Читать книгу Не бойся любить - Марина Бонд - Страница 3

Это был чертовски длинный день, и он чертовски устал.

Тот, кого Забава приняла за Гризли, перешагнул порог своей квартиры и тяжело опустился на табурет. Вернее, на обрубок ствола молодой сосны, отшлифованный, покрытый лаком, служащий табуретом. Он устало прислонился спиной к стене и откинул голову. Тихий стук означал, что голова тоже нашла точку опоры на стене. Закрыл глаза и мысленно прокрутил день с самого начала.

Голова продолжала раскалываться, аспирин не помогал. Он вообще не планировал садиться за руль раньше обеда. Ладно, он и не планировал пить оба дня как не в себя. Но и пустить пьяного Сашку одного в город тоже не мог. Он хотя бы вырубился накануне вечером и ночь проспал, в отличие от Сани.

Отодрал прилипший к пересохшему нёбу язык и почавкал им во рту с глухим звуком. Сколько он выдул? Два-три литра минералки? Хоть бы хны. Нарисовался в офисе, раздал поручения. Явился в таком виде к заказчикам, разговаривал с ними, перегаром дышал. Мерзость. Он даже думать не хотел, какое оставил о себе впечатление. Время покажет. Время и оформление сделки.

Оторвал себя от стены и наклонился снять тяжёлые самодельные унты. Он почти услышал скрип своего сгибающегося тела под натиском тулупа. Пожалуй, стоит снять сначала его. Соображалось совсем туго.

Проделав это непосильное дело, он отправился в ванную. Одна портянка сползла и тащилась следом, пока он брёл. На ходу через голову стянул свитер и не вписался в дверной проём. Чёрт бы побрал эти крохотные квартирки!

Уперся прямыми руками в край раковины и поглядел на себя в зеркало красными заплывшими глазами. Волосы, потемневшие от жира и сажи, слипшимися прядями свисали на лицо. Они выглядели так, будто их не мыли и не чесали не два дня, а два года.

Всё потому, что где-то в середине беспросветной пьянки он прошляпил джут, которым стягивал их на затылке. Без него они лезли в глаза, норовили попасть в рот, и он непрестанно зачесывал их пятернёй назад. А до этого этой же пятернёй держал жареные куски мяса с вертела и жадно обгладывал их. Этой же пятернёй чистил и топил камин. Короче, не волосы, а верёвки какие-то. То же самое с бородой.

Настоящий злобный Карабас-Барабас. Неудивительно, что он безошибочно считал испуг на лице Подснежника.

Скрепя сердце, стащил с себя остатки одежды и встал под горячий душ.

Комната быстро наполнилась паром, зеркало запотело. Струи воды сбегали по длинным волосам, ударялись о широкие плечи. Стекали по выпирающим мускулам спины и изгибу позвоночника. Сползали каплями по ягодицам и рельефным бёдрам к стопам.

Он повернулся и подставил лицо сильному напору воды.

Последний рывок – помыться нормально за последние несколько дней – и спать.

Он уже не в том возрасте, чтобы куролесить сутками напролёт и быть свежим, как огурчик.

Последний раз такой кутёж привёл к рождению сына, что повлекло за собой полную переоценку ценностей.

Забава тоже выдохнула этот день, по самый подбородок погрузившись в горячую ванну. Дорога домой казалась адом, девять кругов которого ей пришлось пройти. Только отогревшись, она снова почувствовала себя человеком.

Вытерла руки полотенцем, взяла телефон и снова опустилась в воду. Сохранила неизвестный контакт, которому теперь должна… Она даже представить себе боялась, во сколько ей обойдётся это злополучное зеркало. И это помимо химчистки пальто, которое она безнадёжно испачкала, и покупки нового костюма, брючины которого на коленях порвала.

Уууух! Мог бы предложить и подвезти, видел ведь, что совсем замёрзла! Ну да ладно, чего уж. Медведю – медвежьи повадки.

Так и сохранила его в телефоне – «Бука».

Звонить ему сейчас даже палец не дрогнул, а вот Стасу написала, что с треском провалила первый рабочий день. Он поинтересовался, что случилось, и она в подробностях описала ему произошедшее.

Оттаявшие пальцы резво порхали по клавиатуре.

Он выразил беспокойство – как бы она не разболелась. Ну не душка ли? А также восхитился её самоотверженной честностью и сказал, что она может рассчитывать на его помощь, если понадобится.

Забава закрыла глаза и, мечтательно выдохнув, с головой ушла под воду.

Телефон в вытянутой руке остался торчать, как мачта потонувшего судна.

Она вынырнула и, чтобы в порыве восхищения и благодарности не написать глупостей о его благородстве и бескорыстии, отложила телефон в сторонку.

На следующий день Стас попросил Забаву заехать к нему в офис.

Звонок застал её в тот момент, когда она встречала курьера с доставкой продуктов в его квартире. Она хотела заняться уборкой, но он предложил отложить это на потом, а сейчас ехать к нему.

Первое положительное впечатление она оставила, так что теперь можно смело являться в дутом пуховике, вязаной шапке и снуде, обмотанном аж до самых глаз.

Так она и поступила, пренебрегая заездом домой, чтобы прихорошиться.

В дороге вспомнила о многострадальном зеркале и набрала его владельцу.

«Бука» взял трубку почти сразу.

– Да, – неприветливо гаркнуло в ухе.

– Добрый день. Это Забава. Вчера случилось недоразумение с зеркалом вашей машины. Я звоню узнать, оценили ли вы размер причинённого ущерба?

– За-ба-ва? – через паузу по слогам переспросил он.

– Да. Так меня зовут. Вчера не представилась, как-то не до того было. Так как насчёт остальной части фразы? Вы её расслышали?

В трубке вздохнули так сильно, что у неё, кажется, зашевелились короткие волоски, вылезшие из-под шапки.

– Ещё не занимался этим вопросом. Не до того было, – передразнил «Бука». – Сегодня вечером вам перезвоню с готовой информацией.

– Договорились. Буду ждать. Всего доброго.

«Бука» отключил телефон и положил его на край стола, сверля взглядом.

Дверь открылась, и в кабинет с двумя бумажными стаканчиками кофе в обеих руках вошёл его напарник и сын в одном лице.

Один стаканчик поставил перед ним, с другим – отошёл к своему столу. Навалился бёдрами, стоя лицом к нему, и отхлебнул напиток.

– У тебя проблемы?

– Ничего такого, с чем бы я не справился.

Мужчина потянулся и взял стаканчик. Отпил кофе. Горячий, двойной, с корицей. То, что доктор прописал.

– Хорошо. Ко мне скоро зайдёт кое-кто.

– Клиент?

– Нет.

– Подружка?

– Не совсем. Это мой личный помощник.

– Твой кто?

Убийственный сарказм отскочил от непробиваемой брони сына.

– Ты не ослышался. С тех пор как я окончил институт, ты загрузил меня работой по самое «не хочу». У меня остаётся чертовски мало свободного времени и совсем нет желания тратить его на рутинную бытовуху. Вот и нанял человека, который мне в этом поможет.

– Человека? – кустистая бровь пшеничного цвета поднялась.

– Девушку.

– Завёл бы подружку.

– Отличный совет! Пожалуй, воспользуюсь им при случае!

Закончив обмен любезностями, Стас сел за компьютер.

Отец допил кофе, откинулся на спинку деревянного стула и принял вид, будто самое интересное, что он может познать в этой жизни, – это ожидание. Бесконечное, упорное ожидание.

Его-таки снедало любопытство – что ещё затеял этот шалопай?

Он успел состариться ещё на пару часов, прежде чем дверь снова распахнулась, и в кабинет ввалилось шарообразное существо, неся с собой свежесть и прохладу уходящей зимы.

– Бррр! Ну и погодка! Привет, Стас! А ты не лукавил, когда про бардак в квартире говорил. И про холодильник, кстати, тоже. С одним я разобралась. Дай мне ещё немного времени, и я превращу твою берлогу в сияющие палаты.

Говоря всё это, существо поочерёдно избавлялось от вязаной бесформенной шапки, огромного шарфа и дутого пуховика.

Отец с сыном вместе наблюдали этот мини-концерт.

Когда она осталась в костюме из мягкой ткани и легко провела рукой по толстой длинной косе цвета тёмного шоколада, «Бука» поперхнулся воздухом.

Эту косу невозможно забыть.

Это она ударялась о спину уходящей девушки в такт её неровным шагам.

– Ну, говори, зачем я тебе понадобилась?

– Да, мне тоже интересно.

Забава вздрогнула, услышав посторонний голос. Обернулась и…

– О… – единственный звук, который у неё получилось издать при виде мужчины, сидящего за другим столом.

– О, – повторила она, когда глаза цвета тёмной стали показались ей смутно знакомыми.

– О! – вырвалось непроизвольное восклицание, когда она признала в этом незнакомце вчерашнего «Буку».

Есть девушки, чья красота действует на мужчин моментально и без осечек. Забава к их числу не относилась. Об этом красноречиво говорил взгляд, обозревающий её плюшевый костюм шоколадного цвета, и ироничная усмешка в густых зарослях усов и бороды.

– Вы как будто знакомы, – вторгся в их бессловесное общение Стас. Мужчина сложил руки на могучей груди.

– Имел я счастье познакомиться с этой барышней, которая чуть не унесла в руках зеркало от моей машины.

Удивление на лице Забавы самопроизвольно трансформировалось в хмурую гримасу, и она даже не препятствовала этому процессу.

– Неправда! Я честно дожидалась вас на пронизывающем ветру очень долго! Я успела промёрзнуть до костей и только чудом не разболелась! А ещё, к вашему сведению, я испачкала пальто о ваше зеркало, и его пришлось сдать в химчистку.

Мужчина пожал плечами:

– Как будто я в этом виноват.

Забава увидела комичность ситуации со стороны: наезжает на своего же потерпевшего. Виновато улыбнулась:

– Вы правы. Но испытание холодом было действительно самым чудовищным в моей жизни. – Её искрящиеся глаза переместились на часы перед ним на столе. – Вы сами создаёте эти вещи? Это невероятно красиво! И мотоцикл тоже вы смастерили? – Еле заметный кивок головы. – Просто потрясающе! У вас исключительный талант создавать шедевры! Значит, этим вы и занимаетесь, – кивнула Забава, будто сама себе ответила на вопрос. – А что означают буквы на двери?

Усы снова зашевелились:

– Кастомное ремесло.

– И вы вместе мастерите эксклюзивные вещицы? Удивительно, как два человека, у которых схожие интересы к такому редкому промыслу, встретились в этом огромном мире и создали своё дело!

– Не совсем так, – подошёл и встал сбоку от неё Стас. – Мы родственники. Это Андрей. И он мой отец.

– О, – ещё один бессмысленный звук вылетел из её рта.

Мысль, оказывается, не такой уж и быстрый процесс. Скорость, с которой движется нервный импульс, составляет двести пятьдесят километров в час. Именно с такой скоростью калейдоскоп эмоций на лице девушки менялся, пока она переводила расширенные от удивления глаза с одного мужчины на другого, сравнивая этих гигантов между собой. Она со своей пышной комплекцией и ростом в сто семьдесят сантиметров не считала себя маленькой, но на их фоне ощутила себя именно так. Стас возвышался над ней на целую голову, а его отец, как помнила Забава, был ещё выше. У обоих высокие лбы, глубоко посаженные глаза и носы с небольшой горбинкой. У Стаса волосы темнее и в разы короче, в то время как у его отца они волнистые, пшеничного цвета и собраны в хвост на затылке. Густая растительность на лице скрывала очертания нижней части лица. А вот глаза у Андрея намного темнее, чем у сына. И сейчас они пристально изучали девушку.

– Семейный бизнес, – резюмировала она. – Здорово, когда сын идёт по стопам отца, который шёл по стопам своего отца и так далее. Думаю, это сплачивает.

– Скажем так: у меня особо не было выбора.

– Как это? Разве вы не оба создаёте кастомные изделия?

– Скорее, отец. У него это лучше получается. Я работаю с документооборотом. Это как раз по моей части. И ты мне в этом поможешь. – Он взял Забаву под руку, подвёл к стеллажу с документами возле своего стола и отстыковался. – Надо разобрать весь этот завал, скопленный за пять лет, пока я учился и было не до порядка. Все бумаги по одному клиенту отсортировать вместе. Дубликаты выбросить. Максимально упорядочить всю информацию по каждому заказу, чтобы потом все данные с бумаги перенести в цифру.

Они встали друг напротив друга по разные стороны стола, на котором стоял компьютер и оргтехника, и приступили к распределению. Андрей бросил цепкий взгляд в их сторону как бы для порядка и больше не обращал на них никакого внимания. Через время работы в тишине Забава поймала на себе смеющийся взгляд Стаса.

– Что?

– Поверить не могу, что ты умудрилась изувечить его машину. Это ж его любимая. Древняя, как динозавр, но любимая, – тихо сказал он. – Как решили конфликт?

– Пока никак. В процессе. Обещал к вечеру сказать размер компенсации.

– Даже не представляю, где он достанет новое зеркало. Мне кажется, на эту модель их и выпускать-то перестали. Удружила ты ему, конечно!

– Да я же не специально!

Сотовый телефон на столе Андрея заелозил от вибрации.

– Да! – гаркнул тот в трубку.

У Забавы отлегло на сердце: это он со всеми так любезен, она не избранная. Он закончил разговор более дружелюбным тоном и подошёл к столу Стаса.

– Ну-ка, голубки, посторонись.

По-хозяйски выдвинул стул и уселся за компьютер. Забава оказалась по правую руку от него и украдкой бросала взгляды в его сторону. Андрей зашёл на электронную почту, сохранил документ и отправил его в печать. Перевернул лист и отправил в печать с обратной стороны. Получилось вверх тормашками.

– Тьфу ты! – буркнул он в усы.

Ещё раз проделал манипуляцию, но положил лист по-другому. Результат вышел другой, но всё равно не тот, что должен.

– Да чтоб тебя! – к усам подключилась борода.

Он снова отправил документ на печать, но перед этим долго примерялся, исходя из неудачных версий. И снова вышло не так.

– Да твою ж мать! – уже в полный голос выругался он.

– Давайте вам помогу, – сжалилась над ним Забава.

Потянулась над его плечом и забрала «мышку» из стиснувшей её руки. Наклонилась так близко, что он услышал сладкий запах шоколада от неё. Тяжёлая коса соскользнула и упала ему на спину с мягким стуком. Задала команду технике, обошла его за спиной и встала у принтера. Он смог разглядеть принт на её плюшевом костюме: маленькие надкусанные плитки шоколада. Забава поймала вышедший из печати листок, перевернула и положила его как надо:

– Лицом вниз, головой вперёд, – с улыбкой подсказала она.

Их глаза встретились. Горячий шоколад обволок теплом холод металла.

– Пожалуйста, – протянула ему распечатанный документ.

– Ещё разок повтори, – скомандовал Андрей и потянулся за «мышкой». Нужно ведь два экземпляра.

– Теперь сами. Иначе так и не научитесь, – задорно сказала она.

Ишь ты! Шустрая какая. Ладно. Сам так сам.

Андрей распечатал, поставил подпись, шлёпнул печать, которую достал из выдвижного ящика стола, и ушёл за свой стол. Сладкий запах шоколада унёс вместе с собой. Все вернулись к своим делам.

Часа через три молодые люди сообща управились с завалом на книжном стеллаже. Сил наводить уборку в квартире Стаса не осталось, и Забава вернулась домой.

Вечером, не дожидаясь звонка, сама набрала «Буку», которого так и не потрудилась переименовать.

– Привет, Подснежник, – раздался голос с ленцой в трубке.

Когда не гаркает, оказывается, он очень приятен. Перед глазами сразу предстала картина, как он проводит свой досуг в конце напряжённого рабочего дня, развалившись в удобной позе в глубоком кресле. У него распущенные волнистые волосы, и он голый. Последнее видение она поспешно отогнала.

– Здравствуйте, Андрей. Я снова звоню по нашему насущному вопросу.

– Сколько с тебя взять?

– Именно.

– Считай, нисколько. Я выплачиваю зарплату Стасу, он платит тебе, ты с этих денег возвращаешь мне. На круг выходит, что я сам себе заплачу. Так что просто буду удерживать из твоей зарплаты.

В трубке повисла тишина.

– Сориентируйте хотя бы, сколько по времени. Год? Два?

– Сто лет.

– Я не доживу.

– Придётся.

– Что ж… Не думала, что меня настигнет рабство в XXI веке, но… се ля ви.

– Не вешай нос.

– Не буду. Доброй ночи.

– Пока.

Он нажал отбой и некоторое время смотрел на телефон в своей руке. В ушах всё ещё стоял её звонкий смеющийся голос, хотя ничего смешного он ей не сказал. Отложил трубку, отломил кусочек от плитки шоколада и положил в рот. Тёмный. Сладкий, но с горчинкой. На любителя. Как и она. Ухмыльнулся своему сравнению и, от греха подальше, отогнал его прочь.