Читать книгу Узбекская трагедия – 2 - Кора Бек - Страница 1

Оглавление

Встреча на мосту.

   Апрель 2002 года. Столица Республики Узбекистан Ташкент. Арочный мост через канал «Анхор» с чугунным парапетом на границе между Старым и Новым городом.

– Ой, простите? – проговорила Малика на бегу, случайно задев сумкой некоего мужчину, который шёл ей навстречу по мосту.

   Высокий поджарый незнакомец в солнцезащитных очках, с кожаным портфелем в руках, одетый в хорошо пошитый костюм, вдруг остановился, развернулся и встал посреди моста. Прикусив нижнюю губу, Малика в свою очередь была вынуждена вернуться назад.

– Неужели ему моего извинения недостаточно? – досадливо морщась, подумала девушка и, вытянув шею, посмотрела за спину мужчины.

   Так и есть! По ступеням моста с другого его конца поднимался Тахир – молодой человек, с которым Малика встречалась последние два года. Сегодня они собирались погулять по Старому городу. Видимо, Тахир решил пойти ей навстречу. Девушка очень торопилась на свидание. Нет, не потому, что любила парня. Малика часто куда-то опаздывала. Конечно, не специально. А Тахир обижался. Он очень ценил своё время. Парень был ботаником в буквальном и переносном смысле: работал в Ботаническом саду, обожал свою профессию. Собственно, кроме работы, Тахира мало что интересовало.

   Конечно, если бы Тахир родился, жил в другом месте, где люди не имеют привычки совать свой нос в дела соседей, или родственников, он мог и дальше заниматься любимым делом. Но на Востоке такое невозможно в принципе: жить без оглядки на общественное мнение.

   Поэтому молодой учёный-биолог стал волей-неволей подумывать о женитьбе. Тридцать три года – это, знаете ли, не шутка! Не шутка – в Центральной Азии. В этом возрасте, как правило, местные мужчины имеют пять-шесть детей. Иначе может встать вопрос по поводу сексуальной ориентации. Ведь, если заподозрят в мужеложстве, – тюремный срок до трёх лет обеспечен. Поэтому семья – это отличное прикрытие для ботаника, который стремится к одному – чтоб ему не мешали работать.

   Повстречав приятную девушку в лице Малики Закировой, сотрудник Ботанического сада решил, что он должен на ней жениться. Однако пока ни он, ни она не сделали для этого ни одного шага. Малика не любила Тахира. Она просто по-своему спасалась от одиночества в его объятиях. Тахир знал, что Малика его не любит, но ему это и не требовалось. Парню нужно было жениться, чтоб от него отстали родители, родственники, соседи, коллеги, и он мог всецело посвятить себя любимому делу – изучению новых видов лекарственных трав, которые в Ботанический сад Ташкента завозили из разных концов света.

   Другое дело, что Тахир никак не мог решиться сделать девушке предложение. Родители знали, что он встречается с Маликой. Им, правда, не нравилось, что она уже была замужем, но, как говорится, «На безрыбье и рак рыба». Зато их великовозрастный сын, наконец-то, обзаведётся семьёй, и на них в махалле не будут показывать пальцем, перешёптываясь за спиной, будто с Тахиром не всё в порядке. Ещё один момент, который примирил родителей Тахира с выбором сына, – то, что Малика имела высшее образование, работала в школе учительницей, совмещая эту работу с должностью завуча, а не продавщицей в магазине или швеёй на фабрике. Не все их соседи такой невесткой могут похвастаться.

   Каждый раз, отправляясь на свидание, Тахир сообщал об этом родителям, а те – соседям. В итоге, вся махалля ждала, когда сотрудник Ботанического сада, которого однажды даже по телевизору показывали, женится, а они погуляют на его свадьбе. И вот сегодня Тахир как будто бы сумел убедить самого себя, что больше нет смысла тянуть с женитьбой.

   Малика – неглупая и приятная во всех отношениях девушка. Она не должна отвлекать его от научных изысканий. Нарвав с разрешения своего начальника роскошных розовых роз в Ботаническом саду, Тахир отправился на свидание. Мужчина заметно волновался. Ещё бы, решиться расстаться со свободой в 33 года далеко не так просто! Но Тахир надеялся, что прогулка по Старому городу подействует на него успокаивающе, и он сможет, наконец, сказать: «Малика, выходи за меня замуж!».

   Малике было очень неудобно перед Тахиром. Она извинилась повторно, рассчитывая, что инцидент на этом будет исчерпан. Однако незнакомец вдруг строгим тоном произнёс:

– Малика Закирова?

   Высокого поджарого мужчину Малика не знала, но, похоже, он знал её. Испытав чувство определённого замешательства, девушка в ответ кивнула головой. Незнакомец сказал, нет, выкрикнул голосом, исполненным радости, а, может, и счастья:

– Марина!

   От неожиданности Малика обернулась. Может, кто-то подошёл за её спиной, и мужчина теперь обращается не к ней? Ведь она Малика, а не Марина. А незнакомец повторил:

– Марина! Сколько лет, сколько зим! – и снял солнцезащитные очки.

   Тахир не верил своим глазам. Ведь, к ужасу ботаника, бежавшая ему навстречу девушка неожиданно остановилась, а затем вернулась назад. Высокий мужчина, который шёл по мосту перед ним, что-то сказал Малике, после чего её нежное лицо озарилось улыбкой. Тахир ревниво отметил про себя, что он не замечал такой милой улыбки на лице Малики, когда она общалась с ним. Дальше – больше. Незнакомец поднял девушку Тахира на руки и закружил её вокруг себя. Запрокинув голову назад, Малика смеялась.

   Этого Тахир уже выдержать не смог. Не дожидаясь развязки, парень резко развернулся и повернул обратно. Точнее, Тахир почти бежал с места своего поражения. Но если бы у него хватило мужества подойти к Малике, то эта история могла бы завершиться иначе. В жизни нередко последние минуты и даже секунды имеют большое значение.

   Наконец, поджарый и уверенный в себе мужчина опустил девушку на мост. У Малики чуть кружилась голова, и она некоторое время стояла на одном месте, чтоб случайно не упасть. Мужчина стоял рядом и с улыбкой смотрел на неё. И вдруг Малика вспомнила, что совсем недавно, может, пару минут назад, она видела, как по ступеням моста поднимался Тахир. Но сейчас его не было видно. Куда же он мог деться за столь короткий отрезок времени?

  Тряхнув головой, Малика вновь посмотрела в сторону другого конца моста. Тахира там не было. Пожав плечами, она улыбнулась и сказала:

– Ну, здравствуй, Алик!

   Алик, или Алишер Рашидов, был одноклассником Малики. Они учились в Зарафшане до восьмого класса. Потом папу Алика перевели по работе в столицу Ташкент. Ещё через год из города уехала и семья Закировых. Двойное имя одноклассника Малики объяснялось в общем-то просто: в многонациональном Зарафшане коренных жителей Узбекистана часто называли более привычными и лёгкими в произношении именами. Поэтому Алишера в школе и во дворе все называли Алик, а Малику – Марина. Правда, после переезда в самый узбекский из всех узбекских городов Наманган, девушка от этого имени отвыкла.

   В школе, на работе и потом в Учкудуке её называли Малика. В Ташкенте знакомые звали её также Малика, а вот коллеги и ученики в школе – Малика Отабековна. Поэтому она и замерла на месте от удивления, услышав счастливый вопль бывшего одноклассника:

– Марина!

– Вот это да! – мысленно ахнула от изумления девушка. – Алик, то есть Алишер Рашидов?! Когда мы виделись в последний раз? – Малика посчитала в уме: получилось 17 лет назад. – С ума сойти, как Алик изменился, возмужал! Боже, как давно это было: Алишер – Алик, а я – Марина!  За это время столько всего произошло… И меня все зовут теперь Маликой.

   Малика вновь вспомнила о Тахире – своём нерешительном поклоннике, с которым целых два года она пыталась построить отношения. Конечно, Малика видела, как Тахир собирался с духом, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. Несколько раз он даже начинал говорить, но потом сбивался с мысли, краснел и откладывал на будущее этот непростой разговор. Тахир вообще лучше всего чувствовал себя, когда разговор заходил о его работе.

   Вне любимого дела парень сразу терялся. Малику, в свою очередь, также не  прельщала мысль о замужестве. Девушка хотела бы выйти замуж не потому, что так надо, а по любви. Однако она видела в Тахире немало хороших черт характера и это, в том числе, удерживало девушку рядом с ним. Теперь он ушёл.

   Малике стало грустно, что Тахир так легко от неё отказался, не попытавшись узнать, с кем разговаривает его девушка. Да, наверное, он испытал чувство ревности. Но уйти просто так, не сказав ей ни слова? Нет, она не станет за ним бежать. Видно, не судьба им быть вместе.

   Согнав набежавшую на высокий лоб морщинку, девушка посмотрела на Алишера. В его глазах она прочитала немой вопрос: Рада ли Марина-Малика их встрече? Похоже, он также заметил замешательство своей бывшей одноклассницы. Малика улыбнулась и сказала:

– Рада видеть тебя, Алик! Хотя, признаться, не ожидала, что мы с тобой ещё встретимся. Ребята говорили, будто ты уехал учиться в Москву. Тогда что ты делаешь в Ташкенте? Ведь нормальные люди из Москвы не возвращаются.

   Алик расхохотался.

– А ты, Марина, не изменилась! По-прежнему что думаешь, то и говоришь без восточной дипломатии. За это, в том числе, я тебя и люблю!

   И Алишер Рашидов, ничуть не смущаясь, заключил девушку в свои объятия и поцеловал в щёчку. Малика обеспокоенно выглянула из-за его плеча. Нет, Тахир на мосту не появился. Слава богу! Какой это мог бы быть сильный удар для парня! Ведь сотрудник Ботанического сада даже спустя два года после их знакомства всякий раз не мог сдержаться от мелкой, но ощутимой дрожи, когда Малика брала его под руку. Ну вот такой он чересчур застенчивый!

   Между Тахиром и Алишером – разница огромная. Алик – да, красивый и, за версту видно, уверенный, состоявшийся в жизни мужчина. А Тахир хоть и талантливый, но вечно во всём сомневается. С такими людьми трудно общаться, и уж тем более строить какие-то планы. Малике было жаль парня, да только на одной жалости счастья не построишь.

   Тем не менее, чтобы не причинить Тахиру душевной боли, случайно с ним встретившись, Малика взяла бывшего одноклассника под руку и пошла опять в ту же сторону, откуда она появилась на мосту. Самоуверенный красавец Алишер воспринял её жест, как нечто само собой разумеющееся. А Малика просто рада была его видеть. Ностальгия – сильная штука.

Не повторяется такое никогда.

   В памяти Малики самые лучшие воспоминания её жизни были связаны с малой родиной – Зарафшаном. К сожалению, все её подруги ещё в начале девяностых уехали из города на историческую родину своих родителей. Чуть раньше, после окончания ташкентской школы, из Узбекистана уехал в Москву их бывший одноклассник Алишер Рашидов. Об этом Малике написала в письме подруга Ира Краснова. Они переписывались, пока Малика неожиданно не вышла замуж и не оказалась вдруг в далёком Учкудуке. В свою очередь, Ира переехала в Новосибирск и написала подруге уже оттуда. Сестра Лола переслала её письмо Малике в Ташкент, после чего их переписка возобновилась. Но потом Ира куда-то пропала.

    Вообще, всех её друзей из Зарафшана разбросало по разным городам и весям бывшего СССР. Иногда Малика вспоминала Алика. Но с годами она делала это всё реже и реже. И вдруг встреча на старом арочном мосту в Ташкенте.

   Строго говоря, Алик-Алишер был не только одноклассником Малики, но ещё и её первой любовью. Конечно, между учениками седьмого класса ничего такого и близко не было. Так получилось, что весной того года, когда Малика и Алишер учились в седьмом классе, Алик вдруг стал проявлять знаки внимания своей однокласснице, с которой он сидел за одной партой в первом классе. В следующем году их рассадили, и Малика с Алишером общались всё реже. Но в седьмом классе он начал провожать Малику домой после уроков, приносил ей почитать интересные книги из библиотеки отца, а однажды пригласил девочку в кино.

   Тот день Малика помнила в подробностях спустя годы. На дворе стоял апрель месяц. По случаю первого свидания Малика одела платье, которое ей недавно отдала старшая сестра. Лола слишком придирчиво относилась к своей внешности. Что бы она на себя ни одела, ей всегда спустя время казалось, будто она плохо выглядит в этом наряде. К счастью, младшая сестра подросла, и теперь было кому носить за Лолой почти новую одежду. Зато Малика в свободном длинном платье, которое романтично развевалось за её спиной, когда на улице дул лёгкий ветерок, чувствовала себя взрослой, красивой, независимой, почти богиней.

   К тому же помимо платья Лола заодно отдала сестре свои чешские босоножки на высокой платформе. По мнению Малики, в этом женственном наряде восхищённые взгляды Алика ей были обеспечены! Поэтому, засыпая, девочка накануне молила бога, чтобы Он послал в Зарафшан хоть слабенький, но ветер. Нет, в их городе часто дули сильные пронизывающие ветры, случались и пыльные бури. Но Малике в этот день нужен был лёгкий ветерок.

   Бог исполнил просьбу девочки. С распущенным по плечам волосом, в развевавшемся на ветру шёлковом платье с жёлто-коричневыми разводами, в зелёных босоножках, Малика шла по улице и чувствовала себя самой красивой в городе. У входа в Летний кинотеатр её встретил Алишер. По его взгляду сразу стало ясно: парень сражён наповал! А тут ещё как нарочно из динамиков у кинотеатра зазвучала песня в исполнении ВИА «Самоцветы»:

                                                Первая любовь, школьные года.

                                                В лужах голубых – стекляшки льда.

                                                Не повторяется, не повторяется,

                                                Не повторяется такое никогда!

   Малика покраснела. Попросив её немного подождать, Алик куда-то убежал. Вернулся он обратно довольно быстро с букетом белых звёздочек и диких жёлтых тюльпанов. У Малики от волнения перехватило дыхание. Она-то подумала, что Алику нужно куда-то по делам, а оказалось!.. В жизни Малики это был первый букет, подаренный мальчиком. Сердце в её груди так сильно билось, что Малика даже испугалась, как бы оно не выскочило наружу.

– Спасибо, Алик! Очень красивый букет! – только и смогла сказать девочка.

– Эти цветы, Марина, очень подходят к твоему платью, – улыбнулся Алик и, без смущения взяв Малику за руку, вошёл в Летний кинотеатр.

   В Зарафшан привезли новый фильм. Малика видела его афишу. На ней было написано – комедия. Комедия – это, конечно, хорошо. Немного смущало название фильма: «Любовь и голуби». Сидя в последнем ряду, Малика поначалу думала лишь о том, чтоб в этом фильме герои не целовались. А то ей будет неудобно перед Алишером. Но потом она увлеклась и забыла о своих переживаниях. Фильм оказался не просто интересным, но очень душевным. Малика с волнением следила за всеми перипетиями героев фильма, как вдруг вздрогнула. В тот момент, когда муж и жена встречаются на берегу речки, Алик поцеловал её. Конечно, не по-взрослому, просто прикоснулся губами к её щёчке. Но Малика испытала потрясение.

   Нет, она не убежала с сеанса в слезах, как сделала бы на её месте узбекская девочка из кишлака. Нет, она не ударила Алика по щеке, как поступила бы эмансипированная узбечка, проживающая в городе. Малика сделала вид, будто ничего не произошло, а сама сидела и прислушивалась к своим ощущениям. Хорошо, фильм уже заканчивался, поскольку Малике теперь уже было не до кино. Алишер взял её за руку, и так они сидели до конца фильма. А потом ещё целый час гуляли по улицам. В тот день Фархунда-опа уехала в Наманган, чтобы навестить свою приболевшую сестру. Поэтому Малика не переживала, что мама начнёт её искать по подружкам. Они гуляли с Аликом в центре города и говорили, говорили!

   Как все подростки, Малика и Алик строили невероятные планы на будущее. Алишер по секрету признался девочке, что он хочет сделать партийную карьеру и стать Генеральным секретарём ЦК КПСС, чтоб, наконец, навести порядок в большой стране. А то тут чёрт знает что происходит, народ только делает вид, будто работает, а на самом деле все занимаются приписками! Глядя горящими глазами куда-то вдаль, Алик заявил, что он заставит людей как следует трудиться; добьётся того, чтобы они перестали воровать; на все посты поставит грамотную молодёжь, отправив на пенсию засидевшийся Центральный комитет.

   Конечно, сейчас Генеральным секретарём назначили не очень старого Горбачёва. Но всё равно он – человек из той же системы. Вряд ли при нём можно надеяться на серьёзные и позитивные перемены. Между тем СССР уже много лет топчется на одном месте. Вот люди и рассказывают на кухне анекдоты про Брежнева. Страна нуждается в переменах. Алишер, получив образование и какой-то опыт работы, вполне мог бы заменить того же Горбачёва лет через двадцать. Главное – верить в себя и поступательно двигаться к своей цели.

   Малика восхитилась. Какой Алишер уверенный в себе, смелый, решительный человек! Но потом она опомнилась и спросила, а не смущает ли Алишера, что он по национальности не русский? По мнению Малики, маловероятно, чтоб узбеку позволили занять столь высокую должность. Однако Алик в ответ заявил, что Сталин был грузином, но это не помешало ему в течение тридцати лет руководить СССР. Для него важно получить хорошее образование, желательно в московском вузе. Наверное, он будет поступать на юридический факультет. Первый руководитель государства должен быть подкованным в вопросах права. После этих слов Алишер с тонкой улыбкой пояснил: «Чтоб меня не подставили».

   У Малики аж дух захватило от страха. Она тотчас себе представила, как чёрный воронок подъезжает к воротам Кремля, и оттуда люди в штатском выводят закованного в наручники Алишера. Неудивительно, что Малика прониклась ещё большим уважением к Алику. Зная, что ему грозит опасность на посту руководителя государства, он всё равно готов занять этот высокий пост, чтоб принести пользу своей стране! Ну, как в такого сознательного парня не влюбиться?

   Затем разговор зашёл о Малике. Немного волнуясь, девочка призналась, что она хотела бы стать археологом. Её безумно тянет ко всему древнему. Она очень завидует археологам, которые раскрывают загадки прошлого, находят артефакты с многовековой историей. Но её мама против того, чтоб Малика работала археологом, говорит, не женское это дело, и потом обязательно приводит в пример их соседку тётю Лену.

   Тётя Лена жила с ними на одной лестничной площадке. Впрочем, жила – не совсем верно, поскольку, будучи археологом, она постоянно пропадала в командировках. В их квартире жили мама тёти Лены и её брат дядя Лёша. Мама – старенькая женщина, которая частенько болела, мечтала о внуках. Однако дочь была полностью погружена в своё любимое дело, сын работал преподавателем, и у него личная жизнь тоже как-то не складывалась. Может, потому что дядя Лёша даже с друзьями лишний раз не встречался, опасаясь оставить маму без присмотра. Он очень сильно переживал за неё. И вот недавно их мама умерла. Брат и сестра остались одни, ведь других родственников у них не было. Между тем тёте Лене уже пятьдесят лет, а дядя Лёша её всего на два года моложе.

   Как говорит мама Малики, теперь у брата и сестры тем более вряд ли получится заиметь семью. Раньше их родительница хотя бы время от времени тормошила, а сейчас они оба оказались предоставлены сами себе. К тому же с возрастом человек, не имевший раньше семьи, привыкает жить один. Тётя Лена по-прежнему уезжает в долгие экспедиции, а дядя Лёша работает, следит за домом, и по выходным печёт вкусный торт из сливового варенья, которое он сам же и варит.

   Разумеется, Фархунда-опа не хотела для своей дочери подобной судьбы. Поэтому она категорически против, чтобы Малика стала археологом. Перебрав все сходные профессии, Малика остановилась на работе историка. Но учиться она также хотела бы в России, либо в соседнем Казахстане. Малике очень хотелось верить, что после окончания института мама не будет за неё сильно переживать и разрешит ей получить второе образование. Вот тогда мечта Малики стать археологом сбудется! А те знания, которые она получит, обучаясь на историческом факультете, могут пригодиться ей в дальнейшем.

   К удивлению девочки, Алишер одобрил взгляды её мамы. Более того, он назидательным тоном начал поучать Малику, что дело женщины – рожать, воспитывать детей и ухаживать за мужем. Заметив, что у Малики испортилось настроение, Алик засмеялся и сказал, что он пошутил. Напротив, по его мнению, Марине нужно получить хорошее образование, ведь необразованная женщина умного мужчину никогда не заинтересует. Малика покраснела.

   Обычно в своей речи она избегала слов: «мужчина», «женщина» и, вообще, старалась не затрагивать столь щекотливую тему. Видимо, сказывалось воспитание. В семье Закировых не принято было говорить об отношениях мужчины и женщины. Фархунда-опа считала, что дети сами всё узнают, когда у них появится собственная семья. Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что точно так же думали многие советские женщины. Обсуждать тему взаимоотношения полов в советском обществе считалось чем-то постыдным.

   А что уж тут говорить об Узбекистане, где роль женщины в жизни общества испокон веков сведена к двум вещам – рождению детей и ведению домашнего хозяйства?

   После того незабываемого вечера Малика и Алишер ещё несколько раз встречались вне школьных стен. Из Намангана вернулась Фархунда-опа, и Малика больше не могла вечером выйти из дома. Впрочем, с её мамой это было весьма затруднительно даже днём. Поэтому Алишер звал с собой своего друга Сашу Романюка, а Малика – подругу Иру Краснову, и так, вчетвером, они гуляли по улицам Зарафшана, ели мороженое, болтали, катались в парке на аттракционах. После уроков Алик провожал Малику домой, но прощались они всегда, не доходя до её подъезда. Если бы Фархунда-опа узнала, что её четырнадцатилетняя дочь общается с мальчиком, женщину, наверное, хватил сердечный удар.

   И неважно, что этот мальчик – одноклассник Малики. Фархунда-опа была уверена, что такое общение до добра не доведёт. Мало ли, чему Алишер Рашидов научит её чересчур доверчивую девочку? Нет, девочки должны дружить с девочками! А, зная чересчур живой характер своей дочери, Фархунда-опа хотела скорее выдать её замуж. Будучи замужней женщиной, Малика станет жить интересами своей семьи, как все узбечки.

   Однако той чудной весной Малика жила встречами с Алишером. Он часто рассказывал ей что-то интересное, помогал по математике, предлагал вместе поехать по окончании школы на учёбу в Россию, угощал шоколадными конфетами. Малика слушала его с восхищением и не понимала, как она могла раньше обходиться без Алика.

   Ведь, хоть они учились в одном классе, Алик общался лишь с мальчиками. А теперь этот высокий умный красавчик смотрит на неё так, что у Малики от одного его взгляда кружится голова. Каждое утро она спешила в школу, чтобы увидеть Алишера, и печалилась, что скоро лето, и они на каникулах смогут встречаться лишь изредка.

   Но оказалось, что Малика напрасно печалилась. Потому что, когда до конца учебного года оставалось совсем немного, Алик неожиданно куда-то исчез. Малика старалась делать вид, будто всё нормально, и она ничуть не переживает из-за отсутствия Алишера. А потом к ней подошёл Саша Романюк и сказал, что папу Алика перевели на работу в Ташкент, поэтому их семья срочно уехала из Зарафшана, а Алишер попросил его передать Малике привет.

   Привет? Просто привет?! И это после того, что у них было? Малика не верила собственным ушам. Конечно, между ней и Алишером ничего особенного не было. Лёгкое прикосновение губами к её щёчке, и всё. Он даже не признавался ей в любви. Но она-то считала, что у них всё серьёзно, а признание Алика – это вопрос времени, и не более. Малика полюбила, но её чувства оказались не нужны Алишеру. Во всяком случае, так она тогда подумала.

   И вот спустя семнадцать лет они встретились. За это время распался СССР, а Узбекистан объявил о своей независимости; из республики уехали почти все их школьные друзья; на смену социализму пришло что-то непонятное; Малика успела побывать замужем; в целом жизнь кардинально поменялась. И он – её первая любовь Алик Рашидов, тоже изменился.

   Если честно, в лучшую сторону. Конечно, Алик и раньше был смазливым парнем. На него в школе даже девочки из старших классов поглядывали. А он выбрал её – Марину-Малику Закирову. Они тесно общались почти два месяца. Потом Алишер уехал из города. В семье Малики тем летом случилось ужасное горе – брат Темир из-за несчастной любви покончил с собой. И Малике стало не до Алика. Спустя год её семья уехала из Зарафшана. Ещё через три года девушке пришлось выйти замуж за нелюбимого. После развода с Каримом она переехала в Ташкент. Учкудук, её бывший муж и вся семья Ориповых остались в прошлом.

   В череде будней, занятая решением всевозможных проблем, Малика редко вспоминала об Алике. Однако была ещё одна серьёзная причина, по которой девушка за все эти годы не попыталась напомнить о себе бывшему однокласснику, с которым её связывали тёплые хорошие отношения. Малика влюбилась. По-настоящему. Это случилось десять лет назад.

У любви имя Мансур.

   В то время Малика училась заочно на втором курсе Карагандинского университета, а жила и работала в Ташкенте. После поступления в вуз девушка не вернулась в Наманган. Малика сняла комнату в частном доме на окраине города и устроилась работать в один столичный институт в качестве лаборанта кафедры истории средних веков. Девушке крупно повезло.

   Её приняли на работу, несмотря на отсутствие каких-либо родственников или знакомых в Ташкенте, которые могли бы похлопотать за неё. Ведь в Центральной Азии многое делается через связи, даже когда речь идёт о скромной должности лаборанта. Тем не менее учёба на профильном факультете и прекрасное знание русского языка, что в начале девяностых годов прошлого века ещё имело значение, позволили Малике занять эту должность.

   Малика быстро вникла в суть дела. Её обязанности сводились к тому, чтобы набирать на печатной машинке методические материалы и потом распространять их среди студентов, следить за расписанием занятий, держать связь с преподавателями, информировать их об изменениях в расписании, осуществлять контроль за чистотой аудиторий, закреплённых за их кафедрой. Поскольку у лаборантов низкая зарплата, девушка подрабатывала в этом же институте уборщицей. По вечерам, закончив работу, она переодевалась в халат и мыла пол в кабинетах и коридоре.

   В институте Малика познакомилась с девушкой по имени Бахор. Та работала лаборантом на кафедре начального образования. Бойкая общительная девушка понравилась Малике.

   Бахор также была приезжей. Год с небольшим назад она переехала в Ташкент из кишлака под Хорезмом. Поступить в институт у Бахор с первой попытки не получилось. Но благодаря своей здешней родственнице она смогла устроиться в этот институт на работу, а через год поступила на заочное обучение. Как, смеясь, заметила Бахор, это очень удобно – учиться и работать в одном месте. Девушки стали вместе ходить на обед в студенческую столовую, забегали друг к другу во время работы, чтоб обсудить какие-нибудь последние новости.

   Однажды Малика пришла на работу очень расстроенная. Ей пришлось потратить деньги на такси из своей маленькой зарплаты, потому что автобус, которого она долго ждала, не успев отъехать, сломался. Бахор спросила, где она живёт, а, узнав, схватилась за голову. Это же так далеко от их института! Шустрая девушка тут же предложила коллеге переговорить с той самой своей родственницей, которая помогла устроиться ей на работу и поселила у себя дома.

    Со слов Бахор, у Ширин, так звали ту женщину, имелись две квартиры. В одной она жила вместе с Бахор, а другую, такую же однокомнатную квартиру, сдавала в аренду. Сейчас в ней проживали две студентки, которые учились на очном отделении пединститута. Однако Бахор ничуть не сомневалась, что и Ширин, и те две девушки не будут иметь ничего против того, чтоб Малика поселилась с ними. В этом случае девушкам придётся меньше платить за аренду квартиры, а Ширин будет спокойнее, если в сдаваемом жилье будет жить знакомая Бахор. Работающая девушка, то бишь Малика, внушала ей больше доверия, чем студентки.

   Через пару дней Малика въехала в благоустроенную квартиру. Она была очень рада: и до работы теперь рукой подать, и соседки ей понравились. Наргиз и Олма, так звали девушек, были моложе Малики на год. Три молодые русскоязычные узбечки быстро нашли общий язык, поделили между собой обязанности и стали вместе проводить свободное время.

   Как оказалось, девушки были родом из Намангана, вместе учились в школе и поступили в один институт. На каникулы они уезжали домой. А Малика два раза в год: осенью и зимой ездила в Казахстан на сессии. Так прошёл год.

   Вернувшись после очередной сессии, Малика познакомилась с молодым человеком по имени Мансур. Умный, решительный, мужественный, широкоплечий, он очаровал девушку буквально с первой встречи. Благодаря ему она не слишком сильно тосковала по родному дому, по маме и перестала вспоминать свою школьную любовь – Алишера. В конце концов, Алик ничего ей не должен. Ну, провожал он её одно время после уроков до дома, один раз сходили в кино, несколько раз гуляли в компании друзей, и всё! Разве вина Алишера, что фантазия Малики разыгралась, и она влюбилась почти, как пушкинская Татьяна?

   Правда, Алик отчасти действительно напоминал Онегина. Но это всё было ужасно давно. И вообще, каждый человек обязан прожить свою собственную уникальную жизнь.

   Так утешала себя девушка, пережившая разлуку со своей школьной любовью, а потом – несчастливый брак и развод с нелюбимым мужем.

   И вот в жизни Малики появился Мансур. Он был старше её на три года, окончил геолого-разведочный техникум и нередко пропадал в рабочих экспедициях, поэтому встречались они раз в несколько месяцев. Но она очень ценила каждую минутку, которая перепадала ей время от времени. А потом добрые люди сообщили Малике, что Мансур женат, и у него есть ребёнок. К тому времени она уже влюбилась в парня по уши, и не могла взять и просто отказаться от своей любви.

   Конечно, Малика ни на что не надеялась: семья – вещь очень серьёзная. Девушка хотела только одного: любить и хотя бы изредка видеть любимого. Просто видеть; смотреть в его красивые карие глаза, легонько коснувшись непослушных тёмных волос своей рукой; знать, что он есть, и всё. Мансур был необходим ей, как воздух и вода.

   Милый, дорогой, любимый, единственный, самый лучший мужчина на свете! Конечно же, так думает каждая влюблённая девушка о своём избраннике. Но Малике казалось, что именно она имеет право так сказать. Потому что ещё никто и никогда не любил так глубоко, так сильно и мучительно больно, как любила Мансура Малика. Хотя при этом она не совсем была уверена, что мужчинам вообще нужна такая любовь. Ведь и от мужчин, и от женщин ей нередко приходилось слышать одну и ту же фразу:

– Малика, будь проще! Живи сегодняшним днём!

   С Мансуром Малика забывала обо всём на свете. Пусть их встречи были редкими, но когда они встречались после его возвращения из очередной рабочей экспедиции, Мансур уделял ей много внимания и относился к ней с удивительной нежностью. В эти моменты счастье накрывало девушку с головой. Иногда они выбирались в Чимганские горы.

   В горах им было необыкновенно хорошо. Они ощущали себя свободным и радовались друг другу. Любимый читал Малике стихи Сергея Есенина. А когда солнце опускалось на горы, Мансур, увлекавшийся астрономией, рассказывал об устройстве солнечной системы, о далёких звездах, о космосе, о существовании множества галактик. Кроме того, Мансур, как и Малика, увлекался историей. Благодаря ему, она узнала много интересного о жизни и культуре древних государств, что находились когда-то на территории Евразии. Это было самое счастливое время во взрослой жизни Малики.

   Но Мансур хотел большего. Если называть вещи своими именами, молодой человек хотел секса. Нет, секс между ними был. Однако сексуальная близость стала тяготить девушку, когда она узнала, что её любимый женат. Малика мучилась, думая, что не имеет на это права. В Центральной Азии женщина по сей день не вправе получать удовольствие от секса. В противном случае её могут посчитать распутной. А незамужняя женщина тем более не вправе заниматься сексом. Это строго осуждается обществом.

   Малика являлась дочерью своего народа. И даже, обладая славянским менталитетом, что предполагает определённую широту взглядов и некоторую раскованность, девушка сильно мучилась. Потому что есть вещи, понятия, которые каждый человек впитывает в себя с молоком матери, и это уже никаким топором не вырубить.

   А, кроме того, в судьбе Малики сыграло свою роль знакомство с Наргиз и Олмой, которое быстро переросло в дружбу. Они не только делили кров, пищу, но стали друг для друга по-настоящему нужными. Малика искренне восхищалась подругами. О, это были настоящие высокоморальные восточные девушки! Но при этом они разговаривали по-русски и носили современную одежду. Правда, по праздникам они могли выпить, иногда даже покурить, но зато к парням на пушечный выстрел не приближались. В глазах Малики Наргиз и Олма являлись примером того, какими должны быть девушки. Мужчины не раз пытались с ними познакомиться, но Наргиз и Олма держали оборону! Они берегли себя для будущего мужа.

   Глядя на них, Малика хотела быть достойной дружбы с такими девушками, которые чётко знали, что они хотят от жизни; которые уже в молодом возрасте распределили, что должно быть после чего: получение диплома, хорошая работа, удачное замужество, двое детей в семье. Больше детей иметь нельзя, потому что нужно успеть пожить для себя.

   Конечно, несколько меркантильно. Тем не менее нельзя не признать, что Наргиз и Олма рьяно берегли свою честь. Рядом с ними Малика ощущала себя едва ли не падшей, грязной женщиной, которая встречается с женатым мужчиной. Конечно, она уже была замужем, спрос с неё не столь строгий, и всё-таки…

   В собственных глазах Малика выглядела какой-то легкомысленной девчонкой, которая в силу своего, любящего жизнь характера, часто смеётся и порхает, как бабочка, вместо того, чтоб относиться к этой жизни серьёзно, или – как Наргиз и Олма. Не раз Малика мысленно благодарила Аллаха за то, что на её пути встретилась Бахор – та самая лаборант кафедры начального образования. Ведь, благодаря Бахор, у неё появились такие чудесные подруги.

   В общем, после двух лет редких встреч, душевных страданий и слёз Малика рассталась с Мансуром. Это произошло в парке, на глазах Наргиз и Олмы. Мансур приехал из очередной экспедиции, назначил ей встречу. Она пришла. Наргиз и Олма наблюдали за влюблёнными в сторонке. Опустив голову, Малика сказала Мансуру, что между ними всё кончено. Она пережила мучительную боль, но была уверена, что так больше не может продолжаться. Со своей стороны подруги всячески её поддерживали и ободряли.

   Прошло несколько месяцев. Наступил Новый год. Вечером 31-го декабря, спрятавшись за дверью, где в квартире находился платяной шкафчик, Малика переодевалась к празднику. Вдруг в дверь постучали. К дверям подошла Наргиз. Услышав из коридора голос Мансура, Малика вздрогнула всем телом. Он поздоровался с Наргиз и спросил Малику.

    Замерев на месте с праздничным нарядом в руках, Малика в колготках и в бюстгальтере стояла за дверью и чувствовала, как бешено стучится сердце в её груди. Малике казалось: ещё немного – и сердце выскочит наружу. А Наргиз сухо ответила Мансуру:

– Малики нет. Она уехала из города. Адрес свой Малика нам не оставила.

   Ещё несколько секунд Мансур стоял за дверью, как будто он не поверил словам Наргиз и ждал, что Малика сейчас покажется из комнаты и со счастливой улыбкой бросится ему на грудь. Но Малика не вышла. Потому что хорошо помнила слова своих подруг, которые они ей сказали после того, как она ушла от Мансура:

– И это пройдёт. Будь сильной женщиной, Малика! И помни: Мансур – чужой муж. Ты ещё встретишь достойного мужчину.

   Про «достойного мужчину» Малика в тот момент думала меньше всего. Однако то, что её Мансур чужой муж, это – правда, и с этим, увы, ничего не поделаешь.

   Однако голос Мансура, который Малика не слышала, кажется, целую вечность – до боли родной, чуть хрипловатый, задел самые чувствительные струны её души. После того, как Наргиз закрыла дверь, Малика с платьем в руках – дрожащая не столько от холода, сколько от пережитых чувств, вышла на середину комнаты. От волнения у девушки пропал голос. Но по её взгляду Наргиз тотчас догадалась о мыслях подруги и насмешливо сказала:

– Выходит, ты так и не смогла забыть Мансура? Что же, Малика, дело твоё – иди, беги за ним! Ну, что ты стоишь?

   Малика осталась. А потом вместе с подругами от горя напилась. Они в два голоса утешали её. Размазывая по щекам слёзы, Малика говорила себе:

– Держись, Малика! Ты – сильная женщина, такая же, как Наргиз и Олма. Ты не имеешь морального права их подвести, ведь они в тебя верят.

   Спустя несколько лет Малика однажды случайно встретила Мансура на улице. Он шёл с большой детской машинкой в руках. Малика с болью подумала: «Наверное, Мансур купил машинку своему сыну? Ведь у него был мальчик». В общем-то, она не ошиблась. Мансур купил игрушку сыну, но только от второго брака. Оказалось, с первой женой он развёлся и после этого пришёл к Малике, чтобы вместе с ней встретить Новый год. А когда ему сказали, что Малика уехала, не оставив координат, Мансур стал встречаться с другой девушкой. Она забеременела. Как порядочный человек, он женился.

   Услышав рассказ Мансура, Малика вновь испытала сильную боль. Чтобы не испытывать душевных терзаний из-за того, что она встречается с чужим женатым мужчиной; чтоб быть достойной дружбы с Наргиз и Олмой, она отказалась в своё время от Мансура. А он после развода с женой пришёл к ней. Но Малика к нему не вышла. Её беспокоило мнение Наргиз.

   Малика побоялась, что подруга посчитает её слабой женщиной. Но теперь она с ужасом осознала свою ошибку. Стало ещё больнее. Девушка резко развернулась и ушла. Больше они никогда с Мансуром не виделись.

   Боль от потери любимого оказалась настолько мучительной, что Малика с головой ушла в работу. Прошли годы, прежде чем она смогла начать хоть какие-то отношения с Тахиром. И вот сюрприз. Малика встретила свою первую любовь! И он – Алишер Рашидов, смотрит на неё с такой нежностью, что у девушки кругом пошла голова. Не позволяя себе думать,  что это может быть нечто большее, чем просто радость от встречи и ностальгия по родному городу, по друзьям и детству, Малика взяла Алишера под ручку, и они спустились с моста.

   Потом Алишер пригласил её в кафе. Бывшие одноклассники не могли наговориться друг с другом. С этого дня они стали встречаться чуть ли не ежедневно. Алик часто дарил Малике цветы, приглашал на романтические прогулки по Старому Ташкенту, а, рассказывая о своей жизни в Москве, он всякий раз подчёркивал, что нисколько не жалеет о возвращении на родину, потому что, благодаря этому, встретил не просто родственную душу, а свою вторую половинку. Малика удивлялась и радовалась, что жизнь в мегаполисе не испортила Алика, и он остался всё тем же умным, целеустремлённым, но при этом добрым парнем.

   Прошло ещё немного времени, и они поняли, что их встреча не случайна. Алик признался Малике в любви и сделал предложение руки и сердца. Немало настрадавшаяся в первом браке, Малика почувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Конечно же, она ответила согласием.

Какого цвета счастье?

   Пожалуй, знакомство с родителями жениха – это то, что предшествует свадьбе у самых разных народов. Правда, в первом браке Малика своего мужа и будущую свекровь увидела впервые только в день свадьбы. А вот, выходя замуж за свою школьную любовь – Алишера, девушка уже была знакома с его родителями.

   Мама Алика – Гузаль Агзамовна, работала в институте искусств и культуры. Она любила позиционировать себя, как женщину весьма интеллигентную и культурную. Также Гузаль Агзамовна не упускала возможности сказать, что она посвятила себя семье, хотя могла бы сделать блестящую карьеру в кино или на сцене, ведь её в своё время даже приглашали петь в легендарный ансамбль «Ялла»! А ещё, со слов женщины, она получала предложения сниматься на студии «Узбекфильм». Правда, у себя в институте Гузаль Агзамовна почему-то преподавала на кафедре общественных дисциплин. Впрочем, это не мешало женщине называть себя верной служительницей искусства.

   Отца Алишера звали Орзу Нодирович. Когда их семья жила в Зарафшане, Орзу Нодирович работал в местном техникуме преподавателем истории. Ярый коммунист, Орзу Нодирович не упускал случая для пропаганды социализма. На общешкольных родительских собраниях он всегда выступал со сцены, чтобы в очередной раз сказать, сколько хорошего принесла узбекскому народу советская власть, которая защитила людей от произвола басмачей и дала им уверенность в завтрашнем дне.

   Неудивительно, что старания  педагога и члена КПСС заметили наверху. В 1985 году Орзу Нодирович был переведён на работу в столицу республики Ташкент. На новом месте он не только продолжил работать преподавателем истории, правда, теперь уже в институте, но и возглавил партком вуза. Партийная карьера прыткого педагога имела все шансы пойти вверх, но тут случилось непредвиденное: Узбекистан объявил о своей независимости. Ещё спустя некоторое время произошёл окончательный распад СССР, и как следствие, падение коммунистического режима.

   В этой непростой ситуации Орзу Нодирович не растерялся. Недавний коммунист нашёл себе место под солнцем в условиях резко изменившихся понятий. Со свойственными ему энергичностью и напором он стал восхвалять новый режим, независимость Узбекистана, и ругать советскую власть, при которой узбеки ощущали себя людьми второго сорта.

   Так случилось, что однажды Малика шла через какой-то городской парк и вдруг услышала знакомый голос. Подняв голову, она обнаружила, что на небольшой сцене перед толпой зевак выступает папа её бывшего одноклассника Алишера Рашидова. Она помнила его, как убеждённого коммуниста, который приходил к ним в школу на классный час, где с большим энтузиазмом расписывал, какое светлое будущее их ожидает при коммунизме.

   Теперь с таким же воодушевлением и горящими глазами Орзу Нодирович рассказывал аудитории, какая замечательная жизнь ждёт узбеков в скором времени в связи с тем, что Узбекистан, наконец, обрёл независимость. Малика от неожиданности даже остановилась. Орзу Нодирович её не узнал, а, может, просто не заметил в толпе. Нисколько не краснея, бывший коммунист взахлёб обвинял советскую власть во всех бедах узбекского народа, который, конечно, был достоин большего, но Москва несправедливо обделяла узбеков.

   Потрясённая девушка опустила глаза и поспешила уйти из парка. Малике было стыдно за взрослого человека, который с такой лёгкостью отказался от своих прежних идеалов. Ведь для неё – недавней школьной активистке и комсомолке, распад СССР явился потрясением.

   Она искренне верила, что живёт в самой лучшей стране мира, которая – единственная на планете, смогла подарить детям действительно счастливое детство. А теперь оказалось, что на карте мира этой страны больше нет. Но что самое страшное – нет и тех добрых советских людей, которые им, детям, твердили о дружбе народов и чувстве долга перед родиной.

   В 1991 году Малика Закирова внезапно лишилась родины и оказалась в стране, где люди стремительно нищали, где не хотели терпеть рядом с собой представителей других наций, где коррупция стала обычным явлением. Конечно, в республиках Средней Азии в советское время без связей также трудно было найти хорошую работу и рассчитывать на достойную жизнь. Но после распада СССР и обретения республикой суверенитета все противоречия, которые в течение долгих лет копились в обществе, явили себя во всей своей «красе». И отец её бывшего одноклассника стал наглядным свидетельством этих противоречий.

   К счастью, следующая встреча Малики с Орзу Нодировичем произошла спустя некоторое время, когда в памяти девушки стёрлись те неприятные ощущения, которые она испытала, узнав, как легко люди могут отказываться от своих взглядов в угоду личных интересов или амбиций. Теперь Орзу Нодирович – хоким (мэр) небольшого городка в Ферганской долине, выступал в качестве отца её любимого человека. А с родственника какой спрос?

   Да и не до воспоминаний о прошлом или идеологических прений было Малике, когда она вместе с Аликом начала заниматься обустройством их будущего семейного гнёздышка. В отличие от других молодожёнов, Малика и Алишер перед свадьбой думали не столько о предстоящих торжествах, сколько о ремонте и обстановке их жилья. Ведь родители жениха сделали молодым поистине царский подарок – подарили двухкомнатную квартиру в новом доме.

   Близкие Малики также не остались в стороне. К тому времени у старшей сестры Малики Лолы случилось в семье несчастье: в автомобильной аварии погиб её муж, и Лола с дочкой переехала из Зарафшана в Наманган. Сначала они поселились в благоустроенной квартире, но потом стали жить в частном доме вместе с Фархундой-опа. Поскольку у Закировых всё было не как в остальных узбекских семьях, младший сын Фархунды-опа спустя время после женитьбы не остался в родном доме, как положено, а стал жить отдельно. Ещё спустя время Шухрат с семьёй переехал в Ташкент, потому что его жена, родом из маленького кишлака, мечтала жить в столице.

   Фархунда-опа на старости лет осталась с неженатым сыном Равшаном. Нет, тот один раз женился, но через год развёлся, стал пить горькую, и даже старики в их махалле ничего не могли поделать с пьянством непутёвого парня. Ни одна девушка не хотела выходить за него замуж. Кому нужен алкоголик? К сорока годам за Равшаном закрепилась репутация бобыля и пьяницы. Чтобы не оставлять маму с братом-алкоголиком, Лола с дочкой переселилась к родным, а свою квартиру продала.

   Памятуя о непростых отношениях Малики с первым мужем, когда родственники Карима начали обвинять своих сватов в том, что они дали за дочерью слишком скромное приданое, семья Закировых решила воспользоваться деньгами от продажи квартиры Лолы и помочь молодым с ремонтом. Средств требовалось немало, поскольку квартира была с черновой отделкой. Находясь, как все учителя в летнем отпуске, Малика целыми днями ездила по магазинам, чтобы найти нужные стройматериалы. Алишер работал в хокимияте (мэрии) Ташкента главным специалистом, поэтому не мог лишний раз отлучаться с работы.

   Ремонт закончили за неделю до свадьбы. На оставшиеся деньги купили мебель и самую необходимую бытовую технику. Фархунда-опа на свадьбе светилась от счастья. Наконец, её младшая дочь устроила свою судьбу! А то ведь женщина ужасно переживала, что умрёт, не успев выдать Малику замуж. В этом случае у девушки могли быть большие проблемы.

   Не каждая семья захочет видеть в качестве невестки девушку – круглую сироту, которая к тому же уже была однажды замужем. Мало того, у Малики возраст немолодой – тридцать один год весной исполнился. Все её ровесники давно женаты. Где она найдёт себе мужа?  Поэтому, узнав, что Малика собралась выйти замуж за бывшего одноклассника, Закировы вздохнули с облегчением, встретили сватов, как положено, и подарили молодым деньги.

   Через год Малика родила сына. Мальчика назвали Фархад. С самого рождения он часто болел, поэтому Малика после окончания декретного отпуска уже не вернулась на работу в школу, а ходила с сынишкой по врачам, возила его на массаж, водила на физиопроцедуры. Алик практически не занимался воспитанием сына. У специалиста с московским дипломом карьера шла в гору. А после того, как его назначили начальником отдела, Алишер стал всё чаще задерживаться на работе и приходил домой только, чтобы переночевать. От Малики требовались свежие поглаженные сорочки, порядок в доме и приветливая улыбка на лице. То, что жена не работала, Алика не только не смущало, но, кажется, он был этому даже рад.

   А Малика – активный по своей природе человек, вдруг затосковала. Запертой в четырёх стенах женщине очень не хватало общения. Вскоре после свадьбы Алишер перестал дарить ей цветы, больше не заводил разговор о том, что Малике нужно получить второе высшее образование, чтобы исполнилась её мечта, и она стала археологом. Ссылаясь на усталость, Алик вообще теперь редко разговаривал с женой, а если они говорили, то обычно на темы, связанные с домашними делами, или с вопросами, которые касались сына. Романтика в их отношениях незаметно исчезла. Серая обыденность, словно паутина, опутала жизнь двоих ещё достаточно молодых людей.

   Впрочем, вне семьи Алишер оставался верен своему имиджу: умный, уверенный в себе, целеустремлённый человек с разносторонними интересами. Как и раньше, Алишер много общался со своими друзьями, но не забывал и родственников. Первое время молодожёны каждые выходные навещали родителей Алика. Правда, глава семьи Рашидовых не всегда присутствовал на этих встречах. Орзу Нодирович работал в Ферганской долине, поэтому он жил на два города. Его супруга Гузаль Агзамовна встречала гостей радушно и весело.

   Тем не менее в её неизменно громких возгласах, в смехе, которыми она приветствовала сына и невестку, чувствовалось что-то неискреннее, как будто бы хозяйка дома исполняла некую роль. Постепенно Малика стала избегать этих субботних встреч. В семье Рашидовых молодая женщина ощущала себя лишней. Гостей угощали традиционным обедом: шурпа, плов, чай, сладости. За столом говорили на общие темы. После обеда Малика мыла посуду, и они шли домой.

   Её родные по-прежнему жили в Намангане. Раз в неделю Малика звонила в свой родной дом. Трубку обычно поднимала Лола. Все их разговоры происходили по одному сценарию. Старшая сестра жаловалась на пьянство Равшана и давала понять, что Малике жить гораздо легче. Она живёт в столице, в благоустроенной квартире в то время, как Лола вынуждена одна решать все домашние проблемы. Теперь сестра жалела, что уехала из Зарафшана, где у неё была хорошая квартира, работа, а главное – сам город не шёл ни в какое сравнение с той деревней (так Лола называла Наманган), куда она по глупости переехала. Потом трубку брала мама, и Малика выслушивала новую порцию жалоб на брата, который не работает и не женится, а только позорит мать на старости лет. Заканчивала их разговор Фархунда-опа всегда стенаниями, почему Аллах не заберёт её к себе? Ведь она так устала от этой жизни!

   После этих разговоров Малику долго не отпускало чувство вины перед мамой и сестрой. Но наступало воскресенье, и она опять звонила в Наманган. Не звонить было нельзя. Мама и Лола могли подумать, что с ней что-то случилось. И если бы сама Малика им не звонила, близкие всё равно искали её. Это был замкнутый круг. Даже покинув родной дом, Малика продолжала находиться под давлением своей семьи, в которой всё всегда было плохо.

   Близких подруг у Малики к тому времени тоже не осталось. Ира Краснова, которая уехала в начале девяностых в Россию, почему-то перестала отвечать на её письма. Другие бывшие одноклассницы и дворовые друзья из Зарафшана также покинули Узбекистан.

   Олма, с которой по молодости они вместе жили на квартире, ещё раньше исчезла из поля зрения Малики. Девушка благополучно вышла замуж за одного весьма предприимчивого молодого человека, который работал контролёром на городском рынке то ли Коканда, то ли Бухары, и больше не давала о себе знать. Наверное, Олма счастлива, сделала свой вывод Малика. Ведь люди начинают искать друзей, хороших знакомых или родственников только, когда им вдруг становится плохо. Олма просто пропала, как будто её никогда и не было.

   После отъезда Олмы из Ташкента Наргиз и Малика стали жить вдвоём в той же квартире.

   В отличие от Олмы, у Наргиз найти себе обеспеченного мужчину не получилось. С работой дела обстояли также неважно. Самовлюблённая девушка хотела получать большие деньги, но при этом ничего не делать. Вообще Наргиз могла бы устроить должность какого-нибудь начальника, однако без опыта работы её не принимали никуда даже офис-менеджером. А возвращаться в свой родной Наманган девушка категорически не хотела. Поначалу родные её материально поддерживали, пока отец не возмутился и не поставил дочери ультиматум: либо она срочно находит себе какую-то работу, либо едет домой и помогает по хозяйству.

   А тут хозяйка квартиры попросила своих арендаторов съехать, освободив жилплощадь для её родственницы. Наргиз решила не заморачиваться поиском нового жилья и уехала в Наманган. Её брат как раз надумал жениться, а значит, Наргиз могла не переживать, что ей придётся заниматься домашними делами. Отец просто погорячился, не сумев скрыть своё разочарование тем, что его дочь, получив высшее образование в столице, не смогла там ни замуж выйти, ни найти приличную работу в каком-нибудь министерстве или в мэрии. Вот и попытался глава семьи простимулировать дочь, заявив, что она будет работать по дому.

– Для этого у узбеков есть невестка, – со смехом заметила Наргиз перед отъездом.

   Малика вспыхнула, вспомнив, сколько ей пришлось вытерпеть в семье бывшего мужа, но промолчала. У узбеков не принято жаловаться так же, как и делать людям замечания.

Золушки по-узбекски.

   Наргиз уехала, а Малике пришлось срочно искать себе другое жильё. Ведь та самая Бахор – лаборант кафедры начального образования, которая когда-то предложила Малике жить в квартире её родственницы, где проживали подруги Наргиз и Олма, собралась выходить замуж. В своё время родственница Бахор – на тот момент одинокая старая дева по имени Ширин, взяла под свою опеку бойкую улыбчивую девушку, которая приехала в Ташкент из далёкого кишлака, не умела толком разговаривать по-русски и даже умудрилась завалить на вступительных экзаменах диктант по узбекскому языку. Ширин преподавала немецкий язык в колледже и сдавала в аренду квартиру, которая досталась ей в наследство от матери.

   Вот в эту квартиру Ширин решила поселить Бахор, чтоб поддержать молодую семью. Кто знает, может, со временем Бахор станет на ноги, и чем-то поможет ей? К тому же девушка уже ей обязана. Ширин помогла Бахор по приезде в город тем, что устроила её на работу в институт. Благодаря этому, смышлёная девушка обзавелась нужными связями и получила высшее образование. Потом Ширин поселила Бахор в своей квартире. И теперь, по мнению женщины, было бы неплохо закрепить их отношения: покровительницы и приживалки.

   Между тем однажды Ширин призналась Малике, что её просто колотило от возмущения, когда она пришла в институт, чтоб подать апелляцию, а в приёмной комиссии ей показали диктант Бахор, в котором от красных чернил рябило в глазах, так много ошибок допустила юная абитуриентка из сельской местности. Ширин от стыда готова была провалиться под землю. Но потом успокоилась и решила помочь девушке. Во-первых, Бахор приходилась ей родственницей, а, во-вторых, к тому времени женщина устала от своего одиночества.

   В принципе, Ширин не пожалела о своём поступке. Бахор помогала ей по дому, а весёлая болтовня общительной девушки скрашивала жизнь закомплексованной женщине. Родные и знакомые не раз пытались выдать Ширин замуж, но ей никто не нравился. В самом деле, обидно дожить до сорока лет и потом выйти за первого встречного! Ширин выбирала. А в итоге остановила свой выбор на вдовце, у которого были взрослые дети. Женщина решила, что они не будут ей слишком докучать, тем более, что ребятам было где жить. Да и разница в возрасте с будущим мужем Ширин также импонировала, позволяя ей надеяться, что он будет относиться к ней с отеческой нежностью. В общем, Ширин собралась замуж.

   Бахор не только одобрила её выбор, но и сама тоже надумала выйти за одного скромного парня из сельской местности. К тому моменту бойкая девушка сумела поступить в институт, где она работала. Собственно, в этом не было ничего удивительного. За год работы Бахор наладила отношения со всеми преподавателями, они поставили девушке на вступительных экзаменах хорошие оценки из чувства личной приязни.

   Однако предусмотрительная девушка подала документы на заочное отделение, а сама продолжила работать в этом же институте, зарабатывая себе на жизнь и укрепляя связи с коллегами. А Малика благодаря ей узнала, что для того, чтоб сделать научную карьеру в бывших советских республиках, знания нынче уже не требуются.

   Ведь Бахор, которая когда-то с кучей ошибок написала диктант на родном языке, хоть и окончила национальную школу в селе, спустя время не только получила диплом о высшем образовании, но ещё умудрилась стать ни много ни мало кандидатом педагогических наук. Вскоре Бахор защитила докторскую диссертацию. И это всё в перерывах между рождением детей, коих у Бахор было трое. Карьера женщины росла, как на дрожжах. Малика сначала удивлялась, как такое возможно? Но всё оказалось просто.

   Старшей сестре Бахор посчастливилось выйти замуж за инспектора таможенной службы. Сей молодой человек, родившийся и получивший образование в России, не знал ни слова по-узбекски. Но его родители, испугавшись возможных проблем на национальной почве, в девяностые годы решили вернуться на историческую родину в Узбекистан. В свою очередь, сестра Бахор очень плохо говорила по-русски. Тем не менее на какой-то вечеринке девушка с красивыми, как у лани глазами, познакомилась с энергичным и перспективным парнем. Итогом их знакомства стало интересное положение юной особы.

   Как порядочный человек, юноша сразу женился. У пары родилась дочь, а тем временем карьера новоиспечённого папаши стремительно пошла вверх. Молодой человек оказался не просто грамотным специалистом, но в короткий срок он сумел сделать себе неплохое состояние на государевой службе. Супруга таможенника также проявила себя, как весьма дальновидная женщина.

   Понимая, что времена изменились, она сумела донести до мужа два важных момента: в Узбекистане для продвижения по карьерной лестнице необходимо знать узбекский язык, а чтобы тебя воспринимали, как благонадёжного и честного человека, нужно сделать вид, будто ты веришь в бога. Таможенник доверился своей жене, и вскоре он довольно неплохо заговорил на родном языке. Однако этим дело не ограничилось.

   Под руководством мудрой женщины начальник таможенного комитета целого вилоята, или области (а ради карьеры семья переехала из столицы в провинцию), стал по пятницам исправно посещать мечеть и соблюдать пост, как положено каждому добропорядочному мусульманину. Некогда весёлый, любвеобильный и даже развязный парень, по любому поводу теперь упоминал Аллаха и разговаривал благостным тихим голосом.

   Получившая диплом библиотекаря благодаря родственным связям, его супруга ни дня не работала не только по своей специальности, но и вообще. Хотя это неудивительно. Ведь в постсоветских странах государственные мужи живут лучше всех. Как это у них получается, знают лишь они. Однако, если судить на примере того же таможенника, который на свои доходы содержал не только собственную семью, но всех многочисленных родственников, быть чиновником в бывших советских республиках, как ни крути, очень выгодно.

   А Бахор благодаря удачному замужеству старшей сестры купила себе учёные степени, и в довершение всего она получила звание профессора. Жизнь малообразованной девушки из кишлака удалась! Правда, с Ширин, или той самой родственницей, которая в своё время помогла ей устроиться на работу в институт и приютила в своей квартире, Бахор поменялась местами. Обладательница качественного диплома и преподаватель с многолетним стажем работы заглядывает в рот псевдопрофессору. Да Бахор уже и не помнит, как жила с мужем и новорождённым сыном в однокомнатной квартирке, куда её впустила Ширин. Об этом помнит Малика, потому что тогда ей пришлось в срочном порядке искать другое жильё.

Женская дружба.

   Малика арендовала новую квартиру. Вроде бы всё хорошо, но потом девушке пришлось переезжать с одной квартиры на другую, так как собственники жилья то повышали цену на аренду, то вдруг выставляли квартиру на продажу, то приходили в отсутствие арендатора посмотреть, всё ли в порядке. Это было малоприятно и очень утомительно. К тому же на тот момент Малика уже работала в школе и была привязана к определённому району.

   Но однажды девушке позвонила Ширин и предложила снова арендовать у неё квартиру, поскольку Бахор благодаря помощи их зятя купила себе хорошую недвижимость. Конечно, Малика с удовольствием въехала обратно в хорошо знакомый дом. А вскоре в её жизни опять появилась Наргиз, которой до смерти наскучил Наманган. Они стали жить под одной крышей. Малика успела соскучиться по подруге, да и вдвоём гораздо проще оплачивать аренду. Ведь, как известно, у учителей зарплата не ахти.

   На сей раз Наргиз не намеревалась валять дурака, а приехала с твёрдой целью – любым способом обосноваться в столице. Родители дочку приодели и дали денег на первое время. В зеленоватых, раскосых, как у кошки глазах Наргиз появился какой-то хищнический блеск, а между бровей залегла длинная морщинка. За время пребывания в родных пенатах Наргиз серьёзно озаботилась своим будущим. Она ужасно завидовала Олме, которая была ничуть не красивее её, а скорее наоборот, но зато смогла хорошо устроиться в жизни. А вот ей – умной, эффектной девушке, почему-то упорно не везёт ни с замужеством, ни с работой.

   Приехав в Ташкент, Наргиз попросила Малику устроить её на работу в свою школу. Нет, не учительницей. Капризная девушка, которая была о себе чересчур высокого мнения, на дух не выносила детей с их криками и непоседливым характером. Но поскольку ей нужно было с чего-то начинать, Наргиз решила, что рядом с доброй Маликой она сможет какое-то время продержаться, не слишком сильно напрягаясь. Малика и поможет, и даже что-то может взять на себя, если Наргиз не будет справляться с работой.

   Зато родственники не станут ей говорить, что зря она получила высшее образование, если уж за столько лет после окончания института не смогла никуда устроиться. Зато, имея стаж работы, к примеру, завучем, Наргиз могла рассчитывать получить в будущем тёплое место в управлении народного образования. А там, может, и жених подходящий встретится. Во всяком случае, в провинциальном Намангане у Наргиз точно ничего не получилось бы.

   Перебрав в уме все возможные вакансии в школе, девушка остановилась на должности завуча по воспитательной работе. И звучит респектабельно – завуч, и делать ничего особо не надо. Но когда Наргиз поделилась своей идеей с подругой, то Малика поперхнулась от неожиданности. Ведь в каждой школе есть только одна вакансия завуча по воспитательной работе, а если говорить об их школе, то как раз Малика и занимала её по совместительству с основной работой учителя истории!

   Да и потом, завучем не так просто стать. Сначала нужно в той или иной школе поработать, зарекомендовать себя. Малика, будучи студенткой последнего курса заочного отделения, первый год работала секретарём директора. После этого девушке доверили преподавать историю в среднем звене, и только спустя ещё несколько лет назначили завучем. Вместе с тем работу завуча нельзя назвать лёгкой. А Малика знала, что её подруга не любит себя ничем утруждать.

   Однако Наргиз уже загорелась этой идеей. Она начала уговаривать Малику похлопотать за неё перед директором школы. То, что подруга занимала приглянувшуюся ей должность, Наргиз нисколько не смущало. Единственная и порядком избалованная дочь в своей семье (у родителей Наргиз было четверо детей, из которых трое – мальчики), девушка привыкла, что окружающие всегда идут навстречу её желаниям.

– Тебе же самой будет легче, – убеждала Наргиз подругу, – если ты станешь заниматься только преподаванием истории. Потом ты опять, Малика, станешь завучем, если захочешь. Я-то в школе не задержусь. Что я там потеряла? Мне главное – получить хоть какой-то опыт работы, потому что сейчас меня никуда не берут.

– Но тебя в школу тоже не возьмут, – искренне недоумевала Малика, – тем более, что ты хочешь работать завучем. Для этого также требуется опыт работы с детьми, и немаленький. Кроме того у нас в школе не только завуч, но и директор ведут уроки. А ведь ты, Наргиз, преподавать не хочешь.

   О том, что подруга хочет занять её место, Малика по-узбекски деликатно промолчала. Зеленоватые глаза Наргиз хищно сузились, а ноздри затрепетали от негодования.

– Ты где живёшь? – возмутилась подруга. – При желании всё можно устроить! Наверное, Малика, ты боишься конкуренции? Ведь, в отличие от тебя, я неплохо говорю по-узбекски. А значит, у меня есть шанс занять руководящую должность без дополнительных условий! Сейчас знание языка открывает любые двери.

– Что за глупости? – удивилась Малика. – Пожалуйста, приходи в школу! Какие проблемы?

– Но я не могу прийти просто так, – возразила Наргиз. – Ты должна меня представить, как человека, которого давно и хорошо знаешь. Не то чтобы я нуждалась в рекомендациях… – кокетливо взглянув в зеркало, заметила девушка. – Однако, согласись, так будет лучше?

   В ответ Малика молча кивнула головой, а назавтра она пришла на работу вместе с Наргиз. Директор школы – мягкий и интеллигентный человек Жасур Ойбекович, не сумел скрыть своего удивления, когда Малика без долгого вступления, которое предваряет на Востоке любой разговор, сообщила ему, что её подруга Наргиз Набиева мечтает стать завучем по воспитательной работе.

   Сообразив, что Малике не понравилось её упрямое желание занять место, которое она получила благодаря своему труду и серьёзному отношению к делу, Наргиз пришлось взять ситуацию в свои руки. Девушка заговорила с директором по-узбекски. В ходе разговора выяснилось, что они оба принадлежат к одному старинному роду – джалаир. А на Востоке такие вещи много значат. Иначе говоря, своих людей принято поддерживать.

   Вечером Жасур Ойбекович пригласил в свой кабинет завуча и учителя истории Малику Отабековну. Пряча глаза, директор попробовал объяснить молодой женщине, что, как ни обидно, но городское управление народного образования требует, чтоб администрация в школах хорошо владела узбекским языком. Это веление времени. Ладно, они по старинке проводят многие мероприятия на русском языке, но ходят слухи, что в Узбекистане скоро не останется русских школ. Поэтому желательно, чтоб Малика Отабековна отнеслась более серьёзно и ответственно к изучению узбекского языка, на котором она говорит с заметным акцентом. Лично он, Жасур Ойбекович, беспокоясь о её будущем, посоветовал бы коллеге получить второе высшее образование по специальности «узбекский язык и литература».

   А пока, поговорив с Наргиз Набиевой, Жасур Ойбекович пришёл к выводу, что для завуча по воспитательной работе знание узбекского языка всё же имеет приоритетное значение. Конечно, он очень сильно сожалеет, что ему придётся прервать их доброе сотрудничество, однако, надеется, что Малика Отабековна продолжит работать в их коллективе в качестве учителя истории, ведь ученики её так любят!

   Ошеломлённая молодая женщина кивнула головой и молча вышла из кабинета. Такого от директора школы она никак не ожидала! Малика была уверена, что Жасур Ойбекович, поговорив с Наргиз, сумеет объяснить её чересчур амбициозной подруге, что прежде чем претендовать на должность завуча по воспитательной работе, нужно поработать в школе в качестве учителя, либо искать себе другую работу. К её словам Наргиз прислушиваться не захотела, а Малике было крайне неприятно, что подруга считает, будто она опасается с её стороны конкуренции.

   И вдруг директор школы, с которым она проработала ни много ни мало шесть лет, так легко отказался от их дальнейшей работы. И хоть Жасур Ойбекович не сказал прямо об этом, было ясно, что он решил взять на место Малики Наргиз, несмотря на отсутствие у девушки какого-либо опыта работы вообще. Трудно сказать, что тут сыграло роль: знание Наргиз узбекского языка, или их происхождение из одного рода джалаир? Как бы то ни было, Малика придерживалась принципа: Правые не оправдываются. Что-то доказывать было не в её правилах. Для Малики было абсолютно очевидно, что Наргиз не подходит для работы завучем. Но директор школы посчитал иначе…

   Когда Малика вернулась домой, её ждал празднично накрытый стол. Уверенная в том, что подруга не будет на неё сильно обижаться, Наргиз решила отметить своё назначение на должность, о которой не стыдно было рассказать родственникам и знакомым. В конце концов, она не выжила Малику с работы. Та по-прежнему будет работать в школе, только теперь уже не в администрации, а просто учителем. Ведь она сама не завидовала Малике, когда та делала карьеру, а Наргиз не могла никуда устроиться даже офис-менеджером! А потому нынешнее развитие ситуации Наргиз считала справедливым и нормальным.

   Более того, девушка надеялась, что Малика с её опытом работы будет ей помогать. К тому же, по мнению Наргиз, Малика перед ней была виновата. Ведь она просила представить её Жасуру Ойбековичу, как положено, а Малика не потрудилась доброго слова сказать в её адрес. С таким же успехом Наргиз могла бы сама обратиться к директору! Другое дело, что в Узбекистане не принято брать на работу людей «с улицы». Хорошо, директор оценил её владение узбекским языком, а потом ещё оказалось, что они из одного роду-племени.

  Поэтому, чтоб закрепить свой успех и заодно заручиться на будущее поддержкой Малики, Наргиз решила накрыть стол. К приходу Малики всё было готово. Однако подруга с порога направилась в душ, после чего легла спать, сказав, что у неё сегодня был трудный день. На следующий день Малика переехала в первую же попавшуюся квартиру. Она находилась в другом районе города, откуда сложно было добираться до работы, но Малика понимала, что больше не хочет иметь с Наргиз ничего общего. Настоящие друзья так не поступают!

   С Наргиз случилась истерика, когда она узнала, что Малика переезжает. С пеной у рта она доказывала Малике, что настоящие друзья так не делают. Ведь она решилась на авантюру с должностью завуча только потому, что была уверена, что подруга будет ей подсказывать, как надо работать. Она же понятия не имеет, как проводить общешкольные мероприятия или беседы с нерадивыми учениками!

   Для работы завучем одного знания узбекского недостаточно. Нужно уметь выстраивать отношения с учениками и с их родителями. Но Наргиз в годы учёбы в институте как на грех прогуливала лекции по психологии, в отличие от Малики, которая, хоть и училась заочно, с большим интересом изучала эту любопытную науку, покупала книги по психологии, благо в начале девяностых годов в постсоветских республиках книжный дефицит исчез.

   Однако новоиспечённому завучу собственная леность вылезла теперь боком. Хорошо, директор школы пошёл навстречу девушке, с которой они принадлежали к одному роду, не стал требовать от неё стаж работы и не нагрузил проведением уроков. Наргиз окончила факультет узбекского языка и литературы. Таких специалистов в Узбекистане с обретением республикой независимости стало больше, чем нужно. А вот историки были востребованы. В республике спешно переписывали историю, поэтому часть преподавателей ушла в науку, чтоб подготовить новые учебники для школьников и студентов, а другая часть – наоборот, ушла из науки и учебных заведений, потому что не захотела мириться с неправдой.

   Поэтому Жасур Ойбекович приложил всё своё красноречие, чтобы убедить их недавнего завуча и учителя истории по совместительству Малику Отабековну не увольняться посреди учебного года. Хотя у Малики была такая мысль. Девушка не представляла, как она будет работать в одной школе со своей бывшей подругой, которая могла себе позволить идти по головам ради удовлетворения собственных амбиций. Однако уговоры взрослого человека и чувство долга по отношению к своим ученикам вынудили Малику остаться в школе.

  С их новоявленным завучем учитель истории старалась не пересекаться. Наргиз сначала предпринимала попытки помириться. Но потом нашла в новом коллективе людей, которые готовы были ей помочь, и перестала замечать бывшую подругу. А весной Малика встретила свою школьную любовь Алика Рашидова и выбросила из головы Наргиз.

Скованные одной цепью.

  Вскоре Алик сделал ей предложение руки и сердца. Конечно, Малика ответила согласием. Летом во время отпуска она занялась поиском рабочих и стройматериалов для ремонта в их новой квартире. К свадьбе квартира была готова. В следующем году молодая женщина родила сына. Алишер отнёсся к этому событию без сильных эмоций. Конечно, хорошо, что у него появился продолжатель рода. Однако амбициозного молодого человека в то время больше волновала его карьера. Возможно поэтому Алишер воспринял появление Фархада, как нечто само собой разумеющееся.

   А у Малики кружилась голова от счастья. Во-первых, у женщины, которая девять месяцев носит плод под сердцем, очень сильная связь с ребёнком. Во-вторых, первый муж Малики Карим Орипов сумел в своё время внушить ей мысль, будто она бесплодная. И ему это так хорошо удалось, что когда Алишер сделал ей предложение, Малика рассказала, что у них может не быть ребёнка. Самоуверенный мужчина, Алишер Рашидов в ответ заявил, что это ерунда, и Малика потому не забеременела в первом браке, что не любила мужа. А значит, теперь всё будет в порядке. Алик не ошибся. Не прошло и года, как у них родился сын.

   Жизнь Малики во втором браке кардинально отличалась от того, что было в её семейной жизни с Каримом. Сразу после свадьбы молодые въехали в свой дом. Мама Алика ещё при первой встрече сказала будущей невестке, что она не собирается им что-то советовать или же приходить в их дом проверять чистоту кастрюль. Пусть живут своим умом! Малику это приятно удивило. Это уже потом Малика поняла, что Гузаль Агзамовна, которая обожала позиционировать себя, как женщину интеллигентную, просто берегла свои нервы.

   Идеей фикс всех членов семьи Рашидовых было долголетие. Поэтому и родители, и дети тщательно оберегали себя от любых волнений. Они хотели жить как можно дольше, и ради этого готовы были поступиться даже родственными привязанностями. Но тогда, невольно сравнивая семьи Рашидовых и Ориповых, Малика считала, что ей повезло с тем, что у Алика культурные, адекватные родственники. Они всегда излучали оптимизм, бодрость и никогда ни во что не вмешивались. Для узбекского социума это было что-то невероятное.

   Правда, после рождения ребёнка оказалось, что помогать молодой маме также никто не собирается. Старшая сестра Алишера была замужем за жителем Андижана, из-за чего в родном доме она бывала только наездами. А младшая сестра больше всего переживала за то, как бы ей удачно выйти замуж. В обозримом будущем мог жениться и младший брат Алика. Поэтому пополнению в семье их старшего сына Рашидовы, конечно, обрадовались, но это была радость на уровне эмоций, и не более.

   У родителей Алишера на первом месте было здоровье. Нет, они не страдали какими-то серьёзными недугами, просто думали лишь о себе. А однажды бабушка с дедушкой прямо-таки поразили Малику своим эгоцентризмом. Известный в их городе врач-пульмонолог, к которому женщина обратилась по совету свекрови, предложил ей положить сына к ним в больницу для того, чтоб понаблюдать какое-то время за ребёнком и понять, почему малыш так часто болеет.

   Надо сказать, Малике стоило больших трудов попасть на приём к этому специалисту и, конечно, она очень обрадовалась такому предложению. У молодой мамы сердце кровью истекало при мысли, сколько сын в его-то возрасте принимает различных лекарств. Малика пробовала отдать Фархада на плавание, дабы укрепить его здоровье, но он стал ещё чаще болеть, и она забрала его из секции. Теперь появился шанс узнать причину частых простуд, чтоб можно было заняться профилактикой, а не лечением болезней.

   Но тут Малике понадобилось срочно выехать в Наманган, потому что у Лолы стало сильно падать зрение и ей нужно было делать операцию, а за мамой некому было присмотреть. На Равшана, который всё также продолжал пить, ни в чём нельзя было положиться. Другой брат Шухрат к тому времени жил в Ташкенте, успел развестись с женой, оставить ей с сыном квартиру, закрыть свой небольшой пекарный цех, который стал приносить одни убытки, и теперь пытался как-то выжить. Тогда Малика попросила свою свекровь, чтоб она навещала Фархада в больнице, а если его выпишут до её возвращения, то забрала к себе. К тому же, свёкор как раз взял отпуск и приехал домой в Ташкент.

   Малика понадеялась, что вдвоём они справятся с пятилетним ребёнком. Алишер целыми днями на работе, он точно не сможет приглядеть за сыном. Но Гузаль Агзамовна заявила ей, что им с мужем здоровье не позволяет взять на себя такую серьёзную нагрузку, не дай бог, у одного из них вдруг подскочит давление – всё рухнет, как карточный домик. Малика была вынуждена взять Фархада в Наманган. А когда она попробовала повторно записаться на приём к тому доктору, выяснилось, что он уехал на ПМЖ в Россию. После этого случая Малика ещё реже стала бывать в доме родителей мужа. Они живут в своём мире, в котором нет места даже родному внуку. Видимо, потому что он маленький, и от него им нет пользы.

   В череде забот, связанных с ребёнком, женщина уже не успевала уделять мужу столько внимания, как раньше. Алишер сначала делал ей замечания, а потом привык к тому, что у жены на первом месте сын. Зато в его родной семье мужчину, карьера которого блестяще продвигалась вперёд, всегда встречали чуть ли не как героя. Поэтому Алик с удовольствием проводил время у родителей, а домой являлся, чтоб переночевать и сменить сорочку.

   Неудивительно, что между супругами стало расти непонимание. Алишер был уверен, что он, как глава семьи, всё делает правильно. Его главная задача – материальное обеспечение жены и ребёнка. Супруге грех жаловаться. Она даже не работает. После декрета Малика не вышла обратно на работу в школу, поскольку сын часто болел. Поэтому Алишер искренне удивлялся, почему у жены такой невесёлый, вечно уставший вид. Ладно, он очень устаёт на работе, и ему не до болтовни, когда он вечером возвращается домой. Но Малика, которая день-деньской сидит дома, могла бы пытаться как-то развлечь кормильца семьи!

   А Малике приходилось и по больницам бегать с ребёнком, и ужин к определённому часу готовить, ведь Алишер порой мог прийти сразу после работы, не заходя к родителям и не задерживаясь с друзьями, а ещё надо было убрать дом, постирать, погладить бельё, купить продукты. Потом Фархад пошёл в школу, у неё появились новые заботы. Всё чаще молодая женщина стала ощущать чувство одиночества и собственной неприкаянности.

   Фархада интересовали конструкторы LEGO и появившиеся в школе новые друзья. Муж был полностью занят своей карьерой, в которой немалое место занимали всевозможные чиновничьи интриги. В глазах Алишера они имели большое значение. А Малика порой в мыслях с горечью называла себя бесплатной домработницей.

   Однажды молодая женщина попробовала вернуться на работу в школу. К этому моменту она поняла, что осуществить свою давнюю мечту и стать археологом у неё не получится. Со слов лечащего врача сына, которая поставила ему диагноз – астма лёгкой степени, болезни дыхательных путей могут отступить от мальчика только в подростковом возрасте. Чтоб не допустить каких-то осложнений Малика должна была находиться рядом с Фархадом. Алик, который когда-то одобрял её стремление получить второе высшее образование и заняться археологией если не на уровне археологических раскопок, то путём научной работы, теперь категорически был против. Его устраивало, чтоб Малика оставалась домохозяйкой. В душе женщина жалела, что не отучилась на археолога сразу после окончания университета. Но в то время Малика штудировала методички, чтобы овладеть профессией учителя. Потом её назначили завучем, это опять большая ответственность. Так незаметно время и пролетело.

   Малика обратилась в школу, которая находилась в соседнем микрорайоне, поскольку не хотела работать в той же школе, где учится её сын. Так поступила в своё время и её первая учительница из Зарафшана Лидия Петровна. Она сделала это, чтобы не сомневаться, что её дочь заслужила свои отметки, а не получила их из-за хорошего отношения других педагогов к её маме. Так, к сожалению, бывает. Конечно, добираться до работы ей придётся дольше, но это лучше, чем думать, что твоему ребёнку кто-то мог завысить оценки.

   Однако за годы, пока Малика сидела с ребёнком, ситуация на рынке труда изменилась. Теперь в Узбекистане были востребованы специалисты, которые без проблем изъяснялись на узбекском языке. Безусловно, школы с русским языком обучения были, но оказалось, что школьная программа по истории претерпела значительные изменения. Малика об этом не знала, так как её сын ещё учился в начальных классах, когда она собралась вернуться на работу в школу, и уроков истории у них не проводили.

   Увидев современные учебники по истории, Малика поразилась тому, что Советский Союз в них был представлен исключительно, как зло, с которым пришлось мириться узбекскому народу, зато басмачи, от рук коих страдали в том числе и трудившиеся на земле дехкане, показаны настоящими героями. Об индустриализации и поддержке их региона – ни слова. Целые вехи из истории узбекского народа 19-20 веков были просто-напросто вычеркнуты и даже про Великую Отечественную войну рассказ был так скомкан, как будто бы создатели учебника боялись, что ученики узнают некую секретную или нежелательную информацию.

   Случайно разговорившись в школьном коридоре, где она дожидалась директора, с одним учеником девятого класса, который не знал, кто такой Гитлер, женщина вдруг поняла, что она сама теперь не хочет преподавать историю, явно переписанную в угоду их президенту.

   И хотя к тому времени Малика уже не была той наивной девушкой, свято верившей, что Советский Союз – это лучшая страна в мире, и знала про расстрел рабочих в Новочеркасске, про насильственную коллективизацию, раскулачивание, страшный голод тридцатых годов, насильственную депортацию целых народов и другие преступления коммунистического режима, она помнила всё то хорошее, что было связано с СССР, и не хотела предавать эту память о прошлом. Другое дело, что вернуться назад в СССР Малика тоже уже не хотела. Возможно, миссия страны, которая существовала семьдесят лет, была в том, чтобы дать отпор коричневой чуме, и уйти с мировой сцены.

   В подавленном настроении Малика вернулась домой. Вечером с работы пришёл Алишер. Накануне он убеждал жену, что поиск работы в её возрасте – это пустая трата времени. Но Малика его не послушала. Женщине было грустно и одиноко в четырёх стенах. Она хотела бы приносить людям какую-то пользу, чувствовать свою персональную нужность, наконец, зарабатывать, а не просить денег у мужа. Алик считал её желание блажью и теперь, узнав, что супруга сама уже не хочет работать в школе, насмешливо ухмылялся. Опустив голову, Малика молча накрыла на стол, а затем заперлась в ванной комнате, где дала волю слезам.

   Конечно, будь у Малики хорошие подруги, ей было бы немного легче. Но с подругами у неё как-то не заладилось, а муж всё больше отдалялся. Иногда Малика брала в руки свои альбомы и смотрела их с Аликом школьные фотографии, фото со свадьбы, с их совместных прогулок по Ташкенту, смотрела и не верила, что она могла быть такой счастливой, что муж мог ей улыбаться настолько искренней улыбкой, что у них были общие интересы, цели, что они нуждались друг в друге и верили, что этот мир создан для них двоих, а их счастье будет длиться вечно. Но теперь они общаются с Алишером, как люди, скованные одной цепью…

   После неудачной попытки устроиться на работу у Малики началась депрессия. Женщина полностью зависела от мужа. Конечно, Алишер давал ей деньги на ведение хозяйства, но чиновнику, тратившему большие суммы на свою одежду и посещения салонов красоты, и в голову не приходило, что его супруга также хочет хорошо выглядеть, что у неё могут быть какие-то свои потребности. Некогда незаурядный, амбициозный парень, став чиновником, начал мыслить довольно примитивными категориями. Так, он был уверен, что в условиях, когда подавляющая часть народа живёт на грани нищеты, Малика должна радоваться, что ей не нужно думать о куске хлеба насущного, бояться завтрашнего дня, что она может себе позволить не работать, полностью сконцентрировавшись на заботе о муже и сыне. Лишних денег мужчина не давал жене по двум причинам.

Узбекская трагедия – 2

Подняться наверх