Читать книгу СВО: военные хроники лейтенанта Артёма К. - - Страница 4

Замполит роты Восток был высоким и крупным казахом, а Воробей плотным русским парнем среднего роста, малость картавым и шепелявым. Как только они увидели Диму, то изменились в лице и тоже куда-то его услали.

Сначала с Артёмом общался Воробей, рассказывал ему всякие страсти и смотрел ему в глаза так, будто высматривал в них сомнение и страх. Однако Артём смотрел на него спокойно и в лице не менялся.

Дальше с Артёмом говорил замполит. Сначала Восток показался Артёму страшным человеком, но позже он понял, что казах настоящий добряк, просто, с расшатанной психикой. Он рассказал Артёму про командира роты Фаната:

– Грамотный, чёткий командир, но очень жёсткий, даже я его боюсь.

Артём представил Фаната молодым невысоким парнишкой, вспыльчивым и громким, но тот, действительно, оказался, страшным, но об этом позже.

Вся рота сейчас находилась на боевой задаче и в расположении оставались – замполит, топограф, пара опытных бойцов, каптер, старшина и канцеляр.

Исправительная колония

Замполит вкратце охарактеризовал нашу роту:

– Нашу роту называют исправительной колонией батальона. Весь наш батальон в целом считается штрафным, но наша рота в нём самая страшная.

– Штрафбат? – удивился Артём. – Но, ведь, это куда через трибунал заезжают! Для военных, которые совершили уголовные преступления, если я ничего не путаю…

– То дисбат… туда да, за преступления. А к нам за косяки и залёты, хотя и за преступления тоже. И ещё зомбики, брак военкоматов – «социальный шлак». Про Zombi Land слыхал? В каждом крупном соединении есть такой «штрафбат» с «исправительной колонией», куда всю грязную пену сливают. Ну, например, пошёл контрактник в город в увольнение, нажрался там, денег-то у него как у дурака махорки, попал в комендатуру… командир хочет от него избавится. К нам!

Восток презрительно сплюнул на землю и прищурил свои итак узкие казахские глаза:

– Или пятисотики – СОЧинцы, например… заловят его, дезертира недоёба_ного, дома, что с ним делать, вешать по законам военного времени? К нам! А брак, это кого военкоматы в погоне за показателями прозевали – старичьё, шизики, болявые, немощные, алкаши. Они не бегать ни соображать уже не могут, а их воевать заставляют. И что с ними делать? Домой отправлять? А контракт-то уже заключён, деньги выплачены, не вернуть. Если только с военкома вычесть. И к нам его на перевоспитание, а-ха-ха!

– Но, ведь, тогда в нашем бате должны быть большие потери на задачах… – грустно заметил Артём.

– Так и есть, – коротко и просто ответил казах.

Буза

Откуда-то пришёл Дима. Сам пришёл, на своих ногах. Но Артём не смог узнать его по лицу, хотя и прежнего вспомнить не смог. Видно было, что досталось ему, но он… улыбался разбитыми губами! Видимо, связавшись с комбатом, Ритм провозгласил его наказание:

– Сегодня ты едешь на боевую задачу, ко всем, чмо!

Восток позвал каптера и тот выдал Артёму и ещё одному новоприбывшему бойцу личное оружие. Артём получил АК-12 модели 2022 года, а карандашу выдали АК-12 2016 года в камуфлированном окрасе. Позывной у солдата был Буза. Ему было тридцать лет, до этого в армии он не служил и автомат держал в руках первый раз в жизни. Ни целиться, ни стрелять, ни тем более его разбирать и обслуживать, он не умел. Вот Буза-то и стал первым, кого Артём учил после выпуска из училища.

В разговоре с ним Артём узнал, что на СВО он пошёл из-за денег. Он был «тормозом», Артём несколько раз показал ему, как разбирается и собирается автомат, но он не запомнил. Правила прицеливания при стрельбе из автомата он не запомнил и подавно.

Они принялись чистить оружие. Артём своё почистил нормально, а вот Буза… лучше бы совсем не чистил.

Уже стемнело и им показали блиндаж, в котором они будут жить. Первое, что они увидели, спустившись туда, была кошка с тремя котятами, лежавшие на спальных мешках. Внутри блиндаж был наполовину отделан фанерой, остальное была земля. Внутри стояли нары, стол, буржуйка и полочки.

Кругом был беспорядок: везде были раскиданы баулы бойцов, бывших сейчас на задаче; множество раскрытых сухпайков; обувь, одежда, личные вещи. Каптёр показал Артёму, где можно взять дров, они притащили их в блиндаж и затопили буржуйку. Потом они немного пообщались с Бузой и Артём рассказал ему о многих важных вещах в военном деле. А потом они легли спать.

Первый день Артёма на войне благополучно закончился.

Второй день на войне. Учёба

Они встали пораньше. На улице стоял небольшой туман, который быстро рассеялся, было прохладно и пахло сыростью. Выйдя к умывальнику, Артём поднялся на небольшой холм рядом с ним. Перед ним открылся характерный пейзаж – бескрайнее поле, вдали огромный элеватор и левее от него таких же размеров террикон. Было видно уходящую вдаль дорогу и деревню.

Артём умылся, экипировался и приготовился к занятиям (вчера замполит сказал, что их будут тренировать). Пришёл инструктор – боец с позывным Томогавк. Он был опытным мобилизованным – мобиком, прошедшим четыре задачи, и для начала рассказал, как они группой прятались от Брэдли и танка в лесополке – бегали от ямки к ямке, а противник стрелял по ним фугасными снарядами с километровой дальностью. Он был спокойный и вспыльчивый одновременно, ростом чуть ниже Артёма, иногда заикался, а при упоминании какой-либо жести усмехался.

Вскоре к ним пришли новобранцы из других рот, а с ними однокашник Артёма – Ахмед, который прибыл сюда на день раньше и с которым они очень тепло поздоровались.

Новобранцы были слабые, дряхлые и немолодые. Один из них даже не смог на занятиях по связи нормально выйти на связь со своим условным командиром и доложить о приближении условного противника, а при очередной неудачной попытке смутился и чуть не заплакал. Смотреть на это было дико.

На занятиях по огневой подготовке они отрабатывали движение вперёд в тройках: один перебегал, а двое стреляли по мишеням, и так далее. Тир, если его можно было так назвать, представлял собой мишенную обстановку на поле, длинной, примерно, сто пятьдесят метров и расположенными повсюду укрытиями. Мишени были из металла и при попадании пули громко звенели.

Артём с Ахмедом двигались, как их учили в училище. Инструктор даже похвалил Артёма, но сделал это нехотя, с придирками и замечаниями, такой у него был характер.

К слову, стрелял Артём неплохо и стрелять любил. В свободное время в училище он самостоятельно тренировал вскидку оружия, быстрое прицеливание и перезарядку. В любимом страйкболе он научился хорошо прятаться за укрытиями и вести стрельбу из неудобных положений. И сейчас каждый второй выстрел у него попадал в мишень. Прицеливался он тоже довольно быстро.

Ещё они с Ахмедом бросили по две наступательных противопехотных осколочных ручных гранаты РГН. Тоже всё как в училище, на оценку «отлично». Но с новичками инструктор очень боялся, и когда они кидали гранаты, он всё время стоял рядом с ними, чтобы в случае чего, мгновенно утащить их в укрытие. А то бывали случаи… и роняли, и рядом кидали, бр-р-р.

Потом они стрельнули по одному разу из одноразовых гранатомётов РПГ-26 и Артём… промахнулся. У него не было опыта стрельбы из РПГ-26, в училище они стреляли только из РПГ-7. И он понял, что дело в его хитрости. Если без технических подробностей… он обычно мудрил со жгутами, чтобы в случае ранения сразу мотать жгут на руку, но в данной конструкции «одноразки» это увеличило толщину лямки, прицел встал слишком высоко и Артём не смог нормально прицелиться. Понятно, что ему надо было теперь, просто, поправить свою методику жгутования. Сделал потом.

После этого они пошли на медицину. Её преподавал медик батальона с позывным Урал – молодой, высокий и чуть пухлый парень. Он имел повадки рэпера, но был весёлым и крутым парнем, с которым Артём позже плотнозадружился.

Урал был мобиком, он окончил мединститут и не был похож на военного. Как-то потом он сказал Артёму:

– Вот смотришь на тебя, Кочевник, и видно, что ты реальный офицер.

– Почему? – спросил Артём.

– А у тебя лицо такое, офицерское, прям, видно, что военный.

Урал учил новобранцев оказанию первой помощи: накладывать жгут, делать давящие повязки, повязки головы и всё в этом духе. Но некоторые новички никак не могли даже нормально наложить на себя жгут. И Урал сказал Артёму с Ахмедом:

– Пацаны, сорян, из-за этих карандашей, я не смогу вам сегодня показать что-то интересное, ща закончим с ними и я с вами отдельно позанимаюсь.

Третий день на войне. Подготовка

Когда Артём проснулся, первое, что бросилось ему в глаза – котята, которые копошились в его экипировке. Двое ползали между бронежилетом и поясом, а третий болтался в шлеме.

***

И снова он увидел в своём телефоне очень тёплое «Доброе утро» от Киры. Каждый день она писала ему и спрашивала, как он, переживая за него. И количество сообщений от неё не уступало количеству сообщений от мамы, и они ощутимо придавали ему сил.

***

В целом третий день был похож на второй. Артём всё так же пошёл умываться, так же полюбовался красотой пейзажа и подумал:

«Как же здесь красиво, даже не верится, что идёт война»

Но война шла! Томогавк, Воробей и Урал всё так же обучали их двоих с Ахмедом и новое пополнение, и оно ничем не отличались от вчерашнего.

Артём спросил у Востока, что там с теми, кто вчера убыл на задачу ко всей остальной роте. И тот сообщил, что Дима и Буза – 200. После этих слов Артёму стало как-то не по себе. Ведь первый же боец, которого он здесь учил, погиб уже на следующий день. А Дима, выходит, искупил…

Воробей учил их пользоваться офлайн-картами на телефоне. В их «штрафном» батальоне у каждого солдата были радиостанция и телефон с офлайн-картой. И вообще их на задачи экипировали очень хорошо.

Томогавк опять учил стрельбе и тактике, а Урал – медицине. Вообще этот день ничем интересным не выделился, всё было также, как и вчера, только люди были уже другие, которые сегодня ночью тоже должны были ехать на задачу.

После обеда Томогавк взял Артема и Ахмеда в лесополосу – объяснить, как правильно её штурмовать. Там он ещё раз рассказал им ту самую историю про Брэдли и танк. Рассказал про то, как нужно в норке на передке ходить в туалет – бутыли из-под воды не выбрасывать, а справлять малую нужду в них. Но выкидывать их из норки сразу нельзя, особенно ночью и зимой, потому что в тепловизор их очень хорошо видно. Зимой вообще их можно использовать как обогреватель, пока они не остынут, и только после этого их можно выкинуть.

Ещё он рассказал им про разные мины, как наши, так и производства стран НАТО. Про наши мины Артём кое-что знал – марки и основные способы их установки, но Томагавк рассказал разные хитрости. Про заминированные шоколадки и магазины к автомату. А сейчас противник вообще придумал новую мину, похожую на куст: металлический штырь, к которому подвязывали зелёные ветки. Канистру с пластидом и гвоздями прикрепляли к бабке и она летела куда нужно. «Куст» вставал в вертикальное положение и втыкался в землю. Вот и готова была мина с дистанционным подрывом.

Но это были далеко не все хитрости. Дроны противника по ночам специально скидывали в лесополки полные и полупустые бутылки с отравленной водой.

Так и прошёл день. Безлунной ночью Артём вышел из блиндажа и посмотрел в сторону ЛБС. Небо часто озарялось тусклыми вспышками света, а издалека доносились глухие взрывы. Там сейчас шла война и скоро он попадёт в её эпицентр, ведь, он штурмовик.

***

Прежде чем заснуть, он увидел в сообщениях «Спокойной ночи, сладких снов» от Киры. Она словно ангел-хранитель успокаивала его. То же писала и мама. Он попытался представить, что они сейчас чувствуют… и у него невольно навернулись слезы. Он был обязан вернуться к ним живым.

Седьмой день на войне.

На седьмой день пребывания Артёма на СВО к ним в роту прибыла очередная группа новобранцев, которую нужно было подготовить и отправить на задачу.

И с этой группой прибыл гражданин Ирака, который решил воевать на стороне России. Он почти не понимал русского языка, но вполне сносно говорил на английском.

Артём хорошо знал английский язык, в училище он получил диплом военного переводчика. И ему приказали заниматься с иракцем, научить его азам экипировки, боевой подготовки и так далее.

Артём спросил иностранца, почему он приехал воевать за русских? И тот ответил:

– Russians brought water to my village when I was little.

Он, действительно, видел в русском народе только светлое и доброе. Он пришёл на чужую войну, чтобы отдать долг этому народу за его давний поступок. И это, когда большая часть российских контрактников приходила на СВО только за деньги. В словах иракца не было лжи, этот человек действительно пришёл воевать по зову сердца. Но долго он у них не задержался, его в этот же день перевели в другое подразделение.

Так же Артём познакомился с контрактником с позывным Садык. Он был толстый и хромой, после ранения, но в его голосе слышался страх, а говорил он очень быстро и торопливо. У него из экипировки не было ничего своего. Ему каптёр выдал стандартный модуль «Монолит» и китайский шлем, который больше подходил для игры в страйкбол, но не для реальной войны.

Артём оценил его экипировку, покрякал, и предложил оптимальные варианты размещения жгутов, которые у него не влезали в нагрудную аптечку. Объяснил, что шлем должен подгоняться в положении лёжа, что бронежилет не должен стеснять движение грудной клетки и всё в таком же духе. В общем, это был второй боец, которого Артём учил персонально. Ему было сорок семь лет и войны он боялся, как ребёнок темноты. Сам же Артём был спокоен, понимая, что ждёт его дальше, но не боялся так сильно. Возможно, потому, что ещё и сам не до конца понимал, как там всё может выйти.

Неудачный экзамен

В этот же день, вечером, Восток вызвал Артёма к себе в блиндаж. Вообще-то, это был блиндаж Фаната, но Восток остался за него, пока тот на задаче. Блиндаж был очень хорошо отделан фанерой, внутри стоял дизельный обогреватель, был стол, флаг бригады, фотографии командования, ноутбук с подключением к интернету по Starlink (на фронте большинство подразделений использует именно его).

И Восток сообщил Артёму, что завтра вечером он поедет с новым пополнением на задачу, а пока должен идти в блиндаж к Ритму, там на телефоне его ждёт начальник штаба батальона Авиатор для беседы.

Начальник штаба, как и комбат, был тем офицером, который выпустился из высшего военного училища, а не был сержантом, прошедшим спецкурсы. Они оба были очень молоды для своих должностей и званий. Но факт, на войне, особенно в штурмах, звания росли быстро.

Прибыв в блиндаж Ритма, Артём увидел, что его однокашник Ахмед уже здесь и ждёт своей беседы с Авиатором. И вот его подозвали к телефону. Артём краем уха слышал вопросы, которые ему задавал Авиатор. Увы, Ахмед не смог на них толково ответить и Артём начал ему тихонько подсказывать. Первый, второй вопрос прошли, а на третий Авиатор попросил Ахмеда быстро найти определенную точку на карте. Артём начал подсказывать и спалился, Авиатор услышал его шёпот:

– Кто там тебе подсказывает, а?!

– Никто, товарищ майор, – ответил ему Ахмед.

– Понятно б, них тебя ничему не научили в твоём училище, зови следующего.

Трубку передали Артёму:

– Ну давай, Кочевник б, покажи мне, что хоть тебя б чему-то научили в твоём ё училище…

– Я готов, товарищ майор! – сказал Артём и азартно подумал:

«Ну давай, задавай свой вопрос, на всё отвечу!».

И Авиатор спросил его:

– Какие виды связи ты знаешь?

– Проводную, радиосвязь, связь через посыльных, сигналы оповещения… – чётко оттарабанил Артём, как на экзамене в училище.

– Ни х ты не знаешь! – перебил его Авиатор. – А всех, кто тебя здесь учил эти дни, них не делали и их надо наказать. Всё, свободен!

Вернувшись в расположение роты, расстроенный Артём встретился с Востоком:

– Ты чё, в натуре ничё не знаешь, не учили что ли тебя ничему в твоём училище?!

Он уже был в курсе о печальных результатах экзамена по телефону. Артём парировал, что Авиатор задал вопрос не по теме, которой его здесь учили и он использовал свои училищные знания.

– А что был за вопрос и как ты ответил?

– Виды связи, – ещё раз перечислил все виды связи Артём.

– Ну ты долбоёб! – расстроился Восток.

– А какой тогда правильный ответ? Авиатор сказал, что правильный ответ – прямая и через ретранслятор. Но это виды радиосвязи, а не связи в целом. Он специально задал вопрос так, чтобы я его понял неправильно и ответил соответствующе.

– Ну понятно! Получается, запутал он тебя, что на него похоже.

После недолгого молчания Восток отправил Артёма отдыхать и готовиться к выезду на задачу, ведь, уже завтра вечером он должен был отправляться туда с группой новичков.

Чувства были смешанные. Вроде, Артём и хотел поехать на задачу, ведь его друг Лёха там был уже пятый день, но ему было страшно. Он пришёл в блиндаж, пообщался с Садыком, покормил кошку и лёг спать, утро вечера мудренее.