Читать книгу Ни сна, ни яви - Группа авторов - Страница 1

– Ты только посмотри! – завороженно прошептал Стефан. – Мы все-таки дошли…

“Да, дошли, – обреченно подумала Юна. – Дошли, хотя дойти не должны были. Черт бы побрал эту дорогу, этот замок и ту тварь, что лежит в самых высоких покоях…”

Пока Стефан, наследник великого витязя Югорского, восторженно таращился на огромный чертог, Юна спешилась со своей кобылы и взяла под уздцы боевого жеребца своего спутника. Глупая животина опять тянулась красивой, породистой мордой к зарослям шиповника, не догадываясь, что одного лишь укола хватит, чтобы уснуть вечным сном.

– Юна, мы дошли! – повторил Стефан совершенно счастливым голосом.

Он внезапно соскочил с коня, схватил Юну в охапку и закружил по поляне. Витязич был высокий и статный, а Юна тощая и безумно уставшая…

– Милая моя, драгоценная, сокровище мое! Ты провела меня, ты смогла! Ты самая лучшая, моя дорогая, моя любимая…

У девушки закружилась голова. То ли от безумного господского танца по поляне, то ли от усталости… но, скорее всего, от Стефановых слов.

– Стеф, мне надо отдохнуть, – прошептала Юна. – У меня сил совсем нет, Стеф, и голова кружится…

Наследник, опомнившись, аккуратно поставил спутницу на траву и озабоченно вгляделся в ее лицо:

– Юн, ты как? Ты… не укололась?

– Нет, я просто очень устала, не волнуйся. Дай мне немного времени посидеть, и мы пойдем за твоей наградой…

– Милая, отдыхай, отдыхай сколько душе угодно! Я пока коней напою, костер сложу… а, вино! У нас же осталось немного! Сейчас мы тебя мигом на ноги поставим…

Глядя, как высокородный господарь Югорский неловко привязывает лошадей и роется в седельных сумках, Юна испытала очередной прилив жгучей любви и бескрайней боли. И опять в очередной пожалела, что их путь заканчивается так скоро.

***

У Юны не было фамилии, не было родителей, не было даже права распоряжаться своей жизнь.

Ее воспоминания начинались с милосердного дома, куда отдавали всех детей, имеющих наклонность к ведовству. Но не было в тех домах ничего милосердного, ничего доброго и ничего святого. Высохшие от времени и обозленные от собственной поганой судьбы, монашки приучали “меченных” детей к повиновению палкой, огнем и ошейниками с лунь-камнем. От последних было гаже всего – тяжелые кандалы с бледно-серыми валунами не давали вдохнуть полной грудью, давили любую волю и дурманили разум.

С той поры у Юны остались самые тягостные воспоминания: темные, утопленные в землю бараки, вонь и побои, бесконечный страх и едкая боль. И нельзя было спастись или выслужиться, можно было только терпеть.

И она вытерпела. В четырнадцать лет Юну, как примерную воспитанницу, продали витязю Югорскому. И это, как потом выяснилось, было весьма редким явлением: ученых колдунов, как правило, скупали в войска, на тяжелые работы в рудники или на торговые баржи. Словом, везде, где требовалась грубая и очень послушная разрушительная сила. А зачем ручной колдун в домашнем хозяйстве, когда есть обычные слуги? Более дешевые и менее опасные.

Но Юна тогда не задумывалась об этом. Из грязных и тесных бараков она попала в просторный господский дом, где было чисто, светло и красиво. Ей отвели собственные покои, одели в дорогую и теплую одежду, а вечером даже посадили за один стол с витязевой семьей…

Тогда-то Юна и увидела Стефана, наследного сына витязя Югорского.

Он был всего на год ее старше, а выше на целую голову. Красивый, с густыми темными кудрями, очень улыбчивый и вежливый, даже с рабыней – он сразу завоевал Юнино сердце. Там же она увидела и своего хозяина – вдовца Немала Югорского, великого витязя, седого и грозного владетеля. Две его дочки, шестилетние близняшки Нима и Лорана, весело болтали и явно намеревались завести с гостьей дружбу.

Как же все отличалось от рабской обстановки милосердных домов! За столом свободно разговаривали, смеялись, даже суровый старый витязь обращался к рабыне будто бы на равных…

Три года Юна прожила как в прекрасном сне. Она будто бы стала равноправным членом семьи, любимой и нужной. Юна лечила болячки старого витязя, развлекала близняшек мелкими фокусами, гадала всей витязевой челяди… а потом и гуляла долгими ночами со Стефаном. В какой-то момент Юна почти поверила, что ее взяли в эту семью не как рабыню, а как будущую невесту прекрасного, сильного, великолепного Стефана…

В конце концов, разве можно найти лучшую жену? Столь же верную и могущественную…

Оказалось, можно. На следующий день после восемнадцатилетия наследника, господин Немал позвал Юну в свои покои. И рассказал, что род его угасает. Что Стефан – единственный наследник, но кладовые его дома пусты, земли бедны, а близняшек надобно выдать замуж с приличным приданым – которого нет и не предвидится. Не может витязич Югорский жениться на рабыне… как не может он жениться и на богатой купчихе. Только высокородная достойна стать его невестой, но обычная господарыня не выйдет замуж за такого бедняка. Но есть та, что спит в шиповнике…

Юна тогда опешила. Всему княжеству была известна эта история – страшная, кровавая и темная.

Почти двадцать лет назад владетельный князь устроил большой праздник для своей единственной дочери. Были приглашены родственники и особо приближенные…. но князь не позвал дальнюю родственницу, которая оказалась злой ведьмой. В ярости она явилась на праздник и прокляла княжну, наказав ей скорую смерть от укола и тут же подарила девочке веточку с пышным цветком шиповника. Но, перед тем, как несмышленый ребенок укололся о колючку, самая молодая гостья успела принести свой дар. Она заменила смерть на сон, который прервет поцелуй любви. Но девочка уже схватилась за красивый цветок и упала на землю от укола отравленного шипа.

А затем колдовской шиповник начал расти столь быстро, что ни пеший, ни всадник не могли от него укрыться. Всю ночь раздавались в столице вопли людей, погибающих на острых кольях, а с рассветом на месте величайшего города королевства оказались непроходимые заросли шиповника.

А дальше сказка превращалась в быль. Известно, что в столицу никто так и не смог попасть – ни армия, ни отдельные искатели приключений. Дальний родственник князя, приняв власть, заключил с советом договор: оставить проклятые земли как есть, а силы направить на укрепление новых границ. Это было мудрое решение – неприступный город стал естественным щитом княжества с одной стороны, избавив казну от расходов на крепость и гарнизон. Так из угрозы родилась стабильность.

И Юна все поняла. Княжич попытает счастье, а домашняя рабыня-колдунья обеспечит успех походу.

***

Неделю назад под шипастую тень колдовской рощи въехал сильный отряд из дюжины хорошо вооруженных воинов, одной колдуньи и одного витязича. Два дня спустя от отряда осталось ровно половина – такой дорогой ценой далось знание, что даже самый легкий укол шипа погружает любое живое существо в беспробудный сон, похожий на смерть. Еще трое погибли от местной воды и пищи, ведь все это было густо приправлено древним проклятьем. А вчера последние два воина внезапно сошли с ума и бросились на Стефана… Юна испепелила их зеленым колдовским огнем.

И вот они у чертога. Вдвоем. Счастливый Стефан и несчастная Юна.

Юна тяжело вздохнула, пытаясь привести мысли в порядок. Она никогда не обманывала себя, она выплакала все еще тогда, в ночь после восемнадцатилетия Стефана. Она понимала, что ее любимый достоин большего, чем жена-рабыня, усмиренная ошейником с лунь-камнем.

Но как же тяжело!

Юна с ненавистью обозрела огромный замок, возвышавшийся над шипастыми кронами. На пути через чащу она видела множество разных построек, оставшихся от старой столицы, и они были величественными… двести лет назад. Сейчас от них остались лишь гнилые остовы да разбросанные камни. Но эта проклятая башня все стояла на месте, скрепленная побегами шиповника, и века были над ней не властны.

Значит, и та, что внутри, также ждет своего спасителя…

Стефан с широкой улыбкой принес своей домашней рабыне полный кубок дорогого господского вина и целый ломоть сушеного мяса. Юна поблагодарила и принялась за еду, но не переставала думать и вспоминать…

Старая сказка это всего лишь сказка. В ней очень много лжи и несостыковок… и все они могут стать либо источником их общего счастья, либо уничтожить его окончательно.

Что же здесь произошло на самом деле?

Здесь, на пороге древнего проклятого чертога, Юна кожей ощущала опасность и ложь. Убедить бы Стефана повернуть назад…

– Стеф…

– Что такое, милая? Тебе получше?

– Стеф, нам не стоит идти туда, – с трудом произнесла Юна, вглядываясь в любимое лицо.

Лучистые глаза Стефана потемнели, и он стал похож на своего гневного отца.

– Юна, что ты такое говоришь? Мы же дошли…

– Но там опасно, там очень опасно! Ты не чувствуешь, а я…

– А ты должна меня защитить, – низким чужим голосом произнес княжич и поднялся в полный рост. – Разве не это твоя задача? Разве не за этим мой отец тебя купил?

Юна отшатнулась, увидев на лице любимого то же выражение, что и у милосердных матерей. Не хватало лишь палки и раскаленного прута…

– Там – моя судьба, моя суженая! Там спасение для моего рода! Столько людей погибло: Фаль, Дараган… А сейчас, когда мы у цели, ты хочешь сбежать?!

– Стефан, господин мой! – простонала Юна, хватая его за край плаща. – Ведь это все – желание твоего отца! А ты сам.. ты сам хочешь этого? Мой милый…

– Юна, не смей больше поднимать эту тему, – отрезал Стефан голосом великого князя. – Я хочу процветания своему дому. И я хочу твоего счастья… во имя всего того, что у нас с тобой было. Но я не хочу безвестным крестьянином жить с рабыней в лачуге. Извини, Юна. Но ты просишь слишком многого, и ты сама это понимаешь. А сейчас – отдыхай и набирайся сил. Через час мы выдвигаемся.

Юна приникла к кубку с вином. Сталь дрожала в ее руках, стучала о зубы. Горячие слезы капали в дорогое господское вино. Из-за шипастого частокола вставало бледное мертвое солнце, и начинался день, который должен был стать для нее последним.