Читать книгу Фатум - - Страница 5

Убрав трап и расправив паруса, корабль медленно отплывал от причала. Наши невольные мореплаватели стояли на палубе и наблюдали, как серые виды города сменяются на лазурные море и небо. Через какое-то время к компании подошел Кит и рассказал дальнейшие детали плана: «Плыть придется дней десять или двенадцать, как повезет. Мы отправляемся в Корнумбэ́л – столицу Лайонфи́ра. На карте отмечу точку, где вы должны передать товар. Деньги принесете мне, я буду ждать в таверне, тоже её отмечу. И чтобы ни один золотой не пропал, ясно? По прибытию нужно пройти регистрацию, там вас могут решить проверить, поэтому надо придумать, как пронести товар. И смотрите, чтобы мешок не обнаружили, тогда нас всех повяжут».

Кит отпустил их, ведь уже настало время обеда. На каждого им выдали черствые сухари, каменную солонину и ром. Колльбейн сказал остальным идти за ним и привел всех в каюты. В это время здесь никого не было, матросы обедали на палубе, пока солнце ещё не напекало голову.

В каюте Альва от усталости сразу плюхнулась на полку. Колльбейн быстрым движением поднес секиру к её горлу. Та от неожиданности вскрикнула и вскинула руки вверх. Остальные попытались успокоить дворфа, но тот стоял на своем, не давая им вмешаться.

– Ты что творишь?! – Альва вжалась спиной в стену, нервно смотря на лезвие у горла.

– Говори, что ты сделала северным жрецам?

– Ничего! Я сама из Руафи́м, успокойся.

– Я видел, как ты магичила, их жрецы носят амулеты с гербом. Где твой?

– Волхвы.

– Что?..

– Вы, иноземцы, приписываете их всех к жрецам. Правильно – волхвы. И в них входят ещё колдуны с чародеями, между прочим. И много кто ещё.

– Не дури голову. Ты не выглядишь как руафимка.

– В семье не без урода, вот меня и выгнали, – Альва попыталась отшутиться, на что Колльбейн придвинул острие секиры ближе. – Ладно-ладно, я всё скажу, только отойди.

– Отвечай, где амулет.

– Мне забыли выдать, – заметив, что дворф не оценил ещё один сарказм, девушка перешла на серьезный тон. – Если руафимец ослушается приказа волхвы – его наказание – смерть.

– У меня есть знакомые руафимцы, они много рассказывали про свою страну, так что не юли. – Колльбейн убрал секиру от шеи чародейки и отошел на шаг, – говори.

Альва встала и отряхнулась.

– Когда рождается ребенок с магией, его забирают волхвы, чтобы обучить тайному ворожейству, – потерев шею рукой, девушка продолжила. – По рассказам, когда в младенчестве меня пытались забрать у матери, я плакала и магия вырывалась наружу. В общем, я создавала много проблем. Они решили оставить меня с родителями в качестве, ну… – Она покрутила кистью в воздухе, подбирая слова. – В качестве эксперимента. Подставили знающего, как учителя, который помогал управляться с магией, а когда выросла обучили бы таинствам. – Чародейка одновременно злобно и горестно ухмыльнулась. – Но они не додумались, что кто-то может захотеть жить по-другому. Доволен?

Повисла напряженная тишина, после чего Колльбейн выдал: «Замнем». Альва недовольно посмотрела на него: «Мог бы и извиниться». Она вышла на палубу, даже не забрав свою порцию. Только чародейка скрылась за дверью, как все начали расспрашивать Колльбейна, с чего он так завелся. Тот коротко ответил, чтобы обедали и отстали от него со своими вопросами. Все занялись едой и только Ангус решил проверить Альву.

Выйдя на палубу, он увидел её у борта, смотрящую в даль. Её темно-русые волосы переливались в свете лучей. Он подошел к ней и встал рядом, опершись руками о леер.

– Чего надо? – Альва не отводила взгляд от моря.

– Я не могу оставить даму расстроенной. Думаю, он это не со зла. Я много слышал о твоей родине, даже пару знакомств завел. Ты и правда не очень походишь на их представителей. Одежда, повадки, волосы… – менестрель оглядел её с ног до головы, подмечая отличия.

– Я сама их отрезала, – заметив его взгляд, Альва пальцами покрутила вьющийся локон. – Дома меня за такое прозвали бы потаскухой.

– Да уж, странные на севере обычаи, на юге всё совсем по-другому. Если бы я дома отрастил длинную бороду, как ваши мужчины, меня бы назвали небритой обезьяной.

Альва хихикнула себе под нос и попыталась скрыть веселье, но улыбка всё равно расплылась на её лице.

– Эм, спасибо.

– Помиритесь ещё, – менестрель улыбнулся, продолжая смотреть на небо, время от времени щуря золотые глаза от солнца.

После перерыва ребята вновь приступили к работе. Рувиан так же помогал матросам, но уже пожалел, что обмолвился о своем увлечении. Он знал всю работу в теории и только пару раз ему показывали, как завязывать узлы или направлять паруса. Эльф понимал, что не может жаловаться другим, поэтому молчал и молился Фарэ́е о терпении.

А остальных запрягли драить палубу, как и было обещано. Главным испытанием было привыкнуть к качке корабля. Ангус и Шэн быстро переняли походку матросов, а вот остальным пришлось помучиться. Альве не удалось перекусить после размолвки с дворфом, и она работала голодной, под урчание своего живота.

Боцман решил не нагружать неумелых “моряков” в первый же день и наконец-то отпустил отдохнуть. Ребята медленно плелись в каюты, мечтая полежать, попутно жалуясь о больных спине и руках с коленями. К Альве подошел Колльбейн, когда она немного отстала от остальных. «Ты, это…извини», – неловко промолвил он и быстро зашагал вперед. Девушка кивнула ему, хоть дворф этого и не увидел.

На следующий день группу вновь подняли ни свет ни заря и заставили драить палубу. Ближе к полудню к ним отправили Рувиана, когда у него не осталось поручений. Отмыв всё к обеду, компания развалилась на палубе.

В свободное время матросы играли в кости. Наблюдая за ними и видя, как остальные скучают, Рувиан предложил сыграть в карты. От нечего делать остальные согласились. Эльф достал свою личную колоду. Было видно, что она создавалась искусным мастером на заказ. На картах были изображены боги, а на обороте золотой символ колеса судьбы.

Игроки, по началу нехотя следя за игрой, постепенно втянулись и начали биться с азартом. Колльбейн проиграл, оставшись в дураках. Он не часто играл в подобные игры и по его мимике было понятно, что у него на руках. Дворф пытался оправдать свои проигрыши, наговаривая, что карты эльфа зачарованы.

– Вы мухлевали! – От возмущения Колльбейн кинул карты эльфу под ноги.

– Любимчикам Удачи всегда везет, – Ангус расслаблено кивнул головой в сторону Рувиана.

– Госпожа Фарэя благоволит всем своим последователям, особенно любимцам, – эльф гордо вскинул подбородок, тасуя карты.

– Мироба́н для дворфов даже удачу дарует во всем, в отличие от ваших божков.

– Но не в картах, – колко подметила Альва.

– Дворфийский бог и народ лучшие, так что наслаждайтесь своей победой в жалких играх!

– С чего ты взял?

– Мы сильные, выносливые и умные, о чём ещё спорить? Вам, “высоким народам”, стоило бы поучиться у нас всему. – Если бы не рост Колльбейна, то сейчас он бы и в буквальном смысле посмотрел на остальных свысока.

– Только не ляпни это при посторонних. У нас вообще только четыре бога, – чародейка лежала на палубе, закинув ногу на ногу, болтая одной ногой в воздухе. – По сути, те же боги, что и на остальном континенте, но с другими именами.

– Отчего же у вас их прозвали по-другому? – В голосе Рувиана звучал явный интерес.

– Не знаю, может, в старину решили выпендриться. Раньше были и другие божества, но от них остались лишь отголоски в виде имен. Обычные жители даже не знают, что они когда-то существовали.

– Была ли богиня удачи? – Глаза эльфа заискрились от любопытства.

– Фатум?.. Вроде так, точно не помню, – немного подумав, ответила Альва. – Наши воины не любят надеяться на судьбу, скорее на волхвов и свою силу.

– Красивое имя, – задумчиво подметила Лили.

– Всё равно Миробан лучше! – Колльбейн бесцеремонно влез в разговор.

– Уймись уже, – чародейка раздраженно рявкнула на него.

Так пролетело пару дней. Они всё ближе подбирались к Корнумбэлу. На четвертые сутки штормило. Море стало серым, а облака сменились тучами. Моряки молились Сиаба́д – своенравной морской богине, чтобы она утихомирила свой гнев. Рувиан же молился Удаче, чтобы она помогла доплыть им без происшествий. Не зря внутреннее море прозвали Беспокойными водами.

Вся команда корабля торопливо готовила корабль к шторму, укрепляя грузы и собирая паруса. Поглядывая с тревогой на тучи, боцман отстранил неопытных попутчиков от работы, чтобы они не мешались под ногами. Но эльф, кончено же, трудился с матросами, ведь лишние руки не помешают, а он успел набраться опыта за всё время плавания.

Альва вернулась в каюту, чтобы помазать царапину, полученную, когда драила палубу. Сумки лежали в одной куче, она порылась, доставая свою с самого дна, но её не покидало ощущение, что что-то не так. Будучи рожденной с магическими силами, она тонко чувствовала колебания в полотнах магии. Всё было спокойно, но какая-то странная энергия шла из сумки Лили. Альва убедилась, что находится в каюте одна и всё-таки решилась проверить, что бы это могло быть. Внутри портфеля гномихи лежала тетрадь с чертежами, инструменты, её изобретение и пустая склянка, в сумке даже нашлась маленькая бомба. А ещё среди всех вещей выделялся странный зачарованный мешок, он был из плотной белой ткани, которая успела загрязниться, став желтоватой.

Альва поколебалась пару секунд, чувствуя от мешка те самые магические вибрации, но всё равно развязала его и увидела два небольших темных камня с мелкими красными вкраплениями. Только она прикоснулась к одному из них, как почувствовала огромную концентрацию чистой магической силы. От такой мощи Альва не на шутку перепугалась, она никогда не видела и не слышала о чём-то подобном. Чародейка всё сложила и убрала обратно в сумку, поспешив вернуться на палубу.

Снаружи ничего не изменилось: так же штормило, все были в работе, кроме её группы, а Рувиан до сих пор помогал морякам. Сначала Альва хотела поговорить с гномихой наедине, но потом решила позвать за собой и остальных. Когда все собрались, Альва, не спросив разрешения гномихи, достала её сумку и вытащила мешок.

– Что ты делаешь? Отдай! – Лили попыталась подпрыгнуть и выхватить его, но девушка подняла руку выше.

– Что это? – Спросила Альва серьезным тоном.

– Ничего, – гномиха нервно сжалась.

– Весь сыр-бор из-за этого? – Колльбейн скучающе подпер подбородок кулаком.

– Сам погляди, – девушка кинула ему мешок, дворф ловко перехватил его.

– Отдайте! Это вам не игрушка!

– Что за… – Колльбейн взял один из камней и внимательно рассмотрел, – за всю жизнь подобного не видел. Похоже на драгоценный камень, но это не он.

Ангус и Шэн молча наблюдали за происходящим, поглядывая на камушек в руках дворфа. Красные вкрапления при свете свечи переливались фиолетовыми всполохами, что делало камни ещё более странными.

– Это инспи́риум.

– Какое отличное объяснение, можно поподробнее? – Чародейка скрестила руки в ожидании.

– Мой папа его укр… Ой! – Лили резко захлопнула рот ладонью, – то есть он, нет, то есть я.

– Твой отец украл эту штуку? – Ангус задумчиво закрутил ус, слушая жалкие оправдание гномихи.

– Угу, – Лили печально потерла нос.

– Рассказывай.

– Инспи́риум – это собрание чистой сырой магической силы. Его обнаружили совсем недавно. Ещё точно не известна природа его появления, но при любом контакте с магией он взрывался. Я вывела формулу, при которой его силу можно применить без самоуничтожения. Но мой проект не одобрили, как и остальные… – Гномиха понуро опустила глаза в пол, – спонсоров не было, а папа сказал, что так мой талант загубят. Вот я и сбежала из Инве́нтора на восток. Он говорил, что сглупил, украв их! – Лили повысила голос, в отчаянных пытках оправдать отца. – Его лица никто не видел, но на след вышли. И когда стража пришла к нашему дому, я взяла вину на себя.

– Теперь понятно, почему за тобой гонялись. Помимо того мужика ещё кто-то был? – Альва устало вздохнула.

– Про других точно не знаю, – она пошарилась в карманах и достала бумажку, которую нашла у наемника. – Сейчас за мной гонится этот Билли Зоркий глаз.

– Самое тупое прозвище, что я слышала, – чародейка забрала листок из рук гномихи и перечитала. – Интересно, он сам его выбрал?

– Такое сам не выберешь.

– Не думаю, что нас пропустят в город с этим… – подметил Шэн и указал пальцем на камни.

– Я хотела спрятать их перед регистрацией где-нибудь, а потом забрать.

– Есть идеи получше?

– Можно подкупить таможенников, – предположил менестрель, пожав плечами.

– С нашими-то грошами?

– Значит, спрячем их. Нельзя, чтобы Кит или матросы узнали об этом, – решила Альва.

Пока они разбирались с камнями Лили, Шэн заметил, что качка уменьшилась. Подождав, пока она спрячет мешок в сумку, все вышли на палубу и обрадовались, увидев, что буря и правда стихает. Под вечер они рассказали Рувиану о камнях, и он заверил, что богиня не оставит их в своей благосклонности, а он поможет, усердно помолившись.

За время плавания группа успела немного сдружиться. Они приловчились в рыбалке и играх в карты, а самое главное – в мытье полов. Так и пролетели десять дней. Скоро они наконец ступят на земли Лайонфира.