Читать книгу Темна вода - - Страница 5

Сентябрьский город шумел и мерцал, словно гигантский механизм, не знающий покоя. Каждый атом пространства был наполнен движением: машины ползли по улицам, люди спешили по делам, свет рекламных щитов будил задремавшие окна.

Москва погружалась в пятничный вечер – хаотичный, яркий, беспощадный – не для слабаков. В гудящем хоре я чувствовал себя маленькой шестерёнкой, пытающейся попасть в общий ритм.

Потрепанная «девятка» медленно проталкивалась в вечерних пробках для завершающей коды рабочей недели. В лобовом стекле мелькнуло мое лицо. Темные волосы, бледная кожа, модная недельная щетина, бомжеватая в неровном свете. Ворот рубашки расстегнут, узел галстука спущен с шеи на грудь – можно расслабиться в пути.

По радио – бубнёж рекламы жевательной резинки Wrigley’s. Я возвращался с тендерного совещания в международном агентстве BBDO, ведущем мировую рекламную кампанию этой эластичной конфетки.

Рекламный бюджет на региональное телевидение Wrigley’s обещал быть щедрым, но получить его мне не светило. Конкуренты закрутили хитрый хоровод налички с городскими телеканалами и имели отличные скидки на эфирные блоки, а я терял заказ за заказом и сейчас рисковал схватить последнюю чёрную метку от Сергея Ростиславовича – директора агентства. Он уже не раз намекал, что сильно недоволен.

Свернув с Шереметьевской, я припарковался с задней стороны угрюмого бетонного куба – тусклого советского кинотеатра «Глобус», взял черный кожаный портфель с пассажирского сиденья и зашёл в неприметную заднюю дверь под стеклянным козырьком.

На стоянке моя вишневая трехлетняя «девятка» смотрелась сиротой по соседству с нахмуренными, прилегшими на брюхо немецкими авто менеджеров рекламного агентства «Глобус-Медиа», где я работал начальником отдела.

Я не стремился слишком рьяно демонстрировать мнимую состоятельность, чем грешили мои нынешние коллеги. В Новосибирске, где раньше крутился в бизнесе, давно понял: показуха может выйти боком. Недавно переехав в Москву, не хотел привлекать ненужное внимание ни к машине, ни к себе: жил налегке, не обрастал вещами.

Самое ценное держал в кожаном портфеле: паспорт, запас денег, дорогущий мобильный телефон. Жизнь научила, что иногда надо двигаться быстро и очень далеко. Глянцевый товарищ, портфель стал для меня чем-то вроде важного органа, дружески подмигивая серебряными заклепками. Даже когда выходил из офиса ненадолго, я всегда держал его при себе.