Читать книгу Проклятье прилагается - - Страница 4

Аларик стоял, скрестив руки на груди, глядя на Ровейна с выражением глубокой непоколебимости.

– Нет Вейн. Точно нет.

Ровейн, прислонившись к столу, вздохнул и терпеливо сложил руки.

– Ал, но ты даже не дослушал.

– Я знаю, что ты скажешь, и всё равно нет.

– Ты не можешь отказаться.

– Я могу, – Аларик смерил его холодным взглядом. – Но из уважения к тебе предложу тысячу и один способ, как найти, вычислить и устранить заговорщиков без того, чтобы мне пришлось тащиться в академию.

– Проблема в том, что кто-то из них связан с академией. А значит, чтобы его вычислить, тебе придётся быть там.

Аларик лишь фыркнул.

– Отправь кого-нибудь в роли ученика.

Ровейн поднял бровь.

– Ты представляешь себе взрослого мужика, который притворяется студентом?

– Можно замаскировать, – не унимался Аларик.

Ровейн потер переносицу, потом вдруг замер и, прищурившись, спросил:

– Подожди. Это не из-за детей, верно? Ты ведь не боишься детей?

Аларик молчал.

Ровейн прищурился сильнее.

– Аларик… ты что правда боишься детей?!

Тот отвернулся к окну, не сказав ни слова.

И Ровейн расхохотался – громко, искренне и так заразительно, что даже тьма устроившаяся в углу комнаты будто дрогнула.

– Так дело в ней? – выдохнул он, вытирая слёзы смеха. – В нашей дорогой Лане?

Аларик резко повернулся.

– Она не Лана. – Голос его был холоден как сталь. – Она Светка. Зло во плоти и головная боль. Всего один день в академии, и она уже влипла в неприятности.

– Да, но благодаря именно ей мы знаем про заговор.

Аларик открыл рот, чтобы возразить, и… закрыл его обратно. Зло глядя на Ровейна.

– Значит, ты поедешь? – с довольной улыбкой спросил Ровейн.

Аларик бросил на него тяжёлый взгляд.

– Это значит, ты мне должен.

И с этими словами он развернулся и ушёл, даже не закрыв за собой дверь.

Ровейн только усмехнулся.

Площадь академии была заполнена до отказа. Все ученики, от первокурсников до выпускников, стояли, затаив дыхание, в ожидании объявления. Ректор стоял на возвышении, одёргивая мантию и выглядя так, словно пережил три землетрясения подряд.

– По личному распоряжению Его Величества, – начал он, выдавливая слова с очевидной мукой, – в программу обучения вводится новая дисциплина. Она обязательна для всех учащихся… Это будет обучение бою без магии… И…

Договорить он не успел.

Раздался скрип ворот, и все головы повернулись в ту сторону. Кованые створки распахнулись, пропуская внутрь карету с гербом короля. Её прибытие сопровождалось полной тишиной – даже ветер, казалось, затаил дыхание, наблюдая за этим моментом.

Ректор схватился за сердце. Последние два дня были слишком напряжёнными, и теперь, когда к хаосу прибавился ещё и личный визит королевской кареты. Снова, второй за два дня. Он всерьёз задумался, не уйти ли ему в отставку, немедленно.

Карета остановилась. Слуга ловко открыл дверцу, и изнутри, грациозно, но с той опасной плавностью, которая свойственна только хищникам, вышел Аларик. Высокий, внушительный, с холодными глазами грозового неба и тёмными волосами, которые ветер растрепал, придав ему ещё больше пугающего обаяния.

Вся женская половина академии ахнула. Затаённые вздохи, восхищённые взгляды, мечтательные улыбки. Кто-то даже прижал руки к груди, пытаясь совладать с внезапно участившимся сердцебиением. Но этот момент благоговейной тишины был безжалостно разрушен радостным визгом. Раздавшимся где-то слева.

Аларик напрягся. Медленно повернул голову в сторону крика и встретился взглядом со Светкой, которая… едва ли не подпрыгивала от счастья. Её синие глаза сияли, рыжие волосы развевались, а вся её поза вопила об одном: "Теперь, ты от меня не спрячешься!"

Аларик закрыл глаза, выдохнул и обречённо подумал, что эта миссия окажется куда сложнее, чем он ожидал. Он поднялся на возвышение рядом с ректором и окинул собравшихся холодным взглядом. Его глаза цвета грозового неба скользили по лицам студентов и преподавателей, цепляясь за каждую эмоцию, за каждый вздох, за каждую тень беспокойства.

– Я герцог Аларик Равенмор, – его голос звучал ровно, почти лениво, но в этой лености таилась сила, от которой спины сами собой выпрямлялись. – Прибыл, чтобы исполнить указ Его Величества.

Он сделал паузу, позволяя словам осесть в воздухе.

– С сегодняшнего дня, как вам я надеюсь уже сообщили, – он многозначительно посмотрел на ректора и тот кивнул. – В академии вводится новая дисциплина. Обязательная для всех.

В толпе пробежало напряжение – кто-то удивлённо переглянулся, кто-то шумно втянул воздух, но большинство просто ждали продолжения, не зная, чего ждать.

– Возможно, вам кажется, что это излишне. Что боевая подготовка не для вас. Что академия – место знаний, а не войны. Что вам не нужно уметь сражаться, если у вас есть магия.

Аларик усмехнулся – коротко, бесцветно.

– Я видел магов, которые думали так же. Видел, что с ними стало.

Он снова оглядел толпу, задерживаясь на преподавателях. Искал… кого? Испуг? Тревогу? Нет, вроде все спокойны.

– Ваши убеждения не имеют значения. Вам придётся научиться.

Короткая пауза. Затем он повернулся к ректору и добавил так, словно сообщал о перемене в расписании.

– Тренировки начну завтра. Мне понадобится отдельный полигон, надеюсь вы сможете его предоставить. – Ректор сдержанно кивнул.

С этими словами он спустился с возвышения и ушёл, оставив за собой тишину, которая гулко отдавалась в сердцах собравшихся.

Только когда Аларик ушёл и королевская карета покинула двор академии, толпа словно проснулась от транса. Кто-то шумно выдохнул, кто-то наконец моргнул. Шепот прошёлся по студентам, как порыв ветра по сухой траве – вспыхивая то тут, то там, рождая вихри обсуждений.

– Ты видела его глаза? – восторженно шептала одна девушка, хватая подругу за рукав. – Грозовое небо! Нет, гроза в октябре! Нет, конец света с глазами!

– У меня чуть мантия не загорелась! – взвизгнула вторая. – Он посмотрел, и у меня внутри всё… прям вспыхнуло!

– Если он будет учить фехтованию, я точно попрошу, чтобы он лично… – девушка осеклась, закатив глаза. – …ну, знаешь. Поставил мне стойку.

Мужская часть студентов, была не столь впечатлена, его появлением.

– Смотри, я – Аларик! – сказал Лекс, вытянув руку, будто держит меч. – Без магии, но с трагическим прошлым и идеальной укладкой!

– Прекрати, – хохотнул Кейл, – у него взгляд, как у тех, кто каждое утро спорит с тьмой и выигрывает. Хотя… – он попытался скопировать ледяной прищур, – мне идёт?

– Тебе идёт только обморок, – заметил Рин. – Упадёшь, если он на тебя посмотрит вблизи.

Светка стояла чуть в стороне. Волосы её растрепал ветер, а глаза – блестели так, будто она только что лично подожгла небеса. Рядом появилась Мисси – с загадочной улыбкой и бокалом сока цвета магмы.

– Слушай, – тихо сказала она, – ну он реально горячий. Холодный, но горячий. Как лёд в перце.

Светка медленно повернулась к ней. Взгляд был таким, что Мисси едва не загорелась на месте.

– Эй… – неуверенно протянула она, – ты что, знаешь его?

Светка гордо выпрямилась, заложила руки за спину, чуть наклонила голову и с абсолютно невозмутимым лицом выдала:

– Я собралась за него замуж. Он пока артачится, но это пока.

Мисси поперхнулась соком.

– Ч-что?! Серьёзно?

– Абсолютно, – кивнула Светка, улыбаясь как кот, который знает, где зарыта курица. – Я – его судьба. Он – пока в отрицании. Процесс знаешь ли не быстрый. Но я терпеливая.

– Это… будет настоящее шоу, вот прям чувствую это, – захихикала Мисси.

– Ага, – довольно кивнула Светка. – Добро пожаловать в мою личную войну за сердце ледяного герцога.

Учительская академии Ардерии. Позже тем же вечером.

Воздух был густ от запаха травяного чая, тонких чар и недосказанности. В углу тикали старинные часы, отмеряя минуты до ужина. Преподаватели сидели за длинным овальным столом, каждый занятый своими мыслями. Только лица говорили больше, чем слова: кто-то нахмурен, кто-то прищурен, кто-то едва сдерживает раздражение.

Первой заговорила магистр Таринда, листая страницы журнала посещений.

– Бой без магии? – она произнесла это, будто пробовала незнакомое блюдо. – Что дальше? Зельеварение без котлов? Левитация на метле? Мы обучаем магов, не гвардейцев.

– Скажи это Его Величеству, – буркнул профессор Нелвар, преподаватель рунических конструкций. – Это ведь он настоял.

– А он – всего лишь исполнитель, – добавил кто-то из младших преподавателей. – Но что за исполнитель! Появился, будто из воздуха, и сразу – командует.

Аэрион Вельтор молчал. Он сидел в кресле у окна, тонкие пальцы сжимали чашку с дымящимся чаем, но взгляд был устремлён далеко за пределы комнаты. Он не вмешивался в разговор, но всё слышал.

– Это прямая угроза академическим традициям, – отрезала магистр Таринда. – Наши ученики обучаются управлять стихиями, разумом, временем. К чему им меч?

– Возможно… – тихо подал голос Аэрион. – …королевство ожидает нечто, чего не было прежде. Новая угроза.

Тишина повисла, как затяжной вдох.

– И ты думаешь, он знает, что именно? – спросил кто-то.

– Думаю, он уже видел это, – ответил Аэрион, и впервые за вечер в его голосе зазвучало нечто ледяное. – А теперь должен убедиться, что и мы будем готовы.

– Но почему он? – не выдержал профессор Ферр, старейший из преподавателей. – Почему не королевская стража? Почему не… кто-то из нас?

– Потому что никого из нас не зовут Равенмор, – сказал Вельтор. – А это имя… в былые времена внушало ужас не только врагам короны, но и самим королям.

Медленная тишина растеклась по комнате, как тень от угасающего костра. Кто-то вздрогнул. Кто-то, наоборот, вытянулся, будто понял, с кем теперь делит кафедру.

– Нам остаётся только наблюдать, – заключила магистр Таринда. – И надеяться, что он действительно пришёл обучать, а не…

– …присматривать за нами, – подхватил Аэрион, с лёгкой, почти невидимой улыбкой.

И снова – тишина. Затаённая. Напряжённая. Будто весь факультет чувствовал: это не просто новая дисциплина. Это – начало чего-то большего.

Поздний вечер. Коридор жилого корпуса, в котором по всем правилам дисциплины должно быть тихо. Но…

– Ну и где он? – бурчала себе под нос Светка, крадучись по коридору, как очень неосторожная кошка. – Герцог Равенмор. Великий и ужасный. Интересно, он предпочитает люкс с видом на озеро или мрачную башню с воронами?

На ней был халат поверх пижамы, а в руках – светящийся шарик для подсветки. Слишком яркий, чтобы быть незаметной. Но Светка, как водится, считала, что осторожность – это для трусов и бюрократов.

Светка сама не знала куда направляется, но была уверенна, что ей нужно в преподавательский корпус. Оставалось совсем немного когда…

– Стоять, нарушитель дисциплины! – раздался голос, от которого даже привидения за стеной вздрогнули.

Светка застыла. А потом, медленно повернувшись, столкнулась взглядом с комендантшей Лависсой Мельдорн, женщиной, которая, кажется, умела чувствовать запах непослушания через три стены.

– Эм… добрый вечер… или уже ночь? – с неуверенной улыбкой протянула Светка. – Я… эм… просто пошла за тёплым молоком. Для желудка! У меня же, знаете, этот… рефлекс полуночного несварения. Очень редкое заболевание.

– Лана Дамнейр. – Комендантша щурилась так, будто читала её мысли. – Ты же не думаешь, что я поверю в эту чушь?

– Ну, я надеялась… – Светка виновато прикусила губу. – А можно я хотя бы узнаю, где поселился красавчик, что сегодня прибыл? Только из академического интереса, разумеется.

– В своей комнате, как и положено взрослому мужчине. – Голос Лависсы был ледяным, как северный магический шторм. – А теперь марш в спальню. Или я лично обеспечу тебе дисциплинарное взыскание в размере одной недели отработок на кухне.

Светка вскинула руки в притворной покорности.

– Всё, всё, поняла. Мне ну нужна война.

– Она для тебя даже не начиналась, – усмехнулась Лависса, провожая её взглядом до угла.

Когда Светка скрылась, комендантша покачала головой и пробормотала:

– Герцогу Равенмору стоит выдать броню. Или десяток защитных заклинаний. Это ведь только первая.

И прислушавшись, отправилась дальше. Ступая совершенно беззвучно, в сторону приглушённого хихиканья и мышиной возни.

***

– Мисси, а я сегодня увижу его! – Проворковала Светка запихивая в рот кусочек булочки. – Аларик. Неприступный герцог. Мужчина моей мечты.

Мисси закатывает глаза:

– Лана, ты видела его один раз. И всё, уже свадьба?

– Нет, ну подожди, он же появился в моей жизни не просто так! И видела я его не один раз! Как ты можешь разбивать мою хрустальную мечту! – Светка театрально схватилась за сердце.

Ребята за столом едва не подавились завтраком со смеху. А за соседним столом три гарпии – стройные, красивые, с кожей цвета золота и янтарными глазами, – приподняли головы, ловя на слух слово герцог.

– Герцог, говоришь? – промурлыкала одна, стряхивая крошки со стола. – Высокий, чёрные волосы, холодный взгляд?

– М-м, опасный тип, – говорит вторая, задумчиво покусывая губу. – Люблю таких.

– Говорят, он даже с магистрами не вежлив. Значит, независимый. Гордый. – Третья хлопает ресницами. – Хочу.

Светка ловит их взгляды и чувствует, как у неё внутри закипает смесь ревности, паники и желания броситься в бой.

– Не надейтесь, девочки, – произносит она с самым милым видом, который может выдать буря с именем Светка. – Он уже почти мой. Просто пока сопротивляется.

Гарпии синхронно усмехнулись. Битва начинается.

***

Перед полигоном казалось, собрались все обитатели академии, гул стоял, как перед битвой. Сегодня – первый день занятий, и, судя по гулу, словно в улье, сюда сбежались все: новички, старшекурсники, даже преподаватели, которым, казалось, тоже было любопытно, чему же будет учить их студентов, этот Равенмор. На дальнем конце поля, как тень из другой реальности, появился он. Ветер развевает полы тёмного плаща, холодные глаза скользят по толпе.

И снова по толпе студенток пробежал тихий взволнованный вздох.

– О-о-о, это он! – выдохнула Светка, хватая Мисси за руку.

– Да вижу я, – дриада хмыкнула. – Не рявкни, пожалуйста, на весь полигон: «Я тебя люблю, возьми меня в жёны».

Светка подавилась воздухом, но потом гордо расправила плечи.

– Он сам предложит. Когда осознает, какое я чудо.

Мисси прыснула со смеху, прикрыв рот ладошкой. Тем временем из толпы впереди уверенно выступили трое. Гарпии. Они были великолепны. Янтарные глаза, кожа с золотым отливом, грация хищниц. Облегающие платья, выгодно подчёркивающие все их изгибы, но совершенно неподходящие для тренировок.

Одна из гарпий, вдруг громко сказала, проходя мимо Светки:

– Как ты думаешь, он предпочитает умных… или просто красивых?

– Уверена, он предпочитает тех, кто не боится смотреть ему в глаза, – Светка не осталась в долгу.

– Тогда ты уже проиграла, милая, – прошипела другая гарпия и, синхронно с подругами, прошла вперёд.

– Вот же стервы. – прошипела Светка.

Мисси толкнула её в бок, и она обратила внимание на полигон. Аларик стоял в центре и внимательно смотрел на неё. Оказалось что она единственная кто нарушал повисшую тишину. Её щёки зарумянились, не хуже той утренней булочки.

Как только Светка опустила глаза, над полигоном раздался голос Аларика.

– Я понимаю ваши сомнения. Да магия сильна и в бою она даёт больше преимущества чем меч. Но что если вас лишат магии? Что тогда?

– А пусть попробуют. – выкрикнул кто-то из старшекурсников.

– Вы так уверены в себе, молодой человек. – с лёгкой улыбкой сказал Аларик. – Так выходите ко мне. Даю слово, что если я проиграю сражение, тут же покину вашу, Альма-матер.

С трибун спустился высокий, подтянутый парень, с длинными русыми волосами.

– Представьтесь юноша. – сказал Аларик рассматривая своего оппонента.

– Ютин Ларсвейн. Из рода Ларсвейн, маг земли.

– Вам нужно время на подготовку?

– Нет ваша светлость, я готов начинать.

– Ну что ж, тогда начнём.

Толпа затихла. Ни одного движения, ни шороха – только звон тишины и взгляды, прикованные к двум фигурам, стоявшим друг напротив друга на выжженной земле полигона.

– Начинайте, юноша, – спокойно сказал Аларик, будто речь шла о шахматной партии, а не о поединке.

Ютин Ларсвейн кивнул. Его ладони вспыхнули зеленовато-коричневым светом, и земля под ногами дрогнула, как сердце влюблённой девы. Волна камней, пыли и корней ударила в сторону герцога, поднимая клубы гравия и хаоса.

Но он не двинулся.

Просто стоял как скала. Как сама древняя Академия, в чьей тени проводилось сражение.

И в следующий миг – короткий, почти ленивый взмах руки, и что-то металлическое, блеснув в воздухе, упало к ногам Ютина, закрутив серовато-зелёное облако.

– Что это?.. – прошептала Светка, вцепившись в Мисси.

– Антимагическая пыль… – едва слышно откликнулась дриада.

Ютин отшатнулся, закашлялся, попытался призвать магию… и застыл. Ничего.

Словно кто-то оборвал нити его дара.

– Я… я не могу… – его голос дрожал от непонимания и страха. – Магия не откликается…

Гул в толпе нарастал, словно прилив, накрывающий берег.

Тем временем к его ногам, с лёгким металлическим звоном, упал меч. И тут же раздался голос Аларика – ровный, почти вежливый:

– Ну что же вы, юноша. Сражайтесь.

Вздох. То ли толпы. То ли самой академии, увидевшей, как легко можно лишить даже одарённого всей его силы.

Ютин поднял меч дрожащими руками, будто тот весил тонну.

Аларик шагнул вперёд, неторопливо, как будто шёл на вечернюю прогулку.

Ютин с отчаянием поднял меч, с трудом хватаясь за его рукоять. Он сделал неуверенный выпад, его глаза полнились страхом и сомнением. Он не верил в свой успех, как не верит в успех ребенок, шагнувший в неизвестность.

Аларик же в ответ двинулся, как хищник на своей добыче. Одним точным, почти незаметным движением, он выбил меч из рук Ютина, заставив того застыть в неподвижности, потрясённого и растерянного.

Толпа молчала. Не было ни шепота, ни возгласов. Только напряжённая тишина, в которой казалось, каждый почувствовал этот урок. Который только что пережил Ютин – и, по сути, все они.

Аларик снова оглядел всех, его взгляд пронзал каждого, как холодный клинок. Слова, сказанные им, были полны силы и истины:

– Именно для этого нужно учиться физическому бою. Магия – это дар, но без силы тела и мастерства, – она не имеет значения. Учитесь быть сильными не только в магии, но и в физическом искусстве. Иначе окажетесь беспомощными, как этот молодой человек.

Он сделал паузу, обратив внимание на студентов, наблюдающих за сценой.

– А теперь прошу всех, у кого не назначено занятие, покинуть полигон. Уверен, у вас найдется масса дел.

Аларик стоял в центре полигона, будто тень, упавшая с башен Равенмора, а перед ним – выстроившиеся в ряд первокурсники факультета Огня. Глядя на них, он понял одну простую вещь: у судьбы отменное чувство юмора.

Светка, сияя, как рассвет над вулканом, сделала шаг вперёд и широко улыбнулась.

– А индивидуальные занятия будут?

Аларик не ответил, а окинул взглядом собравшихся.

Дракон, ифрит, демон. Трое людей, одна дриада. Три гарпии, и Светка.

“Идеальный рецепт бедствия с гарниром из пафоса и непредсказуемости.”

– Прекрасно, – медленно произнёс он, как будто на зуб попробовал это слово. – Думаю можем начинать. Готовы?

Светка кивнула.

– Да, и к тому же, вы наш новый любимый предмет. Мой так точно. Где брать меч?

Гарпии переглянулись, как три музыкальные ноты одной высокомерной арии. Но промолчали.

Аларик медленно обвёл их всех взглядом.

– Похоже, это будет долгий день. – Он сделал шаг вперёд. – Сначала проверим, что вы умеете. Потом – что можете. А в конце – на что готовы пойти, чтобы остаться в живых.

Аларик поднял руку.

– Начнём пожалуй с кинжала, меч вам ещё рано. Без магии. Не заставляйте меня лишать вас её искусственно, вам не понравиться.

Гарпии синхронно охнули.

– Кинжал? – протянула одна, как будто услышала слово "грязь" на балу. – А разве нельзя просто смотреть, а не участвовать… в этом…

– Обучение одинаково для всех, леди, – холодно сказал Аларик. – Умение уберечь себя – это не только улыбка и каблуки.

Мисси тихонько шепнула Светке.

– Он что, реально заставит гарпий драться на шпильках?

– Если заставит – я ему памятник поставлю, – ответила та, сияя как самая счастливая катастрофа в Академии Ардерии.

– Я тоже за памятник. – влез в их разговор Кайрен.

– Вот с вас и начнём. – сказал Аларик глядя на Кайрена. – Что вы знаете об искусстве боя?

– Много чего. – С гордостью в голосе произнёс дракон. – Желаете проверить профессор?

– С удовольствием.

Кайрен отошел к стойке с оружием и оценивающе осмотрел мечи. Достал один и взвесив в руке, довольно улыбнулся.

– Я готов. – сказал он вернувшись в Аларику.

Группа отошла к трибунам освободив им место для манёвра. Меч Аларика блеснул на солнце, бой начался. Кайрен уверенно отбивал атаки Аларика. Не забывая стараться зацепить его. Звон стали наполнил полигон.

– А ты молодец. – сказал Аларик парируя очередной выпад.

Кайрен лишь улыбнулся и сменил позицию.

Аларик подался вперёд. Одно мгновение – и полигон вздрогнул от резкого выпада. Кайрен успел отступить, отразить удар, а потом – будто по наитию – закрутил клинок в сложной связке приёмов. Он не просто знал технику. Он ею дышал. И пусть это дыхание было ещё юным, в нём уже чувствовалась ярость драконьей крови.

На трибунах зашептались.

Светка, затаив дыхание, наблюдала за каждым движением. Откуда в Кайрене такая лёгкость? А в Аларике – эта хищная плавность, как у волка, который давно не охотился, но не разучился быть смертельно точным.

– Похоже, он всерьёз, – прошептала Мисси.

– Кто? – не отрывая глаз от боя, спросила Светка.

– Оба.

И в этот момент клинки снова скрестились. Аларик перехватил меч, и с холодной точностью провёл по дуге удар, направленный в бок. Кайрен едва успел парировать – металл зазвенел, и от удара у парня заломило руку. Он отступил на шаг, но взгляд его пылал.

– Ещё?

Аларик чуть склонил голову.

– Всегда.

Следующий обмен ударами был короче. Аларик сделал ложный выпад, увёл клинок вниз, и мгновенно оказался у Кайрена за спиной. Клинок остановился у шеи дракона – впритык, не раня, но ясно говоря: пойман.

Кайрен застыл. Потом медленно выдохнул.

– Хорошая уловка, профессор.

– У тебя есть талант, – сказал Аларик, убирая меч. – Но ты слишком хочешь победить. Это делает тебя предсказуемым.

Он повернулся к остальным.

– Следующий.

Светка аж привстала, будто её позвали на свидание.

После боя с Кайреном всё пошло предсказуемо.

Дэрис сражался слишком резко, полагаясь больше на силу, чем на технику. Аларик выбил у него меч, даже не вспотев.

Рин вспыхнул буквально – и получил ледяной взгляд в ответ. Магия? Нет.

Кейл, Лекс и Деррен старались, но старание – не синоним мастерства. Аларик комментировал сухо, но честно, и лишь изредка позволял себе саркастическую усмешку.

– Полагаю, ты учился у соседа, а не у наставника. – заметил он одному.

– А ты, похоже, веришь в силу молитвы. – другому. – Только молись быстрее, в бою на это времени не будет.

Затем настала очередь девушек.

Гарпии каким-то чудом оказались впереди Светки. И встали, как три лебедя с позолотой на перьях и презрением в глазах. Каждая – с идеальной осанкой, с идеальной причёской и… с кинжалами, который они держали так, будто это змея, случайно оказавшаяся в сумочке.

Светка метнула в их спины взгляд, способный прожечь стену.

Мисси, наоборот, пыталась слиться с пейзажем. Она пряталась за плечами других, явно надеясь, что забудут и про неё, и про её существование.

– Ну давай, первая, – хмыкнул Аларик, глядя на гарпию с самыми длинными волосами.

– Леди Вианна Кларесс из Венторны, – гордо произнесла она.

– Назовите ещё свой любимый цвет, может, это поможет вам попасть в цель, – сухо бросил он.

Вианна, увидев блеснувший в руках Аларика кинжал, не нашла ничего лучше, как… завизжать и с силой швырнуть свой – прямо к его ногам.

Светка не выдержала и взорвалась смехом. Ребята подхватили, будто ждали сигнала.

Гарпия одарила всех взглядом, способным испепелить урожай на милю вперёд, затем зыркнула на самого герцога. Аларик и сам с трудом сдерживал улыбку. Таких воительниц ему видеть ещё не приходилось. Вианна, фыркнув, развернулась на каблуках и демонстративно пошла прочь, плюхнувшись на скамью с выражением «обиделась на человечество».

Сильвира недалеко ушла… В буквальном смысле. Подвернула ногу, каблук жалобно хрустнул, и под дружный хохот публики она с достоинством, насколько это вообще было возможно, проследовала за Вианной.

И вот тогда вышла она – Тиэлла. Спокойная, как лебедь на зеркале пруда, и расчётливая, как налётчик в банке. Она неспешно сняла туфли, и мягкой походкой подошла к Аларику.

– Профессор… – её голос был сладок, как вишнёвый ликёр. – Мне бы не хотелось… опозориться в ваших глазах. Не могли бы вы… показать мне, как правильно держать это оружие?

Она чуть склонила голову, хлопнула ресницами – и выдала такую улыбку, что от неё растаял бы даже снег в зимнюю стужу.

Аларик смотрел на неё с выражением, будто только что прожевал лимон – с кожурой, семечками и, возможно, с налётом разочарования по человечеству в целом.

– У любого оружия есть рукоять, леди, – выговорил он медленно, по слогам, будто объяснял физику амёбе.

В его голосе не было ни раздражения, ни насмешки – только отчётливая попытка не выдохнуть усталое "ну вот за что мне это всё".

Тиэлла, возомнив себя воплощением богини обольщения и соблазна, надула губки, будто собиралась скинуть туфли в реку и уйти босиком в закат.