Читать книгу Поздравляю, мой босс! Услуга от друга - Группа авторов - Страница 3

Год назад

– Сорокина, ты, что ли? – раздался радостный голос у дверей гинекологического отделения.

Я только что вышла оттуда, словно из пекла. Только что прошла процедуру проверки проходимости маточных труб.

Это был ад!

Как будто кто-то выворачивал внутренности и сжигал их.

Я рассеянно подняла глаза, стараясь сфокусироваться на источнике звука.

Слезы текли по щекам, смешиваясь с холодным ноябрьским ветром. Все вокруг расплывалось, перед глазами плясали черные мушки.

И все же, я узнала его. Не могла не узнать.

– Юра… Кузнецов? – пробормотала я.

Мы не виделись с окончания универа. Хотя до этого были не разлей вода.

Боже, сколько лет прошло? Лет десять точно. А он стал… другим.

Кузнецов и в университете был видным парнем, но сейчас… сейчас он просто сшибал с ног своей мужской силой.

Высокий, статный, плечи такой ширины, что хоть строй мост.

Шикарный, в дорогом пальто, от которого веяло уверенностью и успехом.

А я… а что я? Я тоже стала… шире. Повсюду.

Платье предательски обтягивало располневшую талию, мешки под глазами выдавали бессонные ночи, а потухший взгляд наверняка говорил сам за себя лучше любых слов.

– Рад тебя видеть, – сказал он, приближаясь, словно хотел обнять, но затем смущенно огляделся, осознавая, что гинекологическое отделение – не самое подходящее место для подобных нежностей.

– Как ты? – спросил он, и в его голосе прозвучало искреннее беспокойство.

Его глаза, помню, всегда были невероятного оттенка – смесь серого и синего, как зимнее небо перед снегопадом.

– Я… просто… нормально, – выдавила я, чувствуя себя неловко под его изучающим взглядом.

Тут было нечего смотреть. Какой там нормально? Меня бросало то в жар, то в холод и тело била мелкая дрожь.

Еще секунда, и я просто рухну без сознания ему в ноги. Зная самомнение Кузнецова, подумает, что пала от его чар.

Перед глазами начинало плыть. Все звуки приглушились.

Последнее, что я увидела, – это испуганное лицо Юры, прежде чем провалиться в пустоту.

Дальше все было словно в тумане. Единственное, что помню отчетливо – это запах. Запах его парфюма, терпкий и мужественный, смешивался с ароматом дорогой кожи его куртки.

Этот запах был таким знакомым, таким родным, что на мгновение мне показалось, будто я вернулась в прошлое, в то время, когда мы были с ним неразлучны.

Потом я услышала его голос. Обеспокоенный, встревоженный, он пробивался сквозь пелену беспамятства.

– Карин! Что с тобой?

Я попыталась открыть глаза, но веки казались непомерно тяжелыми.

Затем меня кто-то подхватил на руки. Сильные, надежные руки. И настолько сильные, что подняли даже меня!

Как сквозь вату, я слышала его бормотание:

– Держись, Сорокина… Сейчас все будет хорошо.

Потом я почувствовала, как он осторожно усадил меня на что-то мягкое. Открыла глаза и увидела, что нахожусь в машине. Юра бережно пристегивал меня ремнем безопасности.

Как будто я собираюсь сбегать… Ага, уже бегу, волосы назад…

– Не двигайся, – сказал он. – Я сейчас вернусь.

И он исчез. Я осталась одна в тишине салона, пытаясь прийти в себя. В голове все еще шумело.

Обхватила себя руками, пытаясь согреться. Нужно собраться. Нельзя размазываться. Я сильная. Я смогу. Но слова звучали пусто и фальшиво.

Вспомнилось лицо доктора, суровое, но, как мне казалось, сочувствующее. «Вам нужно немного отдохнуть, – сказала она, – Примите обезболивающее… и постарайтесь не волноваться».

«Не волноваться»… как просто это звучит, когда твое тело помнит каждую секунду пытки.

Вскоре Кузнецов вернулся. В руках у него была бутылка воды.

– Выпей, – протянул он мне ее. – Тебе станет лучше.

Я взяла бутылку дрожащими руками и сделала несколько жадных глотков.

Юра, кажется, нутром понимал, что со мной что-то произошло, что-то страшное.

– Я отвезу тебя домой, хорошо?

Кивнула. Как будто у меня был выбор.

Зазвонил телефон. Он извинился и, выйдя из машины, направился к клинике. Я осталась одна, погруженная в свои невеселые мысли.

Через пару минут Кузнецов вернулся. Не один.

Он привел к машине худенькую, хрупкую девушку с болезненной бледностью на лице.

Увидев меня, девушка застыла в дверях, словно парализованная. Ее глаза расширились от удивления.

– А это… кто это такая? – спросила она, глядя то на меня, то на Юру. В ее голосе звучала растерянность и даже испуг.

– Это моя давняя знакомая Карина, подруга детства. Встретились случайно, я обещал ее подвезти, – спокойно сказал он, открывая девушке заднюю дверь.

– Понятно, так-то у тебя свой бизнес, это просто от скуки бомбилой подрабатываешь? – съязвила она.

– Свет, сядь в машину не мерзни, я обещал забрать тебя из больницы и я это сделал.

– А я тебя об этом не просила, Кузнецов!

Юра бережно усадил девушку на заднее сиденье, прикрыл за ней дверцу и вернулся за руль.

Мы тронулись с места. В машине повисла неловкая тишина.

Я опустила голову и молча плакала. Сама не знаю, почему. Просто от пережитого шока, от осознания собственной беспомощности, от горькой несправедливости жизни.

И оттого, что меня из клиники, в таком состоянии, некому было забрать. Хотя мне было очень плохо. Как эта девушка не ценит такой жест?!

Мы ехали молча, каждый погруженный в свои мысли.

Наконец, Юра остановил машину у многоэтажного дома. Выключил двигатель и обернулся к девушке.

– Ну, вот и приехали, – сказал он мягко. – Ты как, Свет?

Она пожала плечами, не поднимая глаз.

– Нормально.

– Может, проводить тебя до квартиры?

– Нет, не надо. Я сама.

Юра вздохнул.

Света вышла из машины, не оглядываясь. Кузнецов, все же, поспешил за ней.

– Карин, побудь тут, я скоро! – бросил он мне.

Я что-то пробормотала в ответ. Не очень-то хотела быть свидетельницей чужой драмы, но пришлось. Я слышала обрывки его разговора с девушкой.

– Это наша последняя встреча, как я тебе обещал. Я больше не побеспокою тебя. Но ты можешь объяснить зачем ты так поступила? Зачем избавилась от… Я ведь хотел…

– …а я не хочу?! Я не готова… Не хочу детей… У нас бы все-равно ничего бы не получилось…

И тут до меня дошло. Я все поняла.

Она только что сделала аборт. Она не хотела ребенка. И из-за этого они расстались. Это была их последняя встреча.

Меня пронзила острая боль.

Сердце сжалось от нестерпимой обиды.

Как может мир быть таким несправедливым?

Я прошла через ад, через унижения, через бесконечные обследования и процедуры, для того чтобы прийти к своей мечте и стать мамой.

А кто-то… вот так, легко и просто, избавился от дара свыше. Потому что… просто не хочет.

Горькие слезы градом хлынули из моих глаз. Я закрыла лицо руками и зарыдала в голос.