Читать книгу Поздравляю, мой босс! Услуга от друга - Группа авторов - Страница 2

О, боже, о, боже, о, боже!

Паника накрыла с головой.

Только не это! Не может быть!

Я же сдала анализы совсем недавно! Там все было девственно чисто! Как альпийский снег в конце зимы.

Не дай бог, этот… этот ночной зверь с дубиной… Что он вообще со мной сделал?! Превратил в шахту по добыче нефти? И заполнил ее спермой до краев?!

Забыв про боль и стыд, я лихорадочно стала натягивать на себя одежду.

Надо бежать! Бежать, пока не стало еще хуже! Пока этот кошмар не начал обретать четкие очертания в моей памяти.

Сумочка нашлась у входа.

Телефон, где же ты?! В панике ощупала всю поверхность злополучной кровати и, наконец, нашла его – мирно покоился под подушкой, словно ничего и не было.

Включила экран и… замерла.

На заставке красовалась фотография, настолько откровенная, что даже видавшие виды порнозвезды покраснели бы от смущения.

Там было… все. Максимально анатомично и без всяких купюр.

Оцепенела от ужаса.

Господи, куда я попала?!

Неужели я провела ночь в берлоге серийного маньяка-фотографа, помешанного на гениталиях? И что, если он коллекционирует не только фотографии, но и… трофеи?

Завороженно начала листать фотографии.

Судя по фото, ночь выдалась бурной. Действительно бурной!

И, кажется, я принимала в этом самое активное участие.

Неужели это все происходило со мной? Я же приличная девушка! Ну, обычно.

И тут, на одной из фотографий мелькнуло лицо.

Сердце бешено заколотилось. Напрягла зрение. Не может быть!

Судорожно увеличила картинку, словно от этого зависела моя жизнь.

Узнала.

Нет, нет, нет! Этого просто не может быть!

Но это было именно оно. Лицо, которое я знала лучше всего на свете. Лицо, которое я видела почти каждый день. Лицо…

В этот самый момент дверь ванной комнаты распахнулась, и оттуда вышел ОН.

Полуобнаженный. С капельками воды, стекающими по его рельефному торсу. С полотенцем, небрежно накинутым на плечи.

Я могла бы и не увеличивать ту проклятую фотографию. Потому что сейчас я видела его во всей красе. И это был…

Юра Кузнецов. Юра!

Кузнецов, черт бы его побрал! Мой лучший друг детства. Мой коллега по работе. Мой начальник, можно сказать…

Он стоял, глядя на меня, в одних домашних распиздяйских штанах и с абсолютно спокойным выражением лица. Кажется, он, в отличие от меня, всё прекрасно помнил.

Тишина повисла в воздухе.

Я, наверное, побледнела до цвета простыни. Хотя это физически невозможно, она была зелено-синяя.

А он… он просто стоял и молчал.

Вселенная явно решила пошутить. И, судя по всему, шутка отстойная.

Я медленно развернулась на пятках и собралась слинять, как Кузнецов произнес:

– А ну стоять, пернатая!

И это было сказано точно той интонацией, которой озвучивался один из наших любимых сериалов! Того самого, над которым мы смеялись вместе, обсуждая каждую серию до дыр еще в универе!

Я замерла на месте, словно парализованная током. Зажмурилась. Кажется, щеки обдало жаром.

– Два шага назад, – скомандовал он, с той же маниакальной точностью копируя интонации.

Юра обошел барную стойку на кухне и начал что-то колдовать с кофемашиной.

Запахло свежемолотым кофе – предательский запах, который, казалось, говорил: “Расслабься, Карина, все будет хорошо…”

– Кофе, – прозвучало приговором. – Большой, со сливками и пенкой. И разговор. Без этого я тебя не выпущу, Сорокина.

То есть, никакого “прости, что все так вышло” или “может, вызвать врача?”

Только шантаж кофеином. Великолепно. Просто великолепно.

Я села на стул, зашипев от саднящей боли между ног.

Покосилась на Кузнецова. Точно! Кузнец, блин…

Он смотрел на меня с каким-то странным выражением лица. Вроде бы виноват, а вроде бы и доволен собой.

Читалось прямо на физиономии: “Вот это я вчера отжег!”.

Ах ты ж… Членом-вредитель!

Самодовольно ухмыльнулся, как кот, объевшийся сметаны. Вот сукин сын!

Я отвернулась, опустив голову, как провинившаяся школьница. Хотя, если честно, в ночном мракобесии виноваты были мы оба.

Даже ерзать на стуле было неприятно. Скривилась.

– Мог бы быть и понежнее, сволочь, – буркнула себе под нос, но так, чтобы он услышал. – Болит все!

Он пожал плечами, продолжая колдовать над кофемашиной. Кажется, этот садист был искренне доволен собой.

– Ночью ты просила еще и еще, – слащавым голосом выдал он, передразнивая пьяную меня. – Будь осторожна в своих желаниях, Сорокина.

Я передразнила его в ответ, стараясь хоть как-то сохранить остатки достоинства:

– Что на нас, блядь, нашло? Ретроградный Меркурий? Зачем мы это сделали?! Ты меня, часом, не опоил?

Он поставил передо мной огромную чашку кофе. Запах действительно был восхитительным.

– Сорокина, не строй из себя невинность, – ехидно заметил Юра. – Ты была бессовестно прекрасна.

– Прекрасна в каком смысле? – подозрительно прищурилась я.

– В самом что ни на есть прекрасном, – он подмигнул и показал указательными пальцами на свой пах. – Ты танцевала тверк. Неплохо, кстати. Очень даже.

– Надеюсь, у тебя дома или уже на корпоративе начала?! – перебила я, ужасаясь.

– Ты вообще ничего не помнишь? – со вздохом спросил Юра.

Я опустила глаза.

– Почти, – сказала я, делая огромный глоток кофе. – Допустим, я была "прекрасна". Но это не отменяет того факта, что… Кузнецов, мать твою! Что это вообще все значит?!

– Сама скажи, – пожал он плечами. – Это ты предложила поехать ко мне…

– Вот, блядь!

Я еще и инициатор. Зашибись…

Переспать с лучшим другом детства… Он был мне почти как брат. Это ж надо было так напиться! Или так отчаяться…

– И что мы теперь будем делать? – нервно закусывая губу, спросила я. – Говорят, секс портит дружбу, я так не хочу, Кузнецов, сделай что-нибудь!

– Что? – засмеялся он. – Изобрести стиратель памяти?

Я смотрела на него сначала с мольбой, но потом… Потом зависла и впервые заметила, какие у него очаровательные ямочки на щеках, когда он улыбался, какие милые складочки в уголках глаз.

Точнее, я и раньше это все видела, но теперь поймала себя на мысли, что они мне… нравятся. Очень!

Так, Карина Анатольевна, соберитесь!

– Ну, – он пожал плечами, с улыбкой оглядывая мои запутанные кудри. (Даже знать не хочу, сколько мне их теперь расчесывать!) – Либо мы будем делать вид, что ничего не было, попьём кофе и разбежимся. Будем переглядываться в офисе… неделю… может, больше… всё-таки тверк был потрясающий, прости, мне понадобиться чуть больше времени, чтоб это забыть! Или…

Он нежно окинул меня взглядом. В его глазах был вопрос.

– Или? – потребовала я.

– Или мы перестанем наконец притворяться, что мы просто друзья и признаемся, что давно влюблены друг в друга.

– Кузнецов, я тебе никогда не нравилась, потому что я, – показала на себя всю, – потому что я не соответствую твоим критериям сухих вобл.

– Я тебе этого никогда не говорил, ты сама так решила.

– Но это же очевидно! Все твои подружки и эта Катя, и Света и… кто там у тебя в универе был… они были сухие, как таранька!

– И?

– Очевидно же, что я не прохожу по параметрам, у меня одна только ляшка шире всей их задницы!

– Карин, может тебе психолога сменить, этот явно тебе не помогает с самооценкой.

– Да убери ты этот “Кураж Бомбей” из интонации! – психанула я. – Блин, Кузнецов, и самый главный вопрос… почему мы не предохранялись?!

– Засада… – вздохнул Кузнецов, почесывая обнаженный торс, а я проследила взглядом за его рукой, ловя себя на мысли, что мое тело отреагировало на этот жест быстрее мозга. – Давно заметил, что у тебя память отключается, если ты переберешь… Но я был уверен, что ты в адеквате. Ты вчера так отжигала!

– Юр, ты же в курсе о моей проблеме и…

– И решил помочь. О чем, кстати, не жалею.

– Что?! – У меня отвисла челюсть. – В смысле “помочь?” – выпалила я.

– Ребенок, Карин. Ты попросила у меня ребенка.

– Я попросила у тебя…

Что?!

Ну у меня вчера были и запросики! Потребовать от лучшего друга не какую-то новогоднюю безделушку под елку, или даже не дорогую побрякушку, не игрушку. А… ребенка!

Да уж, вылетели мы из френдзоны, как пробки из под… О, ни слова больше о корпоративе!

– Давай я расскажу, как все было, – раздался его голос как будто издалека.

Перед глазами начал размываться фон, погружая меня в воспоминания..