Читать книгу Когда вырастают крылья - Группа авторов - Страница 2

Часть 1. Детство на задворках.

В просторной кухне темноволосая женщина хозяйничала у стола, за которым сидел мужчина. Его лицо скрывала развернутая газета, только виднелась русая макушка, на которую падал солнечный свет из окна. Как ни старалась Юлька разглядеть его, все тщетно. Человек каждый сидел на своем месте и непрерывно читал. Образ женщины был смутно знаком, но, настолько расплывчатым, что казалось девочке, будто это она сама. Всей душой она стремилась к незнакомцам во сне, понимая, что это её близкие и дорогие люди. Она безотчетно любила мужчину, спрятавшегося за газетой и через года пронесла в сердце эту любовь.

Телефонный звонок. От него она снова и снова вздрагивала, но не просыпалась, слушала едва различимые слова, произносимые с прихожей какой-то рыженькой девушкой. Почему-то её черты ей так были дороги. Просыпаясь, каждый раз Юлька плакала. А потом снова и снова из года в год она видела этот сон. Со временем она могла разглядеть очертание жилища и осознавала что это её семья, которой у неё никогда не было. Только из скудных рассказов старенькой бабульки, когда она навещала правнучку в детском доме, да опрометчивых фраз, девочка узнавала имена далеких родственников.

В детском доме было не сладко, но ей повезло больше чем другим. У неё была бабушка, и все каникулы она проводила у неё. Юлька помнила её судорожные объятия, торопливые бесконечные поцелуи, поучительные наставления. Дороже и роднее у девочки никого не было, и сердце замирало от трогательных встреч, от прикосновения любимых рук….

Детство на задворках кончилось. Казалось впереди целая жизнь полная приключения. Но, ни чего не происходило, мечты оставались где-то часто в необозримом будущем. Они словно ускользали, и она снова и снова пыталась догнать свою несбыточную мечту.

* * *

Юлька оканчивала первый курс в институте. Все больше и больше тревожилась о здоровье своей бабушки. Не дожидаясь коротких студенческих каникул, решила съездить в ближайшие выходные.

-Стареет, – думала она, глядя на копошившуюся возле неё старушку.

– Ой, я даже не ждала тебя, моя рыбонька, – обнимая внучку за голову, прижимала её к груди.

-Да присядьте бабуля, я сама на стол соберу, – гладила девушка сгорбленные плечи бабушки.

-Присяду, ласточка, рассказать тебе хочу кое-что, а то вдруг приберусь, да не успею. Теперь ты уже взрослая, только смотри сама решай потом, кого тебе судить, кого миловать. Катьке моей внучке всего 15 лет было, когда она тебя на свет произвела. Несмышленыш еще. Ей сказали, что дитё умерло. Она поплакала чуток, да и унялась, наверное, сама поняла, что все к лучшему. Это все происки снохи злыдни, сама за дочкой не уследила, у меня на все лето её украдкой от мужа, моего сына спрятала. Он у неё под каблуком. У, тварь, рыжая! – потрясла старуха кулаком в воздухе кому-то, – А потом, когда девка разрешилась домой её забрала. А до этого всё в больницу бегала, видно договаривалась с кем-то. Как Катюша-то уехала, я в роддоме пороги обивать стала, ребенка, чтоб забрать. Ни хотела, чтобы ниточка оборвалась, чтоб дитё при живых родителях сиротинушкой стало. Ребеночка-то мне не отдали, но сообщили, в какой дом ребенка увезут. Так и начались мои мытарства вслед за тобой. Может хорошо, что тебя не удочерили, а то доживала бы свой век в одиночестве. А то эти совсем дорогу позабыли. Хоть бы схоронить приехали. На, вот, возьми. Много лет копила для тебя, – протянула бабушка деньги, – Дом продадут, тебе ничего не достанется. Хоть тут не много их, ну трать с умом.

Юлька разревелась.

-Ты вот что, – продолжила старушка, – Я накажу соседке, чтобы телеграмму тебе послала, когда умру. Приедешь и свидишься со своей родней, в глаза им поглядишь. А там как Бог даст, только я не хотела, чтоб ты зла на свою мать держала. И так ей Бог счастья не дал, видно за свой грех и мается.

Вдоволь наревевшись, Юлька спросила.

– Баб. А как я их узнаю?

– Тебе сердце подскажет, – ответила бабушка.

Это был последний в их жизни разговор. А через месяц её не стало, о чем Юльку известила телеграмма соседки.

* * *

Юля сидела в углу комнаты, стараясь быть не замеченной среди множества незнакомых людей. Исподтишка стала разглядывать женщин, ища среди них единственного человека «маму». Женщины сновали туда-сюда, от их беготни кружилась голова. Она осознавала, что даже если узнает свою мать, вряд ли удастся ещё раз увидится. Смешалось и горе, и обида, а слезы рвались наружу и душили. Совладав с собой, девушка стала снова осматриваться, пока не столкнулась взглядом с молодым мужчиной. Он словно прожег её взглядом и от этого Юльку начала бить мелкая дрожь. Внутри как будто вспыхнул огонь, и ощущение долго не покидало её, что кто-то все время наблюдает за ней. Потом все встали, и народ волной стал проталкиваться к выходу. Юлька смешалась с толпой. Ей так и не удалось среди всех выделить своих близких, ведь она насчитала четырех рыжих женщин, две из них пожилые, да и еще два мальчика разных возрастов. У одного была золотая шевелюра. Наверное, они все считались её братьями.

На кладбище Юлька снова поймала на себе чей-то взгляд. Она обернулась. Он стоял совсем рядом. Ей как-то неуютно стало, и она протиснулась ближе к прощавшимся, стоящим у гроба бабушки людей. Её сердце забилось учащенно, когда она, что темноволосый пожилой мужчина её дед, а молодая рыженькая худощавая женщина, больше похожая на девочку её мама. Мужчина называл её Катей. Внутри все словно оборвалось. Юльку затрясло, ноги подкашивались, но она подошла и как будто не осознавая наклонилась над бабушкой и всхлипывая прошептала.

-Я нашла её, бабулечка.

Потом поцеловала её в лоб и, пошатываясь, устремилась в толпу. Это не осталось незамеченным.

-Кто это?– услышала она шепот, прокатившийся по кладбищу.

Юлька отбежала подальше и, спрятавшись за чужой оградой, дала волю слезам.

-Папа, чья она? – вдруг встрепенулась Катя и затрясла отца.

Тот передернул плечами.

-Не знаю, дочка.

Мужчина, рядом стоявший с ними, шепнул.

-Найди её, Стас, быстро.

Парень кивнул и юркнул следом за Юлькой. Став рядом с ней громко вздохнул.

-Прячешься?

Девушка подняла к нему заплаканное лицо, – Вы тоже родственник?

-Да нет, я с работы. Иван Иванович попросил, он друг дяди Саши. А ты кем им приходишься?

-Внучка, только они об этом не знают, – с трудом выдохнула Юлька.

-А разве так бывает? – удивился Стас, – расскажешь?

-Если вы поможете мне поскорее уехать отсюда. Я не хочу здесь оставаться ни минуты, мне на вокзал надо. Только это секрет, – доверительно прошептала Юлька.

-Ох, и попадет мне от начальства. Ну ладно, поехали.

Дорогой Юлька рассказала о своей грустной семейной тайне. Стас потрясенный произнес.

-Ты хочешь, вот так украдкой сбежишь, как трусливая собачонка, поджав хвост. Пойми, здесь твоей вины нет. И своим появлением ты не разрушишь ничью жизнь.

-Я боюсь, спасибо, вам! – Юлька выскочила из машины и скрылась за дверьми вокзала.

Когда Стас вернулся, Иван Иванович обрушил весь гнев на его голову.

-Ты где был. Девчонка? Где она?

-Это не моя тайна, – рассеянно ответил парень, – мне нужно съездить в одно место не на долго. Утешите друга, к тому же поминки займут некоторое время. Я скоро буду.

-Ты посмотри, че делает?! Как с начальством разговаривает, – возмутился Иван Иванович. Но Стаса и след простыл.

-Катя, вам надо кое-что знать, прошептал молодой человек на ухо матери Юльки. Они вышли во двор и сели на скамью у ворот. Катя сглотнула комок в горле и взволнованно вглядывалась в лицо юноши.

-Ну не молчите же.

-Она ваша дочь. Та девушка. Она не умерла. Юлия выросла в детском доме, и ваша бабушка об этом знала, – одним махом выдохнул Стас. Катя схватила его за руку, больно сжала и замерла.

-Где моя девочка? – с горечью в голосе спросила женщина.

-На вокзале!

-Она уедет, я больше никогда её не увижу, – женщину стало трясти, когда она лихорадочно садилась в машину. Её волнение передалось юноше, словно он проникся той же болью и нес её вместе с Катей.

Лихорадочно шаря глазами, он метался в панике, теряя надежду, что он найдет Юлю.

Вдруг он увидел её у окна, ноги стали ватными и не слушались. Он сел неподалеку и облегченно вздохнул. До него доносились едва различимые шепот и плач Кати. А девочка молчала. Нет, не потому что ей нечего было сказать, её душили слезы, и она боялась, что расплачется у всех на виду. Потом они обнялись. У парня запершило в горле, и он отвернулся, кусая губы.

-Ну, вот мне пора. Спасибо, что не дали мне потеряться, а то мы с мамой никогда бы не встретились, – взволнованно поблагодарила Юля и взяла его за руки, внимательно вглядываясь в его лицо, – Как вас зовут?

-Ну, Стас, – криво улыбнулся он.

-Я буду молиться, что бы Бог дал вам счастье, – обняла его порывисто девушка и вошла в вагон.

* * *

Она еще не знала, что жизнь снова столкнет их с человеком, вырвавшим её из плена одиночества. Юля будет помнить его долгие годы, пока память не сотрет черты его лица, исполненная благодарности за счастье быть с близкими. Хотя ей правда нелегко далась первая встреча с родными. Внутренний страх и отчужденность и даже прошлые обиды каждую секунду напоминали о детстве на задворках. А ночные сны по-прежнему ставили её в тупик, суля несбыточные надежды.

Часть 2. Дежавю.

Юля окончила институт и, сдержав слово данное бабушке, что вернется домой. Директор завода давний друг детства деда принял её на работу с распростертыми объятиями. В общем, он был наслышан о семейной трагедии. Друга не осуждал. И как мог старался помочь его внучке. Иван Иванович самолично распорядился принести девушке ключи от общежития. Но почему-то хитро улыбался, будто знал то, чего не знает она.

* * *

Девушка шла по знакомой улице, душа её трепетала от радости, что она снова дома. Он совсем неподалеку за пятиэтажками на окраине. Она буквально взбежала на второй этаж одного из домов, где висела обшарпанная вывеска «общежитие». Бесшумно, словно боялась вспугнуть тишину, поставила у порога тяжелую поклажу и огляделась. Длинная прихожая, две комнаты, дверь одной из них была приоткрыта. Что-то смутно знакомое всколыхнулось в её памяти. Почему-то сердце учащенно забилось, когда она направилась в кухню, которую ярко освещало большое окно, и луч падал на макушку мужчине, сидящего за столом с газетой в руках скрывающее лицо.

Мелкая дрожь пронеслась по телу, когда отчетливо в памяти всплыл сон.

-Добрый вечер! – произнесла она ошеломленно.

-Скорее обед, – оторвавшись от газеты, ответил он, с любопытством разглядывая незнакомку.

-Стас?! – радостно воскликнула она и со щенячьим визгом бросилась его обнимать.

-Мы знакомы? – удивленно отстранился он, стараясь вспомнить её, озадаченно почесав себе затылок.

-Извините, я, наверное, обозналась, – смущенная Юлька залилась краской и отступив назад.

Мужчина пожал плечами, стараясь не рассмеяться, видя замешательство незнакомки. Девушка сразу взяла себя в руки, задрала нос, исподлобья взглянув на него.

-Какая из комнат свободная, меня Иван Иванович определил на жительство.

-Вот эта. Располагайтесь. Я сейчас уйду, только на обед заскочил. Чувствуйте себя как дома, – усмехнувшись, ответил хозяин.

-Я итак дома, – расправив плечи, нахально окинув его взглядом, сказала девушка и исчезла в своей комнате.

Сразу после обеда Стас ввалился в кабинет директора, его разбирало любопытство, и неизвестность будоражила мозг.

-Иваныч, что за дела? Кто эта наглая аферистка, которую ты мне подселил? – возмущенно потребовал объяснения он.

-Не бузи, Станислав Анатольевич. Что свою зазнобу не узнал? Это ж Юля внучка детдомовская, моего друга Саньки. Что достала уже тебя? Ладно, потерпи чуток. Вот достроим общагу, я квартиру тебе на совсем отдам вместе с девахой. Она тебе понравится, еще спасибо скажешь! – дружелюбно похлопал по плечу начальник и весело рассмеялся.

«Юля? Неужели это она? Тогда все оправдывает её поступок. Ну, просто рада была видеть меня девчонка. Детдомовские – они такие открытые и наивные», – весь остаток рабочего дня размышлял Стас.

* * *

Юлька быстро освоилась. Разобрала багаж, наплескавшись в ванной, перекусила хозяйскими запасами, мысленно пообещав, что наполнит холодильник едой и домашней утварью, которой на кухне почти не было. Чтобы задобрить хозяина сварила вкуснейший борщ в здоровенной кастрюле, правда в единственной, которая была на кухне не считая сковороды. Наскоро похлебав в мелкой чашке, решила погулять, пройтись по знакомым улицам, что бы как-то оттянуть встречу со Стасом. Она все еще чувствовала перед ним себя неловко, а если это не он, не объяснить же свое дурацкое поведение каким-то сном. Юлька навестила бывшую пожилую соседку. Наревевшись вдоволь, а самое главное получила обещание, что та подыщет ей квартиру у своих знакомых. Они долго чаевничали, пока не стемнело, и ей ничего не оставалось, как только возвращаться назад. Шагая по выщербленной дороге, она прокляла высокие каблуки. Когда уже показался её дом, девушка чувствовала невероятную усталость. Заметив на углу силуэт курящего мужчины, огонек от сигареты мерцал в темноте, незаметно юркнула в подъезд и вдруг услышала быстрые шаги за спиной. С бешеной скоростью влетев на второй этаж, и лихорадочно роясь в сумке в поисках ключа, почувствовала над головой чье-то тяжелое дыхание. От страха мурашки побежали по всему тему. Она с визгом старалась оттолкнуть его.

-Юля, это я Стас, – услышала она знакомый голос и выдохнула, прислонившись головой к плечу.

-За мной мужик какой-то гнался. Я так испугалась, – её сердце бешено колотилось, отдаваясь шумом в ушах.

-Нечего шлятся по ночам. Тут пьяни всякой хватает. Утащат за ноги куда-нибудь и….– не успел договорить Стас, как Юлька грубо перебила его.

-Заткнись. Можно без подробностей. Я ходила себе жилье искать, не волнуйся, скоро съеду.

Стас намеренно не сказал, что этим самым мужиком являлся он сам. Он бросил короткий взгляд в её сторону. «О, кажется, она плакала. Мордашка вся припухшая. Шел бы мимо ни за что не узнал, в такую красавицу превратилась».

-Ты ужинать будешь? Борщ что надо.

-Нет! – резко ответила Юлька, – Давай с тобой договоримся. Ты мне не папик, воспитывать меня не будешь. У меня своя личная жизнь. У тебя своя, и давнее наше знакомство значение не имеет. И еще одна мелкая деталь. Пока я здесь, чтоб твоих баб даже духу тут не было. Охов и ахов мне в общаге хватило, – слегка напирая, нервно съязвила Юлька. Зачем она это вдруг ляпнула? Сама не поняла. Но ответная реакция у Стаса была бешенная.

-А ты не лезь со своим уставов в чужой монастырь. Самой, небось, завидно было.

Девушка набрала воды в кружку, отпила глоток и резко плеснула ему в лицо.

-Остыньте молодой человек.

Стас неожиданно схватил её в охапку и посадил на стол. Глаза у него горели от злости, он сорвал с себя галстук и отбросил в сторону.

-Запомни, девочка, если мне чего-то вдруг захочется, я упрашивать не стану. Вдребезги дверь разнесу.

Юлька испуганно вскрикнула, глаза у неё расширились, соскочив со стола, бросилась на него с кулаками и воплем. Он отстранил её от себя.

-Тише, не ори. Здесь стены тонкие, соседи невесть что подумают. Ну что испугалась дурочка настырная. Свалилась на мою голову.

-Сам дурак, – обиженно буркнула девушка.

-Ты первая начала, – крикнул он ей в след и подумал «Видно крепко девчонке досталось в детском доме, что она на любой грубый выпад с кулаками бросается».

Часть 3. Родинка.

Несмотря на вчерашнюю ссору, Юлька прекрасно выспалась. Ей снова снился тот же сон, почти, только одна деталь немного огорчила её утром. Она на кухне готовила завтрак, как в ни в чем не бывало.

-Стас! Тебе бутерброды с колбасой или с сыром, – спросила она через дверь.

-И то, и другое, только чай пока не наливай, не люблю холодный, – крикнул он из ванной.

Она торопливо откусывала хлеб, обжигаясь горячим чаем.

-Не спиши. Мы на машине, – улыбнувшись ей, он сел напротив. Юлька опустила глаза.

-Мир! – протянул он ей руку через стол.

-Мир! – тихий вздох не остался незамеченным. Неожиданно Стас коснулся губами её ладони. Девушка взглянула на него укоризненно.

-Что так? – поняв, что он затевает какую-то игру, приняла вызов.

-Это просьба о прощении за вчерашнее.

«Эх, ты хитрый лис. Не думай, что я боюсь тебя. Ну, получай тогда… – подумала она и, подойдя к нему вплотную, легко коснулась его губ.

-Ты прощен. Только не задирайся ко мне. Ладно!

«Смело», – усмехнулся он про себя, но промолчал.

-Слушай. Раз ты на машине не желаешь съездить после работы в центр, затовариться хочу на неделю, – предложила девушка.

-Легко, я как солдат, всегда готов, – с воодушевлением ответил он.

-Тогда уже не солдат, а пионер. Может ты и в армии служил? – съязвила она.

-Конечно, два года сразу после института.

-Значит ты мальчик-то, взрослый!

-Ага. Скоро тридцаха стукнет.

-А что до сих пор не женат?

-Тебя ждал, моя малышка!

Юлька вспыхнула.

-Ну, хватит трепаться. Поехали. Не хватало еще на работу опоздать в первый рабочий день.

-Ты первая начала, – шепнул он на ухо знакомую фразу.

* * *

До обеда Юлька отбивалась от назойливых расспросов сотрудниц. Они кружились над ней как мухи, пытаясь как-то вовлечь в разговор, но она не сдавалась, делала вид, что много работы. Они поняли наконец-то, что она не особо разговорчивая, и потеряли интерес, который мгновенно возник, когда в дверном проёме появился Стас.

-Юлия Александровна на обед поедите?

-Да, конечно. Идите, Станислав Анатольевич, я догоню.

Она аккуратно сложила журналы и неторопливо вышла, чувствуя за спиной прожигающие взгляды и шепот, как шорох бумаг. Это было новое испытание, которое она вроде бы прошла с достоинством. Плюхнувшись на сиденье, громко вздохнула, жалуясь своему спутнику.

-Ты не представляешь, эти старые грымзы все утро домогались меня со своими расспросами, какие у нас отношения. Даже не представляю, что дальше будет?

-Бедная девочка. Не сладко тебе пришлось. Ну, не заморачивалась бы. Ответила, что жених, а потом бы все самой собой рассосалось, – с притворной жалостью, поддержал её Стас.

-И, правда! Че голову ломать. Жених так жених! – весело отозвалась Юлька, и они весело рассеялись.

* * *

После работы они отправились по магазинам. Юлька затоваривалась по полной, а потом в хозяйственном отделе как заправская хозяйка покупала кастрюли, сковородки, посуду, подушку, одеяло, прикроватный коврик. От удивления Стаса так и подмывало спросить, где она столько денег взяла, но сдержался и покорно складывал покупки в багажник.

За ужином он не выдержал.

-Ты что сберкассу ограбила?

-Нет, квартиру сдала, мне за год вперед заплатили.

Стас ахнул.

-А кому?

-Да сестре двоюродной.

-Во? Слетелись стервятники на дармовщинку.

-Да нет. Все по закону, при свидетелях и по договору, опять ведь свои. Во-вторых, на кой она мне в области сейчас.

-У тебя квартира в большом городе и ты приперлась сюда в захолустье? Ты не нормальная? Разницу видишь здесь и там? – пораженный её глупостью, сказал Стас.

-Может я тебя искала, – щелкнула она его по носу, – А если честно я мечтала здесь жить всегда. Тут мои корни, все детство прошло. А квартира, которую мне дали как сироте, потом пригодится. Братья будут жить и учиться, и, наконец, мои дети, дочка, – Юля задумалась, вспоминая о сне, но неожиданно поняла, что сболтнула лишнее.

У Стаса перехватило дыхание.

-А у тебя ребенок есть? Где он, у матери?

-Ну, завалил меня вопросами. В детдом сдала на время, – прищурилась Юлька.

Он в недоумении растерялся.

-А твой парень и мама об этом знают?

-Он не парень, а мужчина.

Ужаснувшись, Стас осуждающе покачал головой.

-Ты меня убила.

-Че напугался? Да не заморачивайся, все рассосется само собой. У меня ведь есть теперь жених, – пошутила Юлька.

Стас нервно потер подбородок.

-Ты шутишь?

-А ты когда женихом назвал себя, не шутил, милый? – погладила она его по щеке. Он перехватил руку.

-Ты все врешь?

-Ну, квартира точно есть. Дочери нет, пока! А мужчина есть, только он об этом еще не знает. Спокойной ночи, Стас, – вырвав руку, она засмеялась и убежала в свою комнату.

* * *

Он снова долго пытался уснуть, ворочался, и ни как не мог выбросить из головы каверзные шутки. Она не переставала его удивлять, совсем заморочила ему голову, все время говорит загадками. Явно что-то не договаривает.

С утра они заключили перемирие, а к вечеру она объявила войну, которая ему в принципе понравилась. Только она бьет его же оружием….

Наконец Стас уснул. Во сне он увидел маленькую рыжеволосую девочку. Она теребила Юльку за подол, спрашивая, «Когда ты заберешь меня отсюда, мама». А Юля ласково гладила её по голове и твердила «Ну подожди, пока не до тебя, не время еще, как все рассосется там и поглядим». Стас проснулся в холодном поту.

* * *

Три дня его будоражил странный сон. Он старался больше не ссориться со своей соседкой. Да и она была взаимно вежлива, не цеплялась, словно замкнулась в себе. На вечер брала свою работу, чтобы поскорее разобраться, вникнуть. И поговорить им, поспорить просто не нашлось время, а может наоборот тем самым она пыталась наладить с ним хорошие отношения. Они словно отдалились. Ему хотелось разобраться во всем, развеять свои сомнения, но он почему-то боялся её насмешек.

* * *

С тех пор прошло немало времени. Стоял жаркий август. Соседи по квартире пообтесались, и стали реже доставать друг друга. Жизнь стала спокойной и безмятежной. Но все внезапно изменилось.

В субботу Юлька обратилась к Стасу с просьбой съездить на кладбище, одна она жутко боялась. С трудом они нашли могилу бабушки. И он снова увидел знакомую одинокую девочку, время словно отбросило четыре года, и картинка из прошлого снова возникла. Сердце у него заныло и по телу разлилось незнакомое тепло.

* * *

-У меня встречное предложение. Может, съездим скупнемся? Лето проходит, а мы даже на речке ни разу не были, – осторожно начал он разговор.

-Как хочешь, – с напускным равнодушием ответила она, – Я ни разу в жизни не была на речке, даже плавать не умею.

-А я научу! – в сладостном предчувствии затрепетала душа Стаса.

* * *

«Все-таки Юлька ещё фактически ребенок», – думал Стас. Она как маленькая плескалась в воде, брызгалась и визжала от радости, каталась у него на спине и два раза чуть его не утопила. Они лежали на берегу, подставляя спины заходящему солнцу, и думали каждый о своем.

Ей не хотелось обескураживать его своим переездом. Вечером она нашла записку от старой соседки, они так договорились на случай, если её не будет дома. Юлька все оттягивала этот разговор, теперь ей и самой не хотелось уезжать от Стаса. Она поняла, что влюбилась, хотя одна мелкая деталь доказывала, что это не он, но верить не хотелось.

Она беспокойно заелозила на полотенце, теребя его бахрому, перевернулась на спину и вздохнула.

-Ну, хватит ерзать, ты пытаешь мне что-то рассказать и все откладываешь? – понял ее и сел.

-А смеяться не будешь?

-Нет!

Подбирая подходящие слова, она рассказала свои сны, даже тот последний, в котором мужчина отложил газету и взял в руки крошечную девочку, подошедшую к нему.

-Папа, папа, – дергала она его за край пиджака. Его ладонь нежно гладила рыжую головку, обнажая крупную коричневую родинку на указательном пальце. Тем мужчиной был Стас.

-Стас это не ты? – огорченно добавила она.

Покусав губы, как будто раздумывая, спросил.

– А ты сильно его любила этого мужчину с газетой?

-Очень. Только он все время читал и не хотел глядеть на меня, – выдавила она с трудом, глотая слезы.

-А дочка, которую ты оставила в детдоме, от кого она? – с тревогой в голосе произнес Стас.

Юлька прислонилась головой к его плечу и взяла его руку в свои.

-С чего ты взял? Я ведь шутила. У меня самой голова кругом идет. Дочка. Родинка, которой не было. Стас мне очень жаль…

-Это была не родинка, а отвратительная бородавка, от которой удалось только в армии избавиться, – произнес он со счастливой улыбкой. А потом добавил.

-Ты выйдешь за меня?

-Да. Только не сейчас. Когда-нибудь, – отодвинувшись от него, достала записку и подала Стасу.

«Юленька, я нашла тебе жилье. Забегай.

Баба Маня».

Прочитав ее, смял и бросил на песок. В глазах его вспыхнул огонь.

-Я тебя не отпущу. Свяжу по ногам и рукам, суну кляп в рот. Будешь лежать на моем диване до понедельника как заложница.

Это была игра слов, и Юлька приняла её.

-И что? Какой выкуп потребует мой похититель? – соблазняя его глазами, сказала она.

Он повалил её на песок и, заигрывая слегка, покусывая плечо, прошептал.

– Я кровожадный хищник ни кому не отдам свою маленькую, любимую, восхитительную добычу.

Юлька, смеясь, начала отбиваться.

Вдруг он замер, и глаза их встретились. От его взгляда кружилась голова, Юлька, словно по плыла по сверкающей реке, уносившей её куда-то сильным течением. Высокая волна накрыла и утопила в сладостном ожидания счастья.