Читать книгу Хотите, я буду вашим понедельником? - Мария Фомальгаут - Страница 9
Клепа
ОглавлениеКлепа волнуется, еще раз оглядывает себя, вроде все при всем, да черт пойми, все или не все. Вот футболку, например, навыпуск надо, или заправить – вроде люди и так, и так носят, черт их вообще пойми. А вот носки с кедами можно или нельзя, а то мало ли. Клепа поправляет джинсовую юбку, думает, не слишком ли коротковата, не слишком ли длинновата, – кажется и так и так одновременно. Клепа берет сумку, не самую большую, не самую маленькую, знать бы еще, что туда положить, что вообще люди в сумки кладут. Ничего не придумывается, Клепа бросает сумку, глупая, глупая Клепа, так и знала она, что ничего у неё не получится, ничегошеньки-ничего…
Клепа нервно царапает ногтями сумку, одергивает себя, нельзя-нельзя-нельзя, еще раз оглядывается, не оставила ли где-нибудь ценники на одежде, нет, ничего такого, хотя кто его знает, вот так кажется, что нет ничего, а потом вылезет в самый неожиданный момент. Клепа делает шаг, другой, попеременно одергивает себя, только бы не встать на все четыре конечности, нет, нет, держаться, держать равновесие, хвостом, хвостом, где хвост – а хвоста-то и нет, Клепа падает в пыль, ш-ш-шш-ш, все испортила, все заляпала Клепа-растрепа, хоть обратно в магазин иди…
Некогда, некогда, Клепа спешит прочь из города, в который скоро придет тьма, да что значит, скоро, по слухам уже в городе, на окраине грызет дома, с хрустом переламывая их кости. Клепа думает сесть на велосипед, да какой велосипед, как равновесие держать прикажете, хвоста-то нет, ш-ш-ш-ш… Клепа нервно лижет руку, тут же одергивает себя, чш-ш-ш, нельзя. Утешает себя, что вроде люди тоже ногти грызут или еще что делают, тут же снова одергивает себя, ну и что, мало ли что там люди, Клепа не люди, Клепа даже ногти правильно грызть не сможет…
Клепа подходит к вокзалу, главное, поезда не испугаться, не распушить хвост, которого нет, не броситься наутек. Поезд подъезжает прямо-таки до неприличия аккуратно, Клепа даже сомневается, да точно ли это поезд, а не что-нибудь. Хочется спросить, да точно ли поезд, только про такие вещи не спрашивают, а как бы…
А вот.
– …а… а это поезд туда, да? – Клепа показывает рукой куда-то туда.
– Да, да, туда, – отвечают Клепе. Ответили, надо же, значит, Клепа и правда выглядит как положено.
– …документы ваши?
Клепа замирает у входа в вагон, собирается с мыслями, м-р-р-р-р…
– …а… а я не успела… а не взяла… а тьма мой дом съела… а я…
– Имя ваше?
– А Клепа…
Клепа проклинает себя, ну почему нормальное имя не соврала, каша-гаша-ваша, почему, ну потому что глупая, глупая Клепа, в жизни бы не запомнила всю эту кашу-вашу-нашу, привыкла, – Клепа-Клепа-Клепа-кс-кс-кс…
– Клепа это же от Клеопатра?
– Ага… – Клепа не знает, от чего Клепа, но на всякий случай кивает.
– А дальше?
А что дальше, думает Клепа, что может быть дальше…
– Ну, фамилия?
Клепа спохватывается, а тут-то она и не придумала ничего, хватается за соломинку:
– Кис…
– Очень хорошо, Клеопатра, проходите…
Клепа спохватывается, что от волнения теребит и теребит подвески на шее, подвески рвутся, разлетаются по перрону, кто-то понимающе кивает, да все на нервах, да…
– …с животными нельзя!
Клепа вздрагивает, сжимается, не сразу понимает, что это не ей, это кому-то там, женщина какая-то с переноской, кричит, плачет, кто-то как заведенный повторяет – с животными нельзя…
Клепа поднимается в вагон, ищет, куда себя деть, кто-то хлопочет, да посадите же девушку, кто-то фыркает, ну пусть ко мне на колени сядет, а что, Клепа любит на коленях сидеть, особенно если по спинке чешут, м-р-р-р… Наконец, люди сдвигаются, буквально складываются пополам, Клепа садится на краешек полки, толпа прибивает к полке мужчину с годовалой девочкой на руках, Клепа оживляется, а давайте я подержу, обнимает малышку, забывается, мр-р-р-р…
…Клепа оглядывает перрон, хочет прижать уши, уши не прижимаются. Потому что это нечестно, потому что здесь должно быть все, все, – да какое все, никакого всего, дальше-то куда идти в этом городе, вон в какой-то автобус садятся, у Клепы что-то не по-нашему спрашивают, Клепа понимает только, что ей в автобус нельзя, а вон еще машины стоят, только там платить надо, глупая Клепа, даже денег не взяла…
– Екада?
Клепа поворачивается, смотрит на старушку с цветами на шляпе, не понимает.
– Пубач екада?
Клепа вспоминает фразу, заученную в поезде, неумело выговаривает:
– Кее… соим… пикав.
Это значит что-то вроде – я по-вашему не говорю, или что-то в этом роде.
– О-о-о, бакап рапез пушёлюн цыф-цыф-лонедэк…
Дама ведет Клепу куда-то в никуда, в тряский автобус…
…кто бы мог подумать, что маленькая деревенька откроет свои двери для тех, кто бежал от зла…
– …Кло… па?
Клепа обреченно кивает:
– Кло-па. Кло-па…
– Оо-о-о, Клопа! Векесса… Векесса… – указывает на себя…
Клепа смотрит на вазочку на полке, протягивает руку, тут же одергивает себя, нельзя, нельзя, – не удерживается, смахивает, ф-ш-ш-ш-ш, вазочка падает на ковер, и хорошо, не разбилась, м-р-р-р, Клепа проходит мимо шторы с тяжелыми кистями, сцепляет руки, чтобы только не тронуть кисточку, а то оборвет к чертям…
…поражены вероломством приезжих, которые…
…тетя Векесса заходит в холл, оглядывается, Кло нигде не видно, ну еще бы не видно, затаилась где-нибудь, все они так затаиваются, потом набрасываются на хозяев, ну а как иначе… Векесса сжимает топорик, понимает, что ничего этим топориком не сделает, ничегошеньки-ничего…
Кло сидит у пианино под винтовой лестницей, перебирает ноты, когда две, это восьмая, когда четыре, это шестнадцатая, а когда три, это что, повторяются, три, три, три… Ф-ф-ф-ф-ф-ш-ш-ш!
Клепа подскакивает, когда видит хозяйку с топориком, не понимает, как, почему, за что…
Ну, ты же понимаешь, говорит хозяйка, ну так же будет, в новостях за завтрашний день так написано, а новости за завтрашний день врать не будут, они никогда не врут, вот они говорят, что вы всех нас перебьете, чтобы в доме жить, дома, они же такие, там один хозяин должен быть… Так что извини, новости не зря нас предупредили, чтобы мы опередить вас успели…
Хозяйка взмахивает топором, нет, нет, не может, не может она этого сделать…
Клепа спохватывается, сбрасывает с себя домашний халат, прыгает на четыре лапы, выпускает хвост, вот, вот, смотрите, не надо со мной такое делать, я же вот она, я же вот она…
Тетя Векесса обнимает Клепу, чешет за ухом, ах, ты моя хорошая…
Клепа сидит на окне, смотрит в зимние сумерки – зимы здесь неправильные, почти бесснежные, чуть-чуть посыплет с неба ночью и утром растает, и все. В сумерках видны соседние дома, светятся окна, в окнах видны силуэты с чуткими ушками и длинными хвостами. Клепа не выдерживает, дергает кисти на шторах, пугается коготком, ах, Клепа, Клепа, – снова выпускает руки-ноги, убирает хвост, кутается в халатик, перебирает клавиши на пианино, что же значит, когда три…
…тьма поднимает окровавленную морду, с хрустом перекусывает кости последнего дома, смотрит в сторону тех краев, где еще виднеется свет, – спешит туда, перебирая лапами…