Читать книгу Сибирский Синдикат - - Страница 4

Дача Олега Петровича в Барвихе была не показным дворцом, какими были владения многих его соседей, а скорее неприступной крепостью, стилизованной под традиционный русский терем. Высокий забор с колючей проволокой, камеры наблюдения, сканирующие каждый сантиметр периметра, и несколько человек охраны, чья профессиональная выдержка читалась в каждом движении.

Артем приехал первым на своем темном Mercedes GLS. Он прошел через КПП, где его машину проверили с помощью зеркал, и направился к дому. Воздух пах хвоей и влажной землей. Здесь было тихо, по-настоящему тихо, после гулкого московского шума.

Его встретила мать, Ирина. В ее глазах стояла тревога, которую она тщетно пыталась скрыть за привычной улыбкой.

– Сынок, как хорошо, что ты приехал. Отец в кабинете. Он ждет тебя.

– А Миша? – спросил Артем, целуя мать в щеку.

– Еще нет. Но он должен быть скоро.

Артем прошел в кабинет. Комната была обшита темным дубом, пахла старыми книгами, дорогим коньяком и легким оружейным маслом. Олег Петрович сидел за массивным столом, перед ним лежала карта России, испещренная пометками. Рядом стоял стакан недопитого чая.

– Садись, – сказал отец, не поднимая глаз от карты.

Артем сел в кожаное кресло напротив. Он ждал, пока отец заговорит первым. Это было правилом.

– Леху убили, – наконец поднял голову Олег Петрович. Его взгляд был тяжелым, как свинец. – Взорвали его машину. Он был не в ней, зашел в магазин за сигаретами. Увидел, как его «Мерседес» превратился в факел. Умер от разрыва сердца, прямо на асфальте.

Артем почувствовал, как по спине пробежал холодок. Не от жалости к Лехе – он был ему почти незнаком. От метода. Это был не бандитский разборок, где стреляют из обрезов. Это был терроризм. Демонстрация силы и безразличия к жертвам.

– Кто? – спросил Артем тем же тоном, что и у отца.

– Хороший вопрос. У Лехи был флеш-накопитель. Со всеми цифрами. За последние пятнадцать лет. Он хранил его в сейфе, но дубликат… дубликат он отдал мне на прошлой неделе. Сказал, что боится. Чуял недоброе.

Олег Петрович достал из ящика стола маленькую металлическую флешку, положил ее на стол.

– Здесь всё. Все наши схемы по «Нефтегазу», по портам, по недвижимости. Все офшоры. Если это попадет в руки прокуратуры… или к нашим врагам…

– У нас есть люди в прокуратуре, – возразил Артем. – Мы сможем замять.

– Не сможем, – отрезал отец. – Если это сделано умело, никакие люди не помогут. Это конец. Медленный, но верный. Нас разорят штрафами, отнимут активы, а потом… а потом найдут в подвалах то, что закопано двадцать лет назад.

Дверь кабинета распахнулась, и в комнату ворвался Михаил. Он был бледен, его модная куртка была накинута на плечи, волосы растрепаны.

– Извините, что опоздал. Пробки.

– Садись, – кивнул отец. – Ты в курсе происходящего?

– Дядя Жора в клубе все рассказал, – Михаил плюхнулся в кресло рядом с Артемом. – Что будем делать, пап? Кого наказывать?

В его голосе звучала бравада, но Артем видел, как дрожат его пальцы, сжимающие подлокотники.

– Сначала думать, потом делать, – строго сказал Олег Петрович. – Ты должен это усвоить, Михаил. На твоей горячности уже кровь чуть не пролилась. Помнишь историю с тем грузином в ресторане?

Миша потупил взгляд. Артем помнил ту историю. Миша чуть не зарезал человека из-за оскорбления. Конфликт еле удалось замять, заплатив огромные отступные.

– Я понял, – пробормотал Миша.

– Итак, – Олег Петрович обвел взглядом сыновей. – Враг нанес удар по нашему самому уязвимому месту – по информации. Он показал, что знает о наших слабостях. Он не лезет в лобовую атаку, он бьет исподтишка. Это умный и опасный противник.

– У нас есть конкуренты, – сказал Артем. – «Уралпром», челябинские…

– Это не их почерк, – перебил отец. – Они бы просто подкупили Леху. Или пригрозили его семье. Взорвать машину… это почерк нового игрока. Того, кто не знает наших правил. Или знает, но играет по своим.

– Что нам делать? – спросил Артем, чувствуя, как привычная ему роль генерального директора уступает место чему-то древнему, первобытному – роли солдата в родовой войне.

– Артем, ты займешься легальной частью. Проведи аудит всех наших активов. Укрепи юридические отделы. Найми лучших кибербезопасников. Враг ударил через технологии – мы должны ответить тем же. Веди себя как ни в чем не бывало. Все встречи, все проекты – по расписанию. Мы не должны показывать слабину.

– Хорошо, – кивнул Артем.

– Михаил, – отец повернулся к младшему сыну. – Твоя задача – уши. Твой клуб, твои тусовки – это идеальное место, чтобы слушать слухи. Кто что говорит? Кто вдруг разбогател? Кто ведет себя слишком уверенно? Используй свои связи. Но тихо. Никаких сцен. Ты понял меня?

– Понял, отец, – Миша выпрямился, польщенный доверием.

– А ты? – спросил Артем.

– Я, – Олег Петрович откинулся на спинку кресла, и в его глазах зажегся тот самый холодный огонь, – я встречусь с теми, кого не беспокоил много лет. Со старыми волками. Кто-то из них мог слышать шепот. А кто-то… кто-то мог и приложить руку к этому делу. Пора напомнить некоторым людям, что Орел еще не умер.

В его голосе прозвучала такая непоколебимая уверенность, что Артему на мгновение стало спокойно. Это было то чувство, которое он испытывал в детстве, когда отец решал любую проблему. Но потом он посмотрел на морщины у глаз отца, на седину в его висках, и понял, что эта уверенность – лишь маска. Маска, за которой скрывается усталость и понимание, что эта война может стать для него последней.

В этот момент в кабинет вошла Ирина.

– Обед готов. Идите, пока все не остыло.

Олег Петрович поднялся, его лицо мгновенно преобразилось, став мягким, домашним.

– Идем, сыновья. Дела подождут. Семья – это главное. Запомните это раз и навсегда.

Они вышли из кабинета, оставив на столе флешку с их общей судьбой. Артем посмотрел на брата. Миша встретил его взгляд и едва заметно кивнул. Впервые за много лет между ними пробежало нечто большее, чем соперничество или снисхождение. Пробежало понимание. Они были в одной лодке. И шторм только начинался.