Читать книгу Чужой свет - - Страница 13

Глава тринадцатая: В логове зверя.

Тишина в лаборатории после обрыва связи была густой, звонкой, наполненной низкочастотным гулом отключенных систем. Зифан застыл у консоли, его пальцы впились в холодный край панели. На полированной поверхности отражалось его лицо – осунувшееся и пепельное.

Он медленно повернулся к Сергею. Молодой человек сидел на краю стула, его плечи были сведены судорогой, а взгляд уставился в пол, словно пытаясь найти в узорах на полимерном покрытии ответ на невысказанный вопрос.

– Кирон… – голос Зифана прозвучал сухо, как шелест пересохшего пергамента. – Столько веков. Мы думали, что он погиб от голода, или же ярость выжгла его разум. Но он выжил. Но какой ценой? Ценой предательства.

– А… кто это? – Сергей поднял голову. В его карих глазах, теперь таких чужих и человеческих, была тень отчаяния.

– Наш потерянный брат, – Зифан отвел взгляд, уставившись в мерцающую голограмму генома на стене. – Именно он был первым. Первой жертвой Луны. В ту ночь… мы потеряли больше, чем брата. Мы потеряли надежду.

Он замолчал, давя в себе волну старой, выжженной боли. Более тысячи лет, это срок, достаточный, чтобы рана стала шрамом. Он не болит, но остаётся на всю жизнь.

– Зифан, прости… – Сергей сглотнул, его голос сорвался на хрип. – Это всё из-за меня. Из-за моей глупости… Из-за меня похитили Катю. А теперь… теперь и их тоже.

Ученый резко обернулся. Его янтарные глаза, обычно скрытые за маской отстраненности, вспыхнули.

– Не смей, – его голос был тихим, но в нем вибрировала сталь. – Не смей брать на себя вину за это. Мы не могли знать о ловушке и о Кироне. И не могли поступить иначе.

– Мы должны что-то сделать! – Сергей вскочил, его кулаки сжались. Отчаяние в его глазах сменилось хриплой, животной яростью. – Мы не можем просто сидеть и ждать! Мы должны их вытащить!

– Как? – Зифан развел руками, и в этом жесте была холодная констатация факта. – Нас двое. Ученый, чье оружие – данные. И человек, в чьих генах дремлет чужой, неуправляемый зверь. Против частной армии, вооруженной, судя по всему, нашими же технологиями. Против того, кто знает все наши слабости. Это не битва. Это самоубийство.

– Тогда дай мне экзоскелет! – выпалил Сергей. – Я смогу его контролировать! Я должен!

– Ты не понимаешь, – голос Зифана стал опасным, шипящим. – Экзоскелет – это симбиот. Он подстраивается под нервную систему, под определенный генетический паттерн. Твой паттерн… иной. В нём есть только часть нашего ДНК. Костюм может счесть тебя угрозой и…случайно активировать то, что ты так отчаянно пытаешься сдержать. Это очень рискованно, Сергей.

– У нас нет выбора! – рев Сергея оглушительно прокатился по тихой лаборатории. Он тяжело дышал, его грудь ходуном ходила под тонкой тканью футболки. – Тарр и Таэлира… они рисковали ради меня. Они не оставили бы нас. Мы не можем поступить иначе. Я не могу.

Зифан смотрел на него несколько секунд, показавшихся вечностью. В его глазах мелькали цифры, вероятности, схемы – холодный расчет разума, привыкшего бороться с неизвестностью. Наконец, он медленно выдохнул. Его плечи, всегда такие прямые, слегка сгорбились под невидимым грузом.

– Возможно… ты прав, – тихо сказал он. – Наше бездействие ничем не поможет. Цена слишком высока. – Он провел рукой по лицу. – Но прежде чем бросаться в пасть льва, нужно узнать все о его клыках. Жесткий диск. Мы изучили его поверхностно. Нужно капнуть глубже. Найти подсказку.

Он снова склонился над ноутбуком Сергея, его пальцы взметнулись над клавиатурой. Записи Афанасьева были однообразными – сухие отчеты, данные сканирований, бессмысленные для непосвященного нагромождения цифр и графиков.

И вдруг он замер. Глаза сузились.

– Вот.

На экране застыло видео с меткой: «Протокол 9-Альфа. Что это значит?»

Афанасьев выглядел измотанным. Под глазами темные круги и нервный тик в уголке рта.

«…сегодня сканер категорически отказался расшифровывать сегмент ДНК глубже 7-го уровня. Просто выдал «ДОСТУП ЗАКРЫТ». У меня допуск высшего уровня! Шестого! Что они скрывают? Что за чертовщина? Что они задумали, черт возьми. Конец записи.»

Зифан почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он понял, о чём речь – план Кирона.

Следующее видео. Афанасьев, кажется, не спал несколько суток. В его глазах горела лихорадочная смесь страха и торжества.

«Взломал. Чёрт побери, я взломал внутренний лог-сервер. Все эксперименты… они не случайны. Это этапы. Как пазл. "Зигорекс" собирает все эти данные для чего-то. Для чего-то крупного. Из этих данных … они собирают нечто. Но, что же это?»

И последнее видео, записанное, видимо, за несколько дней до гибели:

«Нашел. Чертежи. Какого-то объекта. Далеко за пределами города, в старых карьерах. База. Настоящая крепость. Сохраню координаты и схемы на личном сервере, в зашифрованном архиве. На случай, если… если со мной что-то случится. Пароль… пароль «587369». Да поможет мне Бог, я чувствую, что лезу в пасть к дьяволу.»

В лаборатории воцарилась мертвая тишина.

– Вот оно, – прошептал Зифан, и в его голосе впервые зазвучало что-то, отдаленно напоминающее надежду. – Старые, заброшенные туннели, один из них ведёт из лаборатории на заводе прямиком на базу. Наверняка, они не знают о них. Это наш шанс.

– Значит, есть другой путь? – Сергей шагнул вперед, его глаза загорелись.

– Есть лазейка, – кивнул Зифан. Он уже вскакивал, его движения снова стали резкими, точными. – С помощью этого туннеля мы сможем пробраться незамеченными.

***

Оружейная встретила их стерильным холодом и мерцанием рун на черных каркасах. Зифан подвел Сергея к одному из экзоскелетов.

– А сейчас, слушай меня внимательно, – сказал Зифан, его голос был лишен всяких эмоций. – Ты зайдешь внутрь. Система начнет сканирование, синхронизацию. Она будет искать знакомый отпечаток – ифрилийскую нервную систему. Часть её есть в тебе. Но, этого недостаточно. Костюм попытается адаптироваться. Ты почувствуешь… давление. Везде. Будто тебя погружают в теплую воду. Не сопротивляйся. Дыши. Сосредоточься на чём-то важном. На Кате. На желании ее спасти.

Сергей кивнул, он был готов на всё. Он шагнул к раскрывшемуся, словно стальной бутон, каркасу. Материал сомкнулся вокруг него.

Сначала – было темно и очень тихо, он слышал лишь собственный гулкий стук сердца. Потом он почувствовал тепло, разливающееся от позвоночника к его рукам и ногам. Не жар, а приятное, мягкое тепло. В ушах зазвенел высокочастотный писк, мир поплыл. На внутренней поверхности визора, прямо перед глазами, вспыхнули строки:

«Начато сканирование ДНК и нейропаттерна…»

«Ошибка. Неизвестный нейропаттерн».

«Анализ…»

Сергея охватила паника. Клаустрофобия сжала горло ледяной рукой. Он почувствовал, как где-то глубоко внутри, в том месте, где жила боль, что-то шевельнулось. Что-то дикое и неуправляемое.

«Ошибка синхронизации. Слияние невозможно.»

– Зифан! – его крик утонул в гуле нарастающего сопротивления материалов. Костюм будто хотел его выплюнуть.

И тут раздался спокойный, ровный голос, прошивающий панику как раскаленная игла:

«Перезагружаю. Снижаю порог чувствительности. Вношу тебя в белый список… как гибридную сущность. Держись, Сергей.»

Темнота сменилась взрывом света. Полоса загрузки пронеслась перед глазами. И…

«Повтор…Синхронизация завершена. Адаптивный режим активен. Готов к работе.»

И тут он почувствовал, как мир изменился. Почувствовал силу искусственных мышц. Искусственная кожа стала продолжением его собственной. Усиленные костюмом звуки ворвались в его голову, как огромная тугая волна: гул вентиляции где-то на уровне минус три, скрежет шестеренок в лифтовой шахте, даже тихое, мерцающее эхо синих огней на стенах. Он глубоко вздохнул, и в его нос ворвались мощные запахи – озон, пыль, сладковатый химический след самого Зифана, собственный страх, пахнущий медью и адреналином. Он сжал кулак – и услышал негромкий, удовлетворенный скрежет усиленных суставов.

– Невероятно… – его голос прозвучал из динамиков шлема чуть хрипло, но четко. – Я… я все чувствую. Но иначе. Как будто, до этого я был полуслепым и глухим. И эта легкость…

Перед ним стоял Зифан, уже облаченный в свой костюм. Его визор светился ровным алым светом.

– Не забывай о контроле, – сухо сказал ученый. – Костюм теперь, это часть тебя. Твоя воля сейчас – единственное, что сдерживает цепь реакций внутри тебя. Помни об этом. Всегда.

***

Луна висела над промзоной, как выщербленное, ядовитое око. Ее свет, даже отфильтрованный полем экзоскелета, давил на подсознание тупым, древним страхом. На визоре пульсировало: «Мощность П-поля: 99,1%. Состояние – стабильное». Сергей впервые за многие ночи стоял под ее ликом и не чувствовал ломоты в костях. Только глухую, тревогу, где-то в глубине, будто отголоски чего-то страшного.

– Чувствуешь что-нибудь? – голос Зифана в канале связи был чистым, без помех.

– Да… смутную тревогу. Как будто на меня смотрит что-то огромное и равнодушное.

– Хорошо. Поле справляется. Но не расслабляйся.

Они перемахнули через забор – Сергей, после пары неуверенных попыток, совершил прыжок, от которого у него перехватило дух. Его будто подкинули в воздух с помощью гигантской катапульты, с огромной силой. Но приземление вышло неуклюжим – он с глухим ударом, врезался в ржавую цистерну недалеко от забора, оставив глубокую вмятину.

Путь через ангар лаборатории, оказался сущим кошмаром.

Запахи ударили в него с новой, утроенной силой. Обнажив в памяти давно забытую травму. Он почувствовал запах страха – своего собственного, старого, въевшегося в стены. Запах химикатов, которыми его травили. Запах пота и крови охранников, что тащили его, беспомощного. Картины всплывали из тьмы подсознания, острые, обжигающие.

«Связанные руки. Грубый мешок на голове. Смешки за спиной. Острая боль укола. И потом… пустота».

В груди что-то зашевелилось. Что-то темное и злое. Ломота вернулась, тонкой иглой пронзая кости предплечий. На визоре замигал тревожный желтый значок: «Внимание: повышение уровня кортизола. Риск неконтролируемой трансформации.»

– Зифан… – его голос превратился в хриплый рык, чуждый ему самому. – Я… не могу… Он уже здесь… он просыпается…

Он рухнул на колени, его тело выгнулось в неестественной позе. Пластины костюма пришли в движение, готовясь к перестроению. Мир поплыл, замедлился. Из темноты на него смотрели желтые, безумные глаза. Его собственные.

Сквозь пелену затмившее сознание прорвался оглушающий голос. Голос Зифана:

«Сергей! Слушай мой голос! Ты не его раб! Ты – хозяин! Укроти его! Найди поводок и дёрни!»

В этом крике была не просто команда. В нем была ярость ученого, который ненавидел хаос. Была сила воина, которой у Зифана никогда не было. Была воля.

Сергей зарычал, из последних сил цепляясь за сознание. И в этом хаосе боли и страха он увидел что-то. Он увидел, нет почувствовал тонкую, дрожащую нить, уходящую в темноту внутри него. К зверю. Он мысленно, со всей силой отчаяния, схватился за него и рванул на себя.

Раздался звук, казалось из самых глубин души. Глухой, гортанный вопль ярости и… смирения. Боль отступила, словно её отрезали. Сознание хлынуло обратно, чистое, ледяное от потрясения. На визоре желтый значок сменился зеленым: «Состояние стабилизировано. Π-поле: 98,7%.»

Он лежал на холодном полу, тяжело дыша. Зифан стоял над ним, неподвижно, словно высеченный из камня.

– Ты… почувствовал его? – спросил ученый, его голос снова был ровным.

– Да, – Сергей поднялся, его движения в костюме были немного скованными, но твердыми. – Это была… словно другая сущность. Чужая.

– Для нас это не так, – Зифан повернулся, вызывая карту туннелей. Голограмма повисла в воздухе. – Наш зверь – это мы. Просто иная форма мысли, инстинктивный контур. Для тебя… да. Это иное существо. Иная сущность. Паразит, которого нужно приручить. Ты только что сделал первый шаг. Не упусти эту связь.

***

Карта Афанасьева указывала на массивную двухстворчатую дверь в дальнем конце ангара. Панель рядом требовала шестизначный пароль. Зифан достал устройство, похожее на маленького механического паука. На корпусе которого светились мягким синим светом уже знакомые руны Ифрилии. Зифан приложил устройство к панели и начал взлом.

Через несколько секунд массивные двери начали медленно, с жутким скрипом открываться.

Туннель встретил их могильным холодом, спёртым тяжёлым воздухом и многолетней горькой пылью. Они неслись сквозь него, с немыслимой для человека скоростью. Сергей летел, не чувствуя усталости, лишь мощный, ровный гул искусственных мышц и свист ветра в ушах. Его визор, перешедший в режим ночного видения, выдавал лишь смазанную картинку туннеля. Это был полет, полный свободы и безумной радости от силы, которую он ощутил впервые в своей жизни.

За километр до цели, они перешли на шаг. Вскоре на их пути выросли другие массивные ворота – вход в базу. За ними, как показало сканирование, кипела жизнь: десятки тепловых сигнатур, патрули и посты.

– Тут не пройти – слишком много охраны, – констатировал Зифан. Его взгляд скользнул по карте. – Но здесь… есть технический люк. Старая шахта вентиляции. Управление – дистанционное. Примитивное.

Устройство взлома, прикрепленное к панели, мигнуло зеленой руной. Люк с шипением отъехал, освобождая запах старой пыли и смазки.

Лабиринт узких коридоров вывел их прямо под уровень, в котором держали Катю. Сигнал бедствия с костюмов Тарра и Таэлиры всё ещё подавал признаки жизни. Слабый, приглушенный сдерживающем полем. Но достаточный для поиска и спасения. Он разрабатывался, как раз для таких случаев. Они где-то рядом.

– Они прямо над нами, – прошептал Зифан. – Нужно спешить.

– А Катя? Она с ними? – спросил Сергей, в его голосе проступила тень тревоги.

– Не знаю, поле не пропускает другие сигналы. Будем надеяться, что её не увели в другое место.

Когда они, отключив камеры и датчики на пути, ворвались в комнату, картина застыла в их памяти навеки: синяя, мерцающая клетка, а в ней – три безвольных тела. Тарр и Таэлира, похожие на поверженных черных идолов. И между ними – Катя, бледная, как восковая кукла, не подающая признаки жизни.

– Катя! – Сергей рванулся вперед, но Зифан железной хваткой остановил его.

– Поле! – ученый уже сканировал клетку, его визор уже переключился на поиск электромагнитных полей. – Вот…слабое место… здесь. Частотный резонанс.

Устройство взлома, поставленное на стык силовых линий, завибрировало. Синее свечение дрогнуло и вспыхнув ослепительным светом погасло. Прутья бесшумно ушли в пол.

Сергей оказался возле Кати первым. Он снял шлем. Кожа девушки была ледяной, а дыхание – поверхностным, нитевидным. Он прижал ее к груди, слушая слабый, аритмичный стук сердца.

– Катя! Очнись! – в его голосе вновь прорвалась паника. – Она не просыпается, Зифан!

– Сильное поражение нервной системы полем, – сквозь зубы процедил ученый, уже помогая Тарру подняться. – На человеческий организм оно действует как кислота, сжигающая нейронные связи. Еще немного – и было бы поздно. Ей нужно в лабораторию. Срочно.

Тарр и Таэлира приходили в себя, их движения были медленными, разбитыми. Глаза Тарра за алым стеклом визора встретились с взглядом Зифана.

– Кирон… – начал Охотник, его голос был хриплым от действия поля.

– Знаю, – отрезал Зифан. – Я всё слышал. Поговорим об этом позже. Нужно уходить, пока не сработала система безопасности из-за отключения поля.

Как только они выскользнули в коридор, то первый рев сирены прорезал тишину базы. Голос Кирона, искаженный динамиками, прокатился по металлическим стенам:

«Найдите их! Не дайте им сбежать!»

Бег по туннелю обратно был настоящим адом. Сергей, прижимая к груди бесчувственное тело Кати, чувствовал, как каждый его шаг отдается эхом в ее хрупком теле. Сзади нарастал рев двигателей, луч прожектора уже лизнул пятки Таэлиры.

И вот он – Ангар. Родной, проклятый ангар. Зифан метнулся к консоли.

– Блокирую ворота! Прикрывайте!

Массивные створки с оглушительным скрежетом поползли навстречу друг другу. За ними уже слышался визг тормозов, крики.

И в этот момент, в узкую щель между смыкающимися створками, из темноты туннеля метнулся сноп ослепительного синего света. Сгусток плазменной иглы, вырвавшаяся из ствола оружия, которое не должно было существовать на Земле.

Она прошила броню Тарра насквозь.

Раздался не грохот, а глухой, влажный хлюп. Как удар кулаком по мокрому песку.

Тарр замер. Его могучий силуэт дрогнул. Он медленно посмотрел вниз, на свою грудь, где в черной броне зияла аккуратная, светящаяся чем-то зелёным, обугленная по краям дыра.

– Нееет!… – раздался полный леденящего ужаса крик, такой, что сотряс стены ангара. Таэлира.

Охотник медленно, очень медленно опустился на колени. Его шлем повернулся к ним – к Зифану, к Сергею с Катей на руках и к Таэлире, которая застыла в шаге от него.

– Уходите, – прошептал он. Его голос в динамиках был чистым, без хрипоты. Почти нежным.

Затем он рухнул вперед. Черный каркас ударился о бетонный пол с тяжелым звуком. Руны на броне замерцали. Алый свет в визоре потускнел, слышно лишь был сигнал тревоги экзоскелета.

За воротами послышался шум уезжающих машин, который вскоре утих, оставляя их в гробовой тишине ангара с телом того, кто был последней опорой их мира.