Читать книгу Ядовитый цветок отравляющий мысли - - Страница 6

На кассе супермаркета змеилась очередь, полная спешащих закупиться после работы. Толкая перед собой тележку, груженую продуктами, Павел пристроился в хвосте, прямо за спинами семейной пары, чье недовольство медленным продвижением клокотало, как закипающий чайник. Полноватая кассирша, словно воплощение неторопливости, невозмутимо пробивала товары, будто отмеряя вечность. Возмущенные возгласы с просьбой позвать второго кассира она пропускала сквозь себя, как ветер сквозь неплотно закрытое окно.

Усталость подкралась незаметно, навалившись свинцовой тяжестью. Павел ощутил её липкое, обволакивающее прикосновение. Эффект от третьей чашки кофе иссяк, оставив лишь размытое послевкусие. Две бессонные ночи подряд, терзаемые навязчивыми мыслями о преследовавшей его девушке на автомобиле, абсолютно вымотали его.

Сражаясь с непокорными веками и отчаянно пытаясь не клюнуть носом в тележку с продуктами, Павел словно из глубины сознания услышал чей-то голос. Он взывал к нему, но Павел, совершенно не расположенный к беседам и вопросам, решил, что голос развеется, подобно миражу, если просто продолжать его игнорировать. Но его надеждам не суждено было сбыться – легкая рука опустилась на плечо, принадлежавшая явно не желающей отступать девушке.

Миловидная блондинка со стрижкой каре смотрела на него огромными глазами, сияющими чистотой горных озер. На ней был тонкий, не по погоде, зеленый плащ, поблескивающий в свете потолочных ламп, и шелковый платок, завязанный изящным узлом на шее. Обоняния Павла коснулся нежный аромат цветочного коктейля, пробуждающий в памяти умиротворяющие картины деревенского утра, пропитанного солнечным светом и росой. На вид девушке было не больше сорока лет. Возраст на её прекрасном лице выдавали лишь легкие мимические морщинки вокруг глаз и рта, свидетельствовавшие о её жизнерадостной натуре.

– Добрый вечер, Павел Евгеньевич, – произнесла девушка мелодичным голосом.

– Эмм… добрый вечер. Простите, мы знакомы?

– Не то чтобы знакомы… Я вас видела раньше, а вот вы меня, видимо, нет. Мы, вообще-то, коллеги.

– Извините, последнее время я рассеян… – виновато пробормотал Павел. – Как вас зовут? Простите, не расслышал.

– Я еще не говорила, – усмехнулась девушка, заметив смущение Павла. – Светлана. Светлана Николаевна, если вам угодно.

– Да, пожалуй, второй вариант будет уместнее… Значит, вы тоже преподаете в…?

– В Технологическом колледже, – закончила она за него, словно развеивая последние сомнения.

Светлана подкатила свою тележку и, поравнявшись с Павлом, заглянула в его корзину.

– О, какое совпадение! Мы предпочитаем бумажные полотенца одной и той же фирмы! – воскликнула она, достав рулон из его тележки и вертя в руках.

– Вероятно, у них просто очень эффективная реклама… – ответил Павел, удивленный ее бесцеремонностью.

– Знаете, я давно за вами слежу, – сказала девушка с гордостью в голосе.

– Неужели?

– Не в смысле слежу… – поправила себя Светлана, увидев недоверчивую реакцию Павла. – Ну, то есть, слежу, но не за вами как за человеком, а за вами как за выдающейся фигурой в науке. Ваши успехи поражают! В двадцать два года защитили докторскую, в двадцать восемь стали заведующим кафедрой в университете.

– Кафедрой экономики, – задумчиво произнес Павел. – Никак не пойму… Почему это интересует преподавателя английского языка?

– Обижаете, Павел Евгеньевич. То, что я преподаю английский, не означает, что мои интересы им ограничены. Я довольно разносторонний человек, если хотите знать.

– Охотно верю, – с улыбкой ответил Павел.

– Если честно, когда я узнала, что такой человек работает в нашем заведении, не поверила сначала. А потом увидела вас и поняла, что это не просто слухи.

– Какие еще слухи?

– Преподаватель с таким стажем и, что важнее, с такой квалификацией не каждый день устраивается на работу в не самый престижный, даже по меркам нашего города, колледж. Говорят всякое… Слухами земля полнится. Но вы не переживайте, Павел Евгеньевич, я предпочитаю игнорировать весь этот информационный мусор и верить только фактам.

– Если честно, Светлана Николаевна, после ваших слов я стал переживать еще больше…

Девушка звонко расхохоталась, заставив обернуться парочку впереди, чьи взгляды словно укоряли за хорошее настроение в этой душной и затянувшейся очереди.

– Я с тех пор, как увидела вас в колледже, мечтала познакомиться, но всё никак не решалась, – проговорила Светлана, искорки озорства вспыхнули в её глазах.

– Надеюсь, я вас не разочаровал, – смущенно ответил Павел. – Боюсь этого больше всего на свете, признаться.

– Чего именно? Разочаровывать людей?

– Именно. Знаете, эти завышенные ожидания… Люди рисуют себе идеальный образ и слепо верят в его непогрешимость. Но стоит допустить малейшую оплошность, и все надежды рушатся, словно карточный домик.

– Что-то мне подсказывает, вы знаете об этом не понаслышке, – Светлана заинтересованно склонила голову. – С вами случалось нечто подобное?

– Возможно, – ответил Павел, чувствуя, как неловкость сковывает его всё сильнее. – Я бы не хотел сейчас об этом говорить…

– Понимаю. Вы меня совсем не знаете… Простите, если показалась слишком навязчивой. Просто этот момент так волнителен для меня… Не могу сдержать свой энтузиазм.

Очередь медленно двигалась вперед. Павел подкатил тележку к кассе. Светлана встала рядом, украдкой поглядывая на него. Чувство неловкости не покидало Павла ни на секунду, и дело было даже не в застенчивом характере: в девушке было что-то неуловимое, что рождало в его голове самые безумные догадки.

– Вы на машине? – спросил он, нарушив затянувшееся молчание.

– Нет, я живу тут недалеко, – ответила Светлана, явно обрадовавшись продолжению разговора.

– И тем удивительнее, что мы раньше не встречались, – Павел заметил, как оживилось лицо Светланы после его слов. – Работаем вместе, живем рядом… Видно, раньше не судьба.

– Я думаю, Павел Евгеньевич, всё гораздо прозаичнее. Я недавно переехала в этот район. Раньше жила далеко, и, как вы понимаете, возможности встретиться у нас просто не было.

– Где жили раньше?

– Микрорайон Восточный.

– Это тот, где военный городок?

– Да, именно.

– Там же, кажется, в основном семьи военных живут?

– Совершенно верно. Я одна из тех самых семей. По крайней мере, была раньше.

– Что вы имеете в виду?

– Мы там с бывшим мужем жили. Он военный, получил там квартиру несколько лет назад. А до этого мотались по гарнизонам, за несколько лет пять или шесть городов сменили. Ютиться в съемных квартирах, сами понимаете, то еще удовольствие.

– А что изменилось? Почему именно здесь осели?

– Его приписали к местному гарнизону. Плюс повышение по службе, стаж уже солидный, чтобы по командировкам скакать. Правда, оказалось, что отсутствие командировок не остановило его от посещения других женщин…

– Других женщин?

– Да. А что вас так удивляет?

Павел замялся, не зная, что ответить. Слова застряли в горле.

– Что? Что такое? – спросила Светлана, с интересом наблюдая за его смущением.

– Не думал, что кто-то способен изменить такой… как вы.

– Такой, как я? О чём вы, Павел Евгеньевич?

– Ну… Я имею в виду, что вы очень привлекательная женщина…

Девушка смущенно опустила взгляд, щеки залились румянцем. Павел почувствовал, как давно забытое чувство волнения теплом разливается по внутренностям.

– А вы умеете делать девушкам комплименты, – сказала она с улыбкой, лукаво поблескивающей в глазах.

– Издеваетесь? – спросил Павел, не зная, куда деть руки.

– Нет, я серьезно. Большинство мужчин слишком напористы в этом. Слишком всё в лоб, без изюминки. А ваш подход меня больше прельщает. Очень неожиданно получилось. Я даже сначала подумала, что со мной что-то не так.

– Обращайтесь, если что. Я просто кладезь неловких неожиданностей.

Светлана снова громко рассмеялась, запрокинув голову. Павел улыбнулся в ответ. «Похоже, я действительно ей нравлюсь,» – подумал он. «Неужели всё это реально, и она ничего не хочет от меня получить? Да и что я могу ей дать?»

– Мне кажется, или вы хотите что-то спросить? – Павел бросил взгляд на девушку, украдкой поглядывавшую в его сторону.

– Я смотрю, у вас нет кольца, – произнесла она. – Вы не женаты?

– Был когда-то, – машинально ответил он, потерев место на пальце, где раньше красовалось обручальное кольцо. – Теперь нет.

– Ни с кем не встречаетесь?

– Насколько я знаю, нет.

Девушка тихонько хихикнула, и её лицо расплылось в улыбке. Павла словно поместили с открытой раной в опущенную под воду клетку, вокруг которой кружит, возбуждённая запахом крови, акула.

– Давно развелись? – спросила Светлана.

– Около пяти лет назад, – ответил Павел, ощущая, как вновь ступает на хлипкую болотную почву, готовую его поглотить.

– Похоже, вы не очень любите говорить об этом?

– Вы совершенно правы. Предпочитаю обходить эту тему стороной.

– Я, если честно, тоже не горю желанием о своем бывшем вспоминать. Слишком сильно он меня обидел. С вами поделилась просто потому, что мне кажется, вам можно доверять.

– Спасибо за такую честь, – Павел выдавил натянутую улыбку, совершенно не желая быть чьим-то доверенным лицом. – Обещаю, что не подведу и никому не расскажу.

После появления второго кассира часть людей в очереди устремилась к нему, расталкивая друг друга локтями. Павел со спутницей продолжили синхронное продвижение к своей кассе, обрадованные внезапной надеждой на скорейшее завершение этого изнурительного испытания.

– Вот, посмотрите, – Светлана протянула Павлу свой телефон, на экране которого была фотография мальчика лет десяти.

– Кто это? Ваш сын? – предположил Павел очевидное.

Светлана кивнула, и взгляд её, полный нежности, задержался на изображении.

– Симпатичный мальчик, – заметил Павел. – У него ваши глаза.

– Да, мне говорили, – произнесла она с грустью в голосе. – К сожалению, на этом сходство заканчивается. Абсолютно не могу найти с ним общий язык.

– Проказничает?

– Если бы… Он и раньше был довольно замкнутым, а после ухода отца совсем в себя погрузился. Только и делает, что рисует. В школе тоже проблемы. Преподаватели жалуются, говорят, что он совсем не успевает. Ни с кем не дружит и не общается. В общем, не знаю, что делать… Боюсь, как бы он вообще не потерял связь с реальностью.

– А к психологу не пробовали обращаться?

– Нет. Я как-то не особенно им доверяю. Сама несколько месяцев ходила после развода. У меня было нервное расстройство, сыпь по всему телу, лекарства не помогали. Но, к сожалению, после четырёх месяцев и выкинутых на ветер денег, результатов так и не было.

– Вам стоило сходить к психотерапевту, а не к психологу. У них разный профиль, и к тому же первые могут лекарства прописывать, это могло бы вам помочь.

– Вы тоже ходили?

– До сих пор хожу… Правда, реже, чем раньше. Рецепт на лекарства в другом месте не получить.

– Вы даже сейчас их пьете? Спустя столько лет?

– Да… Кое-что произошло… Без таблеток сложно справиться…

В горле у Павла пересохло, а на лбу предательски выступили капли пота, усиливая и без того душную атмосферу.

– Извините меня, пожалуйста! – воскликнула девушка. – Я всё время забываю, что мы не говорим о вашем разводе и прошлой семейной жизни.

– Ничего, всё хорошо… – соврал Павел, поправляя галстук. Тот вдруг стал жутко тесным и мешал дышать.

– Я, честно говоря, не хочу идти к психологу… боюсь, что́ он скажет, – пробормотала Светлана, отведя взгляд.

– В смысле? – спросил Павел, переборов наконец комок, вставший посреди горла. – Думаете, с мальчиком что-то не так?

Девушка промолчала, но по её лицу Павел всё понял.

– Могу порекомендовать труды Лео Каннера, пионера детской психиатрии, – сказал он. – Анна Фрейд, дочь самого Зигмунда, тоже оставила ценное наследие…

– А вы сами их читали? – перебила Светлана, и в её глазах вспыхнул слабый огонёк надежды.

– Я? Да, читал… Интересовался темой, было время.

– Может быть, вы тогда сами зайдёте к нам домой и пообщаетесь с Игорем?

Павел замялся, не зная, что ответить. Принятие этого предложения неминуемо внесло бы существенный диссонанс в его привычный, упорядоченный мир.

– Я понимаю, это прозвучит странно – вы совсем меня не знаете… Но в последнее время я словно потеряла связь со всем миром. Работа, дом – замкнутый круг…

– Понимаю, – машинально отозвался Павел, внезапно ощутив острую потребность в этой фразе, как будто услышал эхо собственного одиночества.

– Игорь – единственная светлая нить, что у меня осталась. Я хочу, чтобы он жил полной жизнью, чтобы каждый его день был наполнен…

– Но я же не психолог… – возразил Павел. – Боюсь, не навредить бы…

– Я просто прошу – попробуйте… Ваши достижения в науке, пусть и в другой области, говорят о незаурядном уме. Полагаю, ваш взгляд на мою проблему, пусть даже поверхностный, был бы очень кстати.

Павел погрузился в собственные мысли. Не находя весомых аргументов против, кроме нежелания покидать зону комфорта, он кивнул.

– Хорошо, я взгляну на него. Попробую найти с ним общий язык, что-нибудь увидеть.

– Может, зайдёте ко мне после покупок? – спросила она с робкой надеждой в голосе.

– Эмм… давайте лучше в другой раз. Сегодня выдался тяжёлый день… Хочется сохранить ясность ума, чтобы судить объективно.

– Хорошо, договорились, – сказала она, доставая телефон. – Можно ваш номер?

Пока Павел со Светланой обменивались номерами, подошла очередь на кассе. Как истинный джентльмен, он пропустил девушку вперёд, заодно поделившись с ней скидочной картой магазина.

На парковке у супермаркета царил форменный бедлам. Автомобили, прибывающие в надежде урвать свободное местечко, наглухо блокировали выезд, создавая нервозную пробку. Попрощавшись с новой знакомой, Павел зашагал к своей машине, волоча тяжёлые пакеты с недельной порцией провизии.

Холодный ветер хлестал по лицу, выбивая слезы. В голове назойливо бубнила мысль: стоило предложить подвезти девушку до дома. Хотя там он вряд ли бы отвертелся от приглашения подняться в квартиру. Когда-то, лет десять-пятнадцать назад, он был бы на седьмом небе от счастья. Но сейчас… Не каждый день малознакомая женщина приглашает к себе домой, пусть и с благой целью.

В том-то и дело – малознакомая. С бывшей женой он оказался в ее квартире спустя месяц знакомства. А тут – сразу такой интерес, такое восхищение на пустом месте. Эта мысль навязчиво сверлила мозг, вместо того чтобы дарить радость от сближения с прекрасной женщиной.