, девушка была в шоке.

Посмотрев внимательно на гостью, молодой человек почувствовал её состояние. Подскочив со стула, он взял плачущую девушку за плечи и аккуратно усадил её на стул перед монитором.

– Садитесь, пожалуйста. Всё уже закончилось, – постарался он успокоить девушку, – эти придурки уже убежали. Вы же сами видите, – он ткнул пальцем в экран монитора, на котором, кроме размытых контуров ворот и двери, омываемых ливнем, ничего не было видно. И что-то мне подсказывает, что сегодня они уже не вернутся. Этот дождь наверняка будет лить всю ночь. По прогнозу погоды точно обещали.

Девушка всё это видела сама, но слёзы из её глаз продолжали катиться, словно соревнуясь с дождём за окном. Про себя молодой человек с одобрением отметил, что она не впала в истерику, а просто плакала тихо и без надрыва.

– А они точно не вернутся? – наконец сквозь слёзы тихо спросила девушка. После бега и переживаний в её красивом голосе слышалась лёгкая хрипотца.

– Ну если и вернутся – тогда я вызову группу быстрого реагирования из вневедомственной охраны, – уверенным тоном отвечал молодой человек, хотя про себя он вовсе не был настолько уверен, что хозяева конторы одобрили бы дорогущий вызов группы в подобной ситуации.

– Почему они за вами гнались? – наконец он задал мучивший его вопрос девушке. – Чего плохого вы им сделали? Или что-то натворили?

– Ничего плохого я им не сделала! – сквозь слёзы возмутилась гостья. – Я просто шла с остановки у вокзала, там не горела ни одна лампа, прохожих уже никого, только эти уроды стояли у киоска, пили и орали. Увидели меня, и… – у девушки снова покатились слёзы. – Я побежала, а они побежали за мной. Ещё немного, и они бы точно меня догнали. А что потом… Даже думать об этом не хочу, – девушка нервно вздрогнула.

– Понятно. Всё хорошо, сейчас вы точно в безопасности. – Молодой человек постарался улыбнуться успокаивающе, хотя не был уверен, что это у него получилось. – В этом районе у вокзала всё время какие-то тёмные личности ошиваются. В прошедшее воскресенье был день Ивана Купалы. Днём пьяные гопники всех прохожих и машины просто водой обливали, а вечером на улицах остановки ломали, лавочки с мусорками переворачивали и к прохожим приставили. Может, эти придурки после праздника никак остановиться и протрезветь не могут.

– Ага. Меня в воскресенье на улице облили несколько раз, – от неприятного воспоминания девушка поёжилась.

– Но сейчас-то уже всё закончилось, – молодой человек постарался сказать это самым спокойным тоном, на который только был способен.

– Угу, – девушка кивнула.

– Вы сильно промокли? – спросил Саша, чтобы сменить тему. – Давайте сюда ваш дождевик, его надо просушить. И вообще – хотите чаю? – чтобы успокоить гостью, её надо было чем-то отвлечь, переключив внимание.

– Очень хочу, – горячо ответила девушка, и впервые сквозь слёзы улыбнулась. Её лицо озарила совершенно очаровательная, почти детская улыбка. Она стянула с себя промокшую ветровку и протянула её своему спасителю. Он взял ветровку и повесил на спинку соседнего стула, потом включил маленькую настольную лампу.

При свете лампы стал заметен царивший в кабинете творческий беспорядок. Стол, помимо оборудования, был завален инструментами, исписанными листами бумаги, какими-то проводами и обрезками изоляции. В этом кабинете было сразу четыре рабочих места инженеров. На соседних столах обстановка ничем не отличалась, кроме того, что вместо приборов видеонаблюдения стояли обычные компьютеры. Обитатели кабинета точно не отличались особой аккуратностью.

Молодой человек встал из-за стола, подошёл к тумбочке в углу, щёлкнул кнопкой стоящего сверху электрического чайника. Достал из тумбочки коробки с чайными пакетиками и с сахаром, две большие кружки, в которые заглянул с недоверием. Видимо, удовлетворившись увиденным, бросил в них по пакетику. Не спрашивая девушку, кинул в обе кружки по два кусочка сахара. Взяв обе кружки, он подошёл к девушке, и, раздвинув хлам на столе, поставил их перед ней. Всё это время девушка сидела на месте и внимательно наблюдала за манипуляциями молодого человека с чаем.

Пока грелся чайник, наш герой быстро сходил в свой кабинет и вернулся со «Сникерсом» в руке, протянул его девушке. Улыбнувшись, она сказала: «Спасибо, вы такой заботливый», – взяла батончик, и разломив его пополам, вернула половинку молодому человеку, а вторую половинку положила рядом с собой на стол. Молодой человек налил из закипевшего чайника воду в обе кружки и снова сел в кресло перед монитором.

– Пожалуйста, не обращайте внимание на беспорядок, – извиняющимся тоном сказал молодой человек, – такие прекрасные посетительницы здесь бывают крайне редко. За этим столом с видеонаблюдением сидят по очереди все дежурные, и никто за собой хронически не убирает посуду, – он улыбнулся. – И вообще, это не мой кабинет, я обитаю в соседнем. У меня там гораздо больше порядка, и комната уютнее. Но здесь стоит монитор, и нам лучше пока от него далеко не отходить. Если не возражаете, конечно.

Девушка легко кивнула в знак согласия, слабо улыбнулась и ничего не сказала. Возражать она не собиралась.

На самом деле молодой человек немного преувеличивал, порядка в его кабинете точно было не больше, чем в этом, но ему хотелось выглядеть перед незнакомкой в лучшем свете.

Они сидели вдвоём в полутёмном кабинете, освещаемом свечением экрана монитора и светом маленькой настольной лампы, и вместе пили чай. Судя по монитору, за окном всё успокоилось и уже ничего не происходило – ночь вступила в свои права. Девушка уже успокоилась и не плакала, но сидела молча, пила чай и рассеянно смотрела на экран монитора и остальную аппаратуру, стоящую рядом на столе, думая о чём-то своем.

Теперь её спасителю наконец-то представилась возможность внимательно её разглядеть в спокойной обстановке.

Разумеется, первым делом молодой человек отметил для себя женственную фигуру с высоким, соблазнительной формы бюстом гостьи. Девушка выглядела стройной, хотя отнюдь не была худышкой, и это только придавало ей особенного шарма.

Всё ещё влажные после дождя светло-каштановые волосы девушки стянуты на затылке в короткий хвостик крупной резинкой. Одна чуть вьющаяся тонкая прядь выбилась из причёски и романтично свисает на лоб. Из-за слёз и дождя на щеках остались тонкие следы от туши с ресниц.

На первый, самый поверхностный взгляд лицо девушки со следами пережитого испуга и усталости казалось просто милым. Но внимательный взгляд молодого человека разглядел гораздо больше. Во взгляде девушки чувствовался глубокий и, несомненно, проницательный ум, сочетающийся с очаровательной хитринкой. Линия подбородка выдавала присутствие твёрдого характера, а форма губ создавала естественную улыбку. Несмотря на сегодняшние ночные приключения, создавалось впечатление, что девушка всё время чуть-чуть улыбается.

Одета девушка в свободную светло-кремовую блузку навыпуск с высоким вырезом и длинными рукавами и в светло-синие джинсы-«мальвины». На ногах мокрые тряпичные «балетки» кремового цвета. На шее тонкая золотая цепочка с маленьким золотым крестиком. На правой руке на указательном пальце блестит элегантное тонкое колечко с небольшим изумрудиком.

Девушка продолжала молчать, словно глубоко задумавшись, и наш герой решил разрядить обстановку первым. Улыбаясь, он спросил:

– Хоть сейчас-то скажете, как вас зовут? А то вчера вечером вы так и не признались.

Девушка встрепенулась, выйдя из задумчивости, улыбнулась в ответ и ответила:

– Дарья, но можно просто Даша.

– «И, по-моему, зовут её Даша, то ли девочка, а то ли виденье», – молодой человек напел слова очень популярной тогда песни Максима Леонидова, которая звучала тогда из каждого радиоприёмника. Девушка заулыбалась ещё больше.

– А вас как зовут? – спросила Даша.

– А меня Александр. Но лучше просто Саша. И если это не сильно большая наглость с моей стороны, и, конечно, если Вы не против, может, перейдём на «ты»?

– Совсем даже не против, – Даша снова улыбнулась. Саша отметил про себя, что у неё совершенно очаровательная и по-детски располагающая к себе улыбка.

Оба сразу облегчённо выдохнули, уже вместе заулыбались и замолчали на несколько долгих минут.

– А почему я «девочка-виденье»? Звучит почти как «приведение», – наконец прервала паузу Даша. Она уже пришла в себя после пережитого стресса от ночной погони и явно чувствовала себя уверенней.

– А «виденье» потому, что мы уже четвёртый раз встречаемся, и наши встречи с каждым разом становятся все романтичнее и романтичнее, – ответил, хитро улыбаясь, молодой человек.

– Ну да, – согласилась Даша, – тогда точно, как приведение. – А почему в четвёртый? Разве не в третий? Первый раз – в банке. Второй раз – вчера вечером. А третий – сегодня. Разве нет? – Даша улыбнулась в ответ.

– Третий раз был в субботу утром. Я возвращался отсюда, а ты неслась сломя голову от остановки у вокзала, ничего вокруг не замечая.

– В субботу? – девушка на секунду задумалась, – ну да, утром там проходила мимо. Но я была, наверное, такая загруженная, и торопилась, что ни на что и ни на кого не обращала внимания.

Про себя Саша отметил, что девушка не сказала, куда она торопилась, но тактично промолчал. Пока это не его дело.

Чтобы поддержать разговор, Саша спросил:

– Ещё интересный вопрос. После нашей первой встречи в банке я потом несколько раз заглядывал к вам в бухгалтерию, но тебя там не было. Как сквозь землю провалилась.

Девушка на секунду задумалась.

– Точно. Меня тогда в другое отделение банка отправили. На несколько дней. Его только открыли, а у них с компьютером тоже никто не дружит. Я их учила платёжки в бухгалтерскую программу заводить, – Даша заулыбалась, – а вы, то есть ты, правда хотел меня увидеть?

– Ну да, – молодой человек откровенно засмущался и замолчал. Даже в темноте было заметно, что он покраснел.

Гроза за окном понемногу уходила прочь. Молнии мигали всё реже, гром гремел всё тише и дальше. Дождь ещё продолжался, но его шелест за окном понемногу затихал. Ветер стихал, но иногда его редкие порывы всё ещё постукивали в окна.

– Ну вот, а обещали, что «…дождь опять всю ночь…», – с наигранным сожалением Саша процитировал слова какой-то древней песни.

По жизни наш герой очень любил цитировать слова из разных книг и песен.

В комнате было душно. Кондиционер не работал, а окна были закрыты. Молодой человек встал, подошёл к окну и открыл обе створки. Сквозь открытое окно в комнату ворвался свежий воздух, наполненный влажными ароматами пыли, травы и цветов. Вместе с ним в комнату, радостно гудя, залетел невидимый рой комаров и быстро разлетелся по тёмным углам, ожидая удобного момента для нападения на обитателей дома.

За окном стрекотали цикады, финальные капли дождя с громким стуком молотили по железной крыше и отливам. С вокзала уже доносились привычные звуки объявлений, издалека раздавались гудки поездов.

– Так намного лучше, – сказал Саша, немного помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил: – Я правда очень рад, что мы снова увиделись, хотя и при таких, хм, как бы это сказать, необычных обстоятельствах.

При этих словах оба улыбнулись.

Молодой человек ещё немного тактично помолчал, не задавая вопроса, который так и крутился у него на языке. Наконец он не выдержал.

– Открой пожалуйста очень большую тайну – как ты вообще здесь очутилась? Посреди ночи! В смысле, в этом районе. «Остерегайтесь выходить на болота в ночное время, когда силы зла властвуют безраздельно», и всё такое, – процитировал Саша. Этот вопрос явно не давал ему покоя.

– Да, и я тоже читала «Собаку Баскервилей», – гордо отвечала Даша, – и просто у меня папа здесь недалеко живёт. Днём не получилось до него дозвониться, решила вечером к нему сама заехать, но, как обычно, слишком долго собиралась и поэтому приехала к вокзалу поздно. Вот и нарвалась на неприятности, – она улыбнулась, но на этот раз грустно.

– А…, – молодой человек хотел задать вопрос, который крутился на языке, но не решался.

– Папа и мама давно не живут вместе. А я живу с мамой, – смутившись, пояснила девушка.

– Прости, я не хотел, – на этот раз уже смутился молодой человек.

– Всё хорошо.

Оба замолчали, продолжая думать о своём. Лицо девушки вдруг стало серьёзным.

– Вы спасли меня сегодня, – не глядя на своего спасителя, вдруг негромко сказала Даша. – Ой, извини, то есть ты спас. Я правда тебе очень-очень благодарна!

– Да ерунда. Всё нормально, – Саша даже чуть смутился, но при этом гордо расправил плечи. Хорошо почувствовать себя героем!

– Правда-правда. Если бы не ты, я бы сейчас здесь не сидела, – Даша продолжала смотреть в сторону. По выражению её лица и мимике было заметно, что она колеблется и как будто не решается сказать что-то ещё, для неё очень важное. Саша внимательно посмотрел на неё, но вопросов не задавал. Она явно собиралась с духом.

Наконец у неё это получилось, и она и повернулась к Саше.

– На самом деле мне снова очень нужна твоя помощь. Уже совсем в другом деле, – совсем тихо, но серьёзно выпалила она наконец, – мне надо было тебя увидеть и кое о чём попросить. О помощи.

– Интересно. А когда мы вчера вечером расставались на улице, это ещё было неактуально? – немного съязвил молодой человек и чуть заметно улыбнулся. – Ну в смысле, я не против. Наоборот, это даже романтично, и мне приятно. И я, конечно, постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы тебе помочь, бла-бла-бла и всё такое. Но мне правда безумно интересно, почему я, и почему именно сейчас?

– Потому, что вчера в это время я ещё не решила, что мне делать. А потом думала-думала и придумала, – Даша устало, но внимательно смотрела на лицо молодого человека, пытаясь предугадать его реакцию.

– А вот что самое удивительное во всей этой истории, – спокойно и в тон ей отвечал молодой человек, хитро прищуриваясь и, в свою очередь, не отводя взгляда от Дашиных глаз, – и почему вот это всё меня совершенно не удивляет?