Читать книгу Техподдержка - - Страница 3

Спустя час после обнаружения тела в доме разразился кризис пострашнее убийства. Закончились закуски.

Повар Антонио, застрявший из-за бури где-то внизу в Адлере, был единственным человеком, знавшим пароль от холодильной комнаты. А холодильная комната – промышленный морозильник Walk-In, встроенный в скалу, – была защищена биометрией похлеще, чем банковское хранилище.

– Это издевательство! – Кирилл тряс дверцу стального холодильника Sub-Zero стоимостью с хороший внедорожник. – Там внутри фуа-гра, я знаю! Я вижу её через стекло!

– Отойди, ты сейчас сломаешь ручку, – шипела Инга.

Она сидела на барном стуле, грызя ноготь. Гель-лак за пятнадцать тысяч не выдержал стресс-теста.

– Лучше скажи этому… рабочему. Пусть откроет.

Виктор стоял у кофемашины, методично разбирая её внутренности. Ему нужно было чем-то занять руки, чтобы не сойти с ума от общества этих людей.

– Виктор, – позвала Саша.

Она рылась в ящиках, но нашла только вилки для устриц Christofle. Устрицы в комплект не входили.

– У нас тут гуманитарная катастрофа. Мы голодаем уже час. Вскрой холодильник.

Виктор подул в жернова кофемолки.

– Не могу. Там сканер сетчатки. Антонио – параноик, он привязал доступ к своему глазу. Если я попробую взломать замок, система решит, что это ограбление, и пустит туда газ. Фреон. Фуа-гра будет испорчена.

– Нам плевать на фуа-гра! – взревел Коган. – Там есть вода? Вино? Хлеб?

– В кладовке есть сухая овсянка и ящик «Доширака», – невозмутимо сообщил Виктор. – Антонио держит это для себя.

Четыре пары глаз уставились на него с ужасом.

– «Доширак»? – переспросила Инга, словно речь шла о радиоактивных отходах.

– С говядиной. Острый.

Через двадцать минут в роскошной столовой, под люстрой из муранского стекла, разворачивалась сюрреалистичная картина. Четверо запертых на вилле наследников сидели над пластиковыми лотками с дымящейся лапшой. Виктор вскипятил воду в чайнике за две тысячи долларов.

– Гадость, – поморщилась Саша, накручивая лапшу на серебряную вилку девятнадцатого века. – Столько химии… Но горячо.

– Это лучше, чем ничего, – буркнул Коган. Он ел жадно, шумно втягивая бульон. Стресс пробудил в нём зверский аппетит.

Виктор не ел. Он пил чёрный кофе и наблюдал. Пока рты заняты едой, люди становятся разговорчивее. И беззащитнее.

– Итак, – начал Виктор, когда хлюпанье стихло. – Вернёмся к голосу.

Все замерли.

– Вы сказали, что Олег Петрович стоял у окна спиной к вам. Он кричал на Кирилла, потом на Ингу.

– Ну да, – кивнул Кирилл, вытирая рот рукавом худи. – Он был в том кашемире цвета «лосось в депрессии». Стоял, смотрел в телефон. Орал, как обычно.

– А вы видели его лицо? – спросил Виктор.

– Нет, он стоял спиной, – раздражённо ответила Инга. – Я же говорила. Он всегда так делал, когда злился. Игнорировал нас.

– Значит, вы видели спину в лососёвом кардигане, – уточнил Виктор. – А голос? Он звучал как обычно?

– Ну… – Саша нахмурилась. – Немного глухо. Будто он простужен. Или…

– Или будто звук шёл из колонки, – закончил за неё Виктор.

Он встал и направился в гостиную. Остальные, переглянувшись, поплелись за ним, сжимая свои «Дошираки» как обереги.

Виктор подошёл к камину. Огромный, отделанный мрамором портал. Рядом – поленница с декоративными берёзовыми дровами, которые никогда не сжигали, потому что камин был газовым. Виктор присел на корточки и начал перебирать поленья.

– Что ты ищешь? – спросил Коган.

– Акустику, – ответил Виктор. – В этом зале ужасная акустика. Звук отражается от стекла. Если бы человек говорил от окна, его голос звучал бы звонко. А вы говорите – глухо. Значит, источник звука был где-то внизу.

Он вытащил одно полено. Оно было слишком лёгким. Виктор перевернул его. В коре был грубо вырезан паз, в который кто-то затолкал маленькую дешёвую китайскую подделку под JBL.

– Вуаля, – сказал Виктор, поднимая находку. – Вот ваш папа.

Инга ахнула. Кирилл побледнел.

– Значит… – прошептала Саша. – Пока мы тут сидели и слушали, как папа нас отчитывает… нас отчитывало полено?

– Именно, – кивнул Виктор. – Кто-то подготовил эту инсталляцию заранее. Набросил кардиган на вешалку или манекен, разместил у окна и позволил полумраку скрыть детали.

Они посмотрели на окно. Там никого не было.

– Но запись! – воскликнул Кирилл. – Папа отвечал мне! Я спросил про инвестиции, он сказал «Не сейчас, Кирилл». Откуда полено знало, что я спрошу?

Виктор посмотрел на него как на сломанный тостер. Без сочувствия.

– Кирилл, вы спрашиваете про деньги каждый раз, когда видите отца. Это предсказуемый скрипт. Убийца нарезал фразы из старых голосовых сообщений или видео. «Не сейчас», «Отстань», «Инга, не истери». Стандартный набор фраз Олега Петровича. Этого хватило бы на час разговора с вами.

Кирилл покраснел. Осознание того, что его отношения с отцом укладываются в три дежурные фразы, явно ударило по самолюбию.

– Подожди, – вступил Коган. Глаза у него хищно сузились. – Если это запись… Значит, её включал кто-то, кто был в комнате. С телефона.

Он обвёл взглядом присутствующих.

– У кого был телефон в руках?

– У Олега! – воскликнула Инга. – То есть… у манекена.

– И у тебя, Кирилл, – напомнила Саша. – Ты бегал с ним, искал сеть.

– И у Инги! – огрызнулся Кирилл. – Она строчила посты!

– Я отвечала на комментарии!

– А ты, Коган? – спросила Саша. – Ты проверял котировки акций.

Коган фыркнул.

– Я не убивал Олега. Мне это невыгодно. Мы завтра должны были подписать слияние.

– Или поглощение? – тихо спросил Виктор. Он вертел в руках маленькую колонку. – Странно.

– Что странно? – хором спросили все.

– Колонка разряжена, – сказал Виктор, нажав на кнопку питания. – Индикатор не горит. Значит, она села давно. Час назад она бы уже не работала.

Он посмотрел на чёрный зрачок камина.

– Звук шёл не отсюда. Эту колонку подбросили, чтобы я её нашёл. Это обманка. Слишком просто. «Убийца – дворецкий», в нашем случае – полено.

Виктор швырнул колонку на диван.

– Нас водят за нос. Тот, кто это спланировал, разбирается в психологии, но… – он сделал паузу. – Но он не учёл одного.

– Чего? – спросила Инга.

– Что в доме есть человек, который знает, где проходят настоящие провода.

Виктор подошёл к стене, где висела панель управления «Умным домом».

– Колонка не нужна, – сказал он, доставая отвёртку. – Убийца взломал систему интеркома. Голос шёл из динамиков мультирума. Тех самых, через которые дом объявлял тревогу. А чтобы взломать интерком, нужен доступ администратора.

Он повернулся к наследникам.

– У кого из вас есть пароль админа?