Читать книгу Чёрный ход - - Страница 5

Есть беда у русского человека – пьёт много. Делает он это, не потому что ему нравится, а потому что хоть так он скрывается от суровой реальности. Не удивляйтесь, не противьтесь тому, сколько баров и пивных ларьков в нашей стране, попробуйте лучше хоть немного понять, почему мы много пьём. Если у Ремарка пьянели, потому что мужчины прошли сквозь настоящий ад, то у нас всё до жути противно. Мы просто не знаем, как жить.

Алкоголь шёл. Рома, как всегда, начал с умного:

– Ты знаешь, в Древней Греции пиво считали напитком плебеев. Аристократия пила вино.

– Ну и где теперь твои аристократы? – Илья щёлкнул кольцом банки, и пена брызнула на стол. – А мы вот – на месте.

Первый глоток – горький. Потом становится проще, и мысли начинают сами вылетать из головы. Это пиво нравилось Илье ещё с одиннадцатого класса – одно из немногих, которое ему нравилось. Как приятно знать, что Рома подмечает это.

– Вот скажи, – Рома потягивал пиво, разглядывая этикетку, – если бы у тебя был миллион, что бы ты сделал?

– Купил бы ещё пива, – хохотнул Илья.

– Серьёзно?

– Не знаю. Наверное, свалил бы отсюда. Куда-нибудь, где нет этих… – он махнул рукой в сторону окна, за которым маячили серые панельки, – от этих «Вкусно и точка», заказов, мужиков, которые кидают в тебя едой.

Рома кивнул:

– А я бы остался.

– Идиот…

– Нет, просто… – Рома задумался, – мне кажется, если у тебя есть миллион, а внутри ничего, то ты никому не нужен. За границей особенно.

Илья хмыкнул. Пиво заканчивалось, а вместе с ним и разговор. Они сидели молча, слушая, как за стеной кто-то ругается, как скрипит лифт, как капает вода из крана.

– Я тут подумал, – не спеша начал Илья, – мне даже стало полегче… Теперь мама не будет видеть то, что я профукал жизнь.

– Ладно, – прервал его Рома, а потом встал, потянулся. – Завтра на работу.

– Ага.

Илья допил последнюю банку, раздавил её в ладони и швырнул в мусорное ведро.

– Завтра… – начал курьер, но потом замолчал.

Ведь завтра будет то же самое. И послезавтра. И всегда. Потому что выхода из такой жизни Илья просто не знал. С грустью и сверкающими от влаги глазами он прилёг на свою кровать.

Спасти человека от хандры может разве что другой человек. Не забывайте, что Илья когда-то занимался общественными делами и поэтому имел большое количество знакомых. Они, в отличие от безымянных заказчиков, имели личностные характеристики. Если те, кто принимают заказы были просто людьми, то знакомые обретали характеристики, вроде «честный» и «хитрый». С ними уже можно было построить диалог, хотя и здесь возникали нюансы. Был случай у нашего героя, когда он стал президентом школы.

Устроено в нашей стране так, что за школьным правительством обязательно должен быть закреплён хотя бы один педагог. Этот человек курирует учеников с администрацией школы и другими крупными организациями, сотрудничающими с ней. В теории всё работало замечательно, однако основные сложности начинались на местах. Деятельность такого органа напрямую зависела от руководящего педагога. Если школьный работник, как локомотив, вёл вперёд детей, держался с ними на одном уровне, переживал за них, то коллектив получал грамоты, стипендии и путёвки в санатории. Одним из таких педагогов, как казалось в юности Илье, была Екатерина Алексеевна.

Она была старше Ильи на пять лет и стала вожатой, когда наш герой поступал в десятый класс. В докладах директору она не жалела слов, чтобы показать свою эффективность по сравнению с другими педагогами, даже предметниками! Как-то раз она вообще присвоила себе заслуги нескольких детей, которые самостоятельно готовились к конкурсам и олимпиадам. Пара педагогов попытались доказать неправоту, но, благодаря своему редкому умению извиваться под начальством, Екатерина Алексеевна получила премию. Приятель Ильи, тихий программист, называл её стервой.