Читать книгу Жизнь без масок - Луиса Хьюз - Страница 4

Для того чтобы начать движение к свету, нам придется на какое-то время спуститься в подвал собственного сердца, туда, где годами скапливались вещи, о которых неприятно вспоминать и которые страшно называть своими именами. Тихая инвентаризация боли – это не самобичевание и не попытка бесконечно копаться в прошлом ради самого процесса, а необходимый акт мужества, позволяющий признать: «Да, мне было больно, и эта рана всё еще кровоточит, как бы сильно я ни старалась прикрыть ее красивым шелком повседневных дел». Мы привыкли обесценивать свои страдания, сравнивая их с катаклизмами мирового масштаба или чужими, «более серьезными» трагедиями, убеждая себя, что наше одиночество в браке, наша нереализованность или наше чувство эмоциональной пустоты – это лишь капризы, с которыми нужно просто смириться. Но боль не исчезает от того, что мы отказываем ей в праве на существование; она просто уходит вглубь, прорастая в тело зажимами, лишая нас сна и превращаясь в тусклую, серую пелену, через которую мы смотрим на мир, теряя способность радоваться даже самым ярким моментам. Вспомни, как часто ты говорила себе фразу: «Ничего страшного, у других бывает и хуже», когда на самом деле твоя душа кричала от несправедливости или холода. Я помню одну свою клиентку по имени Елена, которая пришла ко мне с запросом на «повышение эффективности», но за ее безупречным тайм-менеджментом скрывалась огромная, необжитая черная дыра потери смысла. Она рассказывала о своем детстве, где не было физического насилия или явной нужды, но где царила такая ледяная эмоциональная отстраненность, что маленькая Лена научилась вообще ничего не просить, чтобы не натыкаться на стену вежливого безразличия. В процессе нашей работы, когда мы начали проводить ту самую инвентаризацию, она вдруг осознала, что вся ее взрослая жизнь – это попытка доказать давно ушедшему отцу, что она достойна внимания, и эта осознанная боль была настолько острой, что Елена физически ощущала ее в груди. Мы долго сидели в тишине, позволяя этому осознанию заполнить комнату, потому что признание боли – это первый шаг к ее исцелению, это момент, когда ты перестаешь бежать от призраков и наконец разворачиваешься к ним лицом, чтобы увидеть их истинный размер. Нам нужно научиться называть свои чувства своими именами, не используя смягчающих эпитетов и не оправдывая тех, кто причинил нам вред, ведь инвентаризация – это прежде всего честная опись имущества, без прикрас. Если ты чувствуешь себя преданной, не называй это «недоразумением», если ты чувствуешь себя использованной, не называй это «помощью близкому человеку», и если ты чувствуешь, что твоя жизнь утекает сквозь пальцы, не называй это «временными трудностями». В этой главе я предлагаю тебе остановиться и прислушаться к тому гулу, который звучит внутри, когда выключается телевизор и откладывается телефон: что это за звук? Может быть, это плач той девочки, которой запретили расстраиваться, когда ее любимую игрушку отдали другому, или это ярость женщины, которая годами соглашалась на меньшее, чем заслуживает, надеясь, что ее самопожертвование заметят и оценят? Мы склонны копить обиды и разочарования в темных углах сознания, надеясь, что время само всё залечит, но время – плохой доктор, оно лишь превращает свежие раны в грубые шрамы, которые стягивают кожу и мешают дышать полной грудью. Процесс инвентаризации требует предельной честности и готовности встретиться с тем, что ты так долго отрицала, ведь признать свою боль – значит признать и свою уязвимость, а это самое страшное для тех, кто привык всегда быть сильной и справляться самостоятельно. Ты можешь обнаружить, что твоя идеальная семья – это лишь фасад, за которым скрывается взаимное отчуждение, или что твоя карьера, которой ты так гордишься, на самом деле не приносит тебе ничего, кроме истощения и чувства бессмысленности. Это больно, это пугающе, но это единственный путь к освобождению, потому что невозможно навести порядок в доме, если ты отказываешься заходить в комнаты, заваленные старым хламом. Каждая признанная обида, каждое названное чувство вины, каждая осознанная потеря – это освободившееся место для чего-то нового, живого и настоящего, что сможет войти в твою жизнь только тогда, когда ты перестанешь тратить все силы на удержание старых завалов. Представь себе, что твоя душа – это сад, который зарос сорняками и колючим кустарником просто потому, что ты долгое время делала вид, что его не существует, или пыталась высаживать цветы поверх неубранного мусора. Тихая инвентаризация – это когда ты берешь в руки инструменты и начинаешь методично расчищать пространство, понимая, что под слоем сухих листьев и гнилых веток всё еще жива плодородная почва. Это процесс, в котором нет места спешке или осуждению себя за то, что ты «запустила» ситуацию; здесь важно лишь намерение увидеть правду, какой бы неприглядной она ни казалась на первый взгляд. Когда мы перестаем тратить колоссальное количество внутренней энергии на подавление осознания того, как нам плохо, эта энергия вдруг возвращается к нам, давая силы для того, чтобы начать менять траекторию своей судьбы. Честный взгляд на свою жизнь – это акт величайшего самосострадания, потому что только признав масштаб ущерба, мы можем начать процесс восстановления, не пытаясь отделаться косметическим ремонтом там, где требуется капитальная реконструкция фундамента. Мы будем идти по этому подвалу вместе, и я буду держать тебя за руку, когда ты будешь открывать очередную пыльную коробку со своими несбывшимися мечтами или глубоко запрятанным гневом. Не бойся этих чувств: они не убьют тебя, они лишь указывают на те места, где ты перестала быть собой, где ты предала свою искренность ради безопасности или одобрения. Называя боль по имени, ты лишаешь ее власти над собой, превращая ее из монстра, прячущегося под кроватью, в простое и понятное воспоминание, которое больше не определяет твое будущее, а служит лишь уроком, пройденным и усвоенным. Это начало твоего очищения, твой первый вдох в разреженном воздухе правды, которая, как известно, сначала делает нам больно, но в конечном итоге делает нас свободными.