Читать книгу Спроси меня страшно. Искусство отвечать на невыносимые вопросы в психотерапии - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 15

Я вспомнил этот случай в группе, где коллега рассказывал о клиентке в разводе, которая спросила его, есть ли у него семья. Он ответил честно: «Да, есть». И клиентка после этого как-то сникла. Докладчик недоумевал: «Я же ответил правду. Почему ей стало хуже?»

Группа задумалась. Кто-то сказал: «А мне почему-то вспомнилось, как после выкидыша я смотрела на беременных подруг и думала: „Им хорошо, они не поймут“». Другой добавил: «Или как безработный смотрит на успешного друга и думает: „Тебе легко говорить“».

И тут меня пронзило. Моя клиентка, спросив про семью, не хотела узнать, есть ли она у меня. Она хотела надежды. Она смотрела на меня и думала: «Если у него есть семья, значит, он живёт в другом мире. Ему не нужно выживать в моём аду. Он будет смотреть на меня из своего тёплого дома и давать советы, которые там работают, но не здесь». И любой мой ответ — «да» или «нет» — подтверждал бы либо её одиночество («у него есть, а у меня нет»), либо мою некомпетентность («раз у него нет, чему он может научить?»).

Группа помогла мне увидеть, что вопрос был не про меня. Он был про её отчаянную потребность в том, чтобы кто-то вошёл в её ад не как экскурсант, а как спасатель, у которого есть карта этого ада. И ответ должен был быть не про моё семейное положение, а про то, что я знаю этот ад, потому что много раз оттуда выводил людей. Даже если сам там не жил.

Группа помогает отделить наши личные «табу» и уязвимости от терапевтически необходимых границ и найти язык, который передаёт и человечность, и профессионализм одновременно.