Читать книгу Королева без разрешения - Луиса Хьюз - Страница 3

Задумывалась ли ты когда-нибудь, почему в огромном океане лиц, имен и судеб твое сердце, словно настроенный на определенную частоту радиоприемник, безошибочно выхватывает именно того человека, который принесет тебе самую острую и предсказуемую боль? Мы привыкли называть это «роковой страстью», «химией» или «злым роком», окутывая свои страдания романтическим флером, но если мы отбросим поэзию и взглянем в бездну честным психологическим взглядом, то увидим там строгую и безжалостную архитектуру боли, выстроенную на фундаменте наших самых ранних дефицитов. Почему нас не привлекают те, кто готов окружить нас заботой, предсказуемостью и теплом, почему их общество кажется нам пресным и скучным, в то время как холодный взгляд, эмоциональная недоступность или внезапное исчезновение партнера вызывают в нас бурю эмоций, которую мы ошибочно принимаем за истинную любовь? Ответ кроется в том, что наша психика стремится не к счастью, а к знакомому ландшафту, и если в твоем детстве любовь была синонимом заслуживания внимания, если за теплые слова нужно было бороться или платить своим послушанием, то твой мозг просто не распознает спокойную привязанность как нечто ценное, считая её фальшивкой или опасным штилем перед бурей. Я вспоминаю историю Марии, женщины удивительной красоты и острого ума, которая раз за разом оказывалась в отношениях с мужчинами, которые либо были женаты, либо находились в состоянии перманентного поиска себя, оставляя её на периферии своей жизни. На нашей сессии она с горечью описывала свой типичный цикл: сначала она видит в человеке «неограненный алмаз» или «раненую душу», затем бросает все свои ресурсы на то, чтобы отогреть его, спасти, стать для него незаменимой, и в тот момент, когда она уже готова поверить в успех своей миссии, он делает шаг назад, закрывается или прямо заявляет, что не готов к серьезным обязательствам. Когда мы начали исследовать её прошлое, выяснилось, что её отец был человеком настроения, чью любовь нужно было «угадывать» по звуку шагов в коридоре: если он приходил в дурном расположении духа, Мария становилась тише воды, стараясь быть идеальной, чтобы не вызвать его гнев и, возможно, получить редкую скупую похвалу. Повзрослев, она бессознательно выстроила внутреннюю систему координат, где любовь – это всегда дефицит, это всегда усилие, это всегда охота за ускользающим объектом, и поэтому, когда в её жизни появлялись надежные и открытые мужчины, она подсознательно обесценивала их, называя «слишком простыми» или «неинтересными», ведь они не активировали её привычный механизм выживания и борьбы за крохи внимания. Эта архитектура боли строится годами, и каждый кирпичик в ней – это наше убеждение в собственной неполноценности, которое заставляет нас искать подтверждение своей «неправильности» во внешнем мире через партнеров, которые нас не выбирают. Выбирая того, кто эмоционально недоступен, мы на самом деле защищаем себя от истинной близости, потому что настоящая близость требует открытости и уязвимости, а это для раненого сердца гораздо страшнее, чем привычное одиночество вдвоем. Когда партнер нас отвергает или держит на расстоянии, мы привычно погружаемся в работу по «улучшению себя», веря, что если мы станем еще красивее, успешнее, терпимее или мудрее, то он наконец-то прозреет и оценит сокровище, которое находится рядом с ним. Это величайшая иллюзия, которая держит тысячи женщин в плену созависимых отношений: мы верим, что ключ к сердцу другого находится в наших руках, в то время как этот ключ всегда находится внутри самого человека, и если он не хочет открывать дверь, никакие наши танцы с бубном вокруг его крепости не заставят его это сделать. Раз за разом выбирая тех, кто нас не выбирает, мы пытаемся переписать финал своей детской драмы, надеясь, что в этот раз «холодный отец» или «отстраненная мать» в лице нынешнего партнера наконец-то скажет нам те самые заветные слова: «Я вижу тебя, ты важна, ты для меня на первом месте». Мы инвестируем свои годы, свою сексуальность, свои деньги и здоровье в этот безнадежный проект по реставрации чужой души, не замечая, как наши собственные стены рушатся от нехватки внимания к самим себе. Нам кажется, что интенсивность наших страданий – это мерило глубины наших чувств, но на самом деле это лишь показатель того, насколько сильно мы оторваны от своей истинной сути. Любовь не должна болеть, любовь не должна требовать постоянного доказательства своего права на существование, любовь – это пространство, где тебе безопасно быть собой, а не место, где ты постоянно находишься в состоянии боевой готовности, ожидая удара или отвержения. Для того чтобы разрушить эту архитектуру боли, нужно пройти через очень болезненный этап признания: мы не можем изменить другого человека, и наше «спасательство» – это лишь форма контроля и способ избежать встречи со своей собственной пустотой. Когда мы перестаем преследовать тех, кто от нас убегает, мы внезапно оказываемся в тишине, где слышны только наши собственные подавленные желания и страхи, и именно в этой точке начинается истинное исцеление. Нужно набраться мужества и спросить себя: «Что во мне так сильно боится тишины и покоя, что я постоянно ищу драмы и эмоциональных качелей? Почему я считаю, что заслуживаю только крох, когда мир готов предложить мне целый океан?» Исцеление – это не поиск «правильного» партнера, а изменение внутренней настройки, когда ты становишься для самой себя тем самым человеком, который выбирает тебя всегда, в любом состоянии, в любой неудаче и в любом триумфе. Пока ты не выберешь себя сама, ты будешь продолжать искать отражение своей ценности в глазах тех, кто не способен увидеть даже свою собственную красоту, и эта погоня за призраками будет истощать тебя до тех пор, пока ты не решишь остановиться и просто вернуться домой, в свое собственное сердце, которое так долго ждало твоего возвращения.