Читать книгу Хроники Геба: Наследники Крови. Часть 1 - - Страница 6

Дорога до поместья прошла в тяжёлом, усталом молчании. Все мы были измотаны и берегли силы для предстоящей зачистки. Путь занял не больше десяти минут, и вскоре перед нами возникло наше новое «владение» – старый, обветшавший одноэтажный дом из потемневшего камня. Его окна были подобны слепым глазам – тёмные, непроницаемые, словно предназначенные для обитателей, чей взгляд не терпит солнечного света.

Рядом с домом ютился увядший сад. Две развалившиеся каменные скамьи, обращённые к заросшему пруду с водой, цветом напоминающей ядовитую патоку, довершали картину запустения. Чуть поодаль виднелись пять кривых надгробий. И ни намёка на ограду – ни забора, ни частокола. Место было до безобразия унылым, но выбирать нам не приходилось.

Пока я, Дрэдрилл и Казимир изучали массивные двойные двери особняка, Синдер и Гурпс решили осмотреть сад.

– Да-а… – раздался недовольный голос дварфа. – Капитальный ремонт – это мягко сказано. И эту зелёную жижу в пруду лучше сразу вычерпать, пока она сама не выползла.

– Взгляни сюда, – безразличным тоном привлёк его внимание Синдер, указывая костяным пальцем на надгробия.

Гурпс подошёл ближе, скептически скривившись.

– Кто здесь упокоился? Письмена стёрты… Погоди-ка, а этот камень-то странный. – Он постучал по мшистой поверхности костяшками пальц, и раздался глухой, гулкий звук. – Ага! Слышишь? Пустота. Бутафория. Мастера-дварфа такой подделкой не провести!

– Зачем кому-то понадобились фальшивые надгробия? – поинтересовался Синдер, в его глазницах мерцало спокойное любопытство.

– Для «атмосферы», не иначе, – фыркнул Гурпс. – Чтобы гости сразу понимали, куда они попали. Больше тут ничего интересного. Пойдём к остальным.

Тем временем мы с Дрэдриллом и Казимиром тщательно обследовали вход.

– Вроде чисто, – заключил чемпион, отряхивая с перчатки паутину. – Ванесса, ключ, пожалуйста.

Я протянула ему массивный ржавый ключ. С громким скрежетом он вошёл в замочную скважину, но провернуть его не удалось.

– Чтоб тебя! – выругался Дрэдрилл, дёргая ключ с силой. – Заело намертво.

– Дай Казу взглянуть, – я подошла ближе и достала из сумки изящный набор отмычек, протянув его своему творению.

– Совсем забыл, что у нас свой специалист, – кивнул Дрэдрилл.

Но даже искусные пальцы Казимира не смогли справиться с окаменевшим от времени механизмом.

– Кл-люч… зас-стрял… – с усилием прошипел он. – Наглух-хо… Зам-мок рж-жав-вый…

– Чёрт! Совсем заклинило? – в голосе Дрэдрилла снова зазвучало нетерпение. – Может, просто вышибить?

– Никакого «вышибания»! – рявкнул подошедший Гурпс, смотря на дверь с профессиональным отвращением. – Понадобится капля смазки и правильное усилие. Дварфам ведомы секреты любого камня и металла. Позвольте мне.

Мы посторонились, дав ему доступ к замку. Гурпс что-то негромко бормотал себе под нос, капнул на скважину масла из походной фляги, затем с силой, но точно надавил плечом на полотно двери. Раздался сухой, удовлетворяющий щелчок. С протяжным, мучительным скрипом тяжёлые створки поползли внутрь, и на нас пахнуло спёртым, пыльным воздухом, сдобренным сладковатым душком тления.

– Ключ я выну, но потребуется минутка, – сказал Гурпс, снова возясь с замком. – А вы пока осмотритесь.

Мы вошли внутрь. Небольшой прихожий коридор встретил нас разбитым зеркалом в позолоченной раме, в осколках которого причудливо искажались наши силуэты. Потолок, сложенный из каменных плит, почти целиком скрывался под плотными полотнищами вековой паутины. Стены покрывали обои, утратившие былой цвет и узор. Коридор поворачивал налево, где стоял старый двухстворчатый шкаф, а затем направо, ведя в просторный центральный зал.

Зал оказался сердцем особняка, от которого, словно щупальца, расходились новые коридоры. На западе уходил вглубь дома ещё один паучий тоннель, по обе стороны которого ютились шесть крохотных гостевых комнат. В каждой – по скрипучей кровати с истлевшим тюфяком, а в иных – и вовсе сгнившие тумбочки.

Южная дверь вела на кухню и примыкавшую к ней кладовую для припасов. Состояние утвари внушало мало оптимизма: всё было в ржавчине, пыли и явно не использовалось десятилетиями.

Восточная же часть открывала доступ в большую столовую с длинным овальным столом и когда-то богатым, а ныне истёртым ковром. Именно здесь я обратила внимание на высокие окна.

– Стекла особенные, – заметила я, подойдя ближе. – Известный материал, фильтрующий солнечный свет. Такие же стояли в нашем родовом поместье в Мекитаре. Они позволяют вампиру находиться у окна средь бела дня, не опасаясь ожогов.

– Вампир? – Дрэдрилл нахмурился, его рука непроизвольно легла на рукоять цепа. – Не самое желанное соседство, если хозяин всё ещё объявится.

– Согласна, – тихо ответила я, и по спине пробежал холодок. – Мне это тоже не улыбается.

Тишина в столовой была обманчивой. Подойдя к длинному обеденному столу, я уловила тихий, но отчётливый шорох, доносящийся из-под ковра. Он напоминал шелест пересыпающихся костей.

– Что-то тут не так, – предупредила я, жестом подзывая остальных.

Казимир, повинуясь моей мысленной команде, наклонился и приподнял тяжёлый край ковра. В тот же миг из-под него хлынула тёмная, шевелящаяся волна. Это был рой крыс, но не живых – их глаза тускло светились в полумраке, а с костлявых спин свисали клочья гниющей плоти. С визгом они облепили ноги Каза, карабкаясь вверх по его телу.

– Крысы! – вскрикнула я, мысленно приказывая Казимиру сбросить их.

Я отступила на шаг, моя мантия взметнулась, и с лезвия кинжала сорвался стальной веер из игл. Несколько тварей, пронзённые навылет, замертво рухнули на пол. Но одна, уцепившись мёртвой хваткой за подбородок Каза, впилась в него зубами. Сам зомби не дрогнул, но я резко вдохнула от острой боли – на моей собственной шее проступила капля крови. Я прикрыла её ладонью, стараясь не выдать страдания. Такова цена нашей связи – любая рана, нанесённая ему, отзывается и во мне.

Пока Дрэдрилл цепом сбивал с Каза упрямых тварей, воздух снова сгустился от жара. В глазницах Синдера вспыхнули крошечные огоньки, и с его костяной ладони сорвался сгусток адского пламени. Он впился в одну из крыс, и в следующий миг огонь, будто живой и алчущий, перекинулся на соседних тварей, пополз по цепочке, заполыхав синим, неестественным пламенем. Через несколько секунд Казимир стоял, окутанный едким дымом, среди груды обугленных трупов. Его одежда немного тлела, но само тело, к счастью, не пострадало.

– Ого… Впечатляюще, – выдохнула я, всё ещё чувствуя жгучую боль на шее.

– Не стоит благодарности, – безразлично ответил Синдер. – Пламя обжигает того, кто потеряет бдительность.

– Но ты управляешь им с искусством мага, – заметил Дрэдрилл, счищая с цепа пепел.

– Нет, – коротко и окончательно отрезал Синдер.

В этот момент к нам подошёл Гурпс, победно поднимая извлечённый ключ.

– Так, что я пропустил?

– Ничего существенного, – отозвалась я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Просто навели порядок.

Осмотрев столовую и не найдя ничего ценного, мы двинулись дальше. Из главного зала арка вела на север, в просторную гостиную. Пахнувшая пылью и пеплом комната хранила унылую мебель: потертое кресло у давно потухшего камина и несколько полуразвалившихся стульев. Отсюда вели два пути: налево – в главную спальню, и направо – где из полумрака уходила вниз узкая винтовая лестница из чёрного камня.

И тут наше внимание привлекло движение. В кресле, неестественно изогнувшись, сидела… отрубленная рука. Кожа на ней была высохшей и пергаментной, пальцы шевелились. Увидев нас, она приподнялась на ладони и принялась махать, словно в дружеском приветствии.

Ползущие руки – одна из самых простых форм нежити, базовый инструмент в арсенале любого Реаниматора. Хотя, с моим-то уровнем даже на создание такой мелочи ушли бы недели. Они общаются жестами или шипящими звуками, выпуская воздух через невидимые магические поры. Как это работает? Это работает – и не задавайте глупых вопросов.

С помощью угля из камина и клочка пожелтевшей бумаги нам удалось кое-как понять, что руку зовут Аргун Аннигилятор, и когда-то она принадлежала могущественному орку-берсерку. Аргун, тыча пальцем в нарисованные картинки, поведал, что его бывший хозяин, маг по имени Кхалакх, давно мёртв. А ещё – что в главной спальне есть потайная дверь, ведущая к каменному алтарю, где маг проводил свои тёмные ритуалы.

И наконец, обращаясь к нам как к новым владельцам поместья, Аргун взволнованно зажестикулировал, умоляя разобраться с «заразой», что поселилась в подвале. На наш вопрос, что же это такое, он лишь отчаянно затряс пальцем, изображая нечто ужасное и неописуемо злое. Этого было достаточно. Подвал манил во тьму, и нам предстояло в неё спуститься.

Нашу беседу с ползучей рукой прервал приглушённый скрип, донёсшийся со стороны входа. Обменявшись насторожёнными взглядами, мы вернулись в прихожую. Старый двухстворчатый шкаф, который мы ранее проигнорировали, теперь был приоткрыт. Из узкой щели на нас смотрела пара тусклых, лишённых разума глаз.

– Кто-то у нас в гостях, – тихо прошептал Гурпс, крадучись направляясь к входной двери, чтобы перекрыть путь к отступлению.

Дрэдрилл и Казимир, действуя синхронно, с двух сторон подошли к шкафу. По сигналу они рывком распахнули створки. Внутри, прижавшись в углу, сидел зомбированный тролль-детёныш. Его тело было прогнившим насквозь, а запах, исходивший от него, заставил нас отшатнуться. Существо пронзительно взвизгнуло, выпрыгнуло из укрытия и, не разбирая дороги, попыталось проскочить между ногами Каза и Дрэдрилла.

– Куда собрался, незваный гость? – проворчал Дрэдрилл, действуя быстрее, чем думал. Он не стал обнажать оружие, а просто нанёс точный и сильный пинок по заднице тролльёнка. – И не смей больше здесь появляться, уродец!

Существо, получив неожиданное «ускорение», кубарем выкатилось за дверь, которую в тот же миг распахнул Гурпс, и пустилось наутек в сумерки.

– Да, нам определённо нужно починить эту дверь, Гурпс, – проворчал Дрэдрилл, с отвращением вытирая сапог о косяк.

– Займусь этим, как только убедимся, что в этом проклятом месте больше никого нет, – пообещал дварф, с грохотом задвигая засов.

Решив, что пора передохнуть, мы вернулись в гостиную. Синдер простёр руку над камином, и вскоре холодную сырость сменило тепло живого огня. Мы ненадолго присели, делясь впечатлениями. Но долго отдыхать было нельзя – впереди нас ждал подвал.

Спуск по узкой винтовой лестнице оказался на удивление приятным. Воздух внизу был не таким спёртым и затхлым, как наверху; он был прохладным и влажным, пах старым камнем и… относительным покоем. Каменный подвал представлял собой просторное прямоугольное помещение с массивной несущей колонной по центру. Два узких коридора расходились в стороны, уводя в сумрак. Вдоль них виднелись зарешечённые проёмы.

Некоторые из этих комнат явно служили камерами для пыток: на стенах висели ржавые кандалы, а с потолка свисали цепи. В одной, чуть более обжитой, мы нашли журнал владельцев и, к нашему удивлению, потрёпанный портрет. На нём был изображён исполинского роста орк с яростным взглядом – тот самый Аргун Аннигилятор, чья много говорящая рука сейчас грелась у нашего камина.

– Как думаете, сам Кхалакх тут почивал? – поинтересовался Гурпс, заглядывая в один из открытых каменных саркофагов в маленьком семейном склепе.

– Сомневаюсь, – покачал головой Дрэдрилл. – Если окна защищены, вампиру нет резона спать в подвале.

– И какой уважающий себя вампир станет спать не в гробу, а в каменном ящике? – добавила я с лёгкой брезгливостью. – Это дурной тон.

Наше «наследство», однако, не ограничивалось одними лишь костями. В одном из саркофагов мы обнаружили сложенные в идеальном состоянии кольчужные доспехи и прочный щит. Без лишних слов Гурпс и Дрэдрилл, как самые крепкие в отряде, принялись делить добычу, с удовлетворением укладывая её в свои и без того нелёгкие сумки. Хоть какая-то польза от этого мрачного места.

Но самое страшное ждало нас впереди. Пройдя по узкому коридору, мы вышли в обширный зал, и от увиденного у нас перехватило дыхание.

Посередине зиял прямоугольный бассейн, доверху заполненный бьющейся, пульсирующей живой плотью. Она извивалась, словно клубок окровавленных змей, а из её глубин доносились приглушённые, душераздирающие стоны – последние отголоски тех, чьи жизни и души были перемолоты в эту утробную массу. До самого двадцатифутового потолка в углах зала вздымались пирамиды из костей, белые и жуткие в отсветах нашего тусклого света.

– Великие предки… – прошептал Гурпс, бледнея. – Что это за мерзость? Ванесса, ты как Реаниматор, должно же быть какое-то объяснение!

Я с отвращением смотрела на пульсирующую массу, пытаясь найти в памяти хоть что-то похожее.

– Это… не работа некромантии, – наконец выдохнула я. – Некромантия работает с мёртвой материей. А это… это живое. Или то, что имитирует жизнь. Это что-то иное, гораздо более древнее и порочное.

Наш разговор нарушил сухой треск. Несколько костей скатились с одной из гор. Мы замерли.

– Там что-то есть! – Дрэдрилл выставил щит и сделал шаг вперёд, к восточной груде.

Мы не ошиблись. Кости пришли в движение. Из-под них поднялись два искажённых скелета – кадавры. Но это были не просто костяки. В их пустых грудных клетках, словно зловещие сердца, пульсировали многоглазые жуки, чьи хитиновые панцири отливали маслянистым блеском. С западной груды поднялась такая же пара. А за ними, в глубине тёмного угла, зашевелилось нечто крупное, слишком большое, чтобы его можно было разглядеть.

– К бою! – крикнула я, и в тот же миг монстры атаковали.

Это были остовиты – демонические черви, нашедшие себе идеальную броню. Двое из них обрушились на Дрэдрилла, их острые, как стилеты, отростки со свистом рассекали воздух. Несколько ударов пробили его защиту, оставив на доспехах глубокие, сочащиеся кровью раны. Казимир ринулся ему на помощь, но его мощные удары лишь отскакивали от прочного каркаса из костей, не причиняя вреда истинному хозяину внутри.

Воздух снова загудел от жара. Глазницы Синдера полыхали, как кузнечные горны, а вокруг него заколебался невидимый зной.

– Огненный сгусток! – его голос прозвучал как приговор.

Шар пламени врезался в одного из остовитов, и аура Синдера сработала как катализатор, раздув огонь до неистовой силы. Демон запылал, но даже магия огня с трудом пробивалась сквозь его костяную крепость.

– Держись, чемпион! – Гурпс, достав боевой медкомплект, бросился к Дрэдриллу, пытаясь зажать самые опасные раны прямо посреди хаоса. – Сейчас, ещё секунда… Дрэдрилл, бей! Он открылся!

Чемпион, стиснув зубы от боли, нанёс ответный удар. Мы с Синдером остались у края бассейна с плотью, пытаясь прикрыть тыл. Я видела, как остовиты с западной стороны готовятся напасть, но не могла сдвинуться с места – это стоило бы нам драгоценных секунд.

Недолго думая, я воздела руки, взывая к тёмному покровителю некромантии.

– Ургатоа, благослови нас своей суровой дланью!

От меня разошлась волна тёмной энергии, аура боевого благословения, которая должна была направить руки моих союзников и усилить их ярость.

Объединёнными усилиями Гурпса, Дрэдрилла и Каза один из остовитов был наконец повержен. Увидев гибель сородича, второй демон отступил и мгновенно нырнул обратно в свою кучу костей, пытаясь скрыться.

– Скорее, не дайте ему уйт… АААХ!

Я не договорила. Острая, обжигающая боль пронзила меня насквозь. Я посмотрела вниз и с ужасом увидела торчащий из моего живота зазубренный, как лезвие, хвост остовита. Пентаграмма на моей груди вспыхнула ослепительным зелёным светом – и в тот же миг идентичная рана разверзлась на теле Казимира.

– Какого чёрта, Казимир?! Тебя же никто не трогал! – в панике крикнул Гурпс, снова хватая свою аптечку.

– Не время искать того! Нужно к Ванессе! – заорал Дрэдрилл, разворачиваясь и бросаясь ко мне через зал, но его раны замедлили его.

А я уже ослабевала, чувствуя, как тепло жизни вытекает из меня прямо в холодные, жаждущие объятия пульсирующей плоти в бассейне.