Читать книгу Принцесса в Бодунах - Ольга Сергеевна Рузанова - Страница 7

Василина

На завтрак мне выдают два вареных яйца, кусок хлеба с маслом и стакан молока. Почему-то теплого.

– А кофе?

– Не выделывайся, – бросает Людмила через плечо.

– И тостов нет?

– За лОся!.. Чтобы хотлося и моглОся! – выговаривает громко и уточняет, – пойдет?

Я, если честно, шутки не поняла, но виду не подаю. С аппетитом жую белый хлеб с хрустящей корочкой и запиваю его молоком. Очень вкусно в сравнении с ворованным яблоком, кражу которого, я надеюсь, повесили на кота.

Доев все до последней крошки, встаю из-за стола.

– Спасибо, – пячусь к выходу и даю деру, но не успеваю добежать даже до выхода из дома, как меня догоняет разгневанный голос Людмилы:

– А ну, стоять!

Едва не врезавшись лбом в дверной косяк, останавливаюсь.

– Что такое? Посуду за собой помыть?..

Схватив за локоть, она выводит меня из дома и принимается шарить взглядом по окрестности.

– Гоша! – гаркает так, что с дерева срывается стая птиц, – Подойди-ка!

Прихрамывая, он спешит к нам. Я, предчувствуя беду, начинаю трепыхаться.

– Дай ей работу, – наконец отпускает мою руку, – И проследи, чтобы не отлынивала!..

– А как же!.. – хмыкает Сморчок довольно, – Дадим и проследим.

Потирая предплечье, я смотрю на его ухмыляющуюся физиономию. До чего же противный!

– Пошли, – зовет за собой.

Мы проходим через огород мимо деревянного санузла во двор, сплошь застроенный какими-то домиками. И от запаха, что витает в воздухе, мои глаза начинают слезиться.

– Вот тебе… – прихватывает находу металлическое корыто с ручками на одном единственном колесе, – тележка.

– Зачем?

– Нужно будет тропку расчистить.

– Какую тропку?

– Ты больше слушай и меньше спрашивай! – рявкает сердито.

Я закрываю рот.

Выходим за пределы участка и останавливаемся.

– Видишь, тропинка?

– Вижу.

– Она к ручью ведет, куда коровы на водопой ходят.

Мне становится нехорошо. Где коровы, и где я?..

Голова кружится, в глазах темнеет, но только до тех пор, пока в мою руку не всовывают тяжеленную лопату.

– Надо собрать сухие лепешки.

– Что?..

– Лешешки!.. – повторяет громче, словно я глухая, – Но только сухие!

Я смотрю под ноги и действительно вижу похожее на блины коричневое нечто.

– Что это? – спрашиваю с опаской.

– Боже, – вздыхает Сморчок и тихо бубнит под нос, – Уберите от меня эту недалекую.

Я начинаю закипать. Во-первых, я не хочу собирать никакие лепешки, во-вторых, этот сушеный мухомор меня дико раздражает.

– Это удобрение, ясно!

– Ясно! – тявкаю в ответ.

Качая головой, он достает из кармана пачку с сигаретами, закуривает и оглядывается.

– Соберешь сухие и сложишь их… – машет правой рукой, то влево, то вправо, словно никак не может определиться, куда именно их нужно сложить, – Вот сюда.

Я ни черта не понимаю, но решаю больше не спрашивать, опасаясь, что запутаюсь еще больше.

– Как складывать? В стопки?..

– Аккуратно, – поднимает вверх указательный палец, – Красиво. Чтобы глаз радовался. Приступай.

Я надуваю губы и пытаюсь поддеть лопатой одну из них, но это оказывается не так-то просто.

– Присохли к траве, – комментирует Сморчок, – Срезай лопатой.

– Чего?..

– Дай, покажу! – выхватывает лопату и ловко отдирает одну из лепешек от земли.

Откидывает ее в сторону, возвращает мне инструмент, и, пыхтя сигаретой, важно удаляется.

Ладно. Берусь за дело.

Отковыриваю от земли это удобрение и складываю в ровные стопки по размеру. Работа не такая уж и сложная, но огромное количество мух надо мной настораживает и сильно отвлекает. Что им от меня нужно?!

– Кхм… – слышу в какой-то момент и от неожиданности едва не роняю лопату.

Подскочив на месте, оборачиваюсь и вижу мальчишку лет четырнадцати – пятнадцати. Белобрысого, с всклокоченными волосами и ярко – голубыми глазами. На застиранной футболке надпись – «Главный на районе».

Осматривая ровные стопочки, он озадаченно чешет макушку.

– А че это ты тут делаешь?

– Твое какое дело? – вскидываюсь, злая от усталости, – Иди, куда шел!

Он сует руки в карманы шорт и обходит по кругу одну из них.

– Фоточки будешь делать и на страницу свою выкладывать? – выдвигает предположение, – Мода такая, да?

– Чего?..

– Я могу тебя пофоткать, – кивает на стопку лепешек, – Рядом с ними.

– Не надо меня фоткать!

Присев на корточки, он срывает травинку и сует ее в рот.

– Значит, это ты та самая новенькая? Которую сюда из города на перевоспитание привезли.

– Кто сказал?

– Все говорят. Вся деревня.

Во, дела. Даже суток не прошло, как я здесь, а уже вся деревня в курсе.

– Врут, – отмахиваюсь от мухи, – Я здесь ради социального эксперимента. Пишу исследование…

– Про навоз?

– Какой еще навоз? – подхватываю лопатой очередную лепешку и кладу ее в самую высокую стопку. Почти с меня ростом, – Пишу кандидатсткую о жизни людей в сельской местности.

– Фигасе!.. – хлопает глазами, – Это ты профессорша, значит?

– Ну, может, и не профессорша… пока…

– Меня Колькой зовут, – перебивает главный на районе, – А тебя, говорят, как блохастого кота Антоныча? Васькой?

Я поджимаю губы и оставляю мнение относительно его невоспитанности при себе. Я, в отличие от местных, очень тактичная.

– Это че такое?! – вдруг раздается позади голос Ивана Антоновича.

Я разворачиваюсь и вижу его ошарашенное лицо.

– Бля-а-а-а… – выглядывает из-за него Сморчок.

Демонстрируя результаты своей работы, я отхожу в сторону и с тяжелым вздохом растираю лоб ладошкой.

– Я все сделала!

– Нахрена?! – спрашивает Баженов, страшно пуча глаза.

– Ой-ё!.. – начинает причитать карлик, – Заставь дурака богу молиться!..

– Это ты ее заставил? – догадывается Антоныч.

Во взгляде Кольки вспыхивает азарт.

– Да, Георгий велел сложить лепешки в стопки, – отвечаю за него.

– Ты чо?! – нависает над Сморчком, отчего он сжимается и становится в два раза меньше.

– А чо! Нормально же?.. Красиво, аккуратно! Смотришь, и глаз радуется!

– Модно. Современно, – поддакивает Колька.

– Убрать! – рявкает Баженов, выдирая из моих рук лопату и пихая ее Сморчку, – А ты, Василина, иди душ прими!

– Хорошо, – пищу я и срываюсь с места.

Долетаю до дома за полминуты и врываюсь внутрь.

– Где у вас здесь душ?

– Фу-у-у… – морщится Людмила, – Иди-ка отсюда!

– Где душ?

– На улице. Идем, покажу.

По пути она выдает мне полотенце и приводит к сильно похожему на туалет деревянному домику, вместо крыши на котором установлена бочка.

– Это что?

– Душ! Не видишь, что ли? Вымойся, как следует, а то воняешь!