Читать книгу Меня зовут Гэсэр - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 12

- А что ты мне про этого китайца рассказываешь?

- Теэд, Батуха - Орион - сын переселенца. Они жили среди бурят, говорить по-бурятски ему было удобнее, чем по-русски: хочу я свалить в Китай. Пошли вместе?

- Думаешь, этот твой Ваня ждет тебя?

- Нету Вани. Умер.

- Совсем ты сдурел! И что мы там с голой жопой делать будем? - еще не понял я его намека.

- Золото!

- Что ты говоришь? Ты убил этого Ваню? И золото забрал? - Орион молча отворачивается. : А меня хочешь взять с собой, чтобы съесть по дороге?

- Не убивал я его. Он до нас еле дошел. Сам отдал отцу золото. Просил, если доберется до Китая помочь его жене и сыну. - так уж я поверил. Его отец приехал нищим. Потом на почтовом станке построил большой постоялый двор. А потом и в городе что-то строил. Поговаривали, что некоторые постояльцы терялись после ночевки у него.

Повстанческая организация начала сформировываться прошлой осенью. В её руководстве были опытные люди, ещё десять лет назад воевавшие с семёновцами, костяк составляли эти партизаны. Недовольство властью большевиков назревало давно. Советская власть уже набрала силу и приступила к индустриализации страны. Эти веяния добрались и до наших краёв. Для ускоренного строительства индустриальной экономики стране были необходимы средства и рабочие руки. И те, и другие можно было найти только на селе. Богатевшие крестьяне не умели, да и не слишком стремились работать на рынок: скудная забайкальская земля и суровая погода плохо располагали к ведению товарного сельского хозяйства. Излишки продукции всё же были, но государство стремилось изъять их по твёрдым ценам,и деньги, полученные за сельхозтовары не покрывали затрат на производство. Сеялки, тракторы и прочая техника стоили огромных денег. Осилить их покупку могли только крупные хозяйства. Поэтому стали организовываться колхозы. Мощное идеологическое и силовое давление на крестьян нарастало, и именно это вызвало бурю недовольства. Борьба с кулаками, с зажиточными хозяйствами, их раскулачивание привели к вооружённому сопротивлению.

Конечно, повлиять на ход истории я не мог. Но что-то сделать, чтобы предотвратить бойню я был должен. Имея знания будущего и прошлого. Имея некоторые, почти, волшебные возможности мне предстояло в этой маленькой части земли предпринять действия для улучшения собственного и окружающего народа благосостояния.

Выступление восставших было намечено на начало марта 1930 года. Оно обречено, это было ясно сразу. К тому же, повстанческая организация была с самого начала под колпаком ГПУ, там знали все, кроме планировавших присоединиться к восстанию бурятских улусов. Связи с семеновским подпольем были налажены, через границу переправлены винтовки с боеприпасами, и на руках сохранилось кое-какое оружие. Но партизанские отряды не имели шансов против регулярных частей красной армии, вооруженных пулеметами и артиллерией. Руководители повстанцев уверяли, что выступление будет повсеместным, и что в восстании примут участие горожане и,даже, военные. Я знал, что это не так. Все походило на грандиозную провокацию. Возможно, какой-то зарубежный разведывательный центр отрабатывал проплаченные деньги, возможно, в надежде на международный резонанс. Но по моим наблюдениям выходило, что будущие провокации стали результатом оперативной работы правоохранительных сил, для определения скрытых и потенциальных сторонников вооруженной борьбы с большевизмом, на случай прямой интервенции на Дальний Восток Японии, которое намечалось на 1933-34 год.

Необходимо было помешать выступлению.

А что делать дальше? Придумаю потом.