Читать книгу Каменная песня Урала - - Страница 8

Путь от подножия Крыкты к озеру Асылыкуль занял больше недели. Перевал Дургэ остался позади, и ветер там действительно пел – протяжно, со свистом в камнях, и Айтугану удалось уловить в этой песне старое название, отзвук: «Тош-лы-тау». Гора с провалом. Но теперь его путь лежал не к ней, а к её водному отражению в мире людей.

Дорога шла через светлые, почти парковые сосновые боры, где земля была усыпана мягким ковром хвои, а воздух пах смолой и мёдом. Постепенно лес редел, и впереди засияла огромная водная гладь, обрамлённая пологими берегами и дальними синими силуэтами гор. Асылыкуль.

Озеро не казалось ни мёртвым, как его подземная сестра, ни яростным, как Агидель в плёсе. Оно было величественным, спокойным и необъятным, как море. Ветер гулял по его поверхности, вздымая мелкую рябь, которая сверкала под солнцем миллиардами серебряных чешуек. Но за этим спокойствием, как знал Айтуган, скрывалась глубокая, трагическая история. Именно здесь, согласно преданию, разверзлась земля и поглотила целый аул – не за грехи, как в иных легендах, а за гордыню. Люди возомнили себя равными духам и попытались принудить их служить себе. В наказание гора ушла под землю, а на её месте хлынули воды. Говорили, что в ясные дни на дне можно разглядеть вершины затопленных сосен, а в полнолуние – услышать азан с затонувшей мечети.

Айтуган пришёл на южный берег, к месту, называемому «Старым Стоянбищем». Здесь когда-то останавливались кочевья, а теперь стояло несколько крепких срубов для редких рыбаков и паломников. Один из них, по словам встреченного им на тропе дровосека, занимала женщина по имени Лейла. О ней ходили странные слухи: мол, она не стареет, живёт у озера одна-одинёшенька, и рыба в её сети идёт сама, а в туманы над водой слышно, как она разговаривает с кем-то невидимым. Её называли то ли безумной, то ли святой, а некоторые шёпотом – Дочерью Озера.