Читать книгу Сны богов и монстров - Лэйни Тейлор - Страница 5

4
Начало

Оглавление

Два мира, две жизни. Теперь уже нет.

Кэроу сделала выбор. «Я химера», – сказала она Акиве. И он «сбежал» из крепости вместе с сестрой, сбежал и сжег самаркандский портал. Им нужно было вернуться и сжечь еще и этот, навечно запечатав проход между миром Эрец и Землей. Он спрашивал, какой мир она выбрала? Как будто у нее был выбор! «Моя жизнь там», – вот что она сказала тогда. Совсем недавно.

И все же те слова были ложью. Окруженная созданиями, плотью от плоти которых считала себя, созданиями, подавляющее большинство которых презирали ее за связь с ангелом, Кэроу знала, что в Эреце ее ждет не жизнь, а безостановочная работа, невзгоды, изнеможение и голод. Страх. Отчуждение. И, скорее всего, смерть.

И наверняка боль.

А теперь?

– Теперь у меня есть армия, – сказал Акива. – Мы можем драться против них вместе.

Кэроу словно приросла к земле, почти не дыша. Он опоздал. Армия уже прошла портал – беспощадный Доминион Иаила, элитный легион Империи, – и тем более невообразимым казалось предложение, сделанное Акивой врагу, к изумлению всех окружающих, включая его собственную сестру. Драться вместе? Кэроу видела, как Лираз подняла на него неверящий взгляд. Ее собственная реакция была схожей, поскольку одно она знала наверняка: если предложение Акивы невообразимо, то согласие Тьяго – тем более.

Да Белый Волк умрет сто раз, лишь бы не иметь дела с ангелами. Он зальет кровью весь мир. Он согласится, чтобы конец времен настал на его глазах. Он никогда не примет это предложение.

Поэтому Кэроу была потрясена, как и все остальные – хотя и по другой причине, – когда Тьяго… кивнул.

Изумленный выдох долетел с той стороны, где находились Ниск и Лиссет, его лейтенанты из племени нагов. Кто-то нервно дернул хвостом, вниз по склону полетели камешки, – и больше ни звука. Солдаты хранили молчание. В ушах Кэроу стучала кровь. Что он делает? Оставалось только надеяться, что у него есть план, – ведь сама она ничегошеньки не понимала.

Она украдкой покосилась на Акиву. Бесстрастное лицо: ни испуга, ни скорби, ни отвращения, ни страсти. Ни одного из чувств, которые озаряли его черты прошлой ночью. Маска. Такая же невыразительная, как у нее. Ни следов смятения. Все спрятано. Все!

Акива вернулся. Неужели никому не суждено окончательно сбежать из этой проклятой крепости? Вернулся. Смелый поступок, смелый и безрассудный. Вполне в его духе.

Однако сейчас он подвергал опасности не только себя. На карту оказалось поставлено все, чего она добивалась. Он и Волка загнал в весьма уязвимое положение: тому пришлось искать убедительные причины, чтобы не убивать ангелов.

Да и ее собственная позиция очень шатка. Возможно, именно это тревожило Кэроу в первую очередь?

Акива пришел. Враг, которого она полюбила дважды, в двух своих разных жизнях, полюбила так сильно, что будто новая вселенная возникла вокруг них. Однако сейчас это не имело значения. Она была на стороне Тьяго. Она заслужила место рядом с ним. Во благо ее народа. На стороне Тьяго.

Больше того: хотя Акива не знал, этого Тьяго она создала для себя. Создала, чтобы встать с ним рядом. Белый Волк был… не совсем прежним. Она поместила в презираемое ею тело прекрасную душу – о, Зири! – и истово молилась бесчисленным богам двух миров, чтобы никто этого не распознал. Страшная, смертельная тайна, готовая рвануть в любой момент, погребя ее под собой. Сердце пропустило удар. Ладони взмокли.

Обман был таким сокрушительным, а равновесие таким хрупким. И вся тяжесть лжи легла на Зири. Провести этих солдат? Большинство служило своему генералу десятилетиями, некоторые даже веками, во множестве перерождений; они знали каждый его жест, каждое движение. Зири пришлось стать Волком: в повадках, манере держаться, в жуткой сдерживаемой свирепости; пришлось стать Волком, но, парадоксально, Волком, который лучше, чем Волк. Тем, кто способен повести за собой народ во имя выживания, а не кровавой мести.

К такому нужно приучать постепенно. Не мог Белый Волк в одно прекрасное утро просто выбраться из-под одеяла, зевнуть, потянуться – и заключить союз с лютым врагом.

Однако именно это Зири сейчас и сделал.

– Иаила нужно остановить. – Он говорил как о непреложном факте. – Если он получит человеческое оружие и заручится их поддержкой, ни для кого из нас не останется надежды. По крайней мере, в этом мы по одну сторону баррикады.

Он говорил тихо, демонстрируя полную власть над своими солдатами. Такова была манера Волка, и воплощение Зири изъянов не имело.

– Сколько их?

– Тысяча, – ответил Акива. – В этом мире. Но, без сомнения, с той стороны портала своей очереди ждут другие.

– Вот того портала? – Тьяго мотнул головой в сторону Атласских гор.

– Другого, – ответил Акива. – Хотя и этот тоже опасен. У них есть возможности его обнаружить.

Говоря, он не смотрел на Кэроу, но ее обожгло как огнем. Из-за нее в Эрец попал мерзкий Разгут, и он легко мог показать командованию Доминиона портал, как когда-то показал ей. Химеры попадут в ловушку, их лишат путей отступления в собственный мир и запрут с обеих сторон. Убежище, куда она привела химер, станет их могилой.

Тьяго и бровью не повел.

– Отлично. Давайте выясним.

Он оглянулся на солдат, и они напряглись, ловя каждое его движение. Что он задумал? Ведь происходит нечто совершенно невозможное! Сейчас, вот сейчас он отдаст приказ прикончить ангелов. Это просто часть какого-то плана. Наверняка.

Генерал скомандовал:

– Оора, Сарсагон! Послать разведчиков. Я хочу знать, есть ли за нашим порталом подразделения Доминиона. Если есть, удерживайте портал. Чтобы ни один ангел не пробился.

При мысли о мертвых ангелах Тьяго по-волчьи ухмыльнулся, и с лиц солдат ушло напряжение и настороженность. В отличие от предыдущего этот приказ звучал логично: Волк радовался, представляя потоки вражеской крови.

– Выяснить и отправить гонца. Исполнять!

Они повиновались. Оора и Сарсагон, выбираясь из толпы, собирали своих солдат быстро и решительно. Баст, Кита-Эйри, грифоны Вазра и Аштра, Лиливетт, Элгет, Эмилион.

– Остальные – назад во двор. Будьте готовы выдвинуться, если поступит благоприятный доклад. – Он помолчал. – И будьте готовы к бою, если неблагоприятный.

И тень улыбки на его лице намекала, что сам он предпочел бы второй вариант.

Хорошо сыграно. Кэроу почувствовала некоторое облегчение. Приказы отданы и исполнены. Быстрая жесткая реакция на предложение ангела. Солдаты шагали вверх по холму. Если бы Зири умел держаться с такой неподражаемо властной манерой, даже самые дикие из его солдат бегали бы за ним как собачонки.

Ну, впрочем, были и исключения. Исса торопилась вниз, дерзко расталкивая поднимающихся солдат. Да и лейтенанты не торопились выполнять распоряжение. Кроме Сарсагона: тому был дан прямой приказ. Вся остальная свита Волка расходиться не желала. Тен, Ниск, Лиссет, Рарк и Вирко. Те, кто подчинились другому приказу Волка и оставили Кэроу у ямы вместе с ним. Впрочем, Тен сейчас была настолько же Тен, насколько Тьяго оставался Тьяго.

Кэроу их ненавидела. Без сомнения, там, у ямы, они скрутили бы ее по первому же требованию Волка; оставалось радоваться, что тогда он не видел в этом необходимости.

Сейчас промедление играло против них. Они не выполнили приказ Тьяго, поскольку считали, что их-то он не касается. Они ждали, что им отдадут иные распоряжения. И то, как они смотрели на Акиву и Лираз, ясно показывало, каких слов они ждут от генерала.

– Кэроу, – шепнула Зузана, придвинувшись поближе, – что тут, черт возьми, происходит?

Что происходит? Все проблемы, которые, как ей казалось, она разрешила в прошлом, теперь возвращались бумерангом одна за другой.

– Все, что только можно, – ответила она сквозь зубы. Здесь происходит все, что только можно.

Два монстра, Ниск и Лиссет, стояли, приподняв руки, в полной готовности направить свои хамсы на Акиву и Лираз. Чтобы обездвижить и уничтожить. Решительные, готовые к драке ангелы… И Зири между ними. Бедный, бедный Зири, одетый в чужую плоть, старательно играющий свирепого дикаря, – играющий лицом, не сердцем. Тяжкое бремя. От того, справится ли он, зависело все. Мятеж, будущее всех живущих ныне химер, всех душ, ожидающих в соборе Бримстоуна. Обман оставался их единственной надеждой.

Десять долгих, вязких секунд.

Исса поравнялась с ними ровно в то мгновение, когда заговорила Лиссет:

– Ждем вашего приказа, сэр.

Исса обняла Мика и Зузану, бросив на Кэроу предостерегающий тревожный взгляд.

– Я отдал приказ, – холодно процедил Тьяго. – Что-то не ясно?

От чего предостерегал взгляд Иссы? Мысли Кэроу вернулись к событиям прошлой ночи. После того как она с холодной уверенностью, которую сама не испытывала, дала Акиве окончательную отставку и отправила его прочь – как ей думалось, необратимо, – Исса сказала: «Твое сердце не ошибается. Тебе нечего стыдиться».

Стыдиться Акивы и его любви, имела она в виду. И что тогда ответила Кэроу? «Это не имеет значения». Она пыталась и сама поверить, что ее собственные чувства не имеют значения, что они с Акивой не имеют значения, и единственное, что важно сейчас, – мир, замерший на краю.

– Сэр! – воскликнул Ниск, еще один наг. – Но нельзя же пощадить ангелов?

Пощадить ангелов. Именно это стояло сейчас на кону: жизнь Акивы и жизнь Лираз. Они вернулись, чтобы всех предостеречь. Настоящий Тьяго, ни минуты не колеблясь, приказал бы их прикончить. Акива не знал, что Тьяго подменный, и все равно пришел. Ради нее.

Кэроу посмотрела на него, поймала его пристальный взгляд – и поняла, что места лжи не осталось.

Все имеет значение. И они сами, и то, что помешало им убить друг друга на поле у Булфинча, и все эти годы… Все имело значение.

Тьяго не ответил Ниску. Ни словом, ни жестом. Только бросил взгляд, и свой вопрос солдат договаривал в тишине. Волк всегда был хозяином положения, то, насколько его копировал Зири, пугало.

– Во двор, – с едва ощутимой угрозой повторил он. – Все, кроме Тен. Мы обсудим мои… планы… когда я здесь закончу. Выполнять!

Они пристыженно попятились. Кэроу с облегчением перевела дух, но Волк посмотрел на Иссу, а потом на нее.

– К вам это тоже относится.

Вполне в стиле Тьяго. Он не доверял Кэроу, лгал и манипулировал, и в этой ситуации он наверняка бы прогнал ее вместе с остальными. И точно так же, как Зири разыгрывал свою роль, она играла свою. Пусть на самом деле именно она была направляющей силой этого нового плана, благословленная на битву Бримстоуном с одобрения Воителя, но в глазах армии химер она по-прежнему оставалась – по крайней мере сейчас – избитой потаскухой, которая, спотыкаясь, брела прочь от ямы.

Тьяго и его сломанная игрушка.

У них была только одна точка отсчета, начало их безумного обмана: яма – мертвая, вонючая, залитая кровью… яма, в которой зародилась эта ложь. И сейчас у Кэроу не было выбора. Она покорно кивнула Волку; живот свело, когда при виде этого глаза Акивы потемнели. А Лираз… Лираз смотрела с презрением.

Трудно принять такое.

Хотелось завопить: Волк мертв! Я его убила! Не смотрите на меня так!

Конечно, она смолчала. Сейчас надо собрать все силы, чтобы выглядеть слабой.

– Пошли. – Кэроу подтолкнула Иссу, Зузану и Мика вперед.

Но Акива не намерен был с этим мириться.

– Подожди. – Он обратился к ней на языке серафимов, который здесь никто больше не знал. – Я пришел поговорить не с ним. Я хотел застать тебя без свидетелей и предложить выбор. Я хочу знать, чего ты хочешь.

Чего я хочу? Кэроу подавила приступ истерического смеха. Как будто от ее желаний что-нибудь зависит!

А все-таки, чего же она хочет? Она и сама не знала, как это выразить. Союза? Мятежные химеры объединяются с Незаконнорожденными под командой Акивы и завоевывают Империю?

Попросту говоря, бред. Она сказала:

– Даже объединившись, мы окажемся в абсолютном меньшинстве.

– Альянс – не только число мечей.

Его мягкие интонации напомнили ей о той, другой жизни. Он добавил:

– Но кое-что еще.

Долгую секунду Кэроу смотрела на него – а потом взяла себя в руки и заставила опустить глаза. «Но кое-что еще». Ответ на вопрос, можно ли во имя их мечты о мире привлекать других. Минутой раньше, прижав руку к сердцу, Акива сказал: «Мы и есть начало». И повернулся к Тьяго. Никто не знал, что это значит. Кроме Кэроу. И в ее сердце вновь ожила мечта.

Мы и есть начало.

Когда-то давно эту фразу произнесла она. Теперь повторил он. Так вот что значило его предложение заключить союз: прошлое, будущее, раскаяние, возрождение. Надежда.

Все на свете – вот что это значило.

Однако сейчас Кэроу не могла в этом признаться. Ниск и Лиссет стояли на вершине холма и не отводили взгляда. Как это: Кэроу – «любовница ангела» и Акива – тот самый ангел – тихо разговаривают между собой на языке серафимов, а Тьяго не вмешивается?! Так не бывает. Волк, которого они знали, уже обагрил бы клыки кровью.

Момент истины, проверка их огромного обмана: с каждым произнесенным звуком терпение Волка все более истощалось. Поэтому Кэроу опустила взгляд к обожженной закаменевшей земле и сгорбила плечи, как сломанная кукла, которую изо всех сил желала изобразить.

– Как решит Тьяго, – ответила она на языке химер, стараясь играть со всей возможной убедительностью.

Со всей возможной убедительностью.

Что же делать? Как бы то ни было, Акива явился, подгоняемый призрачной надеждой. В пепел, в пепел и кровь, ознаменовавшие дни их любви, он пытался вдохнуть жизнь. Какой еще путь оставался? Только вперед. Она хотела того же.

Нужно подать ему знак.

Исса сжала локоть девушки. Кэроу наклонилась, повернувшись таким образом, чтобы змеиное тело наги заслонило ее от наблюдающих химер, а затем быстро-быстро подняла руку и коснулась груди.

Заметил ли Акива? Сердце колотилось набатом. Мы и есть начало. Осознание этого пришло от Мадригал, прежнего «я», скрытого в глубине ее теперешней личности, от Мадригал, которая верила, даже умирая. Осознание яркое, пронзительное. Кэроу склонилась к Иссе, пряча покрасневшее лицо.

Голос наги был таким тихим, что казался отзвуком мыслей самой Кэроу:

– Видишь, дитя? Твое сердце не ошибается.

И впервые за долгое, долгое время Кэроу почувствовала облегчение. Ее сердце не ошибается.

Через предательство и отчаяние, в окружении враждебных чудовищ и идущих на штурм ангелов, среди потоков лжи – зарождающимся взрывом, непонятно как, все начиналось здесь и сейчас.

Сны богов и монстров

Подняться наверх