Читать книгу Охота за тенью - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 7

Кевин поймал себя на мысли, которую старательно игнорировал последние полчаса. Он хотел пригласить ее на ужин. Формально — чтобы обсудить дела. Но они оба знали, что дела здесь лишь предлог.

Он бросил взгляд на Лорелин. Она стояла у окна, и косые лучи заходящего солнца выхватывали из полумрака ее профиль, золотя выбившиеся из пучка пряди. В этой тишине она казалась совсем другой — не суровым детективом, а просто уставшей женщиной, на плечах которой лежит слишком много чужих тайн.

Лорелин почувствовала на себе его взгляд и обернулась. В ее глазах мелькнуло легкое, едва уловимое удивление. — Что-то не так?

Кевин мысленно выругал себя за неуклюжесть, но его голос прозвучал ровно, лишь с лёгкой хрипотцой: — Я подумал... нам нужно обсудить это дело. Там, где не пахнет прогорклым кофе и отчаянием. Ужин. Сегодня.

Лорелин замерла. Она помнила его холодность в первый день, эту непробиваемую стену, которую он воздвиг вокруг себя. Но за последние недели эта стена дала трещину. Она видела его упорство, скрытую справедливость и ту сложную, противоречивую натуру, которая притягивала ее сильнее, чем ей хотелось бы в этом признаться.

Она слегка наклонила голову, обдумывая ответ. — Если ты уверен, что это поможет раскрыть убийство, а не просто даст повод съесть стейк, — произнесла она, и уголок её губ дрогнул в едва заметной улыбке. — Тогда я согласна. В восемь.

— В восемь, — кивнул Кевин, чувствуя, как внутри разливается странное, приятное облегчение.

Он отвернулся к доске с уликами, чтобы скрыть выражение лица, но Лорелин успела заметить лёгкий румянец на его щеках. Этот ужин будет не просто обсуждением документов. И они оба это понимали.

Стоило им отойти от окна, как атмосфера в участке резко изменилась. Гул голосов, треск принтеров, нервные переговоры по рации. Из кабинета капитана доносился приглушенный, но яростный голос Грэхема, который сыпал аргументами в трубку.

Атмосфера в участке накалилась. Грей и Варгас подошли к их столу, выглядя измотанными. — Мы допросили персонал и саму миссис Дайсон, — Грей потер переносицу. — Её алиби на время убийства не подтвердилось. — С финансами все чисто, — добавил Варгас. — Скрытых счетов нет. Переводов тоже. Она играет по правилам, но это нас ни к чему не приводит.

К дверям кабинета подошел капитан Грэхем. Его появление мгновенно сменило гул голосов напряженным молчанием.

— Отчеты я прочитал, — его голос звучал глухо, но четко. — Мы топчемся на месте. Даю вам сорок восемь часов. Если к утру среды не появится зацепка, которая свяжет вдову, любовника или еще кого-то с телом в переулке, дело передадут в отдел по расследованию тяжких преступлений. Вы меня поняли?

— Так точно, сэр, — ответил Кевин. Грэхем кивнул и скрылся за дверью. Лорелин перевела взгляд на доску с уликами.

— Сорок восемь часов, — тихо сказала она. — Значит, пора перестать стучаться в закрытые двери и начать искать замки.

Через два часа на стол легла распечатка телефонных соединений убитого миллионера. Лорелин пробежала глазами по строчкам и остановилась.

— Смотрите сюда, — она постучала пальцем по бумаге. — Три месяца. Почти ежедневные звонки по одному и тому же номеру. Вечером. Кевин склонился над распечаткой.

— И обрываются за день до убийства. Один звонок. Сорок семь секунд.

— Пит Невилл, — Лорелин уже открыла базу данных. — Владелец бутика «Невилл Винтаж». В двух кварталах от магазина Дайсона. Прямые конкуренты.

Грей быстро застучал по клавишам. На экране появилось фото мужчины с жёстким взглядом и глубокими складками у рта.

— Пять лет назад Дайсон переманил у него ключевых поставщиков и элитных клиентов. Невилл едва не объявил себя банкротом. Бизнес до сих пор еле дышит. Мотив более чем весомый.

— Сорок семь секунд, — задумчиво протянул Варгас. — Ультиматум? Или угроза? — Или признание, — парировала Лорелин. — Но в любом случае он контактировал с жертвой непосредственно перед смертью.

Кевин выпрямился. Усталость сменилась азартом охотника. — Грей, собери всю информацию: биографию Невилла, его сотрудников, клиентов, связи. Варгас, организуй наблюдение за его домом и бутиком. Пусть фиксируют всех, кто входит и выходит. Он повернулся к Лорелин. — А мы поедем к нему лично. Посмотрим, как он отреагирует на вопросы о звонках и о том, что его конкурент теперь лежит в морге.

Лорелин уже собирала папку. В ее глазах горел холодный, расчетливый огонек. — Люди, которым есть что терять, редко встречают полицию с улыбкой. — Тем лучше, — Кевин надел кожаную куртку. — Страх — отличный индикатор правды.

Они направились к выходу. Сорок восемь часов неумолимо приближались, но теперь у них была цель. И первый настоящий подозреваемый.

Лорелин застегнула молнию на куртке, и они направились к парковке. Черная «Камаро» отозвалась на нажатие кнопки низким утробным гулом. Внутри пахло кожей и едва уловимым ароматом кедра.

Они выехали на оживленную улицу. Город уже погружался в вечернюю дымку, а неоновые вывески начинали свой ночной танец, отражаясь в мокром асфальте.

— Думаешь, мы что-то найдем у Невилла? — спросила Лорелин, нарушив тишину. Ее взгляд был прикован к мелькающим за окном огням.

— Отчаявшиеся люди совершают ошибки, — спокойно ответил Кевин, уверенно ведя машину. — Если за этим действительно стоит он, то образ идеального бизнесмена рано или поздно даст трещину.

Лорелин помолчала, собираясь с духом. Этот вопрос вертелся у неё на языке весь день. — Кевин... Можно задать вопрос, не связанный с работой?

Он бросил на неё быстрый взгляд, удивлённо приподняв бровь, но кивнул: — Валяй.

— Не подумай ничего такого, — она слегка пожала плечами, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо. — Просто... у вас с Эммой всё серьёзно? Она так с тобой разговаривала в участке. Со стороны казалось, что между вами есть... притяжение.

Кевин на мгновение сжал руль. Его взгляд скользнул в зеркало заднего вида, затем снова вернулся к дороге. — Эмили — журналистка. Мы давно знакомы, — осторожно начал он. — Нас связывает... скажем так, взаимное удобство. Мимолётное увлечение, чтобы не сойти с ума от работы.

— «Мимолётное увлечение», — повторила Лорелин, и в её голосе проскользнула лёгкая, почти незаметная ирония. — Звучит как оправдание. Будто ты сам пытаешься себя в этом убедить.

Кевин выдохнул. Он ненадолго оторвал взгляд от дороги, чтобы посмотреть ей в глаза. В полумраке салона её лицо казалось мягче, а в серо-голубых глазах читался неподдельный, тихий интерес. — Возможно, ты права, — тихо признал он. — В нашем деле сложно построить что-то настоящее. Слишком много грязи. Иногда проще держать дистанцию, чтобы не подставлять человека под удар. Или чтобы самому не разочароваться.

— А ты сам этого хочешь? — ее голос стал тише, почти интимным. — Держать дистанцию?

Вопрос повис в воздухе, тяжелый и значимый. Кевин почувствовал, как между ними натягивается невидимая струна. Он хотел ответить честно, сказать, что с ее появлением эта дистанция начала стираться. Но впереди уже маячил поворот к бутику.

— Давай сосредоточимся на Невилле, — мягко, но твёрдо сказал он, снова надевая профессиональную маску. — Он загнан в угол. А загнанный зверь опасен.

Лорелин кивнула, но тёплый блеск в её глазах не исчез. — Согласна. К делу.

Машина плавно притормозила у тротуара. Бутик «Neville Heritage» выглядел элегантно и сдержанно: витрины в темных деревянных рамах, приглушенное золотистое освещение и ни одной кричащей вывески.

— Неплохо для бизнеса, который, по нашим данным, едва сводит концы с концами, — тихо заметил Кевин, выходя из машины.

— Или он вложил последние деньги в фасад, чтобы создать видимость успеха, — парировала Лорелин.

Дверной колокольчик мелодично звякнул. Внутри пахло лавандой, старым деревом и дорогим воском. Интерьер был безупречен: дымчатое стекло, бархатные подставки, манекены в винтажном шелке. Но Кевин, привыкший читать помещения как открытые книги, сразу заметил диссонанс: на полках не было пыли, но не было и покупателей. Это был музей, а не магазин.

За стойкой стояла администратор — женщина с безупречной осанкой и гладким каштановым хвостом. Ее зеленые глаза смотрели на них с профессиональной любезностью, но когда Кевин достал значок, ее пальцы на долю секунды замерли над клавиатурой.

— Мы из полиции, — ровным голосом сказал Кевин. — Детектив Эллингтон, детектив Хейл. Нам нужно поговорить с мистером Невиллом.

— Конечно, — ее голос не дрогнул, но улыбка стала чуть натянутой. — Прошу вас присесть в зоне отдыха. Я его позову.

Она развернулась и направилась к задней двери. Ее походка была слишком ровной, слишком сдержанной. Лорелин перехватила взгляд Кевина и едва заметно кивнула: она нервничает.

Вместо того чтобы сесть, детективы начали методично осматривать помещение. Кевин изучал углы на предмет камер, Лорелин скользила взглядом по запасному выходу.

Через минуту дверь открылась, и на пороге появился Пит Невилл. Высокий, в дорогом, но слегка помятом костюме. Лицо у него было жесткое, со глубокими складками у рта. Увидев детективов, он на мгновение замер, и в его глазах вспыхнула искра чистой, животной тревоги. Но он тут же взял себя в руки и натянуто улыбнулся.

— Добрый день, офицеры, — он шагнул навстречу, протягивая руку. — Чем могу быть полезен?

Кевин проигнорировал протянутую руку. — Добрый день, мистер Невилл. Мы расследуем убийство Линна Дайсона. И нам нужно понять, почему за неделю до его смерти вы перестали ему звонить.

Улыбка Невилла дрогнула и исчезла. Он медленно опустил руку. — Убийство? — он нахмурился, изображая искреннее недоумение. — Я читал в новостях. Трагедия. Но при чем тут я? Мы с Линном действительно общались по деловым вопросам, но наши разногласия остались в прошлом. Бизнес есть бизнес.

— Разногласия, из-за которых вы едва не обанкротились пять лет назад? — вмешалась Лорелин. Её голос звучал мягко, но твёрдо. — По нашим данным, вы звонили ему почти каждый вечер в течение трёх месяцев. А за день до убийства состоялся последний звонок. Продолжительностью 47 секунд. О чём вы говорили эти 47 секунд, мистер Невилл?

Невилл стиснул зубы. Его взгляд метнулся к администратору, которая стояла у стены бледная как полотно. — Я не обязан отчитываться за личные разговоры, — холодно произнёс он. — Если у вас нет ордера, прошу вас покинуть мой магазин.

В этот момент в кармане Кевина завибрировал телефон. Он достал его, посмотрел на экран: Варгас. — Извините, я на секунду отойду, — Кевин отошел к витрине и взял трубку. — Слушаю.

— Кевин, это Варгас, — голос коллеги звучал возбужденно, но приглушенно. — Мы подняли биллинг и смогли восстановить часть аудиозаписи последнего звонка Невилла. Тебе лучше это услышать.

— Говори, — Кевин не сводил глаз с Невилла, который наблюдал за ним с напряженным любопытством.

— Это не деловой разговор, Кев. Это прямая и недвусмысленная угроза. Невилл орал, что, если Дайсон не подпишет документы о передаче доли, он «похоронит его так глубоко, что даже черти не найдут». И еще он упомянул порт.

Кевин медленно положил телефон в карман. Воздух в бутике словно стал гуще. Он медленно повернулся к Невиллу. Маска вежливого детектива спала, уступив место холодному, хищному вниманию.

— Знаешь, Пит, — начал Кевин, медленно делая шаг вперёд, — разногласия в бизнесе — это одно. Но когда ты кричишь в трубку, что собираешься похоронить человека так глубоко, что его не найдут даже черти... это уже не бизнес. Это мотив для убийства.

С лица Невилла мгновенно схлынула краска. Его глаза расширились, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Он понял, что его блеф не удался.

— Это... вырвано из контекста! — выпалил он, и его голос предательски дрогнул. — Я был зол! Я просто выпускал пар! Я никого не убивал!

— Тогда вам не составит труда объяснить, — Лорелин подошла к нему вплотную, её взгляд был пронзительным, — что вы делали в порту в ночь убийства? Потому что, мистер Невилл, мы уже знаем, что вы там были.

Невилл открыл рот, чтобы возразить, но не смог издать ни звука. Ловушка захлопнулась.

— Люди постоянно угрожают друг другу, детектив. Это часть бизнеса, — Невилл попытался взять себя в руки, но его пальцы нервно теребили манжету пиджака. — Вы что, никогда не слышали резких высказываний в адрес конкурентов?

— Некоторые выполняют свои угрозы, — парировала Лорелин. Её голос звучал тихо, но каждое слово било точно в цель. — Зачем так злобно угрожать человеку, с которым у вас, по вашим же словам, «остались в прошлом» разногласия?

— Конкурент?! — Невилл резко вскинул голову. Маска вежливости треснула, обнажив горькую, язвительную усмешку. — Да мне плевать на него как на конкурента! Он был паразитом. Он только и умел, что льстить, обещать золотые горы, а потом кидать людей. Лицемер и вор.

— Вы обвиняете убитого во лжи, чтобы оправдать свою ненависть, — спокойно заметил Кевин, делая шаг вперёд. — Но давайте посмотрим на факты. У Дайсона были клиенты, деньги и связи. У вас — долги и судебные разбирательства. У вас был мотив. Вы угрожали ему. И вы звонили ему прямо перед смертью.

Невилл расхохотался. Смех получился сухим, неестественным и эхом отразился от стеклянных витрин. Клэр за стойкой замерла, ее пальцы побелели, вцепившись в каталог.

— Убить?! — Невилл оборвал смех так же резко, как и начал. В его глазах мелькнуло что-то похожее на отчаяние. — Да, признаю: я угрожал ему. Я хотел, чтобы он знал, что я не сдамся без боя. Но я не убийца. Я хотел разорить его бизнес, а не похоронить его самого.

Лорелин поймала его взгляд. Она видела, как он цепляется за эту грань. — Вы подавали иски, писали жалобы, — продолжила она, сменив тактику с атаки на сочувствие. — Но Дайсон всегда был на шаг впереди, верно? Он использовал связи, подкуп, подделывал документы... Вы чувствовали себя бессильным.

Невилл сглотнул. Его высокомерие начало таять, уступая место усталости загнанного в угол человека. — Вы не представляете, каково это, — прошептал он, и в его голосе впервые прозвучала искренность. — Сражаться с тенью. Он всегда побеждал.

— Именно поэтому мы здесь, мистер Невилл, — мягко, но твёрдо сказал Кевин. — Потому что в эту игру выиграл кто-то другой. Кто-то, кто знал о ваших угрозах. Кто-то, кто прекрасно понимал: если Дайсон умрёт, все укажут на вас.

Невилл замер. Слова детектива повисли в воздухе, тяжелые и неоспоримые. Он медленно опустился на стул и провел дрожащей рукой по лицу. — Подставить... — пробормотал он, глядя в пустоту. — Вы думаете, кто-то воспользовался моей ссорой с ним, чтобы обеспечить себе алиби?

— Такое случается чаще, чем вы думаете, — кивнул Кевин. — У Дайсона могло быть много врагов. А вы — идеальный козел отпущения. У вас есть мотив, история конфликтов и записанные угрозы.

Невилл поднял глаза на детективов. В них больше не было злости, только холодное, отрезвляющее осознание. — Я... я никогда не смотрел на это с такой точки зрения, — тихо признался он. — Но если это так... Если кто-то действительно решил убрать его, используя меня как прикрытие...

— Тогда нам нужно знать всё, — перебила его Лорелин, наклонившись к нему. — Всё, что вы знаете о его тёмных делишках. О людях, с которыми у него были проблемы. Возможно, среди них есть тот, кто спланировал это убийство.

Невилл помолчал, взвешивая риски. Клэр за его спиной едва заметно подалась вперед, затаив дыхание. — Хорошо, — наконец произнес он, и его голос зазвучал с новой мрачной твердостью. — Я расскажу вам то, о чем не говорил даже полиции. Дайсон вел дела не только с поставщиками. В последние месяцы он связался с людьми... из другого мира. С людьми, которые не подают в суд, когда их обманывают.

Кевин и Лорелин переглянулись. Это была та самая ниточка, которая вела из уютного мира моды в грязный порт. — Продолжайте, — потребовал Кевин, доставая блокнот.

— Я пытался предупредить его, — продолжил Невилл, понизив голос до шёпота. — Но один из этих людей перехватил меня. Он сказал, что, если я не заткнусь и не отозву свои иски, мой бутик сгорит дотла, а я исчезну. Я испугался. Я отступил. А потом... потом Дайсона нашли мёртвым.

В бутике повисла звенящая тишина. Лорелин быстро взглянула на Клэр. Управляющая стояла совершенно неподвижно, но ее глаза были широко раскрыты. Она знала. Или, по крайней мере, догадывалась.

— Имя, — коротко бросил Кевин. — Как звали этого человека?

— Я не знаю его имени, — Невилл развёл руками в жесте бессилия. — Только прозвище. Его люди называли его Архитектором. И он что-то говорил о портовых доках.

Кевин медленно закрыл блокнот. Пазл начал складываться, и картина получалась пугающей. — Спасибо, мистер Невилл, — сказал он, кладя на стол визитку. — Это многое меняет. Если вспомните что-то ещё — даже мелочь, которая покажется вам незначительной, — немедленно звоните мне. И, мистер Невилл... постарайтесь не оставаться в этом здании одному по ночам.

Невилл взял визитку и сжал ее в ладони так, что побелели костяшки пальцев. — Я понял. Удачи в расследовании, детективы. Надеюсь, вы найдете того, кто это сделал. Настоящего монстра.

Детективы развернулись и направились к выходу. Колокольчик над дверью мелодично звякнул, отрезая их от душной атмосферы бутика.

Дневной воздух на улице обжег лицо прохладой. Лорелин оглянулась через стекло витрины. Невилл стоял у окна и смотрел им вслед. В его позе больше не было высокомерия. Это был человек, который только что осознал, что ходил по краю пропасти, даже не замечая ее.

— «Архитектор», — тихо произнесла Лорелин, садясь в «Камаро». — И портовые доки. Кевин завёл двигатель, и низкий рёв мотора разорвал тишину на улице. — Да, — ответил он, включая поворотник. — Кажется, наша маленькая конкуренция в мире моды привела нас в настоящий ад. Держись крепче, напарница. Сейчас мы узнаем, кто стоит за этой игрой.

Машина плавно влилась в вечерний поток транспорта, оставляя за собой сверкающие огни Мэдисон-авеню. В салоне «Камаро» повисла напряженная, но продуктивная тишина. Лорелин прокручивала в голове слова Невилла: «Архитектор». «Портовые доки».

Внезапно телефон Кевина, лежавший на центральной консоли, коротко завибрировал. Это был не звонок, а сообщение. На экране высветилось имя: Грей.

Кевин бросил быстрый взгляд на дорогу, затем на экран. — Грей нашёл ещё кое-что, — произнёс он, и в его голосе прозвучала та самая искра азарта, которая всегда появлялась, когда пазл начинал складываться в новую, неожиданную картину. — Слушай.

Он нажал на кнопку воспроизведения голосового сообщения, чтобы Лорелин сама всё услышала.

«Кев, Лорелин, это Грей. Пока вы были у Невилла, я поднял архивы судебных исков и медиасканов за последние два года. Нашёл ещё одну горячую точку. Мартин Беккер. Архитектор и девелопер. Полгода назад между ним и Дайсоном разразился скандал, который попал на первые полосы всех деловых изданий. Дайсон публично обвинил Беккера в использовании некачественных материалов и мошенничестве при строительстве элитного комплекса». В итоге проект заморозили, репутация Беккера была подорвана, а его фирма обанкротилась. Беккер потерял всё. И, судя по последним данным, он до сих пор живёт в своём старом лофте-офисе в Вест-Сайде и ни с кем не общается. Думаю, вам стоит навестить его, пока он не решил стать следующим трупом или не сбежал.

Сообщение оборвалось.

Лорелин нахмурилась, вглядываясь в темнеющее за окном небо. — Мартин Беккер... — медленно произнесла она. — Архитектор. Невилл сказал, что человек, который ему угрожал, называл себя «Архитектором».

Кевин нахмурился и крепче сжал руль. — Думаешь, это совпадение? Невилл говорил о криминальном авторитете из доков, а Грей присылает нам настоящего архитектора, чью жизнь Дайсон разрушил публично и безжалостно.

— В нашем деле совпадений не бывает, Кевин, — Лорелин повернулась к нему, её глаза блестели в полумраке салона. — Есть два варианта. Либо «Архитектор» из портов — это псевдоним, и Беккер как-то связан с этими людьми. Либо у Дайсона было два смертельных врага: один действовал в тени портов, а у второго был идеальный, громкий и общепризнанный мотив для мести, который висел в воздухе, как вывеска.

— Публичная месть — это громко, — заметил Кевин, включив поворотник и резко перестроившись на соседнюю полосу, чтобы выехать на Вест-Сайд. — Слишком громко для профессионального убийства. Если бы Беккер хотел его убить, он бы не афишировал свою ненависть на страницах газет.

— Или это идеальное прикрытие, — парировала Лорелин, и ее голос стал тише и расчетливее. — Все, включая полицию, сразу подумают: «Ага, это месть обиженного архитектора». А настоящий убийца тем временем спокойно смоет кровь с рук в порту. Нам нужно поговорить с Беккером. Прямо сейчас.

— У нас осталось меньше сорока восьми часов, — Кевин вдавил педаль газа, и двигатель «Камаро» отозвался глухим хищным рыком. — Держись.

Лофт-студия Мартина Беккера располагалась в бывшем промышленном здании на окраине Вест-Сайда. В этот час район был тихим, почти безлюдным, освещенным лишь редкими мигающими фонарями. Само здание выглядело мрачным монолитом из красного кирпича и закопченного стекла.

Кевин припарковал машину в тени высокого забора. Они вышли, и Лорелин инстинктивно проверила, легко ли вынимается пистолет из кобуры. Ночь выдалась по-настоящему холодной, ветер с реки приносил запах сырости и далёкие гудки пароходов.

— В окнах третьего этажа горит свет, — тихо заметила Лорелин, указывая подбородком на единственное освещенное прямоугольное окно под самой крышей.

— И ни одной машины у входа, — добавил Кевин. — Он либо один, либо ждёт гостей, которых не хочет афишировать.

Они поднялись по металлической пожарной лестнице, стараясь не шуметь. На площадке третьего этажа Кевин постучал в массивную металлическую дверь. Три четких, властных удара.

Тишина.

Затем послышались шаркающие, неуверенные шаги. Щелчок замка. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы в щели показалось лицо.

Это был мужчина лет пятидесяти, но выглядел он на все шестьдесят. Глубокие залысины, щетина, мешки под глазами, в которых застыли хроническая усталость и подозрительность. На нем была растянутая домашняя кофта, от которой пахло старым табаком и затхлым воздухом.

— Мы закрыты, — хрипло произнёс он, даже не пытаясь приоткрыть дверь. — Если вы из налоговой, я уже сказал: у меня нет денег на налоги.

Кевин медленно, стараясь не делать резких движений, достал значок и поднёс его к щели. — Полиция, мистер Беккер. Детектив Эллингтон. Это детектив Хейл. Нам нужно поговорить о Линне Дайсон.

Реакция последовала мгновенно. Лицо Беккера исказила гримаса, в которой смешались ярость, страх и что-то еще — панический ужас. Услышав имя Дайсона, мужчина сам распахнул дверь: - Входите

Лофт был огромным, но пустым. На бетонном полу стоял только старый чертежный стол, заваленный бумагами, и одинокий стул. На стенах висели распечатки тех самых газетных статей с заголовками: «Дайсон разоблачает мошенника» и «Крах империи Беккера». Они были не просто развешаны — они были исписаны красным маркером, разорваны и снова склеены, образуя маниакальный коллаж ненависти.

— Вы не имеете права здесь находиться! — закричал Беккер, отступая к столу. Его руки дрожали. — Я ничего не сделал! Я уже давал показания полгода назад!

— Мы не по поводу того дела, Мартин, — спокойно, но твёрдо произнесла Лорелин, закрывая за собой дверь. — Мы по поводу того, что случилось с Дайсоном три дня назад.

Беккер замер. Его широко раскрытые глаза переметнулись с Лорелин на Кевина. — Он... он мертв?

— Убит, — отрезал Кевин, делая шаг вперёд. — И, учитывая, что вы публично поклялись уничтожить его за то, что он сделал с вашей жизнью, вы автоматически становитесь нашим главным подозреваемым. Так что у вас есть ровно минута, чтобы объяснить нам, где вы были в ночь с четверга на пятницу и почему ваши отпечатки могут быть там, где их быть не должно.

Беккер медленно сполз по стене на холодный бетонный пол и закрыл лицо дрожащими руками. — Я не убивал его, — прошептал он, и в его голосе не было лжи, только бесконечная, безысходная горечь. — Я хотел... Боже, я хотел, чтобы он сгорел в аду. Но я не убивал его. Потому что в ту ночь... в ту ночь я был не один. И тот, кто был со мной, знает, что я не выходил из этого лофта.

Кевин и Лорелин переглянулись. В полумраке пустого лофта прозвучало слово, которое изменило всё.

— И кто же это был, мистер Беккер? — тихо спросила Лорелин, присаживаясь перед ним на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

Беккер поднял на неё взгляд, полный мольбы и страха. — Человек, который сказал, что может вернуть мне всё, что отнял Дайсон. Но цена была слишком высока.

— Цена была слишком высока, — прошептал Беккер. Его взгляд метался по пустым стенам лофта, словно он до сих пор видел здесь этого человека.

— Какая цена? — Кевин шагнул ближе, его тень накрыла съежившуюся фигуру архитектора. — И кто этот человек?

Беккер сглотнул. Его пальцы нервно теребили край растянутой кофты. — Он назвался Романом.

Лорелин тут же достала блокнот и щелкнула ручкой. — Фамилия? Телефон? Адрес? Где вы с ним встречались?

Беккер издал короткий горький смешок, больше похожий на сухой кашель. — Вы не понимаете, детектив. У таких людей нет визиток. Он не оставляет контактов. Он сам находит тех, кто ему нужен. Он пришел сюда, в этот лофт, две недели назад. Просто постучал в дверь.

— Опишите его, — потребовал Кевин, и в его голосе не было места сомнениям. — В подробностях.

Беккер закрыл глаза, словно пытаясь стереть воспоминание, но оно было слишком ярким. — Ему лет тридцать пять. Одет безупречно, в дорогой темный костюм, словно пришел на совет директоров, а не в заброшенный лофт в Вест-Сайде. Но пахло от него... солью. И машинным маслом. Портом.

Лорелин и Кевин переглянулись. Порт. Нить, о которой говорил Невилл, начала затягиваться.

— Но запомнилось не это, — продолжил Беккер, и его голос дрогнул. — У него шрам. Тонкий, бледный, пересекает левую бровь и спускается вниз, к скуле. Будто его ударили осколком стекла или лезвием. А глаза... — Беккер открыл глаза, и в них читался неподдельный ужас. — Пустые. Абсолютно мертвые. Он говорил тихо, спокойно, но от этого становилось только страшнее. Он сказал, что Дайсон должен «исчезнуть» и что у него есть люди, которые сделают все чисто. А я должен был просто предоставить ему чертежи служебных входов в здание Дайсона.

— И вы дали ему чертежи? — тихо спросила Лорелин.

— Я выгнал его, — выпалил Беккер, и по его щеке скатилась капля пота. — Я накричал на него и захлопнул дверь. Я не убийца! Я не хотел иметь с этим ничего общего! Но потом... потом я понял, что он знал обо мне всё. Он упомянул мои долги, мои судебные разбирательства. Он дал мне понять, что, если я не помогу ему другим способом, он уничтожит и те крохи, что у меня остались.

Кевин медленно кивнул. Он достал телефон и быстро набрал сообщение Грею: «Новая цель. Имя: Роман. Связь с портом. Особая примета: бледный шрам через левую бровь к скуле. Проверить все камеры и базы данных в доках за последние две недели».

Он убрал телефон и посмотрел на Беккера сверху вниз. — Вы правильно сделали, что не дали ему чертежи. Но теперь вы в игре, мистер Беккер, хотите вы того или нет.

— Я знаю, — прошептал архитектор. Он умоляюще посмотрел на Кевина. — Только умоляю вас... если вы его найдете, не говорите ему, что это я дал вам его описание. Он меня убьет. Он сделает так, что все будет выглядеть как несчастный случай.

— Мы защитим вас, если вы будете с нами откровенны, — холодно, но твердо произнесла Лорелин. — Если Роман снова появится или вы вспомните еще что-нибудь, позвоните мне. Сразу. Не ждите утра.

Она положила на чертежный стол свою визитку. Беккер посмотрел на нее, как на тонкий листок бумаги, который не защитит его от надвигающейся бури, но медленно кивнул.

Лорелин захлопнула блокнот. — Шрам через левую бровь, портовый запах и отметина на запястье, которую видела Эмили, — повторила она, прокручивая информацию в голове. — Если всё это относится к одному человеку по имени Роман, у нас есть его полный портрет. И это не наёмник-одиночка. Это тот, кто привык командовать.

— Пойдем, — бросил Кевин Лорелин.

Они вышли из лофта, оставив Беккера в его добровольной тюрьме. Металлическая дверь с тяжелым лязгом захлопнулась за их спинами, отрезав их от запаха затхлого воздуха и страха.

На улице ночной ветер с реки ударил в лицо, разгоняя духоту. Лорелин подняла воротник куртки. — Шрам через левую бровь. Портовый запах, — повторила она, прокручивая информацию в голове. — Это не наемник-одиночка. Это кто-то, кто привык командовать в своей среде.

— Грей проверит базы портовых рабочих, логистов и мелких сошек, — Кевин открыл дверь «Камаро». — Но если этот Роман действительно связан с «Архитектором» из доков, нам нужно быть на шаг впереди.