Читать книгу ПСЫ ПРЕИСПОДНЕЙ: ПАПИНЫ ВЕЩИ - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 1

Камера воняла мочой, потом и страхом. Рэм сидел на железной койке, привалившись спиной к холодной стене, и смотрел в потолок. Сырая штукатурка, ржавая решётка, тусклая лампочка под колпаком. Он не спал третьи сутки. Не потому, что не хотел — не давали. Мусора заходили каждые два часа, выволакивали в коридор, били. Резиновыми дубинками, ногами, иногда — кулаками. Рэм молчал. Он научился молчать ещё в детстве, когда Седой впервые сломал ему палец. Крик — это слабость. А слабых убивают.

— Вставай, сука! — рявкнул конвоир, открывая дверь.

Рэм не двинулся.

— Вставай, я сказал!

Двое в форме втащили его в коридор, бросили на бетонный пол. Начальник смены — капитан с жирным лицом и золотыми зубами — стоял, засунув руки в карманы.

— Ветров, — сказал он. — Ты признаёшься в убийстве своей жены?

— Не я её убил, — ответил Рэм.

— А кто?

— Не знаю.

— Врёшь.

— Не вру.

Капитан кивнул. Удар дубинкой по почкам. Рэм закашлялся, свернулся клубком.

— Кто убил?

— Не я.

— Тогда кто?

— Наймите следователя.

Ещё удар — по рёбрам. Рэм услышал хруст. Кажется, трещина.

— Ты признаешься, Ветров. У нас есть улики. Твои отпечатки на ноже, твоя кровь на месте преступления, твои показания свидетелей.

— Это подстава.

— Докажи.

Капитан развернулся и ушёл. Конвоиры подняли Рэма, бросили обратно в камеру.

Адвокат пришёл через три дня. Феликс Олегович — старый, седой, в дорогом костюме, с папкой, набитой бумагами. Он сел на стул, положил папку на стол.

— Роман, — сказал он. — Плохие новости.

— Какие?

— У следствия есть неопровержимые доказательства твоей причастности к убийству. Отпечатки пальцев на ноже, волокна твоей одежды на теле, показания соседей, которые слышали, как ты угрожал Еве.

— Это ложь.

— Я знаю. Но суду всё равно.

— Что ты предлагаешь?

— Сделку. Ты признаёшь вину в непредумышленном убийстве. Получаешь десять лет. Через пять выходишь по УДО.

— Я не убивал.

— Это не важно. Важно, что тебя посадят. А если сядешь, кто будет заботиться о детях?

Рэм задумался. Он знал, что адвокат прав. Система не любит правду. Системе нужен виноватый. И этот виноватый — он.

— Я подумаю, — сказал Рэм.

— Думай быстро. Через неделю суд.

Феликс Олегович вышел.

Через два дня Рэма вытащили. Не адвокат — Маркс. Чёрный барон подкупил следователя, дал взятку судье, нашёл свидетелей, которые подтвердили, что в ночь убийства Рэм был в другом месте. Залог — пять миллионов. Рэм вышел на свободу в понедельник, в дождь. Как и положено в Углегорске.

На пороге СИЗО его встречал Чибис.

— Живой, — сказал он.

— Живой, — ответил Рэм.

— Ты выглядишь хреново.

— А ты — как всегда.

Они обнялись.

— Кто это сделал? — спросил Чибис.

— Не знаю. Но узнаю.

— С чего начнёшь?

— С китайцев.

— Почему?

— У них был мотив. Я перекрыл их маршруты. Они хотели отомстить.

— А Ева?

— Ева оказалась между нами.

Рэм сел в машину.

— Поехали.

Они приехали в клуб-хаус. Стены помнили лучшие времена — запах виски, смех, споры. Теперь здесь было пусто. Только Чибис, Клык, Гюрза и двое новеньких. Остальные разбежались — кто в тюрьму, кто в могилу, кто в бега.

— Собирай всех, — сказал Рэм. — Мы начинаем войну.

— С кем?

— С «Золотым драконом».

— У них сто человек. У нас — десять.

— Качество важнее количества.

— Количество убивает качество, Рэм.

— Тогда мы умрём.

Рэм надел жилетку, проверил пистолет.

— Китайцы, я иду.

Первым был ресторан «Золотой дракон» — то самое место, где когда-то Царь встречался с китайскими наркобаронами. Рэм приехал туда ночью. С ним — Чибис, Клык, Гюрза и Пёс. Все в чёрном, с автоматами и глушителями.

— План такой, — сказал Рэм. — Я иду через главный вход. Чибис — через чёрный. Клык и Гюрза — подстраховка.

— А если там будут гражданские? — спросила Гюрза.

— Тогда они умрут.

— Это не по понятиям.

— Это война.

Они ворвались внутрь. Ресторан был полон — китайские бизнесмены, проститутки, охранники. Рэм выстрелил в потолок.

— Всем лечь! — закричал он.

Китайцы заверещали, попадали на пол. Охрана выхватила оружие, но Клык и Гюрза уже косили их очередями.

— Где Лунг? — спросил Рэм.

— Не знаем! — закричал один из китайцев.

— Врёшь.

Рэм выстрелил ему в ногу.

— Где?

— В подвале! Он в подвале!

Рэм спустился вниз. Лунг сидел в своём кабинете, пил чай и смотрел телевизор. Увидел Рэма, не удивился.

— Я знал, что ты придёшь, — сказал он.

— Тогда ты знаешь, зачем.

— Убить меня? Не выйдет.

— Выйдет.

— Убьёшь — и твои дети останутся сиротами. Ты же не хочешь этого?

— Мои дети уже сироты. Их мать мертва.

— Её убил не я.

— А кто?

— Твоя мать.

— Врёшь.

— Проверь.

Лунг протянул флешку. Рэм взял.

— Здесь запись с камеры. Видно, как Зоя входит в подъезд, а потом выходит с ножом.

— Ты подставил её.

— Я защищал себя.

Рэм выстрелил. В упор. Лунг упал на стол, заливая его кровью.

— Всё, — сказал Рэм.

— Всё, — повторил Чибис.

Они вышли из ресторана, сели в машины и уехали.

Рэм сидел в гараже, сжимая флешку. Он знал, что Лунг не врал. Но он не хотел верить. Зоя — его мать. Она не могла убить Еву. Не могла.

— Посмотри, — сказал Чибис.

— Не хочу.

— Должен.

Рэм вставил флешку в ноутбук. На экране — чёрно-белая запись. Подъезд, лестница, камера в углу. Зоя входит, поднимается на третий этаж. Через полчаса выходит. На руке — нож. Вся в крови.

— Сука, — прошептал Рэм.

— Что будешь делать?

— Найду её.

— Она уехала в Испанию.

— Значит, полечу в Испанию.

— А дети?

— Дети останутся с Венди.

— Ты ей доверяешь?

— Она их мать.

— Она была наркоманкой.

— Была. Теперь — чистая.

Рэм встал.

— Готовь билеты.

Он прилетел в Испанию через два дня. Маленький городок на побережье, белые домики, кипарисы, запах моря. Зоя жила в апартаментах с видом на океан. Рэм постучал в дверь. Она открыла не сразу. Смотрела в глазок, молчала, потом щёлкнула замком.

— Сынок, — прошептала она.

— Здравствуй, мама.

— Ты пришёл убить меня?

— Нет. Я пришёл спросить: зачем?

Она заплакала.

— Она хотела забрать внуков. Она смеялась надо мной. Она говорила, что ты — чудовище.

— Я чудовище, мама. Но ты — убийца.

— Я защищала семью.

— Ты разрушила её.

Он вошёл, сел на диван.

— Почему ты не сказала мне?

— Боялась.

— Чего?

— Что ты возненавидишь меня.

— Я уже ненавижу.

Она упала на колени.

— Прости меня, сынок.

— Поздно.

Рэм достал пистолет.

— Не надо, — прошептала она.

— Надо.

Он выстрелил. В стену.

— Ты не мать мне, тварь.

Он повернулся и ушёл.

Рэм вернулся в Углегорск через три дня. Дети были у Венди — бывшей наркоманки, которая когда-то родила ему Данилу. Теперь она жила в съёмной квартире, работала продавщицей и мечтала открыть свой бизнес. Увидев Рэма, она испугалась.

— Ты пришёл забрать детей? — спросила она.

— Нет. Я пришёл попрощаться.

— Ты уезжаешь?

— Да.

— Куда?

— Неважно.

— А дети?

— Дети останутся с тобой.

— Почему?

— Потому что я — убийца. А ты — мать.

Он достал документы.

— Я отказываюсь от родительских прав. Подписывай.

Венди взяла ручку, посмотрела на него.

— Ты уверен?

— Уверен.

Она подписала.

Рэм вышел от Венди в полночь. Дождь смывал грязь с асфальта. Он сел на мотоцикл, завёл мотор. Выехал на трассу.