Читать книгу Мой барин – кровопиец - - Страница 3
Сказка третья
Оглавление«Он не дышит ночью – он жрёт»
Мне десять было – и я думал: «Может, мать права. Может, он – добрый».
А потом – увидел Машку.
Машка – горничная. Девка – лет восемнадцати. Тихая. Руки – ловкие. Глаза – грустные.У неё осенью умер ребёнок.Сын. Трёх месяцев.«Горячка», – сказали.На самом деле – голод. Молока не было. Хлеб – с полынью.
После смерти – Машка не плакала.Ходила – как тень.Говорила – как через стену.Спала – с открытыми глазами.
Барин это заметил.
Однажды вечером – зовёт её в кабинет.
Не как барин. Как… как старший.
– Зайди, Маша. Поговорим.
Она вошла. Голова – опущена. Руки – сжаты.
Дверь – приоткрыта. Я – у порога, тряпку несу (якобы).
Барин не сидел за столом. Стоял у камина. Жар – большой.
– Садись, – говорит. – Ты измучилась.
Она села. На стул. Не на край – как у нас, а – всей спиной.
Барин налил ей воды. Не вина. Не чаю. Воды – из стеклянного кувшина.
– Пей. Тебе надо.
Она не пила. Смотрела в пол.
Тогда он – сел рядом. Не близко. Но – рядом.
И – взял её за руку.
Не как мужчина. Как… как мать.
– Я знаю, – говорит, – что боль не уйдёт. Но… можно не нести её одной.
Она кивнула. В горле – ком.
Потом – заплакала.
Тихо. Без всхлипов. Слёзы – крупные. Капали на платье.
Барин не останавливал. Не говорил «ну-ну».Он – достал платок. Белый. Чистый.
И – приложил к её глазам.
Не вытирал. Приложил. Как компресс. Чтобы слёзы не лились.
Потом – наклонился.
Не к губам.К уху.
И – шептал.
Тихо. Тепло. Как будто возвращает что-то, а не забирает.
Она – расслабилась. Плечи опустились. Дыхание – стало глубже.
А он – выпрямился.
Лицо – порозовело.
Не от стыда.Не от возбуждения.От облегчения – как у человека, который снял груз с чужих плеч и почувствовал – что мир стал легче.
Я стоял. Тряпка – в руке.
И – видел:– он наклонился к её лицу,– её глаза – закрылись,– слёзы – впитались в платок (тот стал розовым – от соли? от крови в слезах? от чего?),– он – вышел – и румяный, как будто напился жизни.
Утром Машку видел.
Ходит. Работает. Но – бледная
