Читать книгу Справляться с кризисами, а не с ребёнком - - Страница 3

Эту сцену я до сих пор помню очень ярко. В мой кабинет входит уставшая мама ребенка пяти лет, с напряженным лицом. Она рассказывает об утренней «битве»: обычная футболка – и маленький лейбл у самого горлышка.

«Ну нельзя же из-за этого драму устраивать!» – говорит она, вздыхая.

А её сын в тот момент утром кричал, отказывался одеваться, катался по полу – будто его действительно что-то атаковало.

«Мы опаздывали. Он делал это специально. Просто издевается над нами. То футболка ему не нравится, то штаны натирают, то носки сдирает и отказывается одевать», – заканчивает она рассказ, обессиленная.

Я кивнула, давая ей понять, что слышу не только слова, но и ту усталость и беспомощность, что стоят за ними.

– Понимаю, как это выматывает», – сказала я. – Можно задать вам несколько уточняющих вопросов о том, как ваш сын вообще взаимодействует с разными ощущениями?

– Конечно, – ответила мама, чуть выпрямившись.

– Хорошо. Вы упомянули про футболки, штаны, носки. Это очень важно. Давайте начнём с одежды. Есть ли вещи, которые он носит абсолютно спокойно, без возражений? Может, какая-то конкретная ткань или крой?

Мама задумалась на секунду.

– Ну, старые, мягкие треники он терпит. И пару трикотажных футболок, из которых я вырезала все бирки и этикетки. А вот всё новое, жёсткое, «шуршащее» – сразу нет. Колючие свитера – это вообще катастрофа, даже примерять не даёт.

– А если говорить о гигиенических процедурах? Как он реагирует на стрижку ногтей, на поход в парикмахерскую?

– О, это отдельная история! – мама покачала головой. – Подстричь ногти уговариваем всей семьей и дается он только отцу, тот его крепко зажимает и сын как будто успокаивается. А в парикмахерской мы были один раз – он кричал так, будто его режут, когда волосы падали на шею. Больше не ходим, стригу сама, со скандалом.

– Понимаю. А что с играми, где нужно что-то трогать, пачкать руки? Например, лепить из пластилина, играть с пальчиковыми красками, кинетическим песком?

Тут лицо мамы озарилось.

– Знаете, а вот это он как раз обожает! В саду его хвалят на занятиях по лепке – сидит и сосредоточенно мнёт глину. Дома готов часами возиться с песком или массой для лепки. Но только если потом сразу же отвести его мыть руки. Потому что если глина или песок засохнут на коже – начинается крик: «Сними! Сними это!».

– Это очень важное наблюдение, – заметила я. – А бывает так, что он избегает лёгких прикосновений? Например, если его погладить по руке или по голове, он может отстраниться?

– Бывает… – мама говорила медленнее, будто собирая в голове разрозненные картинки. – Иногда действительно дёргается, если его неожиданно коснуться. Говорит: «Не трогай меня». Особенно когда устал или чем-то занят. А вот крепкие объятия, когда его обнимают сильно, с нажимом, – те, наоборот, нравятся. Как будто успокаивается.

Я сделала паузу, давая ей и себе время соединить эти разрозненные фрагменты в одну картину.

Ситуация с футболкой – лишь один из множества возможных сценариев, когда родители начинают понимать, что что-то не укладывается в обычную логику поведения.

В других семьях «спусковым крючком» может стать мытьё головы: ребёнок отчаянно сопротивляется, дерется в душе, боится садиться в ванную.

В третьих – внезапный резкий звук (пылесос, фен, кофемолка), от которого ребёнок зажимает уши и впадает в панику. Или определённая текстура пищи (например, манка, кисель, фарш), вызывающая не просто отказ, а настоящий рвотный рефлекс. Иногда триггером становится, казалось бы, ласковое прикосновение – объятие, поглаживание по спине, – которое ребёнок воспринимает как нестерпимое. А для кого-то невыносимым испытанием становится поход в торговый центр.

Для взрослого – это бытовая мелочь. Для ребёнка – настоящее вторжение, почти физическая атака.

Вот главный вопрос, на который мы будем искать ответ: почему для него это настоящая драма, когда на наш взгляд – лишь лёгкий дискомфорт?

Ко мне в кабинет приходят также и родители, которых волнуют «школьные» трудности. Они переживают из-за плохих оценок, из-за постоянных замечаний в дневнике: «Не может усидеть на месте», «Совсем не слушает», «Вялый, не проявляет активности».

Иногда причина кроется в гипотонии – сниженном мышечном тонусе. Ребёнок устаёт уже от того, что просто сидит прямо, и незаметно «сползает» на парту, теряя концентрацию.

Родители приносят папки с проваленными контрольными, неаккуратными тетрадями. Они думают, что ребёнку не хватает старания, что он просто ленится. А я вижу не только школьные неудачи: я вижу тело, мозг – целую систему, которая из последних сил пытается удержаться, чтобы сидеть, слушать, вычленять важное из общего потока звуков и образов.