Читать книгу Юмористические рассказы о жизни домашних животных - - Страница 4

Попугай Гриша появился у нас уже взрослым и с репутацией. Хозяйка, передавая клетку, сказала загадочно:

– Он разговорчивый.

Мы улыбнулись. Разговорчивые попугаи – это же мило. Как же мы тогда ошибались.

Первое время Гриша молчал. Он сидел, нахохлившись, и внимательно слушал. Очень внимательно. Настолько, что становилось не по себе. Он не кричал, не свистел, не требовал внимания. Он запоминал.

Через неделю он заговорил.

Начал Гриша с простого:

– Ну чтоооо…

Фраза была произнесена моим голосом. Интонация – один в один. Я вздрогнул и оглянулся, решив, что случайно сказал это вслух. Но я молчал. Попугай смотрел прямо на меня и улыбался. Да, попугаи умеют улыбаться. Особенно когда им есть что сказать.

Постепенно словарный запас Гриши расширялся. Он освоил:

– Сейчас приду

– Кто это там?

– Ну я же говорил!

И самое страшное:

– Иди сюда

Последнюю фразу он использовал исключительно в неподходящие моменты. Например, когда я был один дома и мылся в душе. Или когда ночью кто-то проходил мимо клетки. Голос был мой. Абсолютно мой. Барсик в такие моменты вскакивал, Шарик настораживался, а я испытывал экзистенциальный ужас.

Но настоящий талант Гриши раскрылся, когда в доме появились гости. Он терпеливо ждал, пока разговор дойдёт до личного, а потом внезапно вставлял:

– А я же говорил!

Или:

– Ну конечно…

Гости замолкали. Мы краснели. Гриша был доволен.

Однажды он выдал:

– Денег нет

Причём именно в тот момент, когда мы обсуждали отпуск. Тишина стояла такая, что было слышно, как Барсик осуждает нас мысленно.

Гриша прекрасно различал интонации. Если кто-то повышал голос, он добавлял:

– Спокойно!

Если в доме было тихо, он вздыхал:

– Ну что за жизнь…

Иногда он смеялся. Нашим смехом. Не своим. Это было особенно тревожно.

Со временем мы поняли: попугай знает всё. Он знает, кто поздно встаёт, кто ест ночью, кто говорит «с понедельника начну». Он молчал, когда нужно, и говорил, когда было максимально неудобно. Это было не обучение речи. Это была компрометирующая хроника семьи.

Барсик относился к Грише с холодным уважением. Они редко пересекались взглядами, но если это происходило, между ними словно заключался негласный договор о взаимном молчании. Шарик же боялся. Потому что однажды Гриша залаял. Очень похоже. И очень неожиданно.

Под конец дня, когда мы выключали свет, Гриша тихо говорил:

– Спокойной ночи

Иногда добавлял:

– Я всё слышу

Мы не были уверены, шутит ли он.

С тех пор в нашем доме старались думать, прежде чем говорить. На всякий случай.