Читать книгу Cиние руины. Воссоединение - - Страница 2

На краю выжженного района, в сумеречном свете, слабо мерцали синие клинки. Они были выкованы из осколков, от которых исходил собственный, призрачный свет. Майк методично пронзал зараженные кристаллические наросты, растущие из руин, но его внимание было приковано не к ним. К горизонту ползла тень – бесформенная масса искаженных тел, шевелящаяся единым, чуждым импульсом.

«Гореть синим пламенем», – прозвучал низкий голос, скорее мысль, облеченная в шепот, но полная ледяной, отточенной решимости. Пальцы сжали рукояти. Мышцы собрались в тугую пружину, готовую распрямиться в смертельном прыжке.

За тысячи километров от этой пустоши, в комнате студенческого общежития, царил свой, уютный хаос. Алекс погрузился в ритуал – залихватский забег по виртуальным локациям «Killing Floor». За окном моросил осенний дождь, в форточку врывался ветерок, пахнущий мокрым асфальтом и прелыми листьями. Мир за пределами монитора был надежным, предсказуемым и прочно стоял на своем фундаменте. Здесь, в компании молчаливых ботов, можно было быть героем без риска и последствий.

Поле боя Майка взорвалось движением. Он не просто сражался – он совершал некий древний ритуал очищения. Его тело изгибалось с гибкостью и смертоносностью тени. Синие лезвия рассекали воздух, оставляя за собой шлейфы морозного свечения, которые не успевали исчезнуть, как наносился новый удар. Каждое попадание обращало чудовищ не просто в трупы, а в пепел; сияние оружия выжигало саму скверну, их наполнявшую. Ветер доносил едкую смесь озона и гари – запах яростного, безкомпромиссного противостояния. Ледяные голубые глаза, не знающие усталости, сканировали горизонт. Тактический костюм с инкрустациями из того же синего кристалла делал его призраком среди руин, частицей тьмы, движущейся с пугающей, почти нечеловеческой ловкостью.

В своем углу реальности Алекс Фраг все так же сидел перед мерцающим экраном. Мягкий свет выхватывал из полумрака руки на клавиатуре и мышке. За окном тихо постукивал дождь, шелестели мокрые ветки – идиллический саундтрек к цифровой бойне. Он углублялся в виртуальный рейд, не подозревая, что где-то, за гранью любого воображения, чье-то существование балансирует на острие клинка.

Битва Майка достигла апогея. Его клинки гудели, взвиваясь до пронзительной ноты, и каждый взмах разрезал тьму вспышками холодного сияния, похожими на падающие звезды. Зеды, эти бывшие люди, ныне ходячие искажения плоти и воли, растворялись без следа, их злобная сущность испепелялась дотла. Он двигался как размытая молния – воплощение самой эффективной, безличной жестокости.

Закончив игру, Алекс вышел в коридор, встретив там тетю Лиду, вечную соседку с бессменным халатом и озабоченным взглядом. Одолжил у нее сигарету, закурил прямо там, под потрескивающей лампой дневного света. Легкий дым смешивался с запахом влажного бетона, старой краски и пыли, пропитавшей стены общежития до самого остова. Обеспокоенный, почти материнский взгляд тети Лиды на мгновение вернул его в реальность – такую хрупкую и обыденную на фоне грохочущих триумфов из динамиков.

Майк, завершив побоище, замер среди дымящихся руин. Его клинки, еще вибрирующие от остаточной энергии, были опущены. Воздух густо пах озоном, гарью и чем-то сладковато-приторным – мрачный памятник только что отгремевшему апокалиптическому акту. Он окинул взглядом пустошь, удостоверяясь, что ни одна тварь не уцелела. Его истинная цель была не в убийстве, а в охране. Голубой Кристалл, источник его силы и его клятвы, пульсировал у него за спиной мягким, но неумолимым светом – вечное бремя в сердце запустелого мира.

Алекс, вернувшись в комнату, от скуки и привычки взялся за разборную штангу. Ритмичный, монотонный стук блинов об пол нарушал тишину, утверждая незыблемость этого маленького мира. Стены, соседи с их странными привычками и разговорами «о тяжелых временах», пыльный ковер на полу – все это казалось нерушимой крепостью, абсолютным щитом от любого, даже самого гипотетического, конца света. Потом он переложил свой «Томи-ган» – здоровенную самодельную пушку, собранную когда-то от тотальной скуки – в дальний угол шкафа, механически проверил, на месте ли магазин с болванками. Действия были рутинными, лишенными какого-либо скрытого смысла. Казалось бы.

После победы Майк не расслабился. Он стоял на страже у пульсирующего Кристалла, чувства обострены до предела. Артефакт отзывался на его присутствие едва уловимыми вибрациями в самой ткани реальности. Что-то начинало резонировать иначе. Воздух в пустоши зазвенел от незримого, копившегося напряжения.

В общежитии Алекс этого, конечно, не чувствовал. Знакомые лица, привычный гул голосов из-за стен, чей-то смех на кухне. Но в какой-то момент стены, всегда казавшиеся надежными, стали ощущаться как тонкая перегородка, как экран монитора, за которым может быть все что угодно. Он отогнал глупые мысли, продолжив бесцельно перекладывать вещи с места на место под тусклым светом настола.

Где-то за гранью Майк ощутил, как нарастает гул – не звук, а давление на барабанные перепонки. Голубой Кристалл вспыхнул ярче, его пульсация участилась, резонируя сквозь слои реальности. Тонкое дрожание пробежало по камню под ногами стража.

Алекс выключил ноутбук и плюхнулся на продавленный диван. Музыка из телефона заполнила комнату, создавая свой маленький, уютный мирок. Одиночество и тишина – вот все, что ему было нужно в этот момент. Казалось, это просто еще один вечер.

Майк не сводил глаз с Кристалла. Энергия буквально клокотала в нем, пронизывая каждую клетку. Иллюзорная завеса между мирами истончилась до предела. Воздух вокруг начал искрить короткими, жадными синими молниями.

И тогда в общежитии почувствовали неладное.

Сначала пол под ногами дрогнул – легкая, почти неощутимая вибрация. Затем она переросла в откровенную тряску. Стены затрещали по старым швам. Музыка из телефона внезапно смолкла, подавленная нарастающим, низким гулом, от которого заложило уши. Воздух стал тяжелым, как свинец, им стало невозможно дышать.

И тогда раздался ГРОХОТ.

Фундамент содрогнулся. Стены сложились, как карточный домик. Отовсюду, со всех сторон, из трещин в бетоне и плитке, полезли и начали расти с пугающей скоростью острые синие кристаллы, пульсируя зловещим, знакомым светом. Все смешалось в хаосе падающих плит, коротких криков (сразу оборвавшихся) и этого всепоглощающего гула, который вытеснил собой сам звук.

Сознание вернулось сквозь давящую тишину. Пыль, щебень, острая боль в спине. Попытка пошевелиться, разгрести обломки. Сквозь щель в завале – пустота. Там, где был коридор, где только что звучали шаги и голоса, – теперь лишь груда камней и те самые мерзкие синие кристаллы, торчащие, как ребра погибшего великана. Ни звука. Ни стона. Только звон в ушах и тихий, леденящий ужас осознания: «Похоже… я один».

И в этот момент взгляд выхватил фигуру.

Человек. В облегающем черном тактическом костюме, с проблесками того же синего на поясе и плечах. Он стоял среди руин, как призрак, как их неотъемлемая часть – неподвижный, сканирующий местность с хищной сосредоточенностью. Его острый, оценивающий взгляд скользнул по завалу, задержался на щели, за которой прятался Алекс. На лице – нечеловеческая собранность и глубокая, вековая усталость.

Кто он? Откуда? Ответа не было. Была только леденящая догадка, пробивающаяся сквозь шок: «Конец… Он настал. И этот парень… он не убегает от него. Он его часть».