Читать книгу Развод в 45. Между нами точка - - Страница 3

Сегодня я впервые пожалела, что не имею вредных привычек. Иначе бы точно уже скурила не одну сигарету. Но лишь от одного упоминания этой гадости, мне стало дурно. Не переносила этот запах, чему всегда радовалась. А сегодня нашла дура причину взгрустнуть. Лучше поеду в зал потанцую, там выплесну энергию и домой вернусь уставшей и вымотанной. Сразу и усну, чтобы не думать о том, как мой муж обманывал меня долгие годы.

Сволочь. Как же у него… И так виртуозно скрывал, не подкопаешься.

У меня мысли никогда не было, что он мне изменяет. Я доверяла ему. У нас были хорошие отношения. Он всегда себя позиционировал, как примерный семьянин. И я даже не заметила, как вдруг резко он изменился. Или изменилось что‐то у него внутри.

Подъехав ко двору, я еще некоторое время сидела в машине, не решаясь зайти в дом. Вроде понимала, что дети взрослые, объяснять на пальцах ничего не придется, а все равно волновалась. для них семья ― это мама и папа. Мы всегда были вместе, вчетвером. Все праздники ― Дни рождения, утренники, Новый год. Другого они не знали. И пусть сейчас каждый из них жил своей жизнью, отдельно от нас. Они всегда приезжали к нам с папой.

Подняв голову с руля, я поняла, что мои щеки мокрые от слезы. Плакала безмолвно и даже не заметила, погрузившись в свои мысли.

Мне очень хотелось поговорить с Борисом, но одно для себя я решила точно ― как раньше уже не будет. Я не смогу жить с человеком, который меня предал. Так мерзко и гнусно. Так отвратительно. Таскался домой после любовницы. Приходил с улыбкой на губах, адресованной мне, а сам перед этим гулял со своим ребенком.

Как же это больно.

Выдохнув и вытерев слезы, я заехала во двор и притормозив, осмотрелась.

Что со всем этим делать я не понимала. Или пока не хотела даже думать об этом. Но как же я была благодарна своему отцу, который когда‐то дал мне хороший совет, и я прислушалась к нему.

Забрав свои вещи и купленные по дороге цветы, на кой черт я их взяла не понимаю, я зашла в дом. Дети уже ждали меня. Инна подметала рассыпанную крупу, а Илья, хмурясь, сидел за столом с чашкой кофе.

– Привет, ― выдохнула я, проходя на кухню и присаживая за стол.

– Привет, мам, ― напряглась дочка, отставляя веник с совком в сторону.

– Что‐то случилось? ― Илья нахмурился еще сильнее.

Я кивнула.

Сын подобрался, отставил чашку и подался вперед.

– Дочка, присядь.

– Мам, ты пугаешь нас! ― возмутилась она, присаживаясь там, где обычно сидит отец, во главе стала.

– У меня для вас две новости.

– Ты плакала, ― Инна протянула руку и накрыла мою ладонь.

Я постаралась сделать лицо, как можно проще. Но душевная боль все равно одолевала меня. не так просто признаваться детям в том, что их отец мудак.

– Отец сейчас в больнице. Попал в аварию.

– Как?

– Как он?

– Ему сделали операцию. Он сейчас в коме. Жить будет, не волнуйтесь.

– Говоришь, как врач, ― возмутился Илья, хватаясь за чашку.

– Вторая новость. Тоже не самая приятная.

– Я еще от первой не отошла, мам.

Инна сжала мою ладонь в знак поддержки, а я порадовалась, что моя девочка умеет сопереживать людям. Сын всегда был более холодным. Но от этого я не люблю его меньше. Они вдвоем мои дети, самые родные люди.

– У отца есть другая семья. Это не просто любовница. У них общая дочь.

– Какого… Мам, ты сейчас серьезно? ― я подняла глаза на Инну и увидела на ее лице не то, что удивление, она была ошарашена.

Я свободной рукой накрыла ее ладонь. Моя девочка, ей больнее всего. Она всегда была ранимой и чувствительной. Всегда остро реагировала и долго переживала. Вот это мне не нравилось. Я не хотела, чтобы моим детям было больно.

– Серьезнее некуда. Ей двадцать пять.

– Фу, какой ужас!

– Что ужас? ― неожиданно произнес Илья, привлекая наше внимание. ― Красивая телка. Неудивительно, что отец на нее запал.

– Что?

Я чуть дар речь не потеряла от услышанного.

– Ты о чем, Илья? ― возмущенно спросила Инна, и я заметила, как по ее щеке скатилась слеза.

– Ты… ― слова давались мне сложно, каждый раз пытаясь что‐то сказать, я не знала, как это сделать лучше, чтобы никого не задеть, ― ты хочешь сказать, что знаешь об этом?

– Знаю. Видел их один раз у торгового центра. Кристина, кстати, прикольная девчушка. И на батю похожа.

Вы когда‐то слышали удар кнута? А представляли, как больно он бьет? Примерно то же самое я сейчас ощущала от слов сына. От человека, которого я родила, воспитала, вложила всю любовь и заботу.

Он говорит, что знает о второй семье отца.

Это как вообще?

– Илья, ты гонишь? Ты знал и молчал?

– Ты когда‐нибудь слышала о мужской солидарности? ― хмуря брови, недовольным взглядом полоснул сестру.

– Ты сумасшедший?

– Дочь, тише‐тише. Успокойся. Илья, а ты когда‐нибудь слышал об уважении к матери?

– Мам, давай без этого, ладно? Время идет, мужику хочется молодого тела. А ты увы, уже тетя в возрасте.

– Как ты смеешь? ― прошипела я, сжимая руку в кулак.

– Илья, ты совсем охренел? ― не унималась дочка.

А у меня больше не было слов. Зато они были у моего сына.

– Твой поезд ушел, мам. Смирись. Вяжи крючком и читай книги, а не жопой маши на танцах. От старости никуда не уйдешь. Да и лучше думай о том, как папе помочь. Ему сейчас будет не просто.

И поднявшись, с грохотом отставляя стул, вышел из кухни.

По щеке скатилась одинокая слеза.