Читать книгу Цикл"Alter Z-зона" Книга 1 «ЗОВ ЗОНЫ: КРОВЬ И СТАЛЬ» - Максим Вячеславович Орлов - Страница 4

НИИ «Прогресс», 3-й этаж, спустя 2 минуты после гибели «Фонаря».

Тишина после вспышки была гуще тумана. Воздух пах горелой пластмассой и чем-то сладковато-гнилостным – запах распада, знакомый каждому сталкеру, но в тысячу раз концентрированнее. «Скальпель» в моей руке тихо пищал, показывая остаточные пси-волны, медленно рассеивающиеся в коридоре.

Гном сплюнул, протёр лицо грязной рукавицей.

– Привет и прощай. Значит, так они все закончили? Превратились в светящиеся сопли?

– Не все, – я посмотрел на лужицу тёмной субстанции, которая всё ещё слабо пульсировала. – Этот был… сломанным. Не смог удержать форму. Остальные, возможно, стабильнее. И опаснее.

Трекер в кармане снова подал короткий сигнал. Теперь не просто «положение зафиксировано», а «передача данных активна». Нас слушали в реальном времени. Карина и её «Проект «Прометей»» знали каждый наш шаг.

– Отключаем эти штуки? – Гном уже доставал свой маячок.

– Нет. Если отключим – они решат, что мы либо погибли, либо предали. Пришлют других. Или наведут на нас что-то похуже. Пусть слушают. Мы ведь ничего такого не говорим, правда?

Мы двинулись дальше по коридору. Свет здесь был призрачным, липким, будто пробивался сквозь толщу воды. Стены местами «дышали» – бетонная штукатурка медленно вздувалась и опадала, как грудь спящего гиганта. «Скальпель» показывал слабые гравитационные флуктуации. Шаг в сторону – и могло придавить к потолку или швырнуть в стену с силой в несколько G.

В то же время. Лаборатория «Проект «Прометей», сектор «Буфер».

Карина сняла наушники и посмотрела на монитор, где две светящиеся точки медленно двигались по схеме здания.

– Они достигли третьего этажа. Биологические показатели в норме, у Волкова слегка повышен адреналин. Стресс, но не паника. Профессионал.

– А другой? «Геннадий?» —спросил её коллега, молодой физик с трясущимися руками.

– У него страх, но управляемый. Примитивный тип психики. Полезен как щит. – Она перевела взгляд на другой экран, где отображались сырые данные со «Скальпеля» Дениса. – Интересно… фоновое пси-излучение не уменьшается по мере удаления от «Фонаря». Оно… структурировано. Как будто всё здание – проводник. И оно ведёт к одной точке.

– К лаборатории на третьем этаже?

– Нет. Глубже. – Карина увеличила карту. – Под зданием. Старое бомбоубежище или вентшахта. Туда нет прямого доступа с наших планов. Но излучение указывает, что основной источник там. «Сердце» там.

– А контейнер? Данные «Фона»?

– Приманка. Чтобы они зашли достаточно глубоко и включили маяки. Группа «Тень» на подходе?

– Да. Две минуты до выхода на связь.

Карина откинулась на спинку кресла. Её лицо в тусклом свете мониторов было похоже на маску.

– Хорошо. Пусть «Тень» следует на дистанции. Если Волков найдёт контейнер – изъять. Если найдёт путь к «Сердцу» … позволить ему проложить дорогу. А затем ликвидировать. Его биологические показатели после контакта с «Фонарём» … они показывают необъяснимую адаптацию. Его мозговая активность гасит часть фонового пси-шума. Он либо мутирует, либо… он уже не совсем человек.

НИИ «Прогресс», лестничная клетка между 3-м и 4-м этажом.

Лестница была не просто разрушена. Она была изогнута. Ступени закручивались в спираль, ведущую вверх, но при этом визуально уходили вниз. Балюстрада переплеталась сама с собой, образуя мёбиусову ленту из ржавого металла. Прямо перед нами в воздухе висел пролёт между двумя этажами, никак не закреплённый, и по нему, скрипя, катился призрачный силуэт почтовой тележки.

– Пространственный надрыв, – констатировал я, сверяясь со «Скальпелем». – Фиксированная аномалия. Безопасна, если не пытаться на неё опереться. Идём через развал в стене.

Мы пролезли через дыру в бетоне, оказавшись в коридоре, ведущем к главной лаборатории. Здесь следы борьбы были явными: опрокинутые столы, разбитая аппаратура, высохшие бурые пятна на линолеуме, которым было три десятилетия. И тишина. Такая, что слышен был гул в собственных ушах.

Дверь в лабораторию 304 была закрыта. На ней – биометрический сканер старого образца, надпись «Особый отдел. Доступ 4-й категории». Я достал контейнер с кусочком кожи. Гном прикрыл меня, стволы его обрезов смотрели в оба конца коридора.

Я приложил гель со скальпелем к панели. Раздался щелчок, тихое жужжание. Сканер засветился зелёным. Замки отщёлкнулись один за другим – тяжёлые, механические. Дверь отъехала в сторону с тихим скрежетом.

Внутри не было света. Только тусклое свечение мониторов давно умерших компьютеров и… что-то ещё. В центре комнаты, на столе, стоял матовый чёрный цилиндр размером с термос – биологический криптоконтейнер. И от него, как паутина, по полу, стенам и потолку, расходились тонкие нити холодного голубого света. Они пульсировали, словно вены. И все они сходились в одном углу комнаты, где из стены, прямо из бетона, росла… структура.

Это было нечто среднее между кристаллом и кораллом. Полупрозрачное, мерцающее изнутри тем же голубым светом. Оно медленно, почти незаметно, двигалось, наращивая новые грани. А вокруг него, сидя на стульях и даже на полу, застыли в неестественных позах четыре фигуры в халатах. «Фонари». Но не расплывшиеся, как первый. Они были целы, законсервированы в моменте своего превращения. Их глаза были закрыты, лица спокойны. Свет изнутри них был ровным, неистовым. Они были живы. Или нет. Они были частью этого места. Частью того, что росло в углу.

– Мать честная… – прошептал Гном. – Это же оно и есть, да? «Сердце»?

«Скальпель» зашкаливал, показывая уровень пси-излучения, способный за минуту свести с ума неподготовленного человека. Моя «Грелка» на шее стала такой горячей, что начала жечь кожу. Я сбросил её на пол. Пластик оплавился.

– Нет, – ответил я, глядя на растущий кристалл. – Это не «Сердце». Это… пуповина. Канал. Настоящее «Сердце» где-то ниже. А это – антенна. Или почка. И контейнер… – я посмотрел на флешку в руке, – он не просто хранит данные. Он подключен к этой системе. Это не архив. Это кран. Который мы должны открыть.

В этот момент связь в импланте «Сойка» ожила. Голос Цезаря, напряжённый, с помехами:

«Призрак, Гном! Срочно! С наружных камер «БАЗЫ» вижу – к вам движется группа. Не наши. И не военные. Шесть человек, лёгкое тактическое, маскировка под фон. Идут со стороны старого автовокзала. Очень профессионально. Вычисляют ваши следы. У вас минут десять, не больше!»

Автовокзал. Чёрт. Это была прямая дорога с востока, от «Ржавого каньона». Группа «Тень». Они шли не просто за нами. Они шли сюда, уже зная куда.

– Бери контейнер, – сказал я Гному. – Осторожно, не отрывай «нити».

Он кивнул, осторожно подошёл, обрезал ножом светящиеся волокна у основания цилиндра. Они истончились и погасли. Контейнер был холодным и тяжёлым. В тот же миг «коралл» в углу дрогнул. Свет внутри него вспыхнул ярче. Один из «Фонарей» – женщина с седыми волосами – медленно открыла глаза. Глазницы были заполнены слепящей голубизной. Её голова повернулась к нам. Губы шевельнулись, и в голове прорезался беззвучный, леденящий вопль – чистый ужас и предупреждение.

Из всех вентиляционных решёток в комнате с шумом вырвался пар. Только это был не пар. Это была пыль. Мелкая, серебристая, светящаяся. «Слёзы Медузы» в естественном состоянии.

– Назад! – рявкнул я, отступая к двери.

Но было поздно. Пыль оседала на нас, на снаряжение. Мир вокруг поплыл. Звуки стали тягучими, цвета смешались. Я увидел, как Гном, замедленно, тянется ко мне. Увидел, как «Фонари» начинают подниматься со своих мест, их тела вытягиваясь, превращаясь в светящиеся призрачные силуэты. И увидел нечто за окном.

Окно выходило на пустырь, где когда-то была вертолётная площадка. А теперь там стоял он. Незнакомец в противогазе. Он смотрел прямо на меня. И указывал пальцем вниз. Потом сделал резкий горизонтальный жест – «резать». И указал на мою грудь, где висел «Скальпель». Сообщение было ясно: «Режь. Режь здесь. Глубоко».

Инстинкт пересилил пси-туман. Я выхватил нож, подбежал к месту, где светящиеся «нити» из контейнера уходили в пол. Вонзил клинок в стык бетонных плит. Казалось, я режу не бетон, а плотную резину. Из разреза брызнул яркий, почти белый свет. Пол дрогнул.

– Ты чего, совсем охренел?! – заорал Гном, но его голос доносился как из-под воды.

Я резал, расширяя разрез. Под плитой была пустота. И холод. Ледяной, пронизывающий холод, исходящий откуда-то снизу. Это был не физический холод. Это было отсутствие чего-то. Вакуум. «Скальпель», валявшийся у меня на груди, выдал на экран единственное слово: «РАЗЛОМ».

Внезапно пси-давление ослабло. Пыль осела. «Фонари» замерли на полпути к нам. Их свет стал неровным, пульсирующим. Они смотрели не на нас, а на разрез в полу. С выражением, которое можно было прочитать как… ожидание? Страх?

Снаружи донёсся звук. Не выстрел. Хлюп. Знакомый звук «тихого» выстрела с глушителем. Патрон 9х39. Потом ещё один. И крик. Человеческий. Близко. На лестнице.

Группа «Тень» была здесь. И они уже вступили в контакт. Но не с нами.

– Люк! – прохрипел Гном, указывая на разрез. – Это люк, блин!

Я наклонился, поддел плиту ножом. Квадрат бетона размером с люк канализационный поддался и откинулся. Из отверстия пахнуло тем самым леденящим холодом и озоном. Вниз вела металлическая лестница, покрытая инеем. И снизу, из темноты, доносилось… дыхание. Медленное, размеренное, как работа гигантских мехов.

Выбора не было. Сзади – группа спецназа. Здесь – неведомое. Но незнакомец указал сюда. И Зона, кажется, на нашей стороне. Пока что.

– Пошли, – сказал я Гному, вставляя в разъём на флешке проводок от «Скальпеля». Прибор завизжал, начав скачивать данные. Я выдернул флешку, сунул её и прибор внутрь куртки. – Контейнер бросай.

– Что?! Да за него ползать…

– Бросай! Он метка! – я уже спускался по лестнице в ледяную темноту.

Гном, чертыхаясь, швырнул цилиндр в угол, где он с глухим стуком покатился к «Фонарям». Мы погрузились в шахту. Я успел захватить край люка и дёрнуть его на себя. Бетонная плита встала на место с глухим стуком.

Последнее, что я услышал сверху, прежде чем темнота поглотила нас, – это приглушённые голоса, шаги, а затем… тишину. Абсолютную. Как будто группа «Тень», войдя в лабораторию, просто замерла.

А снизу навстречу нам поднималось Дыхание. И в нём слышался стук. Словно одно огромное, медленное сердцебиение.

ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ:

1. Биологический криптоконтейнер: Устройство на основе модифицированных биополимеров и кристаллических носителей данных. Защищено от радиации, ЭМП и физических повреждений. Часто требует для доступа биометрического ключа (отпечаток, образец ДНК). В данном случае контейнер был «вшит» в пси-структуру лаборатории, выполняя роль узла связи или контроллера.

2. Светящиеся «нити»: Проявление т.н. «энергетической мицелии» – структуры, формирующейся в местах сильного пси-воздействия. Может проводить энергию, информацию, служить «нервной системой» для локальной аномалии. Их обрыв может вызывать непредсказуемые последствия – от спада активности до цепной реакции.

3. «Слёзы Медузы» (естественная форма): Пылевидная субстанция, выпадающая в виде осадка в местах конденсации пси-поля. Вызывает сильные галлюцинации, временную потерю моторного контроля и искажение восприятия времени. В концентрированном виде (как в гранате «Нюхач») – мощный репеллент. В естественном – ловушка.

4. Группа «Тень»: Спецподразделение, подчиняющееся непосредственно программе «Янтарь». Экипированы лёгким, но высокотехнологичным вооружением (бесшумные автоматы ВСС «Винторез», приборы ночного видения/тепловизоры, средства маскировки от сталкерских детекторов). Их тактика – скрытное наблюдение, дистанционный контроль и «тихая» ликвидация.

5. Старый автовокзал (локация): Расположен на восточной границе «Города». Из-за большого скопления металла (каркасы автобусов, техника) стал зоной сильных магнитных аномалий. Стрелки компасов здесь вращаются бесконтрольно, электроника выходит из строя. Также является местом гнездования мутантов, адаптировавшихся к полям (т.н. «железные черви» – существа, питающиеся окислами металлов).

6. Разлом (обнаруженный): Нестабильная зона пространственного разрыва, ведущая в более глубокие слои Зоны. Характеризуется аномально низкой температурой (не физической, а «энтропийной» – выкачивание энергии из окружающего пространства), гравитационными флуктуациями и пси-фоном, ломающим неподготовленное сознание. Вероятно, искусственного происхождения – создан либо во время События, либо в ходе экспериментов в НИИ.

7. «Дыхание» Зоны: Субъективное восприятие низкочастотных колебаний, исходящих из недр аномальной зоны. Часто сопровождается чувством необъяснимого страха, дежавю и слуховыми галлюцинациями. Некоторые сталкеры считают его доказательством того, что Зона – живое существо. «Учёные» трактуют как побочный эффект мощных энергетических процессов в точке «Купол».