Читать книгу Попаданку не разведешь, или Укради магию, если сможешь - - Страница 2

Я сжимала веки так сильно, что перед глазами замельтешили разноцветные круги. Десять. Девять. Восемь. Я мысленно ощупывала потрепанный дерматин сиденья, вдыхала спертый воздух автобуса, смешанный с запахом пота и чьих-то апельсинов. Семь. Шесть. Вот-вот раздастся механический голос, объявляющий мою остановку. Пять. Четыре. Я почувствую привычный толчок, разлеплю веки и увижу знакомый пейзаж промзоны…

Три. Два. Один.

Я распахнула глаза.

Перламутровый блеск стен. Давящий гул. И каменный трон, впивающийся в мою пятую точку ледяной неизбежностью.

Сердце, только начавшее успокаиваться, вновь забилось в паническом ритме. Не похоже это на сон! Слишком все осязаемо, слишком материально. Бывают ли галлюцинации такими? Я как-то не в курсе, раньше у меня их никогда не было…

Жрец и «муж» куда-то удалялись, их неразборчивые голоса доносились из дальнего угла зала. Рыжий уже исчез. Девушка в лавандовом, бросив на меня презрительный взгляд, тоже поспешила прочь. Ко мне приблизился блондин.

– Госпожа, позвольте проводить вас, – произнес он как-то очень ровно и нейтрально.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Ноги дрожали, когда я поднималась со стула. Блондин молча предложил руку. Я оперлась, чувствуя, что под тканью его рукава скрывается твердая мускулатура. Сильный! Это замечательно, дотащит меня, если упаду.

На выходе из зала кто-то из слуг – тень в скромном одеянии – накинул мне на плечи объемную накидку. Я куталась в нее, пока блондин вел меня наверх по бесконечной лестнице. Грубый камень пещерных стен сменился роскошной, но мрачной отделкой.

В стрельчатых окнах сгущались сумерки. Стены коридоров были из темного, почти черного дерева, на них плясали тени, отбрасываемые массивными канделябрами, расставленными через каждые несколько метров. Под ногами шуршал ковер, поглощающий звуки шагов. Всюду были гобелены невероятной работы – с вытканными сценами охоты на невиданных зверей, звездными картами и сложными геометрическими узорами. И это был не музей, не парк аттракционов… Это была обитель. Древняя, мощная, пропитанная чужими тайнами и историей. Несмотря на всю помпезность, в ней витал неумолимый готический дух.

Я подспудно ждала, что картинка начнет расплываться, как это всегда бывает на грани пробуждения. Но ничего не менялось. Только сквозняк, гуляющий по коридору, только уверенные шаги моего провожатого. Это была реальность. Чудовищная, необъяснимая реальность.

Мы свернули в другой коридор, я взглянула на свои руки, цеплявшиеся за края накидки. До меня с опозданием дошло: это не мои руки! Где легкий загар после недавнего отпуска и маленькие родинки чуть ниже запястья?! Эти руки были до неприличия белыми, с тонкими пальцами и аккуратными ногтями естественной формы. Никакого свежего акрилового маникюра.

К горлу подкатил ком. Я скользнула взглядом вниз, на свое тело, скрытое складками платья и накидки. Очертания были другими. Более хрупкими. А с плеч на грудь спадали пряди длинных светлых волос.

Даже если допустить, что меня похитили, перекрасили, надели парик… Но руки? Фигура? Это невозможно! Любители экстремальных розыгрышей еще не достигли такого уровня.

Произошло невообразимое. Я не в своем теле. И я – это кто-то другой. В смысле – я в ком-то другом. Бр-р-р…

Если бы не рука блондина, который, казалось, почувствовал мою внезапную слабость и сильнее придержал меня под локоть, я бы наверняка рухнула. Шла на автомате, заставляя ноги двигаться.

Навстречу нам попался невзрачный тип в костюме, похожем на форму дворецкого. Он почтительно склонил голову.

– Госпожа Арвен. Господин Фелгрейв.

Раз Арвен – фамилия моего мужа, значит, Фелгрейв – фамилия блондина. Хоть какие-то сведения.

Наконец мы остановились у одной из многочисленных темных дверей. Фелгрейв открыл ее и пропустил меня вперед. Мы вошли в просторную прихожую. Он закрыл дверь и прислонился к ней спиной, сложив руки на груди.

– Ну, Слоан, и что это ты устроила?

Слоан. Так зовут эту девушку. Странное имя. А как звали меня? Я попыталась вспомнить. В памяти всплывал номер автобуса – 217, данные из таблицы экселя, которую мне предстояло заполнять на работе. А собственное имя… Оно вертелось где-то на самом дне памяти, ускользающее и размытое, как старая фотография, выцветшая на солнце. Это пугало даже сильнее, чем и все остальное! Словно я теряла себя, и в гроб моей старой жизни забивался последний гвоздь.

Фелгрейв меж тем зажег светильник, висевший на стене. Внутри матового стекла засветился сгусток золотистой энергии. Я смогла разглядеть провожатого получше. Да, красив. Мягкие черты, длинные ресницы, пухлые губы. Но он был как картинка из глянца. Чересчур смазливый.

Мозг лихорадочно заработал вопреки скверному самочувствию. Я не могу выдать себя. Ни за что! Этот Арвен так и рвется от меня избавиться… Лучше ему не знать, что в теле его жены находится кто-то посторонний. Какая участь ждет самозванцев в этом мире? Сожгут на площади? А если они не верят в подобное «заселение», то он может объявить, что я не в себе, а в местную психушку тоже не хочется.

Надо играть роль. Извлекать информацию.

– А что я устроила? – невинно спросила я.

– А то ты не знаешь! – фыркнул он.

– Хочу послушать в твоем изложении…

Фелгрейв повелся на это. Его глаза блеснули.

– Ты только что привела в ярость самого могущественного архимага королевства.

Архимаг. Ого! Здесь есть маги. И королевства.

– И всего-то добилась отсрочки. Вряд ли надолго.

Я тяжело, с надрывом вздохнула. Он блондин, я теперь блондинка, должна же у него быть ко мне некая блондинистая солидарность.

Сработало… Его взгляд смягчился, уголки губ растянулись в улыбке.

– Хотя признаю, твой безумный дерзкий поступок произвел впечатление. Такого от тебя никто не ожидал.

– Даже вы, господин Фелгрейв?

– Элиас. – Он поморщился. – Мы же наедине, можно обращаться по имени.

Вот как. У них со Слоан интрижка? Многое встало бы на свои места. Муж застукал, решил развестись, а любовника, выходит, позвал в качестве свидетеля. Какой идиотизм. Хотя, кто его знает, какие тут обычаи. Но кто тогда был тот рыжий?..

Я с прискорбием отметила, что вкус у Слоан так себе. Променять такого колоритного архимага на этого приторного мальчика.

– Неужели ты хочешь выторговать у него больше, чем он предложил? – поинтересовался Элиас, нарушая мои размышления.

О, после развода мне что-то причитается. Обнадеживает! Не на улицу выкинут.

– Думаешь, не даст? – изобразила я незамутненную беспечность.

– С ним трудно торговаться, он всегда получает то, что хочет, – пожал плечами Элиас. – Почему тебе стало плохо на ритуале? Сперва я решил, что ты притворяешься, но жреца не обманешь, он видит энергию.

Пришлось импровизировать.

– Наверное, нервы. Сейчас мне уже получше, чем в зале.

Он, кажется, купился. Конечно, нервы. У любой нормальной женщины захватит дух, если она вдруг окажется в чужом теле в чужом мире на пороге непонятного ритуального развода.

В дверь постучали, Элиас выпрямился, его лицо снова стало образцом вежливой отстраненности. Он впустил невысокую пухлую женщину в белом балахонистом халате, с добрым умудренным лицом и корзинкой в руках, кивнул мне на прощание и ушел.

Это оказалась целительница, и на редкость словоохотливая. Она провела меня из прихожей в гостиную – просторную комнату с колченогими диванами, тяжелыми шторами и тем же готическим шиком, что и во всем замке – и усадила в кресло.

– Ну-ка, ну-ка, голубушка, давайте посмотрим, что это на вас нашло, – приговаривала она, доставая из корзинки странные приборы – то ли стеклянные трубки, то ли кристаллы, подвешенные на серебряных цепочках.

Она водила ими вокруг моей головы, щупала лоб и заставляла дышать глубже. Ее пальцы излучали теплый свет. Он струился по моим рукам, плечам, касался висков, и по телу разливалось приятное покалывание. Я завороженно смотрела, как искорки танцуют на кончиках ее пальцев, складываются в узоры и растворяются в воздухе.

Магия. Настоящая магия! Она действительно тут существует. Это не было игрой или трюком. Это было так же реально, как кресло подо мной и воздух, которым я дышала. Меня переполнил восторг. Я сидела, боясь пошевелиться, пока она ворчала себе под нос что-то про «перенапряжение энергетических каналов».

А вдруг она сейчас вычислит, что я не та, за кого себя выдаю? Что душа в этом теле совсем другая? Но раз чувствующий энергию жрец не заметил, то и эта, надеюсь, не заметит… Однако внутренне я вся сжалась, готовясь к разоблачению. Выдохнула с облегчением, когда целительница лишь покачала головой, убрала свои диковинные инструменты и достала из корзинки маленький пузырек с голубоватой жидкостью.

– Ничего серьезного, милочка, – прошамкала она. – Выпейте это на ночь, укрепляющее. И поменьше волнуйтесь.

Я взяла пузырек дрожащими пальцами. Поменьше, угу… Легко сказать! Как не волноваться, когда твой мир перевернулся с ног на голову, ты забыла собственное имя и очутилась в теле незнакомки в замке у архимага, который страстно желает с тобой развестись?