Читать книгу Тень Древних - Максим Вячеславович Орлов - Страница 3

Земля здесь не была просто землей. Она состояла из камней, которые не лежали, а словно вырастали из почвы под неестественными углами, образуя стены без окон и коридоры без начала. Лианы оплетали эти конструкции, не как украшение, а как цепи, сковывающие что-то древнее и неподвижное. Воздух висел неподвижно, и даже комары не жужжали. Тишина была плотной, вязкой.

Мы подошли к руинам на рассвете, когда длинные тени скрадывали странность углов. Чималли шла впереди, время от времени бросая на землю щепотку серого порошка из мешочка на поясе. – Это пепел дерева, сожженного молнией, – пояснила она, не оборачиваясь. – Он… заглушает запах жизни для старого камня. Не на долго, но достаточно, чтобы пройти к точке обзора.

Тлакаэлель шел сзади, его глаза беспокойно скользили по темным провалам между плит. Он сжимал копье так, что мышцы на его руках напряглись, как канаты. – Здесь плохо, – проворчал он. – Даже духи предков молчат. Это место не наше. – Оно ничье, – сказал я. – Оно просто есть. И сейчас оно станет нашим союзником.

Мы забрались на полуразрушенную платформу, откуда открывался вид на центральную площадь – открытое пространство, мощенное отполированными временем плитами. В центре стоял алтарь, но не для человеческих жертв, какой можно было увидеть в храмах ацтеков. Он был низким, широким, с вырезанными на поверхности спиралями, которые закручивались внутрь, к углублению, заполненному черной, как смоль, водой.

И над этим алтарем висела Тень. Она была не похожа на ту, что у дупла. Та была похожа на искаженное отражение. Эта напоминала сгусток темного стекла, внутри которого медленно перетекали мутные отсветы. От нее исходило едва уловимое дрожание воздуха, словно над раскаленными камнями в пустыне. Это и был «голодный камень». Сердце Следа.

Тлакаэлель увидел его. Не так, как видел я, но он видел искажение, мерцание. Он отшатнулся, и в его глазах вспыхнул первобытный страх, против которого бессилен любой воинский дух. – Что это? – его голос сорвался на шепот. – Сила, – ответила Чималли спокойно, усаживаясь на камень и доставая свои ступку и пестик. – Спящая сила. Она не добрая и не злая. Она – как огонь. Может согреть горшок, а может спалить дом. Сейчас она спит. Но громкий крик, большая боль, пролитая кровь – все это ее будит. И тогда она начинает искать, чем утолить голод.

Я показал на узкие проходы, ведущие на площадь. – Мы не будем сражаться здесь. Мы покажем испанцам путь сюда. Мы дадим им потревожить черную воду на алтаре. А потом мы запечатаем выходы. – И эта… сила сожрет их? – спросил Тлакаэлель, и в его голосе прозвучала надежда, заглушающая страх. – Такова наша цель, – сказал я. Но внутри я сомневался. Я вспомнил солдата, превратившегося в монстра. След не просто пожирал. Он изменял.

Чималли, как будто прочитав мои мысли, добавила, растирая в пасту какие-то сизые листья: – Нам нужно быть готовыми к тому, что она насытится не сразу. Или насытится и захочет больше. У меня есть кое-что, чтобы отвлечь ее, если она повернет не туда. Но это дым, а не стена.

Мы стали готовить ловушку. Тлакаэлель, справившись с первоначальным ужасом, оказался проворным и сильным. Он помог завалить два из трех проходов обломками плит так, чтобы их можно было легко обрушить, дернув за сплетенные лианы. Я разметил путь, по которому будут бежать испанцы, – цепочку из обломков керамики и белых камней, которая вела прямо от главного входа к алтарю. Приманка.

Солнце поднялось высоко, но свет на площади оставался тусклым, рассеянным, будто ее накрыло невидимым колпаком. Мы устроили засаду в разрушенной галерее над площадью, откуда был виден и алтарь, и вход. Теперь нужно было ждать. И надеяться, что испанцы купятся на приманку.

В тот же день, в нескольких лигах к югу, дон Диего де Альмендарес вел свой новый, усиленный патруль. Двадцать пять человек, трое мушкетеров, арбалетчик и монах-францисканец, брат Луис, шедший впереди с распятием в руках и бормотавший молитвы. Они шли по следам, оставленным группой Оцелотля – нарочито заметным, но не слишком.

Лейтенант Гарсия указал на обломок разбитого глиняного сосуда у тропы. – Следы ведут туда, сеньор капитан. В те самые холмы. Альмендарес кивнул, его глаза сузились. – Они хотят, чтобы мы шли за ними. Они уверены в своем убежище. Хорошо. Посмотрим, что это за крепость, которую не смогли взять даже их собственные боги.

Он отдал приказ двигаться с предельной осторожностью. Разведчики шли впереди, проверяя землю на наличие волчьих ям или замаскированных кольев. Но ловушек не было. Тропа, наоборот, становилась все clearer, словно ее недавно расчистили. Это насторожило капитана еще больше. Зверь вел их прямо в логово. Значит, в логове была уверенность.

Они вышли к руинам ближе к вечеру. Стены неестественной формы, черные проемы, гнетущая тишина – все это произвело впечатление даже на закаленных солдат. Кто-то перекрестился. – Дьявольское место, – прошептал один из аркебузиров. – Молчать! – рявкнул Альмендарес. – Это груда старых камней, не более. Брат Луис, укрепите их дух. Монах начал громко читать псалмы. Эхо странно отражалось от плоских поверхностей, возвращаясь искаженным, наложенным само на себя.

Альмендарес подошел ко входу. Его взгляд упал на цепочку белых камней, ведущих внутрь. Примитивно. Слишком примитивно для того хитрого зверя, который устраивал безупречные засады. Это была явная уловка. Но какая? Заставить их пойти по другому пути, где и будет настоящая ловушка? Или, наоборот, сыграть на том, что они сочтут это уловкой, и наткнуться на ловушку, избегая ее?