Читать книгу Спроси меня страшно. Искусство отвечать на невыносимые вопросы в психотерапии - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 11

Клиентка пришла на терапию в состоянии острого кризиса: после долгих лет её попыток сохранить семью муж ушёл к другой. Её мир рухнул. На первой же сессии, сквозь слёзы и ярость, она рассказала о предательстве, о страхе за детей, о чувстве, что она «бракованная» и никогда больше не будет счастлива.

Я слушал, пытаясь быть контейнером для этой бури. В какой-то момент, вытирая слёзы, она посмотрела на меня полным надежды взглядом и спросила:

— Игорь, скажите, у вас есть семья? Вы женаты? Просто как вы сами справлялись с чем-то подобным? Мне так нужен совет от того, кто прошёл через это и остался на плаву.

Вопрос ударил неожиданно. С одной стороны, я испытал острое человеческое сочувствие и желание дать хоть какую-то опору этому страдающему человеку. С другой — чёткий внутренний сигнал: «Стоп. Здесь граница». Я почувствовал себя на минном поле. Если я скажу «да, есть семья», она может почувствовать себя ещё более одинокой («тебе-то хорошо, ты не понимаешь!»). Если скажу «нет» или уклонюсь, она может решить, что я некомпетентен в вопросах отношений («чему ты можешь научить, если сам не справился?»).

Но сильнее всего было искушение стать не терапевтом, а «братом по несчастью», старшим товарищем, который даст житейский совет из своего опыта. В голове пронеслись обрывки возможных ответов: «В отношениях бывают сложности…», «Главное — время…». Я поймал себя на том, что уже почти начал делиться абстрактными общими местами, чтобы утешить.

Я сделал паузу, собрался и сказал что-то о том, что моя личная жизнь не является фокусом нашей работы, и что важно найти её собственные, уникальные ресурсы. Она кивнула, но её взгляд потух. Она отодвинулась в кресле. Оставшееся время сессии она говорила формально, как будто стеклянная стенка выросла между нами. Я чувствовал, что отверг её в момент крайней уязвимости.