Читать книгу ПСЫ ПРЕИСПОДНЕЙ: ПАПИНЫ ВЕЩИ - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 2

Ресторан «Золотой дракон» стоял на пересечении Ленина и Советской — в самом сердце Углегорска. Три этажа красного кирпича, китайские фонарики, драконы на фасаде. Внутри — красный лак, золото, иероглифы. Пахло уткой по-пекински, дешёвым виски и страхом. Здесь собирались главари «Золотого дракона» — группировки, которая контролировала синтетику и контрабанду через порт. Именно их Рэм считал убийцами Евы. Он не знал правды — Зоя подчистила следы, подставив китайцев. Но он хотел верить. Вера в виновность китайцев помогала ему не сходить с ума.

В ту ночь в ресторане праздновали день рождения главаря — Лунга Второго (того самого, что заменил убитого брата). Собралось человек двадцать: бандиты, проститутки, несколько случайных посетителей. Рэм пришёл не один. С ним — Чибис, Клык и Гюрза. Все в чёрном, с автоматами, глушителями и масками.

— Входим с двух сторон, — сказал Рэм. — Я и Чибис — через главный вход. Клык и Гюрза — с чёрного хода. Никого не жалеть.

— А если там женщины? — спросила Гюрза.

— Женщины тоже бандиты.

— А дети?

— Детей не будет. Это не детский сад.

Он толкнул дверь.

Внутри играла музыка — старая китайская песня о любви. Лунг Второй сидел во главе стола, пил рисовую водку и улыбался. Рядом — две девицы в красных платьях. Увидел Рэма, не удивился. Только брови поднял.

— Ветров, — сказал он. — Я ждал тебя.

— Тогда знаешь, зачем.

— За Еву? Мы не убивали её.

— Врёшь.

— Не вру. Проверь. У нас есть алиби.

— Алиби можно купить.

— Как и твою совесть.

Рэм выстрелил. В потолок. Люстра рухнула, разбившись о стол. Китайцы заверещали, попадали на пол. Охрана выхватила оружие, но Клык и Гюрза уже косили их очередями.

— Всем лечь! — закричал Рэм. — Лицом в пол!

Семь человек погибли. Двое охранников, трое бандитов, официант и случайный посетитель — бизнесмен из Москвы, который приехал договариваться о поставках. Рэм не считал. Он просто стрелял — в каждого, кто двигался. Лунг Второй попытался бежать через кухню, но Чибис перехватил его у выхода.

— Стоять, мразь, — сказал он.

— Не убивайте! — закричал Лунг. — Я скажу всё!

— Говори.

— Еву убила Зоя! Ваша мать! Я видел запись!

— Врёшь.

— Не вру! Вот флешка!

Он протянул руку. Чибис взял флешку, сунул в карман.

— Всё?

— Всё.

— Тогда прощай.

Чибис выстрелил. В упор. Лунг упал на груду посуды.

— Чисто, — сказал он.

— Чисто, — повторил Рэм.

Они вышли через чёрный ход, сели в машины и уехали.

Зоя узнала о нападении из новостей. Сидела в своей испанской квартире, смотрела телевизор и пила красное вино. Диктор говорил на испанском, но цифры были понятны без перевода. Семь погибших. Восемь раненых. Нападение на ресторан. Полиция ищет свидетелей.

— Рэм, — прошептала она. — Что ты наделал?

Она взяла телефон, набрала номер сына. Трубку никто не взял.

— Рэм, ответь!

Тишина.

Она позвонила Чибису. Тот ответил после третьего гудка.

— Что случилось? — спросил он.

— Вы убили семь человек.

— Мы защищались.

— Вы устроили бойню.

— Это война.

— Война закончилась, когда Ева умерла.

— Нет. Война только начинается.

Чибис бросил трубку.

Рэм вернулся в клуб-хаус. Сел за стол, снял маску. Руки дрожали — не от страха, от напряжения. Он не спал вторые сутки, не ел, только пил кофе и виски.

— Ты как? — спросил Чибис.

— Нормально.

— Врёшь.

— Не вру.

— Ты убил семь человек, Рэм. Это не «нормально».

— Они были врагами.

— Официант был врагом? Бизнесмен из Москвы?

— Они оказались не в том месте.

— А ты оказался не в том времени.

Рэм встал.

— Не учи меня. Я знаю, что делаю.

— Знаешь? Ты ищешь убийцу Евы, но убиваешь невинных.

— Невинных не бывает.

— Ты сам в это веришь?

— Должен.

Он вышел.

Зоя не спала всю ночь. Она понимала: Рэм на тропе войны. Если он узнает правду, то убьёт её. Если не узнает — убьёт ещё много невинных. Выхода не было. Или почти не было.

Она позвонила знакомому журналисту в Углегорске.

— Степан, это Зоя. Нужно опубликовать материал.

— О чём?

— О том, что нападение на ресторан устроили китайцы. Разборки между кланами.

— Это ложь.

— Это правда. У меня есть доказательства.

— Какие?

— Фотографии, записи, показания свидетелей.

— Ты подставляешь китайцев?

— Я защищаю сына.

Журналист задумался.

— Хорошо, — сказал он. — Но это стоит денег.

— Сколько?

— Сто тысяч долларов.

— Будут завтра.

Через два дня в газете «Углегорский вестник» вышла статья. «Китайские кланы делят порт. Восемь погибших в результате разборок». На фотографиях — трупы, оружие, следы борьбы. Полиция заявила, что версия о китайцах основная. Никто не упомянул Рэма Ветрова. Зоя выдохнула. Её сын был вне подозрений. Но она знала: это ненадолго. Рано или поздно правда выйдет наружу.

Рэм сидел в гараже, перебирал мотоцикл. Перед ним лежала газета. Он читал статью о китайских разборках и не верил ни одному слову. Он знал, кто устроил бойню. И знал, кто написал статью. Зоя. Его мать.

— Она прикрывает тебя, — сказал Чибис.

— Знаю.

— Она убила Еву.

— Знаю.

— И ты ничего не делаешь?

— Делаю.

— Что?

— Думаю.

— О чём?

— О том, как убить мать.

Чибис замолчал.

— Ты не сможешь, — сказал он.

— Смогу.

— Она родила тебя.

— И убила женщину, которую я любил.

— Это не оправдание.

— А что оправдание? Кровь? Месть?

— Прощение.

— Прощение — для святых. Я — грешник.

Рэм завёл мотоцикл.

— Ты куда? — спросил Чибис.

— К ней.

— В Испанию?

— Да.

— Она убьёт тебя.

— Нет. Я убью её.

Он уехал.

Самолёт приземлился в Мадриде в восемь утра. Рэм взял такси до побережья. Дорога заняла три часа. Всё это время он смотрел в окно, на оливковые рощи, белые домики, синее море. Он думал о Еве. О её улыбке, о её глазах, о том, как она пахла — яблоками и корицей. Он думал о детях. О Даниле, который больше никогда не увидит мать. О маленьком Романе, который не запомнит её лица.

Зоя открыла дверь не сразу. Смотрела в глазок, молчала. Потом щёлкнула замком.

— Заходи, — сказала она.

Рэм вошёл. Квартира была светлой, чистой, с видом на океан. На стенах — фотографии: Данила, Роман, он сам. Евы не было нигде.

— Ты прочитал статью? — спросила Зоя.

— Да.

— Я помогла тебе.

— Ты подставила невинных.

— Они не невинны. Они бандиты.

— Как и мы.

— Мы — семья.

— Нет. Ты — убийца.

Она побледнела.

— Ты знаешь?

— Знаю.

— Откуда?

— Лунг показал запись.

— Лунг мёртв.

— Но запись осталась.

Зоя села на диван.

— Что ты хочешь? — спросила она.

— Правду.

— Правда в том, что я защищала внуков.

— Ты защищала себя.

— Нет.

— Тогда зачем ты убила её?

— Она хотела забрать детей. Она смеялась надо мной. Она говорила, что ты — чудовище.

— Я чудовище, мама. Но ты — тоже.

Он достал пистолет.

— Не надо, — прошептала она.

— Надо.

— Ты не сможешь убить меня. Я — твоя мать.

— Ты уже не мать мне. Ты — палач.

Он приставил пистолет к её голове.

— Прощай, Зоя.

— Прощай, сынок.

Рэм выстрелил. В стену.

— Живи, — сказал он. — И помни: ты убила женщину, которую я любил. Ты убила мать моих детей. Ты — никто.

Он повернулся и ушёл.

Он вернулся в Углегорск через два дня. Дети были у Венди. Рэм приехал к ней вечером, сел на кухню.

— Ты убил её? — спросила Венди.

— Нет.

— Почему?

— Не смог.

— Ты любишь её?

— Нет. Я ненавижу.

— Тогда зачем?

— Она моя мать.

Венди покачала головой.

— Ты слабак, Рэм.

— Слабак, — согласился он.

— Что теперь?

— Теперь я буду жить.

— С детьми?

— С детьми.

— А Ева?

— Ева в прошлом.

Он встал.

— Я хочу, чтобы ты удочерила Данилу и Романа.

— Что? — она не поверила.

— Ты их мать. Ты родила Данилу. Ты сможешь заботиться о них.

— А ты?

— Я уйду.

— Куда?

— Неважно.

Она заплакала.

— Не уходи, Рэм. Дети любят тебя.

— Они будут любить тебя.

— А ты?

— А я буду смотреть издалека.

Он достал документы.

— Подписывай.

Венди взяла ручку, поставила подпись.