Читать книгу Вам никто не поверит - - Страница 3

Как всегда утром я посетил свое любимое кафе и уже полакомился булочками, запивая их ароматным кофе, отправился прогуляться в парк. Занял свое привычное место на лавочке под защитником от солнца, листая свежую прессу и поглощая последние сводки новостей.

Вдруг я наткнулся на интересную статью. В ней описывалось, что в семье состоятельного господина, случилось несчастье. Один из детей заболел и сейчас прикован к постел. Недуг подкосил девушку, дочь влиятельного человека Грехова Бориса Сергеевича, Екатерину. На фотографии в газете девушка была жизнерадостной, веселой и в красивом платье. Платье едва доходило до ее колен, не смотрелось вызывающим, но нескольким парням вскружило бы голову точно.

Фотография была как будто из модного журнала, а не из утренней газеты новостей. Девушка на высоких каблуках демонстрировала свой наряд и по видимому саму себя. Сразу видно, что она стремиться стать моделью. Понятное дело это была вырезка из какого-то модного журнала, но представить эту девушку в плохом состояние я не мог.

Грехов Борис Сергеевич, достаточно знаменит своим финансовым положением в высших кругах. Я часто слышал о нем из уст прохожих или из сводок новостей. Он преуспел во всех отношения. Смотря на такого человека начинаешь завидовать и представлять себя на его месте. Везде ходили слухи, все задавались вопросами откуда такое состояние?! Предполагали, что возможно ему досталось наследство. У него было все, несколько поместий в разных городах, большой успех за плечами, скупленные акции, с которых начислялся ежедневный доход, красивая и молодая жена, и большая счастливая семья. Чего еще желать?! Но видимо теперь эта семья только и молилась на здоровье Екатерина, поддерживая ее всеми способами.

Лично я не был знаком не с одним из них и никогда не углублялся в биографию главы семейства, но это имя было у всех на слуху. Особняк располагался за городом и превосходило все ожидании. Как восьмое чудо света для небольшого городка, многие мечтали хотя бы глазком на него посмотреть. Что касается меня, я не стремился познакомится с семьей или попасть в сам особняк, но иногда хотелось хоть глазком взглянуть на это чудесный дом.

Мысли мои улетели далеко далеко, размышлял я о бедной девушке, которой пытались помочь победить болезнь. Я думал о том, что сколько всего неизученного попадается в нашей жизни, и как иногда сложно бороться с этим.

Из транса меня вывел человек, который опустился рядом со мной на лавочку, и вздохнув, поставил небольшой чемоданчик рядом с собой. Уже полностью выйдя из своих мыслей, я смотрел на этот чемодан и понял, что это был саквояж. С такими обычно ходили доктора, особенно частные, которые посещали дома состоятельных людей. Практичная вещь для любого доктора, вмещающая в себя все необходимое. Саквояж этого господина, был слегка с протертой кожей, что говорило о том, что этому ему уже не один десяток лет. Хозяин этой вещи очень ей дорожит и всегда держит при себе, так как она может понадобиться в любой момент. Я сразу вспомнил моего давнего друга доктора, который ходил как раз с таким же саквояжем и не расставался с ним никогда.

После нескольких минут молчания, этот интересный мужчина с саквояжем заговорил:

– Прекрасное утро, вы не находите, Алексей?

Сказать, что эти слова повергли меня в ступор, не сказать ничего. Какое было мое удивление, когда повернул голову и от неожиданности аж икнул. Рядом со мной сидел мой старый друг, о котором я буквально пару секунд назад вспоминал, смотря на этот старинный предмет.

Ананий Феодосьевич, был профессором, доктором, просто экспертом своего дела, в чем я не раз убеждался. Он нередко помогал мне в моих расследований, с охотой он брался за любое дело, о котором я просил его.

Это был человек маленького роста и достаточно плотного телосложения. Незаменимым атрибутом его гардероба был костюм с бабочкой, в котором я его видел всегда. Иногда мне казалось, что он даже спит в нем. Лицо его всегда было довольным и счастливым, как будто каждый его день начинался с хорошей новости. На лице всегда красовались очки в круглой оправе, такие маленькие два круга с черной обводкой. По сравнению с круглым овалом его лица, они выглядели такими крохотными, что мне казалось ему иногда их не хватает. Еще одним неотъемлемым атрибутом был цилиндр, который он носил на голове, и снимал как джентльмен приветствуя дам. Как и саквояж, цилиндр, которые уже давно вышли из моды, был его отличительной четой.

Глаза мои округлились и даже потерял дар речи, но уже скоро пришел в чувство и с улыбкой на лице и поприветствовал своего друга:

– Доброе утро, Ананий Феодосьевич, действительно утро сегодня замечательное. Я почти каждое утро прихожу посетить этот парк.

– Знаю, – сказал он, не успел я и договорить. – Видел тебя здесь вчера, и когда понял, что с тобой много кто здоровается, понял, ты тут частый гость.

Возраст Анания Феодосьевича был чуть больше моего, но я все равно обращался всегда на “Вы”. Ему этот не мешало в нашем общении, а даже нравилось.

– На долго приехали в наш городок? – спросил я своего давнего друга.

– Пока не достигну своей цели. Ты же знаешь меня, Алексей, я всегда готов помогать людям в трудное для них время, несмотря на то, где они находятся, хоть на другом конце шара. Каждому дана жизнь, которую надо прожить по максимуму, со всем шиком и радостями этой жизни. Да и я верю в то, что на свете есть еще много загадочных заболеваний и недугов, которые мне надо поведать и исследовать. Что я потом буду рассказывать своим внукам? О том, как сидел в какой-то убогой больнице и лечил простуду.

Ананий Феодосьевич был не совсем обычным врачом. Он был доктором по вызову, который мог приехать куда и когда угодно. За его плечами было много опыта, который и привлекал различных богачей. Они не ходили в больнице, чтобы не сидеть в очереди, долго слушая как бабушки обсуждают мальчугана из их дома, который вчера не так на них посмотрел. Они обращались к таким выездным докторам, готовы были им платить неплохие деньги за визит и помощь им.

– А как протекает твоя жизнь, Алексей? Слышал ты временно в отпуске.

– Не обманули Вас источники, только не временно, а уж как три года я нахожусь в поисках нового себя.

– И как, успешно проходят поиски? – сказал он, с ухмылкой посмотрев на меня. По этой ухмылки было видно, что он догадался о неуспехе моих поисков.

– Успешно или нет, главное не это, – сказал я, стараясь убедить его, что ни о чем не жалею, – главное познать новое, научится чему-то неизвестному.

– Чему научился, Алексей? Может теперь ты можешь лечить неизлечимо больных? Или ты уже летал в космос и видел инопланетян? – утрируя, смеялся надо мной Ананий Феодосьевич.

– Как Вы тонко подмечаете все, и ничего же от Вас не скроешь. Зато я побывал в разных странах и теперь по настоящему даю отдохнуть своему серому веществу.

– А кому это, Алексей, необходимо, чтобы твое серое вещество отдыхало?!. Сколько на земле нашей требуется твоего острого ума и дедукции.

– Подозреваю, Ананий Феодосьевич, цель Ваша визита в этом городе и этот разговор, связан с моим высоким даром распутывать клубки жизни.

– Да, не растерял ты еще свое серое вещество по заграничным странам.

– Я даже могу сейчас догадаться из какого дома Вы приехали в наш скромный район, Ананий Феодосьевич, – опережая его слова и мысли, я тут же вспомнил про утренние сводки новостей, газеты, которая до сих пор была у меня в руках. – Я знаю, что привлекло Вас туда, но не понимаю для каких целей нужен Вам я? Ведь я не научился в своих заграничных поездках, как Вы говорите, лечить неизлечимо больных.

– Все не так просто, Алексей, – его хитрая ухмылка куда-то исчезла, как-будто передо мной сидел уже другой человек, не тот, которого я знал все эти годы, – очень интересная и запутанная история, в которой по силам разобраться только такому как ты, Алексей. Нужно нестандартное мышление и острый ум, да и к тому же, семья достаточно влиятельна и не хочет лишней огласки. ты же знаешь как у них заведено: “Если даешь слабину активы падают”. Это не мои слова, а Бориса Сергеевича.

– Ананий Феодосьевич, я достаточно терпеливый человек и всегда внимательно слушаю, но пока я не понимаю моей задачи и хочу немедленно услышать от Вас эту редкую и запутанную историю.

– Какой же ты не терпеливы, но больше я молчать и не намерен. Все расскажу как есть с самого начала, – и он поведал мне историю, которую мне так не терпелось услышать. Я расскажу ее от первого лица.