Читать книгу Развод в 45. Между нами точка - - Страница 2

Подавшись вперед, я ошарашено уставилась в эту наглую девку, которая смела разговаривать со мной так, словно мы подруги. Затем перевела взгляд на ребенка и сглотнула.

Значит, у него еще и дочь есть?

Сколько же ты мне изменял, сволочь?

– Что, сказать нечего? ― нагло заявила Вика, оставаясь с серьезным лицом, но при этом в глазах было видно радость.

Я улыбнулась. Наигранно, конечно же, но как могла в данной ситуации.

– Почему же нечего? Я просто взрослый умный человек, который не желает поднимать подобные темы при ребенке.

Девицу перекосило от моих слов.

Что, щелкнула по носу?

– Кристина слишком маленькая, чтобы понимать, о чем мы говорим.

Я выгнула бровь и откинулась обратно на кресло. Слушать эту дурочку не было никакого желания.

Красивая стерва, молодая. А малышка? Сколько ей в действительности?

Задавать вопросы тоже не хотелось. В голове крутилось куча мыслей, и некоторые из них просто выматывали, и пугали.

– Не спросишь даже сколько лет нашей дочери?

«Нашей». Решила меня побольнее задеть?

Открыв глаза, я снова повернулась к Вике и осмотрела ее фигуру заинтересованным взглядом. Там было на что посмотреть, чего уж скрывать. Я всегда восхищалась женской красотой, не врала и не завидовала. Наверное, потому что любила себя, следила за своей внешностью.

– Меня больше интересует сколько тебе лет.

Вика довольно улыбнулась, я бы даже сказала засияла, словно начищенный пятак.

– Приятно, что тебя так заботит это. Мне двадцать пять.

Я прищурилась.

– А Кристине три с половиной.

Сердце пропустило удар.

Значит, эта сволочь изменяет мне больше четырех лет.

– Значит, он с тобой по залету остался?

– О нет, Лерочка, мы с ним планировали нашу крошку, ― она мило потрепала дочку по голове.

Меня от ее слов и тона едва не стошнило.

Планировали?

– Так бывает, знаешь? Когда мужчина и женщина влюбляются друг в друга.

Она пожала плечами и достав из сумки носовой платок, неожиданно вытерла глаза в уголках.

– А теперь он без сознания, и я не знаю очнется ли когда‐то.

Я сглотнула и прикрыв глаза, постаралась ровно дышать.

Даже не понимала на что у меня такая реакция.

Я переживала за мужа, как бы больно мне ни было от предательства. Но еще меня смущало то, что молодая девчонка, в двадцать один год легла под мужика, которому за полтинник.

Что с этой дурой не так?

– Вы вместе минимум четыре года. Зачем ты себя обозначила?

– Он мне не разрешал, и сам не хотел говорить тебе. Я приняла решение. Ваши дети давно выросли, ваши отношения исчерпали себя. Думаю, вам больше нет смысла оставаться одной семьей.

– А тебя не смущает, что… ― я бросила короткий взгляд на ребенка и заговорила тише, ― что он каждую ночь возвращался в мою постель?

– У вас уже давно нет секса. Так что… Нет, меня это не смущает.

Наивно с ее стороны. Но пусть и дальше так считает, мне нет до этого никакого дела.

– Ты с ним ради денег, правда? Молодая, красивая, еще и ребенка родила. Что тебе с Борисом ловить? Ему пятьдесят пять.

– Открою секрет, ― выдохнула она томным голосом, словно собралась соблазнять кого‐то, ― мужчины любят разнообразие. Нужно работать не одной дыркой, чтобы держать около себя богатого мужика.

Господи…

Я прикрыла глаза и снова откинула голову на стену.

Что я сейчас услышала? Какой стыд!

Нет, я не была ханжой. Но черт возьми, она юная девица, а он…

Как же мне мерзко.

Но благо ситуацию спас врач. Он вернулся из операционной, стягивая с головы чепчик и вытирая лоб от пота.

Я поднялась, и эта кляча следом за мной.

– Как он? ― тут же подскочила я, надеясь, что не ошиблась и это именно тот самый врач.

– Колосова. Жена, ― выдавила из себя слово, которое неожиданно стало неприятно звучать из моих уст.

Мужчина нахмурился и перевел взгляд на Вику.

– А вы?

– А я…

Последняя буква в алфавите.

– Я ― жена, Валерия Колосова. Паспорт показать?

– Ладно, я вас услышал. Мы провели операцию. У Бориса черепно‐мозговая травма. Его состояние тяжелое, он в коме.

– Как? ― всхлипнула любовница, раздражая меня своим присутствием.

– Сколько он будет в коме? Есть какие‐то прогнозы?

– От суток до двух, трех недель.

– Какая степень?

– Вторая.

Я кивнула. Вторая, не четвертая. Жить будет, подлец.

– К нему можно попасть? ― жалостливый тон Вики прозвучал за моей спиной.

Я обернулись, нахмурившись. Совсем из ума выжила девочка?

– Нет, конечно. Он в реанимации и пробудет там пока не придет в себя.

Задав врачу интересующие меня вопрос, я оставила ему свой номер телефон и покинула больницу, не желая здесь оставаться ни минутой больше. Помочь муженьку я не могу, поэтому, пусть вылеживается и приходит в себя. А у меня пока есть чем заняться. Как минимум, поговорить с детьми.

– Думаешь, если у тебя его фамилия, то тебе и дорога везде открыта? ― позади меня на крыльце остановилась Вика с ребенком.

А я думала уже избавилась от этой неприятной особы. Как же, не уймется, пока яд не сцедит.

– Чтобы ты знала, дочка на него записана.

Я резко обернулась и одарила ее гневным взглядом.

Каждый раз, когда она открывает свой рот, внутренности жжет, а сердце начинает бешено колотиться.

– У Кристины его фамилия. Так что не думай даже, что при разводе он тебе что‐то оставит.

– Ты сначала его вытащи с того света. А потом думай про бабки, идиотка.

Сбежав по ступеням, я быстрым шагом направилась к своей машине. Забралась в салон и сразу же достала из сумки телефон.

Набрал номер дочери. Она ответила после второго гудка.

– Да, мам, привет. Я немного занята…

– Инна, через сорок минут, чтобы вы с Ильей были у нас дома.

– Мам…

– Будет серьезный разговор. Жду вас.

Сбросила вызов сама на себя злясь.

Обычно я так с дочерью не разговариваю.

Но нервы сделали свое дело. Нужно выпить успокоительное и сообщить важную новость детям.

Они взрослые, все поймут.