Читать книгу Dreamcore - - Страница 4

Врата открыты

Полёт с лихим ветром, что перекрывал любую возможность нормально вздохнуть. Протяжные крики, что растворялись в этой тянущейся мгле. Направляющиеся по отдельности наверх капли крови Ждйер и Йала. Одежда, прилипающая ко всему телу. И, конечно, бездна. Не видно уже ни начала, ни конца. Казалось, лететь оставалось бесконечность времени в этом бесконечном пространстве.

– Если так можно, то я прошу прощения! – визжащий голос Ждйер кружил в пространстве, – впредь я не буду больше кидаться на людей! Простите, мы все хотим жить! Освободите нас! Только об этой помощи прошу!

Йал, прикрывающий плотно свой рот из-за крика, возмущённо повернул свою голову. Брови нахмурились, а глаза принялись изучать девушку. Собственная кровь, стремящаяся вверх, перекрывала порой вид. В носу жжёно кололась боль, которая отдавалась по лицу каким-то особенным жаром. Пальцы невольно потянулись к источнику дискомфорта. Снова взгляд на Ждйер, что уже сложила свои руки в молящем положении и что-то продолжала просить. А точнее, прощения. У кого? Кто кинул этот лист? Разве если попросить, то тебе что-то дадут?

В глазах что-то защекотало. Парень отвернулся ото всех, вновь переместив пальцы к глазам. В принципе, разницы как таковой нет: хоть с закрытыми глазами ты или нет, всё равно вокруг полная мгла. Как и в голове, когда ты не знаешь, что выбрать. Это не тот выбор, когда ты подсознательно всё решил для себя и переспрашиваешь чисто для того, чтобы самому смелее принять решение. Это выбор, когда никакой вариант не кажется приятным. Выбор, существование которого в принципе стало чем-то удивительным. А точнее, удивительно, что ты в принципе начал задумываться, что лучше для тебя самого.

Хрустальные капли не были никем замечены. Они ощущались только на себе, ибо от них горели щёки и глаза, от них же приходила и прохлада. Они же смешивались где-то наверху со сгустками крови. Замечены могут быть только всхлипы. Глубокие, жалкие, несчастные всхлипы от такого худенького и такого же жалкого мальчика. Все органы будто прилипли к наружным стенкам, щекотали своей влагой. Но только сердце где-то там застряло в глубине, растекаясь в неясную жижу, как будто тая под палящим солнцем. Оно вроде бы и стучало быстро, а вроде и замирало в этот момент. И теперь, когда ты привыкаешь к этому чувству постоянного полёта, к прилипающим ощущениям внутри себя, начинаешь чувствовать, как ты продолжаешь весь трястись. Что там, на ровном месте, ноги еле держали тебя, что здесь, когда ухватиться не за что, а ты всё равно словно ничего не умеешь и дрожишь, как ослабленная и избитая жертва. Как никому не нужный предмет, который изуродовали напоследок.

Что-то всё равно можно исправить. Можно поднять свою голову, хриплым голосом попросить… нет, крикнуть о том, что ты тоже нуждаешься в исцелении. Пусть сорвёшь голос, но нужно, чтобы тебя услышал тот, кто тебе нужен. Но здесь, в этой бездне, услышит не только тот, кто сверху. Услышат остальные. Ждйер повернёт свою голову и начнёт орать и винить тебя, что ты сам спровоцировал драку, а теперь требуешь милости. Сентйертс издевательски усмехнётся и по полной программе укажет, какой же ты лгун и воображала, раз не доказал свою смелость. А Сенмлак.. а что он? Он лишь только посмотрит и промолчит. Возможно, пройдёт мимо, как и многие прошли мимо когда-то… Когда истекал кровью, когда руки и ноги были зажаты, и ты не мог совершить ни малейшего движения. Ведь нужно рассчитывать в итоге на себя. Терпеть боль. Ведь только так они смирятся с тобой. И неважно, что на самом деле жаждешь малейшего спасения. Малейшего внимания. Самый минимальный ресурс, чтобы можно было двигаться дальше…

– Молю, я об этом в первый раз прошу! Это не так много, только одно исцеление, одно, одно! – Ждйер всё продолжала визжать, громкостью своих просьб чуть ли не прорезая воздух.

Какая же она смелая! Пусть и девчонка, но так спокойно о чём-то просит, так громко и навязчиво… И плевать, как её смогут воспринимать остальные. Какую же она, наверное, испытывает свободу? Все эмоции у неё напоказ, и наверняка нет ни малейших мыслей на тот счёт, что что-то нужно скрыть от чужих глаз. Что же это сейчас душит в груди? Что заставляет сердце сжиматься, а слезам выливаться всё больше? Нужно всё это скрыть, убрать, спрятаться, отвернуться. Даже крепкая хватка за волосы не даёт никакой пользы, лишь только это чувство, как взяли бы за кончик наполненный водой шарик. Так и кожа головы стягивается, вслед за желанием сделать больно самому себе. На ладонях остались сорванные волоски… Но чего они стоили? Это истерики? Благо, что ничего, совсем ничего не видно.

– Кто это там хрипит, Йал, ты, что ли? – раздался голос Сентйертса поблизости.

Сердце пропустило удар, руки резко переметнулись вновь на лицо, крепко сжимая рот до такой степени, что ногти сильно вжимались в горевшую от бывших ударов кожу на щеках.

– Ещё чего! – спустя время ответил Йал, хватаясь за грудь. – С какой стати мне хрипеть? Думаешь, самый умный и расчётливый тут? – высокомерный тон зазвучал чрезмерно грубо.

Никакого света в конце туннеля. Лишь короткое «бабах», и все четверо свалились на какую-то поверхность. Несмотря на такой долгий полёт, падение походило на то, как будто сваливаешься с дивана. Однако всё равно удары проходили по конечностям плоской пульсацией. Особенно не повезло Йалу, у которого падение отзывалось дополнительно жжением и помутнением в глазах. Даже когда лежишь и только упираешься локтями, всё равно весь трясёшься, не в силах даже увидеть хоть что-то.

– Где это мы? – послышался голос девушки где-то неподалёку. После раздались какие-то шорохи, кряхтенья, хрусты.

– А ты чего не встаёшь? – Сентйертс, казалось, встал где-то рядом, его дыхание уже ощущалось даже на себе.

Йал кое-как протёр свои глаза. Голова кружилась, словно катаешься на мощной карусели, что поднимает тебя в воздухе, а потом резко падает, заставляя вырваться твой дух из собственного тела. Но постепенно этот тёмный туман рассеивался, и перед парнем уже был виден сам Сентйертс, сидевший на корточках.

– Полежать хочу, – саркастично и резко ответил Йал, касаясь своего лица и чувствуя липкие пятна. Он пальцами сначала провёл возле носа, а потом перешёл к щекам и глазам. Нет, это липкое точно кровь, не слёзы…

– Жесть, лежачий, ты в курсе, что ты весь красный? Вон, под носом кровищи сколько, и глаза тоже… Ты что, рыда…

– Какое тебе вообще дело?! – Йал со скрипом в зубах резко встал, ощущая, как же сильно ноют мышцы и как же тяжелее ощущались свои побитые руки. Перед глазами вновь поплыло, чёрные пятнышки постепенно перекрывали обзор, ноги как будто подкашивались, а тело и вовсе перестало ощущаться. В голове забил колокол, что кричал о том, что нужно ещё простоять, нужно ещё продержаться. Падать нельзя, иначе снова засмеют, снова накричать.

Но вдруг где-то на теле стало прохладно и мягко. Изображение рассеивалось, отдельные участки тела стали контролируемы и ощутимы. Оказалось, это чьи-то небольшие руки схватили за плечи, постепенно передвигаясь к спине, лопаткам.

– Да что тебе от меня… – начал грубо говорить Йал, оборачиваясь назад. Он всё ожидал увидеть Сентйертса и мысленно уже представил, как тот его высмеивает за слабость. Представил, как морально он вновь падает в своих глазах и ощущает это пламя ненависти к себе. Но за секунду взгляд парня переменился, когда разглядел, что лицо, придержавшее его – Сенмлак. Тон мгновенно стал неуверенным, зажатым. – Ой.. Это ты… Ч-что ты сделал?

Сенмлак пожал плечами и мягко улыбнулся, зелёные глаза его кое-как проглядывали через длинную и густую чёлку:

– А ты разве не понял?

– Нет…

– Обернись.

Йал послушался. Глаза ещё больше расширились, а дыхание перебилось. Тело и вовсе перестало слушаться: оно застыло, даже не пытаясь шелохнуться.

То, куда они попали, являлось детским развлекательным центром! Освещение было довольно слабым, однако это не мешало разглядеть то, насколько всё было ярко. В груди образовался странным комок, который забился изнутри… Как птица в клетке, желая вырваться на свободу. Ноги невольно подкашивались, заставляя телу поддаться вперёд, словно навстречу этому детскому порыву развлечений. Слёзы вновь подступили к глазам, а в горле зажался радостный визг. Слабая улыбка отразилась на лице парня. Но смешок, который в итоге с него сорвался, звучал как-то нервно. Сенмлак, глядя на всё это, тоже не мог не заулыбаться, однако он не подал знака, заслышав тревожные нотки в голосе Йала. Его спокойный голос лишь спросил:

– Значит, тебе нравится это место?

Йал недолго постоял, оглядывая место. Справа от четвёрки находился бассейн с большими и мягкими кубиками из поролона, слева – бассейн с пластиковыми шариками, глядя на которых сразу чувствуешь запах детских игрушек. Пол напоминал шахматную доску, а если быть точнее, пазлы. Каждая эта частичка была по-своему уникальна: со своим цветом, узором и вырезом. И из этого создавалось пространство всех цветов радуги, каждый из которых чередовался.

– Я редко бывал в таких местах, – монотонно и резко ответил Йал, стоя неподвижно.

– О, так всё-таки был? – Сенмлак продолжал улыбаться, в его голосе проскакивала какая-то нотка восторга. Зелёные глаза прямо-таки светились.

Йал повернул голову, вопросительно хмурясь на своего собеседника. Глаза… светились… Парень поднял голову к потолку, но там не было ни единой лампы! Комната освещалась словно из ниоткуда или из какого-то постороннего пространства, что было невидимо и не ощутимо для человеческого, слабого глаза.

Обернувшись, парень обнаружил обычную стенку, по стилю такую же, как и пол. А вернувшись в прежнее положение, взгляд устремился вперёд, где вновь царила темнота. Однако если приглядеться, то можно было увидеть очертания различных горок и лабиринтов, ведущие в неизвестном направлении.

И тут неожиданно раздался звонкий смех Сентйертса, от которого все вздрогнули:

– Ха-ха! И что это? Мы играться будем? Да тут всё для малышни… Или кое-чьи извинения звучали слишком по-детски…

Йал вздохнул, ощущая, как в горле странно пекло. «Хорошо, что я не просил помощи, а то бы побольше засмеял…» Но тут сердце пропустило удар. Восхищённые возгласы Сентйертса, перекрывшие возгласы Ждйер, тут же сбили все мысли:

– Надо же. Это правда сработало! Твоё лицо цело! И крови никакой нет…

Девушка замерла, быстро протягивая руки к лицу и ощупывая прежде всего нос. А затем её взгляд опустился, чтобы рассмотреть одежду. И ведь не соврал: никаких пятен больше не было. Йал машинально сам потянул свои пальцы к носу в надежде на то, что тоже исцелился, но нащупав пятна рука мгновенно опустилась в выражении явного отчаяния. Да, конечно, он потом спустя пару секунд понял, что Сенмлак, так-то, сам указал на всё это недоразумение.

Телу стало тяжело. Появилось ощущение, будто и конечности, и торс, и голова – всё было приковано холодными, тяжёлыми цепями. Ноги подкашивались, как будто огромная гиря тащила их за собой. А параллельно со всем этим странная щекотка касалась различных участков тела. Медленный поворот голову, поднятие взгляда. И вот, три пары глаз прожигали Йала от и до, особенно останавливаясь на его лице. Синие, голубые, зелёные… лишь первые два словно били молотками или битой… А может, эта пара была настолько остра, что, кажется, глазами швыряли в мальчика ножи.

Губы Ждйер странно подрагивали. И правда, она была совсем чиста, будто только что пришла сюда. Сентйертс, несмотря на расстояние, всё равно глядел словно сверху.

– А ты чего ж.. притормозил? – спросила девушка у Йала, пытаясь сдержать свою кривую улыбку.

Но парень промолчал. Лишь отвернулся к ним спиной в сторону бассейна с пластиковыми шариками, скрещивая руки на груди.

– И что мы будем здесь делать? – непринуждённо спросил Сентйертс после недолгой паузы.

– Думаю, мы всё время будем заниматься одним и тем же делом: попытаться отсюда выбраться. Очевидно, придётся снова идти туда, – палец Ждйер указал на темноту впереди.

– Что же тебя на тёмненькие места тянет?

– Ох, ну, простите, что вокруг нас вечно тьма тьмущая, это же всё зависит от меня! – саркастичным тоном ответила девушка. Она тут же обернулась, подходя к бассейну с мягкими поролоновыми кубиками. Взяла один из них в руки, помяла его, повертела, рассмотрела со всех сторон. И пока вновь наступила тишина, Ждйер подняла голову, ехидно улыбаясь. Раз секунда, два секунда… И поролоновый кубик резко летит в сторону Йала, попадая ему по ногам.

– Да чтоб вас!.. – парень обернулся, сжимая челюсти и хватая подброшенную к нему вещь. Его худенькая рука разом напряглась, поднялась, целясь в девушку. Но в итоге Йал застыл в этом положении, тяжело дыша и шмыгая носом из-за оставшейся в нём крови. Сердце стучало так сильно, что его удары ощущались по всему телу, создавая из всего организма единую пульсацию. Ноги подкашивались, воздуха тяжелым комком застыл в лёгких. Но происходит ослабленный выдох, рука опускается, принимая в свою хватку это мягкий, тёмный кубик.

– Если честно, – тихий голос Сенмлака подкрался незаметно позади Йала, – я думал, что они светлые, – и смуглые пальцы осторожно коснулись куба в чужих руках.

Йал скривил лицо, хмуря брови и морща нос. Карие глаза расширились, вглядываясь в лицо Сенмлака. На языке физически ощущалось жгучее желание спросить про то, что сейчас вообще происходило. Это желание словно было шершавым, оно увеличивалось во рту, вызывая своеобразные рвотные позывы. «О чём ты вообще сейчас говоришь?» – как диско-шар крутилось в голове.

Но взгляд снова перенёсся на куб. Такой мягкий, тёмный, но не сказать, что это какой-то определённый цвет. При разном освещении, при разных обстановках он будет приобретать что-то своё. И сколько ни подноси, ни гадай, кажется, ты никогда не узнаешь его истинный цвет. Для всех он разный. И скорее, для себя самого тоже.

Пока Йал так стоял, осматривая куб, Сенмлак, по своему обычаю спокойный, направился к бассейну с кубиками. Взял какой-то тёмно-зелёный и вернулся обратно со словами:

– Смотри, ты теперь не одинок.

Йал поднял взгляд. Смуглый парень с зажатым между своими руками кубиком стоял неподвижно, периодически щупая предмет и приговаривая:

– А этот не такой податливый, как твой.

– Всё вы со своими кубиками, – передразнивая, Ждйер проходила мимо к бассейну с пластиковыми шариками, – а шарики хоть звонкие, твёрдые и укатятся туда, где им лучше!

– Или куда им велит дорога, – дополнил Сентйертс, подходя к бассейну и размешивая шары, – а так, я с тобой согласен.

Ждйер пошла на опережение: встала перед парнем, вытолкнув его и выхватив красный шар. Сам Сентйертс сначала ойкнул, а после наклонился, беря первый попавшийся, жёлтый.

– И зачем мы вообще это делаем? – спросил он с ухмылкой. – Кто бы нас со стороны послушал и увидел. Наверняка бы подумали о том, какие мы сумасшедшие.

– Как зачем, чтобы… – девушка подержала интригующую паузу, пока все на неё повернулись, кроме Йала. Она взяла дополнительный шарик из бассейна и, особо не раздумывая, кинула в одиноко стоящего парня, – играться!

– Эй! – невольно крикнул атакованный, съёживаясь от удара, – нашла ещё время! Ты… ты вообще несерьёзна! И… – парень закатил глаза, задумываясь, как в то же время его указательный палец почти что вращался вокруг своей оси, – и вообще, ведёшь себя, как наивная дурочка! Сама же кричала о свободе и… прочем. А теперь…

Ждйер тяжело вздохнула, слегка рявкнула себе под нос и начала глядеть исподлобья:

– Знаешь, я свои обещания всегда стараюсь держать. Тем более в таких условиях. Так что, прости, но кидаться я на тебя не буду. Или тебе понравились мои кулаки, а? – и Ждйер, держа свой красный шарик в одной из рук, стала крутить своими ладонями.

Йал мгновенно покрылся алой краской, поджал губы и невольно слегка надул свои щёки. Сквозь закрытый рот слышались от него какие-то возмущённые мычания, но в итоге от него не было услышано каких-то конкретных и чётких слов. Девушка, явно довольная своим положением, заранее взяла ещё пру шариков, подошла к стоящим рядом Йалу и Сенмлаку, ухмыляясь и игриво протягивая слова:

– Я обещала, что не буду кидаться на людей… но игра – это же не полноценная драка! – очередной шарик полетел уже в Сенмлака. Тот лишь поджал губы, поглаживая пальцами кубик в руках. Ждйер подошла к нему, осматривая с ног до головы, – или вы думаете, что сможете отбиваться этими подушечками? А-а-а?

– При желании и этим можно, – в этот раз Сенмлак уже просто улыбнулся, выжидая момента, когда девушка направилась обратно к шарикам. А он сам уже подбежал к бассейну с кубиками, собирая как можно больше.

Йал стоял на месте. Лёгкая краска всё ещё не сошла с его лица, но он оглядывал всех, и на каждом испытывал свои эмоции. Глядя на Ждйер, в груди у него что-то защемило, а в глазах защекотало. Глядя на Сентйертса, его нос автоматически сморщился. А глядя на Сенмлака, который, между прочим, сейчас звал приглашающим жестом ладонью к себе, появилось какое-то облегчение. И Йал, недолго думая, побежал как раз туда, где его ждали. А когда дошёл, остановился в ожидании, что ему что-то скажет. Однако этот спокойный парнишка уже наклонился и доставал больше кубиков, собирая их на полу.

Тем временем Ждйер тоже не отставала. С азартом она загребала эти шары в большую хватку, создавая звонкий шум удара пластика об пластик. Сентйертс, потихоньку хихикая, тоже подбежал, собирая «снаряды» прямо в себе в руки. Ухмыляясь, он толкнул Ждйер в бок, от чего та крикнула:

– Если ты в моей команде, то хотя бы не иди против меня же!

– Размечталась, – парень ловко подкинул и на лету схватил один шар, – это ты у меня в команде.

– Да ладно вам, – неожиданно для всех крикнул Сенмлак, – это же будет разовая игра, мы все одна команда!

– С таким разным мышлением лучше уж каждый сам за себя, – пробубнил себе под нос Йал, углубляясь в свой бассейн и не рассчитывая, что может быть услышанным.

И тут… раздался смех. Нет, не такой, какой все слышали до этого: низкий, глубокий. Зазвучал смех, такой звонкий, как мячик, быстро прыгающий по полу; как маленькие капельки, что ударялись об стекло, как в барабаны… Это громкое «ха-ха-ха» исходило от Ждйер, которая, не стыдясь, вертелась во все стороны, размахивая своими пышными волосами:

– Вот ты даёшь! Я.. ха-ха… Я вообще удивлена! Ты выдал что-то… хорошее? Точнее, как сказать… То, с чем я согласна. Ну, удивил, так удивил!

И вновь Йал покраснел. Он даже не планировал уже оборачиваться. Просто хаотичными движениями раскидывал эти несчастные кубики и, сам того не замечая, создавал вокруг себя из них ограду. Дыхание от нахлынувшей на лицо жары и от стесняющих движения кусочков поролона перекрылось, от чего стало темнеть перед глазами. Вновь эта дымка стала всё перекрывать, а посреди неё вдруг стал появляться до боли знакомый образ, от которого и вовсе всё остановилось.

«Всё-таки она правда похожа не неё» …

Йал повернулся, стараясь не обращать внимания на обстановку. Взял тот самый куб, что к нему подкинула Ждйер, и стал на него пялиться. Постепенно пальцы стали сжиматься, краснеть от нахлынувшей силы. Воздух тяжелыми звуками выходил из носа, который периодически издавал шмыганье, напоминая об нанесённых увечьях… Увечьях, что создала опять же Ждйер.

Парень ощутил вновь подступающую к горлу тошноту. Ощутил, как руки уже стали слабеть, как эмоции стали топить его на глубину неведенья.

– Йал, – послышался спокойный голос рядом.

В носу и на глазах стало сжечь.

– Йал, – с той же интонацией пронеслось почти возле уха.

Ох, как же она начинает напоминать её!..

Третьего «Йал» не было. Были лишь мягкие, тёплые руки на плечах, которые вызывали тряску в теле. Туман рассеялся, и перед глазами уже тот самый тёмный куб с ещё более тёмными пятнами на нём.

– У тебя снова кровь идёт, – Сенмлак, который не выглядел и впрямь обеспокоенным, сидел прямо напротив.

Йал вздохнул так, словно проснулся ото сна. Поднёс на секунду дрожащую руку к носу и увидел свежие капли крови, что смешались с высохшими.

– Странный ты, – крикнула Ждйер, не отрывая взгляда от Йала, – ты же мог просто попросить, чтобы тебя исцелили. Вот, со мной это сработало, – девушка наигранно улыбнулась и покрутилась вокруг себя, – а ты чего не пробуешь? Или ты боишься показаться… Жа-а-алким?

Йал резко встал, и сквозь хрип ответил:

– Да какое тебе дело? Может, я как раз и более… устойчивый благодаря этому буду!

– Ну и идиот! – и Ждйер снова залилась смехом, тут же бросая шарик в Йала, – не бунтуй только! Напоминаю, что я дала обещание! Давай лучше поиграем! – и шарик уже ударил в Сенмлака. Тот, на секунду бросив сочувственный взгляд на своего партнёра, не медля схватил кубик и кинул его в сторону Сентйертса. Он же в свою очередь крикнул озорное «Ха!», и после этого игра понеслась.

Кубик за кубиком, шарик за шариком летели в стороны. Комната наполнялась забавной смесью звуков: где-то стучал пластик, где-то глухо падал мягкий поролон, а вместе со всем этим кто-то смеялся, кто-то топал, кто-то рычал. Но всё это уже превращалось не в настоящее соперничество. Это была полноценная, невинная игра. Это были не столкновения двух команд. Люди мешались, и все били уже тех, кто попадался на глаза.

Ждйер теперь не в ярости. Сейчас она вела себя словно ребёнок: звонко смеялась, прыгала, хлопала в ладоши. Сентйертс стал удивительно мягче, и иногда, независимо от человека, помогал ему. Сенмлак почти что стоял на месте, но его смех, пожалуй, был самым невинным и радостным, пусть и тихим, как и вся его речь. И даже Йал смог слегка забыться. Правда, периодически воздух сжимался внутри него, он задыхался из-за забитого сухой кровью носа, от чего тормозил во время процесса. Сентйертс, заприметивший это, схватил хрупкого Йала за плечо, громко спрашивая:

– Может, ты всё-таки попросишь исцеления?

Йал дёрнулся, визгнул от неожиданности. Он чувствовал, как сердце бешено в нём застучало, как ступни чуть не свернулись. Хриплый голос его от сухости в горле выдал:

– П-попросить?

– Да.

Весь мир чуть ли не свалился под ногами. Тело затряслось, закрутилось, пытаясь отойти от Сентйертса. Перед глазами завертелась рулетка. Что сказать?! Что выбрать? Оно терзает, боль заставляет быть тебя ещё более жалким на фоне остальных. Но он же часто такое переживал, спокойно исцелялся, не пискнув ни слова.

– Сам исцелюсь. У меня на это есть свой организм, – поникшим, горделивым голосом выдал Йал. А после просто кинул кубик в Сентйертса.

– Пожалуйста, вылечите этого типа наконец, – Ждйер тяжело вздохнула, глядя в потолок.

Волна, как будто пришедшая со спины, нахлынула Йала. Всё тело за секунду обмёрзло, челюсти застучали друг об друга. Глаза бешено забегали, дыхание было таким тяжёлым, громким, пальцы, сложившиеся в кулак, захрустели. Различные картины, сцены стали проигрываться в голове, и те же самые чувства накрывали с новой, двойной, а то чуть ли не тройной силой. Тело как будто упало, в ушах зазвенело, перекрывая все остальные ближайшие звуки. Оставалось лишь собственное сердцебиение, и то, оно утихало.

И снова волна. Только в этот раз она уже ушла, и за секунду перед глазами проявлялись уже знакомые силуэты.

– И правда, исцелился, – девчачий голос раздавался эхом.

– Листок с карандашом были ещё цветочками, – этот ровный юношеский голос уже был слышен чётче.

Резкое моргание глазами, скорое поднятие собственного тела, которое будто плыло в облаках… А, нет, посреди поролоновых кубиков. Все такого же неясного тёмного цвета, который переключался под различные цвета, и все в крови…

Встряска головы, и кубики вдруг стали цветными, с определёнными цветами и без всяких пятен.

– Мда-а-а, и обязательно девчонка должна просить, чтобы исцелять тебя? – перед глазами уже ясно проявился образ Ждйер, что смотрела прямо-таки осуждающе.

Йал машинально схватил кубик и швырнул в девушку. Та лишь хихикнула, кидая шарик.

– Ха, притворяешься же, хитрюга! Прячешь своё истинное лицо за волосами! Теперь понятно, для чего тебе длинная эта чёлка с пробором! – и снова удар шариком, сопровождающийся звонким смехом. – Так уж и быть, мы продолжим играть!

Тело будто ударило на миг током. Дыхание стало лёгким, а голова свободнее. Пальцы прошлись по лицу, но в этом раз ничего не удалось нащупать. Всё чисто, как будто и не дрался. Даже сорвался небольшой смешок. И теперь, с новой энергией, Йал встал и продолжил игру. Однако какое-то колющее чувство его не покидало. Словно он что-то упустил из своего внимания.

И снова комната наполнилась весельем, смехом и наполнителями бассейнов. И в этот раз уже никто не испытывает особо сильных недуг. Какие-то проблемы вдруг рассеялись, трансформировались в этот отголосок детства. И это удивительно, ведь ведут себя так, как будто все они не заперты. Как будто не в белых одинаковых одеяниях. Как будто кто-то из них не умрёт…

Но нашей четвёрке пока всё равно. Сейчас игра. Они и правда как дети: делают, что хотят, особо не понимая своих действий, бесятся, и просто живут, не осознавая, какой ужас ждёт их всех впереди. Мир для них в данный момент яркий, добрый. Даже темнота вдалеке испаряется, словно кто-то прошёлся по площадке и зажёг свет.

– Стойте! – Ждйер замерла, разводя руки. Все остальные последовали примеру и даже не дышали. – А вы не заметили, как здесь стало светлее? Интересно, с чем это может быть связано?..

И почти что синхронно головы поднялись сначала наверх, а затем в сторону уже бывшей тьмы. Сентйертс удивлённо поднял брови, Сенмлак легонько улыбнулся и закивал головой, в его глазах даже виднелась какая-то мысль, а Йал чаще заморгал, не отводя взгляда от дальнейших проходов.

– Сенмлак, ты чего опять молчишь? – спросил Сентйертс, заинтересованно глядя на того, к кому обратился. – Вроде бы до этого сказал интересную фразу, что листок с чем-то там это ещё цветочки. И сейчас, вижу, сказать что-то хочешь. Правда, складывается ощущение, будто ты что-то скрываешь…

– Вовсе нет! – Сенмлак скромно повёл руками, немного покрываясь румянцем. – Я просто не думаю, что это правда может быть важным, пока не доведено до приемлемого вида… Но, раз так, – парень дёрнулся, завидя, как Сентйертс поднял бровь, – у меня есть догадка, что стало светлее от того, что мы не ссоримся. Ведём себя по-ребячески. Говорят же, что детство – светлая пора, вот и стало светлее.

Сентйертс ухмыльнулся, мягко кидая в сторону Сенмлака шарик, что в итоге приземлился чуть дальше от чужих ног:

– Слушай, парень. Я вижу же, ты у нас что-то вроде местного гения. Догадки у тебя очень хорошие. Только чего ты какой-то чрезмерно тихий и спокойный? Смелее нужно быть. В конце концов, хотя бы потому, что выживаем все вместе, а любые идеи могут пойти нам всем на пользу.

Сенмлак улыбнулся, и в этот раз очень широко. Всё-таки, честно сказать, улыбка делает его внешне куда симпатичнее и милее: он словно горит от счастья, в глазах искра, а лёгкие синяки под глазами на фоне чуть розоватых щёк испаряются. Наконец, Сенмлак тихо ответил, продолжая улыбаться:

– Спасибо, конечно. Может, совет и правда хороший… Но я не привык, что у меня есть выбор и те, кто им интересуется.

Несмотря на непринуждённую интонацию, все напряглись. Ждйер скорчила неловкую гримасу и стала якобы рассматривать свой шар. Сентйертс повёл губами в сторону. А Йал тихонько вздохнул, опуская взгляд на свои руки.

– Считай, что теперь есть, – разбавила паузу Ждйер. – Конечно, лучше работать в команде, а это тоже отсутствие выбора…

– Ты выглядишь зажатым, – напролом продолжил Сентйертс, – и создаётся ощущение, что ты хочешь что-то сказать. Так если хочешь, то говори. Никто не ограничивает. Вон, Ждйер, например, позволяет себе чрезмерно много…

– Ты опять за своё? – рыкнула девушка.

– …и становится как-то слишком скучно и муторно от такой предсказуемости.

Ждйер за секунду до этих слов сжала кулак, но после них её словно поместили в морозильник. Ни дыхания, ни вздоха, ни шороха – ничего не было от неё слышно. Лишь только синие глаза наполнялись слезами, и даже они не стекали, словно девушка совсем сделалась какой-то куклой.

– Вроде бы ты говорил, что нужно действовать сообща. И при этом ты сам начинаешь забываться, – тихо, но твёрдо и грубо сказала девушка, будто избивая обидчика взглядом.

Но теперь и сам Сентйертс застыл. Зрачки в небесных его глазах сузились, делая взгляд жутким и потерявшимся. Удивительно, что парень сильно напрягся, судя по такому же бездвижному положению, как у Ждйер, при этом слышалось его ровное дыхание. Медленный поворот головы. Глаза сначала облили лицо девушки, а затем перешли к её кулаку левой руки, находящимся в очень близком расстоянии от плеча Сентйертса. Он нахмурился и, не шелохнувшись, ровно спросил:

– Я раньше не обращал внимания. Ты левша, значит.

Ждйер скривилась, глядя на свой направленный кулак, и тут же опустила его со словами:

– А тебе какое дело?

– Просто, кажется, я в первый раз встречаю левшу, – и улыбка озарилась на лице парня.

– Загадай желание тогда, – неожиданно заговорил Сенмлак, неловко сминая ладони. Все обернулись на него, и было видно, как пот стал стекать с его лба. – Просто, когда что-либо в твоей жизни встречается или случается в первые, нужно загадывать желание. Я уже видел левшей, поэтому загадывать ничего не буду, – парень нервно улыбнулся и опустил голову.

Сентйертс дёрнул плечами и задумался, всматриваясь будто в никуда. Позже его взгляд прошёлся по всем, останавливаясь на каждом по паре секунд, и парень кивнул собственным мыслям. Йал растерянно глядел по сторонам, утыкаясь взглядом в куб.

– А вы разве не заметили, что я левша ещё тогда, когда я ела? – Ждйер вопросительно скривилась.

– Заметил. Я, – сказал Сенмлак. – Но не спрашивал.

– А я вот не обратил внимания, – выразил свою позицию Сентйертс, а потом усмехнулся, – надо было раньше увидеть. Ха, может, и желание бы уже сбылось.

Ждйер нервно ухмыльнулась и процедила:

– Пытаешься нажиться на невинной даме…

– Которая издевается над слабыми мальчишками, да.

Было слышно, как Йал недовольно замычал. Его взгляд приобрёл какой-то жалкий, потерянный вид.

Йынненар. Йынтыркс. Йишвыбаз. Яанчукс.

Яантсоря. Йыбург. Йыншудонвар. Йывижл.

Вдруг почти везде в детском развлекательном центре потух свет, как будто это произошло по чьему-то велению, по щелчку пальца. Но это не значит, что пришла мгла. Не исчезал только единственный и большой луч, который светил прямо на Сенмлака. Он стоял, еле держа в ладонях кубик, мял его и смотрел в одну точку на пол. И шло время, но все лишь молчали, испуганно дышали, не желая предпринимать никаких действий.

– Сенмлак?.. – Сентйертс даже наклонил голову, как это делают псы от любопытства.

Сенмлак недолго ещё постоял, а затем поднял голову с абсолютно равнодушным выражением лица и таким же равнодушным голосом спросил:

– Что?

– О чём ты думал?

Сенмлак сощурился. Перевёл взгляд на куб. Повертел его.

– Я старался понять весь этот странный мир.

– И…Ты что-то понял?..

Все неосознанно наклонились торсом в сторону Сенмлака. Тот лишь тяжело вздохнул, опять поднял взгляд, пристально посмотрел на Сентйертса и покачал головой из стороны в сторону.

– Или ты не уверен, что понял?.. – Сентйертс спросил это с каким-то загадочным подтекстом, будто пытался выудить информацию у преступника, и сделал осторожный шаг вперёд.

– Возможно.

– Это как-то связано с тем, что Ждйер просила листок и ручку? – Сентйертс уже звучал более настойчиво, даже Ждйер нахмурилась, а Йал просто напрягся, будто допытывают его.

Сенмлак снова отрицательно кивнул. «Допрашивающий» парень фыркнул.

– Может, это связано с тем, что…

– Создаётся ощущение, что здесь поток времени очень медленный.

И в этот миг свет везде заново загорелся, что сильно напугало присутствующих. Ждйер и Йал крикнули, Сентйертс дёрнулся. Сенмлак снова глядел в пол.

– Почему мне пришлось эту информацию из тебя тянуть? Меня раздражает такое, – более грубым тоном выразился Сентйертс. – Это была какая-то тайна или ты придумал на ходу? Почему ты так долго тянул?

Вновь настала тишина. Сенмлак сжал зубы… Но это никто не увидел. Длинная чёлка скрывала глаза, а когда ты наклоняешь голову вниз, то не видно почти ничего. Парень тяжело вздохнул. Этот кубик такой мягкий. Податливый. Всё же, твёрже, чем у Йала. Но всё равно если на него надавить, то он прогнётся. Неважно, как именно ты воздействуешь. Неважно, с какой целью. А ведь когда-то этот кубик лежал спокойно. Наверняка он существовал до того, как все четверо упали сюда. А ведь весь этот поролон доставил лишь временное удовольствие. Возможно, потом, из него можно сделать что-то полезное, и не обязательно на него давить. Он сам справится… Или сам поможет?..

Сенмлак нахмурился до такой степени, что ощутил резко возникшую боль в голове. Что это за смесь мыслей? Почему они такие странные, но в то же врем родные?

Всё вокруг замерло. Холод… Снова он ударил по четвёрке. Могло даже померещиться, что где-то в углу образовался иней. Но это застывают лишь собственные мысли. Застывает…время.

– Почему мы все молчим?.. Сенмлак?! – голос Ждйер дрожал.

– Не переживай, я просто задумался, – неожиданно быстро ответил упомянутый парень. Кубик в его руках сильно сжался и в итоге упал на пол. – Как будто и сейчас время остановилось. И стало… холодно. Вы ничего не почувствовали?

Ждйер широко расширила глаза и сделала пару шагов назад. Сентйертс открыл рот от удивления. Йал быстро заморгал и вопросительно нахмурился, влезая аккуратно в разговор:

– Значит, ты всё-таки знаешь об этом месте больше?..

– Нет, я просто говорю, что чувствую. Интуиция. Может, и немного логики тоже.

Вдруг свет стал мигать очень резко. И с каждым разом частота мигания увеличивалась. В комнате стали раздаваться недовольные стоны, ощущалось, как энергетика смешалась в общую боль от происходящего. Даже закрытые глаза не помогали: сквозь веки всё равно просачивалось это безумие.

– А это ты как объяснишь, гений? – сквозь зубы спросил Сентйертс.

– Думаю, сигналы от неизвестного, который всем этим, собственно, и руководит, – Сенмлак всё-таки приоткрыл глаза, несмотря на боль. Стал вглядываться в даль, которая вновь покрылась мглой и которая потянула за собой ледяной ветер.

Визг. Протяжный девчачий визг, который сочетался с нынешним состоянием освещения. Как говорится, вбирай что-то одно: прикрой или глаза, или уши. Йал прикрыл уши, Сенмлак всё-таки закрыл руками глаза. Сентйертс рванул к Ждйер, хватая её за плечо так, что она крикнула ещё громче. Однако после этого буквально за секунду успел отозваться пластиковый звон, что словно ударился обо что-то мягкое.

– Чего ты разоралась? – спросил Сентйертс, слегка встряхивая девушку в своих руках.

– Вы разве не видели? Не почувствовали?! – звук шмыгающего носа сквозь голос Ждйер всем дал понять, что она рыдала.

Прозвучало синхронное мужское: «Что?»

– Какая-то тень здесь пробежала! Прямо туда! Я в эту штуковину шарик кинула, он.. он отскочил! Там точно что-то было! – и девушка указала рукой в лабиринты и горки, находящиеся дальше по детскому развлекательному центру.

– Ну, так побежали! – дал команду Сентйертс, хватая Ждйер за ладонь. Жёлтый шарик его свалился с рук.

Все побежали. Кроме Йала. Он смотрел на свой брошенный куб. Смотрел, смотрел… Пока его не позвали.

– В вон тот лабиринт направилось! – девушка толкнула Сентйертса, выбегая вперёд него.

– Может, ты нас уже вести будешь? – крикнул Йал, размахивая нервно рукам. – А то вокруг эпилепсия какая-то, уже глаза болят, это невыносимо!

– Раз невыносимо, то сам веди, если такой умный!

– Да почему ты… – парень сжал зубы, но вдруг замер. Защемило в груди. Тяжело дышать.

– Ждйер, давай уже! – выкрикнул Сентйертс, стуча девушке по плечам.

– Хорошо, за мной! – девушка уверенно двинулась, но за мгновение остановилась, поворачиваясь к мальчикам. – Если что, вы будете меня защищать?

«Почему она так уверено обо всём просит?! Почему эта девчонка такая же, как и она?! Почему я обязательно должен встретиться с похожей?!»

– Да, будем, прошу, веди уже! – чётко и громко крикнул Сентйертс.

Мигание света продолжалось, а значит, и разглядеть проходы было всё ещё трудной задачей. Но все парни присматривались и заметили, что первый лабиринт, куда заползла, по мнению девушки, тень, был обычной жёлтой и не очень длинной трубой. В прочем, нет чего-то необычного в чертах детского развлекательного центра. И, как следовало ожидать, после этой трубы следовали доски, подвешенные сверху на верёвках. Многим знакомо это, и многие знают, что если ты не привык, то особо не разбежишься на них. Главное только… не упасть…

Ведь вдруг внизу не пол, а пропасть?

НЕ СТОИТ ДОВЕРЯТЬ НЕИЗВЕСТНОЙ ЛОКАЦИИ.

– Чёрт, чёрт! Я потеряла, потеряла! – Ждйер стояла на досках и, видимо, слишком сильно трясла руками – скрип досок доходил до всех.

– Что? Ты шутишь, что ли? – резко среагировал Йал, сжимая кулаки.

– Ещё б я шутила в такой ситуации!

– Да что ж с тобой такое! У тебя галлюцинации от страха, а мы за тобой ещё попёрлись! – парень кричал громко и хрипло, послышался стук его кулака об трубу. – Вот если бы не спрашивала этой тупой вопрос, мы бы догнали эту иллюзию!

– Да тебе лишь бы обвинить меня! – девушка в ответ срывала голос, орала. Только в этот раз интонация Ждйер выражала не злость, а разочарование, – тебя настолько сильно ущемляет, что я задаю такие вопросы?!

– Ещё как!

Тишина. Снова стук об трубу. Тяжёлый стон. Всхлип.

– Ребят, – вступил в разговор Сентйертс. Голос его не выражал определённой эмоции. Только твёрдость, – не начинайте вы опять, сколько уже говорить об этом нужно? Уж лучше вылезем! Ждйер, и ты тоже!

Протяжный скрип раз, еле слышный скрип два, резкий скрип три.

– Так, а Ждйер куда подевалась? – испуганно спросил Сентйертс.

– Да что ты к ней прицепился?! Ты влюбился в неё? Так переживаешь… – и Йал недовольно скрестил руки, сверля всех взглядом.

– Да причём здесь это? – теперь парень звучал так, словно готов вот-вот наброситься. К тому, как самый крупный, он так злостно размахивал руками, что ещё чуть-чуть, и он кого-то задел, – Как же ты не понимаешь, мы должны действовать сообща! А ты с Ждйер всё масла в огонь… подливаешь… – в конце фразы голос его стих и приобрёл вопросительную интонацию. Но Сентйертс вдруг встряхнул головой и рявкнул. – Ой, я даже не хочу говорить об этом! Просто хватит уже всех этих криков! Ждйер!

Как бы ни мигал свет, но он не освещал дальнейшей дороги в этих. Как бы ни было тихо, но от женского голоса не осталось ни следа.

– Ждйер, дай хотя бы знак, что ты там! – присоединился Сенмлак. Его крик вообще не был похож на его обычный голос.

Но всё равно тишина.

– Прекрасно, мы её потеряли! – развёл руками Йал, крича с дрожащими нотками.

– Да что ты говоришь! – Сентйертс задыхался и кричал всё больше, – неужели переживать начал? Чего же ты раньше, дружок, не додумался? Вроде бы строил из себя недотрогу!

Ответа не последовало. Йал отвернулся, сжимая веки пальцами.

– Мальчики, я жива-а-а! – раздалось удивительно радостное эхо от Ждйер. Йал вздрогнул, а остальные встрепыхнулись.

– Отлично, теперь вылезай! – обратился Сентйертс, крича в трубу.

– Я пойду за ним, – и после этих слов раздался длинный и отдаляющийся крик, заставляющий вздрогнуть и трубу, и доски, точно она скатилась с какой-то горки… Или её кто-то тащит?!

Сентйертс чуть ли оттолкнул всех остальных, с грохотом и сплошными стуками влезая в трубу, и уже через секунду заскрипели верёвки. Следом направился Сенмлак, что постоянно высматривал и спереди, и сзади. Когда голова в очередной раз обернулась, то посреди мигающих огоньков виднелся хилый силуэт Йала, весь дрожащий и какой-то одинокий. Сенмлак протянул руку прямо перед носом второго парня.

– Ч-что? – слабый и гнусный голос Йала отскочил от стенок трубы.

– Возьми за руку. Скорей.

И миниатюрная, прохладная, от чего-то влажная ладонь схватилась за чужую. Сенмлак нахмурился, и за возможную секунду попытался разглядеть что-то лицо спутника, а после вздохнул и потянул Йала за собой, следуя за Сентйертсом.

Крик Ждйер всё ещё раздавался. Он становился тише и тише, но это не мешало всему этому месту трястись, будто от небольшого землетрясения. Вместе с эхом приходил ветер… Не такой, какой был тогда, когда только замигал свет. В этот раз это словно тонкий, слабый сквозняк…

– Правая горка! Красная! Парни, не отставайте! А-а-а! – кричал Сентйертс где-то впереди. Сенмлак сильнее хватал влажную ладонь Йала, заставляя тянуться за собой.

Вот она. Права сторона. Красная горка. Шаг и… резкий спуск. Нет, это не просто скатывание. Это самое настоящее свободное падение, как и тогда, при переходе из столовой в этот детский развлекательный центр.

Снова девчачий визг. А затем громкое:

– Тут какая-то чёрная комната, а спереди меня дверь…

Но всё это перекрыл чей-то резко начавшийся, и так же резко закончившийся писк. Сенмлак услышал это выше себя и, несмотря на столь неудобные обстоятельства, постарался ещё крепче держать ладонь Йала.

Всё повторяется. Никто не ошибался: это идентичное падение. Как с дивана. Всё повторяется.

– Мальчики! – девушка радостно подбежала к ним, опускаясь на колени и осматривая каждого. Женская рука долго продержалась на Сентйертсе, еле дотрагивалась до Сенмлаке и отрывистыми движениями касалась Йала. С глаз девушки свободно капали слёзы.

Первый встал с небольшим кряхтением. Второй был абсолютно бесшумен. Третий продолжал дрожать.

– Вот уж не думала, что Йал и правда так визжит, – Ждйер прыснула в кулак.

Но Йал никак не отреагировал. Он держал голову опущенной, ладони с бешеной скоростью обтирали ткань его одеяния, оставляя слабые влажные следы. Заметив это, девушка широко улыбнулась, но промычала, лишь загадочно промычав. Сентйертс недовольно кашлянул и затопал ступнёй. Сенмлак хрустел пальцами.

– Неужели нам удалось заткнуть мальчика Йала? – девушка сзади скрестила руки и покачивалась взад-вперёд, разговаривая наигранно-игривой интонацией.

Йал всё ещё молчал. Сентйертс кашлянул громче и грубее.

– Ого, оказывается, мальчик Йал может…

– Я не слабак, чтобы на такое вестись, – парень всё-таки заговорил, но очень поникшим, усталым и не просто дрожащим, а трясущимся голосом.

Ждйер самодовольно фыркнула, оглядывая остальных. Но как только завидела грозный взгляд Сентйертса, она вздохнула, оглядывая как бы напоследок Йала, и развернулась.

– Где в итоге существо, за которым мы гнались? – осторожно спросил Сенмлак.

– Мы окончательно его потеряли. Но тут только единственный проход, так что, могу предположить, оно убежало туда, – и рука девушки указала вперёд.

Все притихли, пытаясь прислушиваться к пространству вокруг. Как раз из того самого дверного проёма доносился странный, скачущий грохот. К этому шуму вёл длинный тёмный коридор, в конце которого виднелось крохотное пятнышко – свет. Ждйер была впереди всех. Сентйертс подошёл сзади и встал боком, дав возможность остальным разглядеть всё то, что предстоит им ждать.

Но если прислушиваться лучше, то и не совсем это был грохот. Какой-то протяжный, нарастающий гул, как будто бы кто-то тяжёлым поршнем выталкивал звук вперёд. На какой-то промежуток времени это затихало, но рано или поздно этот шум повторялся из раза в раз.

– Думаю, надо идти, – заговорила Ждйер отстранённо, наклоняясь вперёд. – Если так долго будем стоять каждый раз и всматриваться, то точно не выберемся и не найдём ту тень.

– И ты не сомневаешься, что эта тень – то, за чем следует идти? – прежним спокойным голосом спросил Сенмлак, глядя прямо на Ждйер.

– Если она здесь появилась… – девушка равнодушно ответила, поворачивая голову в сторону Сенмлака. Но её фраза звучала незаконченной, потому что отвлеклась. Потому тяжёлый взгляд Ждйер пересёкся с блестящими и какими-то необычно глубокими, отчаянными глазами Йала, которые сами скрывали недосказанность. Потому что в этот момент у девушки что-то колючее расплылось в груди. Эти иголки, казалось, тонкие и мелкие, ни на что не годные, но как точно они резали мягкие органы внутри…

Ждйер со всеми ощущениями и мыслями даже не заметила, что смотрела слишком долго. За это время Йал успел увести взгляд, и кучу раз восстановить зрительный контакт снова с ощущением разрастающегося и давящего его страха.

Девушка отвернулась, слегка отдышавшись; почувствовала какое-то лёгкое прикосновение больших рук к своим плечам, но она ими тут же встряхнула, глядя в коридор.

Вот снова очередная комната, очередные приключения. Ранее одинаковые одеяния стали теперь окрашиваться в свои уникальные цвета. Ранее одинаково застрявшие люди встали теперь в свои собственные тупики. Что же будет дальше? Вряд ли неизвестный забыл про установленные правила. Вряд ли всё становится ясней. И вряд ли это середина… Потому что они ещё не дошли до начала