Читать книгу Сердца, горящие в сумерках. Полное издание - Группа авторов - Страница 33

Сознание возвращалось медленно, словно я всплывала из густого, вязкого сна, где время перестало существовать.

Сквозь закрытые веки я различала свет – мягкий, тёплый, неяркий. Потом ощутила запах. Лёгкий аромат лавандового мыла и свежего морозного воздуха, но холода не было.

Я открыла глаза и меня поразила боль. Тупая, ноющая где-то под черепом.

Я резко вдохнула. Лёгкие вспыхнули от большого количества воздуха. Сердце застучало быстро и сильно, пытаясь вырваться из моей груди.

Я снова сделала вдох, успокаивая тело и оглянулась. Над головой был знакомый потолок, с трещинкой в углу.

Значит я в своей комнате, это осознание принесло облегчение, даже головная боль немного утихла.

Я попыталась повернуться и тут же почувствовала, как кожа на виске саднит, потянувшись рукой я нащупала бинты, моя голова была перевязана.

«Видимо мне сильно досталось» – подумала я и повернулась, осматривая комнату.

Рядом со мной на кровати, поверх одеяла, спала Дерия, сгорбившись, прижимая подбородок к груди. Ее золотистые кудри, мягко спадали на подушку, а дыхание было тихим и ровным.

– Дерия… – говорить было неприятно, в глотке было сухо и голос получился хриплым, почти неузнаваемым.

Подруга вздрогнула и, моргнув, открыла глаза.

Несколько секунд она смотрела на меня, словно не веря. Потом выдохнула и улыбнулась, но улыбка получилась слишком грустной.

– Боги… – прошептала она. – Ты очнулась…

Я попыталась приподняться, но тело отозвалось слабостью, словно каждая мышца забыла, как существовать.

Дерия встала и подошла ко мне, осторожно поддержала меня, не давая снова упасть на подушку.

– Только очнулась и уже куда-то собралась, Лис ты, как всегда. – В ее голосе звучало облегчение.

Я увидела, насколько она бледна – под глазами залегли тени, губы потрескались.

– Сколько… – выдохнула я, чувствуя, как воздух скребёт горло, – сколько я была без сознания?

– Неделю, – сказала она, тихо, с горечью. – Ровно неделю, Лис.

Она посмотрела на меня так, будто всё это время стояла на краю бездны.

– Когда тебя нашли… у тебя был проломлен череп. Рана слишком глубокая… – голос её дрогнул. – Если бы не Сатти, если бы не её магия и… чудо… – она опустила глаза, – я не знаю, что было бы.

Воспоминания возвращались, как осколки – вспышки света, запах крови, нож в груди Айгела и рёв дракона …

– Что произошло, как я оказалась тут? – спросила я, с трудом сглатывая.

Дерия помогла мне сеть, оперившись спиной на подушку и протянула кружку, в которой был еще теплый травяной чай с медом. Я отблагодарила ее, кивнув и даже слегка улыбнувшись.

– Когда Сераф услышал зов он с помощью магии приказал всем драконам найти вас. Отец был первым, он почувствовал, что это был зов Айгела, именно поэтому нашел вас первым. Сатти подоспела следом и смогла помочь вам.

Имя Айгела эхом ударило по сердцу.

– Он… жив? – едва выдохнула я.

Дерия кивнула.

– Его состояние было тяжёлым – нож вошёл почти в сердце. Но убить дракона не так-то просто, он уже пришел в себя.

–А что стало с Фироном… и Эдарисом?

Дерия вздохнула, отвела взгляд к окну.

– Они живы. Оба. – И после короткой паузы добавила: – Правда сильно покалечены.

– Они это заслужили, – вырвалось у меня. Голос прозвучал слишком холодно.

– В крепости нашли еще троих студентов, – продолжила она. – Те, кто помогал Фирону. Видимо Айгел вырубил их. Как вы вообще выбрались?

– Честно не знаю, все как в тумане.

Я закрыла глаза и выдохнула. Горло перехватило, как будто все эти дни я не дышала вовсе.

– Слава богам всё кончено, – тихо сказала Дерия. – Фирон и вся его шайка сейчас в темнице.

Некоторое время мы просто молчали.

В комнате царила тишина – не пустая, а наполненная дыханием жизни, той самой, которую я почти утратила.

Я подняла руку и посмотрела на пальцы. Они дрожали. Под ногтями виднелась грязь, а на коже следы крови. Даже спустя неделю всё ещё чувствовалось прикосновение боли.

Дерия встала.

– Тебе нужно смыть всё это.

Она помогла мне подняться и накинула на мои плечи халат. Я едва держалась на ногах, ноги подкашивались, но её рука поддерживала меня очень уверенно. Мы прошли через небольшую дверь в ванную, и я, впервые взглянув в зеркало, вздрогнула.

На виске – повязка, под глазами – синяки, губы треснуты, лицо бледное, а кожа почти прозрачна.

– Давай приведем тебя в порядок, а то выглядишь как призрак, – пробормотала Дерия, пытаясь улыбнуться, но получилось не очень.

– Да, горячая ванна сейчас была бы кстати – ответила я ей.

Дерия открыла краны, и вода рванула шумным потоком, потом добавила немного жидкого мыла и по комнате распространился мягкий аромат лимона и жасмина.

Она помогла мне раздеться и забраться внутрь.

Вода была тёплой, и когда я погрузила в неё руки, с меня будто стекла часть кошмара. С каждым вздохом я чувствовала, как мир медленно возвращается на место.

Дерия молчала, помогая осторожно промыть и распутать мои волосы.

Когда я вернулась в комнату, закутавшись в мягкий халат, за окном уже темнело.

Дерия настояла, чтобы я поела, хотя я почти не чувствовала вкуса еды. Руки дрожали, ложка звенела о край тарелки, но она помогла мне справиться со слабостью в руках.

Подруга оказалась слишком заботливой, от этого мне захотелось плакать, ведь я не ожидала что она настолько любит меня

– Дерия… – начала я, – спасибо.

Она только покачала головой.

– Просто больше не заставляй меня переживать так, ладно?

Когда мы поели, она, придерживая меня помогла вернуться и забраться обратно в постель, укрывая одеялом. В этот момент дверь распахнулась, и я даже вздрогнула от неожиданности.

На пороге стояла Сатти.

Её золотые волосы были заплетены в тугую, густую косу, а лицо выдавало усталость, но глаза светились теплом.

– Моя дорогая девочка… – произнесла она, подходя ближе и касаясь моего лба. – Я знала, что ты справишься.

– Со мной все хорошо, спасибо… – выдохнула я.

Сатти кивнула и мягко улыбнулась.

– Суд уже закончился? – спросила ее Дерия.

– Суд? – переспросила я.

– Да, над Фироном и его помощниками. Вердикт уже вынесен. – Сатти стала серьезной. – Фирон будет заключён в темницу. Его магия навсегда опечатана. Он признался, что именно он убил Вирису, чтобы совершить ритуал.