Читать книгу Сын бандита. Ломая запреты - - Страница 9

***

– Лия, здравствуй, – слышу голос мамы в трубке и ничего не чувствую.

– И тебе здравствуй, – отвечаю я в тон ей. – Что-то случилось? – сразу спрашиваю.

Она не звонила мне с тех самых пор, как я уехала. Даже не поинтересовалась, как я обустроилась, доехала ли вообще. И если в первые дни, особенно ночью, от этого было больно, то сейчас я поняла, что просто мешала ей.

– Я что, не могу позвонить дочери? Почему сразу должно что-то произойти? – вопрос за вопросом спрашивает мама, а я закатываю глаза.

Я собираюсь на пары. Ксюша убежала в душ, пока его не успели занять, так что могу не держать себя в руках.

– Если на этом всё, то мне нужно собираться. Я на учёбу могу опоздать, – решаю всё же ничего не говорить, хотя внутри просто горит буря эмоций.

– И всё? Ты больше ничего не хочешь мне сказать? – и снова вопросы.

– Мама, зачем ты позвонила? – отвечаю вопросом на вопрос и начинаю злиться. – У тебя что-то случилось? Или ты снова решила рассказать, что я неблагодарная, а ты только обо мне и думаешь?

– Дрянь, – слышу шёпот мамы и содрогаюсь от тембра её голоса.

Вероятно, она думает, что я не услышала, но в мобильных слишком хороший микрофон.

Отключаюсь. Не хочу больше ничего слышать. Я прекрасно помню, что она обо мне думает. Мне хватило того, что, когда я нуждалась в её защите, она защищала другого. Совершенно чужого ей ребёнка. Хотя ребёнком этого урода сложно назвать. Наглый, беспринципный мажор. Тот, кто пришёл в дом моего отца и решил, что теперь это всё его.

И если бы не Кирилл Геннадьевич, друг и начбез папы, я бы с ума сошла!

Мобильный вибрирует, оповещая о входящем сообщении. Открываю его и понимаю, что руки начинают подрагивать.

“Неблагодарная! Я звонила сказать, что Гриша решил нас свозить в столицу, показать город. А ты даже не выслушала! Он хотел, чтобы мы вместе провели время…”

Дальше я не дочитываю, закрываю мессенджер и хочу развидеть то, что там написано.

Григорий Завальный – новый муж моей мамы. Но не он тот демон, от которого хочется спрятаться. У Григория оказался сын моего возраста. Эдик Завальный. Тот, кто не знает слова нет. Из-за него мне и пришлось уехать из родного гнезда. Потерять всё!

Как только он появился в нашем доме, мой мир превратился в поле боя. И когда он решил, что теперь ему всё можно, я его ранила.

«Дрянь. Неблагодарная. Бессовестная. Позор для матери», – чего я только не услышала в те дни. Но никто даже не спросил, как же так вышло, что их драгоценный Эдичка свалился со ступенек, сломав руку и разбив голову. И только сам Григорий смотрел на меня так же, как и его сын. Похотливо, жадно, запуская отвращение не только к нему, но и к себе.

И вот сейчас эта счастливая семейка собирается приехать в гости, чтобы провести время вместе.

Что за бред? Я ничего не понимаю, что происходит, и это пугает. Страшно оставаться в мире, где ты никому кроме себя самой не нужна. Страшно понимать, что все вокруг видят в тебе только средство для удовлетворения похоти и низких желаний.

Я помню, как папа мне всегда говорил, какая я у него красавица родилась. Что он будет строго следить за тем, чтобы у меня был самый лучший муж. Вероятно, только папе я и была нужна.

В каком-то тумане я заканчиваю сборы и быстро выхожу из общежития. Ксюшу встречаю по пути и говорю, что подожду её в сквере. В том самом, где меня вчера хотели запугать.

Выбегаю на улицу и с разбегу влетаю в твёрдую грудь, а на плечи ложатся сильные, горячие руки.

– Ты просто ходячая катастрофа, – слышу недовольный голос над головой и поднимаю взгляд.

– Пусти, – произношу севшим голосом, но не дёргаюсь.

– У меня другой план, – усмехается Давид и дергает меня к себе ближе, обхватывая талию рукой.

– Чернобор, ты переходишь границы, – задыхаюсь я от его близости.

И все те болезненные эмоции, которые я испытывала ещё несколько минут назад, просто испаряются, заставляя мое сердце ускориться от его присутствия. Запрещаю себе думать о том, что мне нравится, как пахнет Давид, но мозг уже отмечает эти детали, быстро пряча их в укромные уголки сознания.

– Это не я тебе глаза из перцового баллончика обработал, – скалится Чернобор. – Так что поступим так: ты слушаешься меня, а я сделаю так, чтобы ни одна змеючка больше не тронула тебя.

И столько высокомерия и уверенности в его голосе, что меня это выводит из себя.

– А тебя кто-то просил о помощи? Или я нуждаюсь в защитнике? – засыпаю его вопросами и понимаю, что все, кто выходит сейчас из общежития и спешит на пары, задерживаются, обжигая нас взглядами. – Мне не нужны проблемы. Ты мне создаешь их своим присутствием. Я не общаюсь с такими парнями!

Последнее добавляю уже шипя, пытаясь оттолкнуть от себя Чернобора, но он будто не слышит моих слов.

– А такие, это какие? – задаёт он неожиданный вопрос сильнее вгоняя пальцы в мой бок.

– Наглые, циничные, жестокие засранцы! – отвечаю я не задумываясь. – Отпусти, ты делаешь мне больно, – последнее добавляю, вгоняя ногти в руку Давида.

Он так резко отпускает меня, что я чуть ли не падаю, но не отходит. Только голову склоняет так, чтобы наши глаза были на уровне.

– А ты у нас хорошая девочка, да, Лия? – спрашивает с рычащими нотками Давид, а я вижу, как его глаза темнеют, и непонятно, от чего: от злости или желания.

И то и другое плохой исход для меня.