Читать книгу Книга вторая. Цена нарушения - - Страница 6

База «Сигма» встретила их не лязгом механизмов и не гулом реактора, а тишиной. Глухой, давящей, словно воздух здесь был выпит каким-то гигантским насосом. Они вошли не через парадные шлюзы, а через аварийный тоннель для утилизации, который вывел их в нижние технические ярусы.

Пространство вокруг было выдержано в том же безликом, функциональном стиле, что и «Добытчики»: серые полированные стены, лишенные швов, полы из темного, слегка пружинящего материала, поглощавшего звук шагов. Но функциональность эта была мертвой. Светильники под потолком мигали аритмично, некоторые горели тусклым красным светом. В воздухе пахло пылью, озоном и чем-то кислым – запахом разложения сложных сплавов. «Дрожь» проникла и сюда, в самое логово системы, призванной контролировать хаос.

– Никого, – прошептал Лоренц, осматривая пересечение коридоров. – Ни тел, ни следов борьбы. Как будто все просто… испарились.

Кай, прижавшись к стене, дрожал. Его глаза выхватывали знакомые детали – эмблемы, значки на дверях. Это была его прошлая жизнь, превратившаяся в склеп.

– Они должны были эвакуироваться, – бормотал он. – При угрозе проникновения или сбоя… протокол «Тихий уход». Но системы жизнеобеспечения работают, хоть и с перебоями. Реактор… реактор должен быть заглушен. Но я чувствую его гул. Он работает на низкой мощности. Почему?

Атлас стоял, закрыв глаза, его лицо было напряжено не физически, а внутренне. Он отпустил щит, сдерживавший постоянный поток данных из Знака. Здесь, в месте, пропитанном чужой, техномагнитной историей, поток был особенно мощным. Обрывки воспоминаний не людей, а машин, протоколов, приказов. Вспышки синего света на мониторах, механический голос, объявляющий о «фазе стабилизации», холодное касание инструментов к коже новобранца… И под всем этим – более древний, глубокий слой. Как фундамент под зданием. Камни. Первозданная магия гор. Боль, когда в эту плоть мира врезались первые буры, чтобы вырвать ее secrets.

– Архив, – сказал Атлас, открыв глаза. Они блестели в красном свете аварийных ламп. – Здесь не только база. Под нами. Глубже. Место памяти. Не их памяти. Памяти мира. Они построили на нем, чтобы… питаться. И чтобы контролировать.

– Вестибюль вниз должен быть в центральном зале управления, – сказал Кай. – Но там будут… ловушки. Автономные системы защиты.

– Они уже не работают так, как должны, – сказала Дрена, указывая на стену, где капли какого-то металлического расплава медленно ползли вверх, против гравитации. – «Дрожь» все изменила. Двери могут не открыться. А могут открыться сами. Или превратиться в что-то иное.

Идти пришлось по мертвому городу. Они миновали казармы с аккуратно застеленными койками, столовую с приборами, все еще стоявшими на столах, лаборатории с застывшими в странных позах кристаллическими структурами в колбах. Повсюду царил беспорядок, но не хаотичный. Словно все процессы остановились в одну секунду, оставив мир замершим в полушаге. Это было страшнее, чем следы битвы.

Центральный зал управления оказался просторным помещением с гигантским, ныне темным, голографическим проектором в центре и рядами пультов. Часть экранов была разбита, будто изнутри. По полу струились тонкие ручейки той же серебристой жидкости, что текла по стенам. Они собирались в центре, под проектором, образуя медленно вращающуюся, мерцающую лужу.

– Люк, – указал Кай на почти незаметный шов в полу рядом с лужей. – Лифт к ядру базы и… к тому, что под ним. Но панель управления мертва.

Атлас подошел к луже. Он не был жидкостью в привычном смысле. Это была концентрированная магическая субстанция, выпотевшая из разладившихся систем, смешавшаяся с памятью места. Он присел на корточки, собираясь коснуться ее, но Дрена резко схватила его за руку.

– Нет. Не знаешь, что это.

– Я знаю, – сказал он. – Это слеза. Слеза машины, которая забыла, как быть машиной. Она не опасна. Она… печальна.

Он все же коснулся поверхности пальцем. Ожидаемого удара не последовало. Вместо этого мир провалился.

-–