Читать книгу Сватовщина. Дорогой Победы. 80-летию Победы в Великой Отечественной войне посвящается… - Сергей Евгеньевич Щеклеин, Татьяна Александровна Пасечникова, С. Е. Щеклеин, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 7

Великая Отечественная война – самое тяжелое испытание, которое довелось пережить нашим людям, нашей стране. Правду говорят, что в годины тяжких испытаний всякий человек обнаруживает своё нутро. И когда одни, жертвуя собой, идут на фронт, чтобы защитить свою Родину, либо остаются в тылу и воюют с оккупантами здесь, другие – наоборот, спешат услужить «новой власти», в мгновение ока меняя не только лозунги и партбилеты, что ещё можно как-то понять и простить, но и свою Родину, землю своих праотцов.

Не хочу окрашивать все в черно-белые тона, дескать были герои с одной стороны и предатели с другой. Это не совсем так. Были ещё и просто малодушные люди, были и те, кто вынужденно служил фашистской власти, спасая своих родных. Все они давно получили оценку своих дел и не только перед судом победившей Советской власти, но уже и перед судом Божьим.

Кстати, что касается советского суда, который многим представляется исключительно как ужасный карательный орган, бесчеловечный и преступный по своей сути – так даже этот суд, проходивший над изменниками Родины и пособниками оккупантов почти сразу же после освобождения Сватовщины в 1943 году, далеко не всех приговорил к высшей мере наказания, а многих, после отбытия ими сроков в лагерях и тюрьмах, реабилитировал.

Но вернемся к истории. В данной статье будут приведены документальные свидетельства, опубликованные в журнале «Бахмутський шлях» (В. Семистяга Національно-культурне життя на Сватівщині (1942—1943 рр.) Бахмутський шлях №1/2 2003)

С началом оккупации Сватовский район, в нынешних его границах это Сватовский, часть Мостовского и часть Нижнедуванского районов, находился в оккупации. Новая власть немедленно начала устанавливать здесь свой, «новый порядок», основанный на терроре, расстрелах и грабежах местного населения. Все население обязано было сдавать продукты, теплую одежду, скот и платить денежные налоги. А в это время в Сватовской психбольнице от голода умерли 213 больных.

В первые же дни оккупации при помощи предателей комендатура составила списки советских и комсомольских работников для расстрела и молодежи для отправки в Германию. За время фашистской оккупации расстреляно 142 человека, отправлены в Германию 2320 человек.

Однако далеко не всем жилось плохо при новой власти, далеко не всех расстреливали, увозили в Германию и заставляли работать за пайку в 100 грамм хлеба. Были и те, кому немецкая оккупационная власть платила хорошую по тогдашним меркам зарплату, оперативно предоставила помещение, разрешила открыть свою типографию, издавать газету, проводить агитацию, свободно ездить по оккупированной территории. И это были ни немцы, ни румыны или итальянцы, пришедшие вместе с фашистской оккупационной властью, это были наши, сватовчане.

«Анализ доступных источников свидетельствует, что на Луганщине большую роль в развертывании национально-культурного движения сыграли педагоги, которые работали у разного рода административных органах оккупационной власти. И возобновление работы, и развертывание сети культурно-образовательных заведений шло именно через них. В частности, при Сватовской городской управе ими был создан отдел культуры, образования и воспитания. Возглавил его прежний выпускник Одесского университета, по специальности учитель физики и математики, самодеятельный артист И. М. Гордиевский. Ему помогали штатные работники отдела В. Х. Ильченко и К. Х. Шмыгина.

В. И. Ильченко – коренной сватовчанин. По завершении Старобельских педагогических курсов учительствовал в родном городе. В 1940 году был отправлен на Ровенщину, где преподавал историю древнего мира в Клевенской СШ. Тогда же поступил на первый курс заочного отделения исторического факультета Ровенского пединститута и, накануне войны, был принят кандидатом в члены КП (б) У, избран на районной конференции сначала вторым, а затем и первым секретарем Клевенского райкома комсомола. После нападения Германии на СССР – боец 25-го отдельного путевого батальона. Не сумев избежать вражеского окружения, с группой бойцов попал в плен и был отправлен в концлагерь в г. Хорол на Полтавщине. Убежать сумел только со второй попытки и летом в 1942 г. добрался до оккупированного немцами Сватово. Чтобы не быть вывезенным в Германию, пошел работать в упомянутый отдел техническим секретарем.

К. И. Шмыгина родом из с. Кабанье (ныне Краснореченское) Кременского района. С семьей жила в Сватово. в 1941-ом году она закончила физико-математический факультет Харьковского университета и была принята на работу сотрудником Харьковской астрономической обсерватории. С 1 сентября в 1941 г. преподавала физику и математику в старших классах одной из сватовских школ. Не сумев эвакуироваться в советский тыл, осталась на оккупированной территории. Чтобы спасти себя и сестер от отправки в Германию, также пошла работать в вышеупомянутый отдел.

Созданная И. М. Гордиевским структура была искусственной в системе администрации оккупационной власти, потому что дублировала функции районного отдела образования. Но в процессе деятельности именно она консолидировала культурно просветительские силы района, способствовала «подъему национального самосознания украинцев», образованию и материально финансовому обеспечению местной ячейки «Просвіти», а позже полностью слилась с ней.

Структурно Сватовская «Просвіта» строилась на тех же программных и организационных принципах, что и харьковское общество. Не случайно ее организатор И. М. Гордиевский был избран председателем ячейки. Этому способствовало то, что именно он наладил контакты с «Просвітой» Харькова, ознакомил с ее деятельностью и уставными документами местную общественность. Он же и созывал в конце августа 1942 г. первые организационные собрания, на которых в количестве 30—40 человек присутствовали руководители украинского «самоуправления» в системе немецкой оккупационной администрации города и района. На этих собраниях И. М. Гордиевский ознакомил собравшихся с уставом «Просвіти», разъяснил ее организационные и идейные принципы. Отметил, что создается просвитянский, а не какой-то другой коллектив. Собравшиеся засвидетельствовали свое согласие и тайным голосованием избрали руководящие органы – совет из семи членов и трех кандидатов и ревизионную комиссию.»

Член совета М. А. Алексеев свидетельствовал, что на первых организационных собраниях присутствующими поднимались вопросы объединения и сплочения «національно-свідомих» граждан в единственную украинскую политическую силу. Именно на таких позициях стояли И. Г. Усов, И. М. Гордиевский, О. А. Ирха, Н. О. Божинский, Филоненко, которые видели тесную взаимосвязь между развитием украинской государственности, национальной культуры, и воспитанием населения в духе «патриотизма». Обязанности членов совета были распределены на ее первом организационном заседании после проведения общих собраний просвитян и образования ячейки «Просвіти». Председателем совета общества утвердили И. М. Гордиевского, его заместителем – С. В. Протопопова, секретарем – К. И. Шмыгину. Члены совета В. И. Ильченко, В. К. Чернуха, М. А. Алексеев, М. И. Бочаров, а также кандидаты в члены совета И. З. Запорожец, П. О. Кудряш и В. И. Евтушенко возглавили разные направления просвитянской работы»

На следующий день после организационного оформления «Просвіта» получила помещение из четырех комнат и въехало туда. Это была часть дома прежнего районного суда. Кроме комнат председателя и секретаря общества, другие две были отведены под библиотеку с читальным залом и залом собраний и заседаний. В то же время было составлено и отпечатано в местной типографии несколько сот экземпляров «Відозви до українського народу» и «Відозви до сватівців», в которых Сватовчан призывали быть лояльными оккупационной власти. А еще через день под желто голубыми флагами в местном театре им. С. М. Кирова (районном Доме культуры) провели первое большое мероприятие – платный тематический вечер. Его программа состояла из двух частей: лекции И. М. Гордиевского «Відродження української культури» и выступления коллектива художественной самодеятельности под руководством С. В. Протопопова. Во время проведения вечера среди собравшихся в зале распространили напечатанные воззвания и осуществили запись новых членов в общество. Вырученные средства направили на последующее развитие культурно-образовательной работы. Особенное внимание совет уделил созданию собственного печатного органа. Сначала выпускали цветную двухнедельную стенгазету «Промінь», для чего образовали редколлегию из семи лиц: И. М. Гордиевский – редактор, члены редколлегии, – В. И. Ильченко, О. И. Вишневецкий, Полищук, Пасечник, И. Комышан и Г. Ткаченко.

Невзирая на достаточно квалифицированный состав редколлегии, достичь регулярности выхода газеты не удалось. Вышли всего два номера в нескольких экземплярах, где были помещены заметки И. М. Гордиевского, В. И. Ильченко, О. И. Вишневецкого и других. Позже учредили многотиражную газету «Новий шлях», которую печатали в собственной типографии.

Об активности руководящих органов «Просвіти» свидетельствуют регулярные еженедельные заседания совета. Проводились они каждую пятницу или каждую субботу. Как правило, первым вопросом повестки дня всегда шла речь о росте ячейки. В канун заседания К. И. Шмыгина разносила по учреждениям и предприятиям города предварительно напечатанные в местной типографии просвитянские анкеты. Руководство раздавало их служащим и рабочим, которые желали вступить в общество, поощряло их к такому шагу. Но этого было мало. По уставу каждый, кто вступал в «Просвіту», собственноручно писал заявление с просьбой принять его в члены общества и заручался поддержкой двух поручителей. Кроме тех, кто вступил в общество на первых организационных собраниях и во время массовых мероприятий, совет до начала вступления первых частей Красной Армии на территорию района, принял в «Просвіту» не менее 60 лиц. Были даже напечатаны бланки членских билетов, но заполнить и вручить их не успели.

Кроме членов совета, активность по привлечению к «Просвите» новых членов проявили Ф. М. Христис – директор театра, И. Д. Потапенко – актер и староста драматичного кружка, В. И. Колисниченко – староста хорового кружка, О. О. Ермоленко – начальник районной полиции и член хорового кружка и другие.

На заседаниях совета рассматривались также вопросы организации кружков художественной самодеятельности, открытия филиалов общества, в селах, в частности в Гончаровке, Райгородке, Преображенном и Нижней Дуванке, работы городских мастерских с условием перевода полученных прибылей на потребности культурно-образовательной деятельности, создания собственного печатного органа, поездки, в Харьков за литературой и ознакомлением с опытом работы местной «Просвіти», выезда городского театра, в Германию для культурно-художественного обслуживания украинцев, вывезенных на принудительные и каторжные работы. Обсуждались и личные заявления членов общества.

Выполняя установки совета, общество учредило разного рода мастерские: часовую, кройки и шитья, художественную и тому подобное. В ведении «Просвіти» находился также местный театр (прежний районный Дом культуры), в котором работали хоровой, танцевальный, драматичный кружки, оркестр и местная типография, коммерческий магазин.

В районном банке «Просвіта» имела текущий счет, распорядителем которого был председатель совета. О содержательной работе этих структур свидетельствует тот факт, что все они были прибыльными, а их работники регулярно получали зарплату и продовольственный паек. За этими успехами стояли достаточно большие усилия самого И. М. Гордиевского. Ведь, кроме этого, он открыл и наладил работу библиотеки украинской классики. Как художественный руководитель театра, подготовил и осуществил постановки спектаклей С. Ф. Черкасенка «Про що тирса шелестіла…", М. Л. Кропивницького «Пошилися в дурні», Г. Ф. Квітки-Основ'яненка «Сватання на Гончарівці», М. П. Старицького «Панське болото, або не судилось» та «Ой, не ходи, Грицю, та й на вечорниці», І. Я. Франка «Украдене щастя», а також – «На перші гулі», «Безталанна», «Бувальщина» и тому подобное.

Достаточно плодотворно работал и специализированный художественно театральный совет «Просвіти», основная цель которого заключалась в утверждении репертуара коллективов и подготовки его как художественно-творческого произведения наивысшего сорта на усмотрение зрителя. После реорганизации в декабре 1942 г. в ее состав вошли семь человек во главе с руководителем театрального хора и новым председателем совета «Просвіти» С. В. Протопоповым. Его заместителем был В. И. Ильченко. Кроме них, творчески работали: кандидат в члены совета «Просвіти», режиссер театра В. И. Евтушенко, директор театра Ф. М. Христис, директор оркестра театра О. Г. Стець и супруги из этого же театра – режиссер и руководитель эстрадной группы М. А. Покровский и руководитель танцевального коллектива и сольно вокальных номеров – З. И. Покровская.

В конце октября в 1942 г. в работе просветительского объединения произошли перемены. Дело в том, что идея И. М. Гордиевского создать театральный коллектив и выехать в Германию для культурно просветительского обслуживания украинцев, которые принудительно находились там, не увенчалась успехом, т.к. часть самодеятельных артистов не желала покинуть Сватовщину и выехать на чужбину. Тогда он сам выехал в Харьков с надеждой осуществить задуманное совместно с харьковским театральным коллективом. А еще через несколько дней после его отъезда С. В. Протопопов в помещении городской управы собрал всех просвитян и провел общие собрание. Проводилось оно опять же при активном участии украинской «самоуправы» – украинцев, которые работали в органах оккупационной администрации. Заслушав сжатый отчет о работе общества, присутствующие тайным голосованием избрали новые руководящие органы «Просвіти». Членами совета избрали С. В. Протопопова, В. И. Ильченко, К. И. Шмыгину, В. К. Чернуху, М. А. Алексеева, О. О. Ермоленко и П. А. Кудряша. Кандидатами в члены совета стали В. И. Евтушенко и К. П. Стельмах, а членами ревизионной комиссии – М. И. Бочаров и И. З. Запорожец. В тот же день на внеочередном заседании совета тайным голосованием избрали председателя «Просвіти». Им стал С. В. Протопопов. Его заместителем избрали В. И. Ильченко, а секретарем К. И. Шмыгину.

Глава совета С. В. Протопопов не только осуществлял общее руководство обществом, но и занимался разного рода организационными вопросами. В. И. Ильченко отвечал за проведение культурно-массовых мероприятий и занимался хозяйственными делами. Рост рядов организации обеспечивал О. О. Ермоленко.

Финансовые дела вели М. И. Бочаров и В. К. Чернуха.

Изменился и состав редакционной коллегии издания «Просвіти». Теперь главным редактором газеты «Новый шлях» был избран О. И. Вишневецкий. Но в действительности его функции выполнял В. И. Ильченко. В состав редколлегии вошли также Шмыгина, Пасечник и Евтушенко, им удалось издать два номера газеты общим тиражом 400 экземпляров.

Сватовская «Просвіта» получала и распространяла на территории района также другие газеты. Среди них харьковская «Нова Україна» и луганская «Нове життя».

Массовые мероприятия, как и раньше, просвитяне проводили в местном театре. Кроме драматической студии, здесь активно действовали музыкальные коллективы. В частности, хор «Просвіти» насчитывал 40 лиц. Здесь были и те певцы, которые принимали участие в художественной самодеятельности Сватовщины до оккупации района немцами. Большинство из них были беспартийными. Но были члены и кандидаты в члены КП (б) У, комсомольцы. Не все они вступили в общество. Особенно это касалось русских, которых по уставу не принимали в ячейку. Но нередко были и такие случаи, когда русские прятали или уничтожали собственные документы, а при получении новых в местной полиции заявляли, что в действительности они являются украинцами. Так поступила В. И. Колисниченко. Русская по национальности, учительница по специальности, она пела, танцевала, была старостой женского хора. Но для того, чтобы вступить в «Просвіту» и поехать в Германию в составе театральной группы, которая бы выступала перед вывезенными на чужбину соотечественниками, она изменила национальность и получила новый паспорт. Активное участие в работе хорового коллектива принимала русская, кандидат, в члены КП (б) У М. М. Артюх. В состав хорового коллектива записывались и целыми семьями.

Кроме украинского пели на немецком и итальянском языках. Работа в хоровом коллективе материально поощрялась. Так певец-бас Г. П. Скрыпник принял участие в пяти концертах «Просвіти», где исполнялись исключительно украинские песни, за что получил 400 карбованцев.»

Своё внимание оккупационная власть уделяла не только песням и пляскам в исполнении полицаев и предателей. Не забывали немцы и о школах, чтобы, если таковые есть, воспитывали детей в «нужном русле». Оккупанты позволили в сентябре в 1942 г. открыть классы, в основном начальные, для того, чтобы по специальной программе детей учили только считать, читать и писать. Из третьего класса предусматривалось обязательное изучение немецкого языка.

Из школьных библиотек, по указанию военных комендатур, изымались учебники и пособия, «неправильные» в понимании оккупантов, произведения украинских и мировых классиков. До работы с детьми была допущены лишь четвертая часть учителей, которые по тем или другим причинам остались на оккупированной территории. В первую очередь те, кто получил образование до революции, кто происходил из зажиточных семей, кто преследовался советской властью и был ее противником. Для того, чтобы учителя не отказывались от работы с детьми, им эпизодически выдавали до 200 гр. хлеба и чисто символическую плату. Даже заведующий Сватовского районного отдела образования О. И. Вишневецкий получал в довоенных ценах до 300 карбованцев.

До педагогической работы в школе не допускали членов КП (б) У и ЛКСМУ, советских активистов, учителей истории. Педагогов, которые отказывались сотрудничать с оккупантами и пропагандировать идеи нацизма, преследовали, принудительно отправляли в Германию или вынуждали выходить на ремонт местных автогужевых путей без всякой оплаты труда.

Не во всех населенных пунктах были открыты и действовали учебные заведения даже самого низкого типа. В Сватово, например, регулярно занятия проводились только в железнодорожной школе.»

После вступления в Сватово Красной Армии руководители и активисты «Просвіти» были арестованы. После проведенного следствия часть из них была расстреляна, а часть осуждена на заключение в лагерях. Часть из них после многочисленных жалоб, отбыв полный срок заключения и ссылки, была реабилитирована. Много просвитян даже в условиях независимости Украины после 1991 года, не реабилитированы до этого времени и реабилитации, согласно действующему законодательству, не подлежат.

Здесь следует заметить, что туманное слово «часть», применяемое автором В. Семистягой в вышеуказанной статье, означает 5 человек руководства. Об этом смотрите выписки из архивных документов, приведенные ниже. Трое из этих пяти были приговорены к высшей мере наказания и расстреляны, а двоих приговорили к 10 годам лагерей, но затем Военный Трибунал Киевского военного округа 11 января 1957 года приговор Военного Трибунала войск НКВД Украинского Округа от 16—17 апреля 1943 года по протесту прокурора отменил, дело о них производством прекратил за отсутствием в их действиях состава преступления.

Документы свидетельствуют: основным фактором, который способствовал «возрождению культурной и духовной жизни» в годы оккупации, было создание Украинских Национальных Советов во Львове и Киеве. Именно они стали органами национально политического самоуправления, которые повлияли на процесс создания украинских обществ и организаций национально государственнического направления. Ведущее место среди них именно и заняли ячейки «Просвіти». К тому же, инициатива их создания достаточно часто принадлежала группам ОУН. Об этом свидетельствует сообщение о «Украинском движении сопротивления» командующего полиции безопасности СД к берлинскому руководству от 23 октября в 1943 г., в котором отмечалось: «Делаются попытки сторонников ОУН проникнуть в культурные, научные и другие неполитические организации с целью направления их деятельности в националистическом духе… Особенное внимание уделяется украинскому культурному объединению «Просвіта».

Вот почему дело Сватовской «Просвіти» находилось на постоянном контроле наркома внутренних дел УССР В. Т. Сергиенка, а о ходе следствия над ее организаторами и активистами регулярно информировали первого секретаря ЦК КП (б) У Н. С. Хрущева. Обвинительные документы по окончании следствия 9 апреля в 1943 г. также лично утверждал В. Т. Сергиенко.»