Читать книгу Параллельные миры - Константин Кедров - Страница 9

Когда на выставке в Италии я впервые увидел Туринскую плащаницу, то сразу возникло ощущение чего-то очень знакомого. Вовсе не потому, что и до этого видел множество ее репродукций, а потому, что видел подлинники картин Леонардо да Винчи. Ни один художник в мире не обладает такой манерой письма. Об этом в свое время хорошо сказал Вазари: «Достойно изумления, что этот гений, стремясь придать своим произведениям наибольшую выпуклость, применял преимущественно темные тени, чтобы получить еще более темные фоны, и изыскивал такую черную краску, которая была бы еще темнее, нежели остальные черные цвета, для того чтобы светлые краски при таком сопоставлении казались бы еще более светящимися; в конце концов при этом способе он дошел до такой черноты, что в его работах не осталось ничего светлого». Благодаря этой особенности работ Леонардо, где светлое погружается в темное, а темное становится черным, возник эффект негатива. Задолго до изобретения фотографии художник средствами живописи превращал позитивное изображение в негатив. Это и привело к неожиданному открытию в конце XIX века. Когда Туринскую плащаницу сфотографировали, то на пластинке оказался четкий портрет Иисуса, в то время как на самой плащанице трудно что-то различить, кроме скопления темных контуров. Как справедливо писал отец Александр Мень, «художественной ценности плащаница не имела. На куске полотна были видны только темные пятна, неясно обозначавшие черты какого-то лица и силуэт тела». В 1898 году фотограф Секондо Пиа своими снимками открыл миру ту Туринскую плащаницу, которую мы видим сегодня. «Пиа сделал снимок с полотна и, взглянув на негативную пластинку, был глубоко потрясен. На ней появилось изображение, удивительно напоминающее исторические иконы Спасителя».

Первые два века христианства Иисуса изображали в виде рыбы или ягненка. В человеческом образе его рисовали как прекрасного юношу без бороды, усов и с короткой стрижкой. Существует тайна, почему именно в III веке Христа стали изображать длинноволосым, с бородой и усами. Возможно, к тому времени более досконально изучили обычаи Израиля. Иисус был назареем, потомком царя Давида. Назареи не стригли волосы, умащивая их маслом. Евангелия, избегающие бытовых деталей, все же сохранили эпизод, где одна из жен мироносиц выливает на его голову драгоценное душистое миро, вызывая ропот среди апостолов. Не лучше ли, мол, было продать дорогие благовония, а деньги раздать нищим. Иисус замечает, что нищие будут при вас всегда, а Сын Человеческий не всегда будет с вами на земле.

По свидетельству Вазари, Леонардо «испытывал такое удовлетворение при виде человека со странной головой или запущенной бородой или волосами, что мог целый день бродить за такой понравившейся ему фигурой, при этом он так запечатлевал ее в своей памяти, что, придя домой, зарисовывал ее, как если бы она сейчас перед ним стояла».

Леонардо родился в 1452 году, а умер в 1519-м. В эти годы упорно ходили слухи о существовании подлинной плащаницы с отпечатком тела Христа. Однако Церковь эти слухи решительно опровергала утверждая, что речь идет о подделках. Как раз в год рождения Леонардо герцог Савойский, предок будущих итальянских королей, получает на хранение плащаницу. Семейное предание утверждает, что это и есть Туринская плащаница, но лишь в 1578 году, через 59 лет после смерти Леонардо, плащаница попадает в собор Сан Джованни в Турине. Отсюда и возникло ее название – Туринская. Радиоуглеродный анализ, произведенный в недавние годы, показал, что возраст плащаницы соответствует времени ее появления в Турине. Речь идет о XV веке, когда жил и творил Леонардо.

Кроме эффекта негатива, Туринская плащаница совпадает со многими картинами Леонардо своим восково-золотым колоритом, напоминающим отсвет свечи. Это неудивительно, ведь художник целые ночи проводил в подвале тайного анатомического театра, где зарисовывал и составлял свой анатомический атлас. «Он собственноручно с величайшей тщательностью дал в перспективных сокращениях и изображениях все костные части, а к ним присоединил потом по порядку все нервы и покрыл их мускулами».

Умирание и смерть интересовали Леонардо не меньше, чем жизнь. Его даже обвиняли в жестокости. Сам художник ответил на эти обвинения так: «О созерцатель этой нашей машины! Не печалься, что ты познаешь ее благодаря смерти других, но радуйся, что виновник нашего бытия поместил ум в таком превосходном инструменте». Изобразить умершего Христа с такой достоверностью мог только он. Ни один художник не обладал такими познаниями в анатомии и таким мастерством для передачи тончайших оттенков жизни и смерти в лице умершего.

Искусствоведы давно заметили, что, кого бы ни изображал художник, он невольно, а иногда и сознательно придает изображению сходство со своим отражением. Автопортретное сходство лика Туринской плащаницы с лицом Леонардо бросается в глаза. Брови, нос, глаза, строение черепа, усы, борода и длинные волосы похожи на автопортрет Леонардо, только с поправкой на возраст.

Теперь посмотрим, как создавалась плащаница. Она соткана из простого льна методом, который применялся в Палестине во времена Христа. Только Леонардо со свойственной ему энциклопедичной доскональностью мог позаботиться о таких деталях, как материал и технология его изготовления. На веках лика отпечатаны две монеты Древнего Рима, где титул императора Тиверия отлит с ошибкой. Такие подлинные монеты огромной редкости Леонардо мог раздобыть только у нумизмата. На спине Иисуса следы бичевания. Это были особые римские бичи со свинцовыми шариками. И наконец, еще одна деталь, выдающая Леонардо. Следы гвоздей не в ладонях, а на запястье. Почему? Анатомические опыты, проводимые уже в XX веке, показали, что тело не могло висеть на гвоздях, вбитых в ладони. Следовал разрыв сухожилий и падение. Между тем в запястье гвозди прочно выдерживали вес тела. Опыты Леонардо с телами казненных известны. Он изучал все для построения своего анатомического атласа.

Остается еще одна деталь. В отпечатке почти нет следов краски, но есть следы билорубина, вещества из состава крови. Леонардо, скорее всего, действительно сделал отпечаток на ткани с умершего или казненного человека, а уж затем стал работать над этим отпечатком кистью и «красками», в состав которых, скорей всего, входили сукровица и кровь.

Создать такой шедевр, как Туринская плащаница, мог либо сам Леонардо, либо гений, равный ему в познании и в искусстве. Но равного ни до, ни после на земле не рождалось.

Можно ли считать этот шедевр Леонардо подделкой? Ни в коем случае. Церковь объявила подделками все изображения плащаницы, выдаваемые за подлинные. И правильно сделала. Если бы такой отпечаток существовал, апостолы, несомненно, заговорили бы о нем, поскольку споры о воскресении Иисуса велись даже среди христиан. Апостолы молчат потому, что такого отпечатка не было и не могло быть. Умершего Христа «обвили», именно обвили пеленами, при этом лик оставался открытым, его закрывали отдельным платом. Пелены более походили на бинты, и ни о каком цельном отпечатке на них не может быть и речи.

Однако одно дело история, а другое – молва, легенда, традиция. Леонардо воплотил легенду, создав Туринскую плащаницу, но, конечно, его шедевр мог существовать только тайно, поскольку и все анатомические зарисовки Леонардо выполнял тайно ночью. Ведь он выкупил у монахов тела казненных.

Плащаница, созданная Леонардо, перекликается с другим образом, созданным его вечным соперником Микеланджело на фресках Страшного суда. Там изображен человек, державший в руках свою собранную кожу, на которой четко отпечатан автопортрет художника.