Читать книгу Солнечное затмение внутри - - Страница 4

Я сижу здесь. Ручка почти закончилась. Чернила выцветают. Или это мои глаза выцветают? Смотрю на свои руки – они кажутся чужими. Руками мертвеца. Узловатые пальцы, под ногтями какая-то черная земля. Откуда она? Я ведь не выходил сегодня. Или выходил? Дневник говорит – выходил. Конь. Лес. Но в голове этого нет. Только буквы на бумаге. Страшно верить буквам больше чем себе. Но себе верить нельзя. Себя я не знаю.

Тут в углу паук. Плетет свою паутину на старой раме. Медленно так. У него есть план. У него есть цель. У него есть память на восемь лап. А у меня – только этот подвал.

Девять картин. Девять. Почему именно девять? Число как приговор. Первая – древняя. Я там маленький. Я там… живой. Я чувствую этот запах даже сейчас. Лес. Оно было теплым. Пруд. Там был ктото еще кроме меня. Я не всегда был один. Руки у одного были такие… надежные. Почему я это помню, а как их звали – нет? И всё. Имена стерты. Вырезано из мозга.

В комнате наверху кто-то ходил. Я слышал шаги. Тонкие такие. Легкие. Как будто ребенок бегает. Но я один в этом доме. И комната глубоко под землей. Я точно один. Или нет? Может мальчик вышел из подвала? Может он теперь живет в моей кровати, пока я здесь сижу? Смешно. Ха-ха. Нет. Не смешно.

Я боюсь смотреть в зеркало. В прихожей висит одно. Мутное, в пятнах. Я прохожу мимо него зажмурившись. Боюсь что там тоже не будет лица. Только серый овал. Без света. И тогда я окончательно стану им. Мальчиком из комнаты без выхода и без сияния.

Надо писать дальше. Если остановлюсь – тьма вернется. Она уже здесь. Сидит за плечом. Пишет моей рукой. Дышит холодом в затылок. Чернила… блять, мажутся. Опять.

Почему я чувствую вину? Что я сделал? Я смотрю на картины и вижу, но под кожей зудит. Словно за ними зарыто что-то гнилое. Что-то, что я сам туда закопал. Мои руки… они помнят –. Скользкую. Земля была сырой. Нет. Это бред. Это просто бред от голода.

Голод. Я ел сегодня? Не помню. В шкафу были какие-то сухари. Горькие. На вкус как опилки.

Свеча в подвале. Она не могла загореться сама. Кто-то зажег её. Кто-то ведет меня. Заставляет смотреть на эти холсты. Девять шагов до истины. Девять ударов сердца.

Первый шаг за мной. Я коснусь холста и мир лопнет. Я больше не здесь. Я там. Чтото гдето делаю.

Я помню их! Господи, я вспомнил их! Но я не буду их здесь писать. Пусть остаются. Так безопаснее. Имена – это крючки. Если их произнести – они вытянут за собой всё остальное. А я не готов. Я еще не готов увидеть финал.

Я коснусь ту картину. Там тепло. Там нет этой серой пыли. Там есть они. Там я не один.

Завтра… если будет завтра… я напишу про еще чтото. Зачем он это делал? Чего он боялся?

Чернила всё. Конец. Я иду назад туда. В прошлое.

Картина первая. Вне фокуса

БЛОК 1: ПОРОГ И ТЕНЬ

Звон бьющегося стекла не утихает, он просто меняет тональность. Секунду назад это был треск в моей голове, разрывающий бетонные стены подвала, а сейчас – это ритмичный, механический лязг железа о железо. Машина мерно гудит, и этот ровный, глубокий рокот успокаивает. Вибрация идет от пола, мягко щекочет подошвы и передается во всё тело – в локти, прижатые к коленям, в челюсть, заставляя зубы едва ощутимо, сонно постукивать в такт движению.